Пришло время любить

      — Открывай дверь! Я знаю, что ты дома, Егорина. Твою мать, я не уйду! — это была Сенька. Подняв свою тушу с кровати, я поплелась открывать голосистой подруге, пока соседи не сбежались на это шоу, или ещё чего хуже, полицию не вызвали.       — Что ты тарабанишь?       — Фууу, Аля, ты хоть проветриваешь? Перегаром несёт аж на лестничную клетку, — Сеня зашла в квартиру, размахивая воздух перед носом.       — По мне так норм. Чай будешь? Если он, конечно, есть.       — Ты во что превращаешься? — Лаверко открыла настежь окно в кухне и принялась выбрасывать пустые банки из-под пива, которые я забыла на столе. И на полу. И под кроватью тоже парочка имелась. Да, я ушла в запой. И самое интересное, что никто не пришёл меня спасать, никто не ринулся искать. Я никому оказалась не нужна.       — Не кричи, всё под контролем.       — Под каким контролем? Дура ты, иди хоть душ прими, а я пока тебе жрать приготовлю, а то кроме алкоголя в твоём организме вряд ли что-то было.       — Ты чего это раскомандовалась здесь? — я забрала с её рук бутылку темного чешского и сделала глоток.       — Егорина, смотреть противно, ведёшь себя, как алконавт. Может пойдёшь на детскую площадку пить, а потом в песочнице спать? Прекрасная идея считаю, лететь вниз по социальной лестнице, так только кубарём.       — Ты пришла унизить меня окончательно?       — Кнутце тебя ищет.       — И что? Она ищет студентку своей группы, а не меня. Передай, что я заболела, больничный будет.       — Её сегодня какой-то мужик на работу привёз, — Сенька сказала это почти полушёпотом, но меня аж передернуло от этих слов.       — Быстро мне замену нашла, — из глаз хлынули слёзы. Как она могла так со мной поступить?       — Тихо, не плачь, Альба, ну ты чего? Мы ведь не знаем всей ситуации, я просто тебе сказала то, что видела и всё, это ничего не означает, — подруга успокаивающе гладила меня по спине, но от этого мои рыдания только усилились. От физических увечий не испытываешь такой боли, как сейчас от душевной.       — Как ещё это можно понимать?! Пусть раздвигает ноги перед кем хочет, её выбор. — Я вытерла лицо и отстранилась от Сени.       — Аль, не спеши с выводами, и тем более не насилуй себя этим. Нужно во всем разобраться.       — Мне не в чем разбираться, я не хочу её даже видеть, не то что говорить. Я в душ.       Пока я стояла под струями прохладной воды, голову терзали сотни разных мыслей. Но главным был вопрос: «За что она так со мной?»       Взглянув на себя в зеркало впервые за эти 5 дней, я ужаснулась от отражения: синяки под глазами, слегка припухшее бледное лицо и абсолютно пустой взгляд. Сама себя до такого довела, чему теперь удивляюсь. С кухни доносился приятный аромат яичницы.       — Я приняла решение, — сев за стол и пододвинув к себе тарелку, я поделилась с подругой, — спасибо.       — Какое?       — Я переведусь в другой универ.       — Ты уверена?       — Да, не смогу находиться рядом с Кнутце. Это добьёт меня.       — А как я без тебя? — Сенька спросила это с грустью.       — Полтора года дотерпишь как-то, да и общаться мы будем по прежнему, здесь ничего не изменится.       — Делай как знаешь.

***

      Придя в университет на следующий день, я направилась сразу в деканат.       — Сергей Сергеевич у себя? — спросила я у секретаря.       — Да, но он сейчас занят, подождите немного.       Прокручивая в голове фразу Сеньки о том, что Кнутце привёз какой-то мужик, я убеждала себя в том, что поступаю правильно. Она меня бросила, а потом изменила. Через минут 15 из кабинета вышел декан вместе с Дарьей. Вот же подстава.       — Егорина, ты почему здесь? Уже выздоровела? — недоумевала она. «Ага, конечно. Протрезвела скорее, и ты прекрасно это понимаешь, лишь прикидываешься невинной овечкой.       — Я пришла за документами. Сергей Сергеевич, можно к вам?       — Не понял.       — Не поняла, — в один голос сказали преподаватели.       — Репетировали? — я не сдержалась от смешка.       — Так, Егорина, быстро за мной. Что это ещё за новости? Сергей Сергеевич, мы всё решим со студенткой, просто были некоторые недопонимания, постараемся их уладить.       — Я уже сама всё решила.       — Егорина, идите с куратором. Я занят тем более. — Декан ушёл к себе, а Кнутце потащила меня за рукав к себе. Да что ж за херня то?

***

      — Альбин, прости меня за резкость тогда, не нужно рубить с плеча, доучись, — закрыв дверь на ключ, Дарья избегала со мной зрительного контакта, отвернувшись к окну.       — Неужели даже в глаза мне стыдно смотреть? — это поведение начинало меня бесить.       — Стыдно.       — Как новый любовничек? Удовлетворяет?       — Что? — девушка развернулась ко мне, и я смогла рассмотреть её усталое лицо и красные глаза. Она вообще спала эту ночь или было не до этого? — О каком любовнике идёт речь?       — Не прикидывайся, пол универа видело, как тебе какой-то мужик вчера привёз. Или у тебя их несколько?       — Не хами мне! — её губы задрожали, а руки сжались в кулаки.       — А то что, Дарья Алексеевна, отчислите меня? Не поверите, за этим и пришла.       — Да что ты себе позволяешь?! — не успела Дарья договорить, как её повело в сторону, я еле успела подхватить девушку, не дав ей упасть.       — Даша, Даша, что с тобой? Тебе плохо? — я усадила её на стул, а сама начала бегать глазами по кабинету в поисках графина с водой или хотя бы бутылки. Вся злость и обида резко улетучились. — Дашка, давай я позову медсестру.       — Не нужно, это от недосыпа, скорее всего, — она начала массировать виски, откинувшись на спинку стула. Прикрытые веки подрагивали от напряжения, а все тело было словно струна. Девочка моя.       — Почему ты не спишь нормально?       — Это был мой брат, а не любовник. Он приезжал на три дня погостить и просто подвёз меня, — проигнорировав мой вопрос, объяснила Даша. Честно, у меня словно камень с души упал. Я даже забыла о её странной выходке, что стала причиной моего запоя.       — Моя маленькая, прости за эти сомнения, — я без всяких раздумий сгребла девушку в объятия. По началу тело ещё сильнее напряглось в моих руках, а после всхлипа она расслабилась и расплакалась.       Рыдая у меня на руках и хватаясь за мою кофту, как за спасательный круг, Дарья была сама на себя не похожа. Её учащённое дыхание и периодически попытки схватить больший глоток воздуха перемешивались с потоком слез, а тело содрогалось от дрожи.       Это состояние начинало напоминать паническую атаку. Я понятия не имела, что с этим делать, но оставлять как есть было нельзя, поэтому я осторожно отстранила от себя девушку, чтобы видеть её лицо:       — Дашка, что такое?       — Прости меня, прости идиотку, я начала бояться того, что происходит, того, что я с каждым днём всё больше и больше влюбляюсь в тебя. Да я уже не могла представить свою жизнь без тебя. Боже, Альбинка, я растворилась в тебе, — её сбивчивая речь не давала мне понять сути, но я молча её слушала, — я боялась, что ты в скором времени встретишь кого-то другого и бросишь меня, поэтому подумала, что обрубить всё на корню будет менее болезненно, но оказалось, что нет. Эти 6 дней без тебя были сущим адом: я не могла есть, спать, проводить пары. Все мои мысли были заняты тобой. Я даже брату всё рассказала.       — А он что?       — Он сказал, что я дура, и был совершенно прав. Прости меня, я не могу без тебя, — она прижалась ко мне. Честно, я охерела от этого, мучила себя и меня из-за каких-то глупых, необоснованных причин. Дурочка. Моя дурочка. Переварив всю информацию, я поняла, что нужно успокаивать истерику и поскорее вести Кнутце домой отдыхать.       — Дашенька, девочка моя, любимая, я не обижаюсь на тебя. Переставай плакать, прошу тебя.       — Мы снова вместе? — она посмотрела на меня с таким страхом в глазах.       — Да, но впредь, если тебя будут посещать дурные мысли касательно меня и наших отношений, пожалуйста, обсуждай их со мной.       — Хорошо, — она закивала, — я так тебя люблю.       — Я тоже тебя сильно люблю и никогда больше не отпущу. Пойдём домой, тебе нужен отдых.       — Ты останешься?       — Конечно.       Я вызвала такси и назвала адрес Кнутце. В мою берлогу вести Дашу с её эмоциональным состоянием было плохой идеей, обстановка у меня только усугубила бы всё. Ей сейчас нужны родные стены и крепкий сон. Всю дорогу в такси она сидела, уткнувшись носом мне в шею, периодически нервно вздыхая. Мне очень не нравилось её самочувствие сейчас, но я могла только обнимать и шептать разные нежности. Расплатившись с очень тактичным таксистом, который не задавал лишних вопросов и всю дорогу молчал, мы также в обнимку пошли домой.

***

      — Сходишь в душ? — спросила я, помогая девушке снять курточку.       — Нет, не хочу.       — Хотя бы умойся, глазки болеть ведь будут, — она протестующе замахала головой. Тяжело вздохнув и поняв, что не стоит сейчас ни на чём настаивать, я присела и начала расстегивать её ботинки. Даша была сейчас никакая. Как выжатый лимон. Доведя до спальни и раздев до нижнего белья, я уложила её в кровать.       — Ты обещала остаться, не уходи.       — Я помою руки, и приду к тебе. Пару минут, любимая. — Быстро со всем справившись, я тоже разделась и легла к ней. Девушка моментально положила голову на моё плечо, это её любимая поза, а рукой начала гладить мою щеку.       — Прости меня, Альбиночка, — в уголках глаз снова стала собираться влага. Нет уж, второй приступ я не могла допустить, поэтому, недолго думая, перебила её поцелуем. Нет, в нём не было никакого намёка, лишь отвлекающий манёвр. И это подействовало.       — Перестань извиняться и не терзай себя этим. Мы вовремя спасли ситуацию и во всём разобрались. Милая, я с тобой.       — Спасибо тебе, Алька. — После этих слов Даша провалилась в сон.