Холодный ветер струны рвёт

Вэй Ин только вернулся в гостевой домик. На улице и правда было холодно и похоже, он и правда перемёрз. Его голова начала кружиться, видимо, он слишком устал за сегодня. Ему точно нужно немного расслабиться и выпить чашечку теплого чая. Тёмный заклинатель засы́пал чайные листья в заварник и присел на кровать. С каждой новой минутой, его всё больше клонило в сон. За окном было уже темно, как дверь гостевого домика тихо заскрипела. Вэй Усянь неспешно перевернулся с левого бока на правый, что б быть лицом к двери. Видимо, он так и заснул, не успев выпить чай. — М-м-м, — тихо проурчал Вэй Ин прогибаясь в спине, словно кошка, — М-м? Кто здесь? — еле слышно спросил тёмный заклинатель приподнимаясь на локтях, — Кто здесь?..- сказал Усянь заприметив белую фигуру. — Вэй Ин, — нежно прошептал любимый голос. — М? Это ты Лань Чжань? — спросил тёмный заклинатель вопросительно смотря на вошедшего, — Что ты здесь делаешь? Уже поздно. — Ходить зимой в обычном одежде вредно для твоего здоровья, — сказал заклинатель и накинул на плечи Старейшины накидку. Такую же, как у него самого. Она была белого цвета с вышитыми узорами облаков и с белоснежным мехом на воротнике, — В следующий раз не забудь надеть её когда выйдешь на улицу. — Н-но, Лань Чжань, это… — Не стоит. — Хорошо. Спасибо тебе, Лань Чжань. — Мгм, — Второй Нефрит в ответ кивнул и посмотрел на столик с чайником, — Я сделаю тебе чай, подожди немного. Второй Нефрит подошёл к столику и принялся заваривать травяной чай. Через несколько минут напиток был готов и мужчина наполнил ним две чашки. Он подошёл к Вэй Ину передавая ему чашку горячего чая. — Лань Чжань, зачем ты пришёл? — поинтересовался Усянь когда опустошил свою чашу с чаем до конца. — Нам нужно поговорить, — кратко сообщил свои намерения Второй Нефрит Клана Лань. — Поговорить? И о чём же? О чём ты хочешь со мной поговорить, Лань Чжань? — Прости, что оставил тебя одного. — Что? — на лице тёмного заклинателя появилась искренняя эмоция непонимания, — Лань Чжань, о чём ты говоришь? — Если бы я сделал то, что должен был, то… Ты бы не умер… — М? Не стоит сожалеть об этом, Лань Чжань. Это было так давно. — Ты… не злишься на меня? — Конечно нет. Как я могу злиться на тебя, Лань Чжань? –… Тогда почему ты больше не хочешь проводить со мной время? — спросил Ван Цзи с нескрываемой грустью в голосе, — Ты больше не любишь меня? В этот момент Вэй Усянь чувствует себя отвратительно. — Я не… — В Облачных Глубинах запрещено лгать, — твёрдым голосом напоминает заклинатель одно из правил Гу Су. — Я знаю, Лань Чжань. Но я не хочу сейчас говорить об этом, — сказал Вэй Ин вставая с кровати. Он подошёл к столу на котором горела свеча, — Уже поздно, Лань Чжань. — Но нам нужно поговорить. –… — Всё это время я ждал только тебя, Вэй Ин. Я люблю только тебя. Да. Он любит и будет любить только этого прекрасного человека. И Вэй Ин тоже навсегда влюблён во Второго Нефрита. Чувства бурлили внутри тёмного заклинателя, каждую секунду грозясь выбраться наружу. Но он не мог позволить этому случиться. Он не хочет обнадёживать Ван Цзи, не хочет что б его сердце разбилось ещё раз. Не стоит даже начинать эту игру, ведь в конце им двоим вместо приза достанется только жгучая боль. Именно так думает Вэй Усянь. Он не мог позволить себе показать свои чувства и свою любовь, ведь перед ним сейчас стоял женатый мужчина, отец, муж, чужой супруг, не его… Это больше не его Лань… Усянь опустил голову смотря в пол, в то время как взгляд ярко желтых глаз не отрываясь продолжал смотреть на него. — Я не знаю что ответить тебе, Лань Чжань. «Я просто не хочу причинить тебе ещё большую боль.» В комнате повисла тишина. Мужчина в белом ханьфу тихо подошёл сзади обнимая тёмного заклинателя. «Почему после стольких попыток оттолкнуть его, ничего не получается?», — подумал Усянь, — с каждым разом они привязывались друг к другу всё сильнее. — Прости…- прошептал Вэй Ин находясь в тёплых объятиях, было так тепло, что его снова начало клонить в сон, — Хм… Знаешь, ты такой красивый, Лань Чжань. Прекрасней всех тех людей, которых мне довелось повстречать за мои жизни...— заявил Старейшина Илина, после тут же засыпая в крепких объятиях.