|The words we say that don't mean anything (and the ones we say that mean everything)|

Нил проснулся дрожащим и полностью покрытым потом. Кошмар все еще продолжался за его веками, хоть он и не хотел думать о нем слишком много, поэтому вместо этого повернулся и глянул на Эндрю рядом с собой. Это был один из тех редких моментов, когда он проснулся раньше блондина, поэтому он не двигался, пользуясь возможностью понаблюдать за спящим Эндрю. У него было умиротворенное выражение лица. Значит, этой ночью кошмары дали ему передышку. Внезапно в сознании снова всплыл недавний кошмар. Он не был совсем обычным. Ему снился день семилетней давности, когда Лола игралась с автомобильным прикуривателем. Ему снилась поездка с ФБР, однако в ее конце Лисы, вместо того чтобы ждать его с распростертыми объятиями, только смотрели на него. Говорили ему жестокие слова. Называли его лжецом, опасным, сыном бандита, никем… В глубине души Нил знал, что это всего лишь его мозг до сих пор не мог до конца поверить в то, что Лисы приняли его обратно. Но все же было довольно трудно прислушиваться к здравой мысли, когда в голове стояли четкие образы их ненависти к нему. Он заметил, что Эндрю проснулся и смотрит на него. Это было слишком. Смотреть в глаза Эндрю — такие же, как и во сне. Он знал, что если рассмотрит их чуть внимательнее, увидит спокойные и нежные чувства, которые сейчас испытывал Эндрю, глядя на него. Но он слишком сильно боялся увидеть вместо этого презрение и холод, которые совсем недавно были в его кошмаре. Потому он встал с кровати и вышел, чтобы переодеться, а затем отправился на утреннюю пробежку. Он вернулся раньше обычного, потому что Эндрю уходил до обеда, чтобы вместе со своей командой отправиться на предматчевую встречу, и ему нужно было подготовить все в доме к скорому приходу Лисов. Признаться честно, было довольно трудно выбрать дату их воссоединения. У кого-то из них вечно находилось какое-то важное дело на дату, которую они выбирали. В конце концов, они решили провести один день в квартире Нила и Эндрю. У Нила тогда был свободный день, а у Эндрю — игра, которая заканчивалась после обеда. Однако никто не жаловался на то, что он слегка опоздает. Нил вошел в квартиру и, увидев, что Эндрю пьет кофе на кухне, отправился в душ. Кошмар еще не оставил его полностью, но он решил заглушить его мыслями о том, что сегодня снова увидит своих старых товарищей по команде. — Доброе утро, — сказал он, проходя мимо Эндрю на кухню. Нил открыл холодильник, игнорируя пристальный взгляд Эндрю, пришпиленный к его спине. — Я думал, ты будешь счастлив встрече с этими людьми. «Этими людьми», — усмехнулся Нил. — Они и твои бывшие товарищи по команде тоже, — он закрыл холодильник, ничего не взяв оттуда. — Но это не я последние пять дней ни о чем другом не думал, за исключением этой «вечеринки». — Что? Ты думаешь, я больше не в восторге от нее? — Похоже, ты думаешь о всякой ерунде, когда тебе следовало бы проверить, не оставил ли кто-нибудь из твоих котов меховой шарик в качестве сюрприза для гостей. — Ты беспокоишься о том, что они подумают о нашей квартире? — Нет. Я хочу сказать, что ты должен беспокоиться об этом, но не беспокоишься. Почему? — Нил вздохнул и наполнил кружку пряным кофе. Он сделал два глотка, прежде чем заговорить. — Мне приснился кошмар, — Эндрю молча ждал, и Нил знал, что если бы захотел закончить разговор на этой ноте, Эндрю позволил бы это сделать, но по какой-то причине ему нужно было подтверждение того, насколько неправильным был его кошмар. — Это было связано с тем днем и ФБР, — он увидел, как в плечах Эндрю появилось напряжение. — Но вы вместо того, чтобы захотеть вернуть меня… обвинили в том, что произошло. Вы называли меня опасным для команды и говорили… говорили, что я для вас никто, — он закончил, глядя себе под ноги, ожидая, когда Эндрю наконец что-нибудь скажет. Хоть что-нибудь. — Но этого не произошло, — просто ответил он. — Я знаю, — поспешно ответил Нил, закрывая глаза. Не открывая их, он услышал стук кружки о раковину, а затем удаляющиеся шаги — Эндрю вышел из кухни и сел на диван. Ошеломленный Нил некоторое время смотрел на голову Эндрю, прежде чем пойти туда и остановиться между ним и выключенным телевизором. — И это все? — Эндрю лишь вопросительно вздернул бровь. — Ты не собираешься сказать что-нибудь еще? — Сказать что? — Нил просто не мог поверить своим глазам. — Сегодня сюда приедет твоя семья, и ты можешь получить от них подтверждение всему, что захочешь, — Нил почувствовал, что его самообладание тает, и, посмотрев на свою забытую кружку на кухонном столе, он насмешливо хмыкнул. — Разговор со стеной более продуктивен, чем разговор с тобой, — сказал он с ледяным оттенком в голосе. — Что ты хочешь от меня? — спросил Эндрю после нескольких секунд молчания. — Тебе лучше уйти, — тихо сказал Нил. Встреча, на которую Эндрю вскоре пойдет, состоится лишь через несколько часов, но ему нужно было побыть одному. Не говоря ни слова, Эндрю встал, переоделся и, забрав с собой сумку, покинул дом.

***

— А потом король Флаффкинс просто поцарапал Аарону ногу, — закончил свой рассказ о последнем визите в квартиру Нила Ники под общий смех Лисов. Нил улыбался им. Он был глуп, когда сомневался в них. Они — его семья, и не важно, как долго они живут врозь. — Хэй, парень, но я люблю твоих кошек, — сказал Мэтт, заработав один холодный взгляд от Аарона. Лисы были разбросаны по гостиной, они пили и разговаривали. Телевизор был включен, показывая матч Эндрю. Кевин смотрел его, сосредоточившись, а Нил делал вид, что не проверяет счет каждые пять минут. Команда Эндрю выигрывала, а вратарь пропустил всего один гол с тех пор, как его ввели в игру. Игра закончилась, и Лисы начали приветствовать победу Эндрю. — А он хорошо играет, — прокомментировала Дэн, пока по телевизору показывали, как игроки пожимают друг другу руки и покидают стадион. — Да, — слабо ответил Нил. — Ему следует уделять больше внимания мячам, которые летят с левой стороны. Я заметил, что в его последних четырех играх… — Боже, Кевин, заткнись, — сказала Элисон. — Мы можем посмотреть хоть одну игру без твоего анализа? Некоторые из нас больше не играют, а те, кто играет, делают это не в день отдыха. Ты знаешь, что такое «день отдыха»? — Бедный Кевин. Не может оставить любовь всей своей жизни в покое, — сказал Ники, давая пять Элисон. — Я просто говорю, что он должен… — начал Кевин, но его резко перебили. — Нет. Заткнись. Мы собрались здесь поговорить о веселых вещах, например, о моем последнем отпуске на Багамах, — сказала Элисон, элегантно отбрасывая волосы за плечо. — Да, очень веселая история. Особенно та часть, где нам запретили входить в ресторан после того, как ты подралась с владельцем, — сказала Рене, заставив всех рассмеяться, а Элисон нахмуриться. — Это было всего лишь недоразумение, — Лисы продолжили смеяться, пока она не исправилась. — Ладно, знаете что? Я не жалею об этом. Он был придурком-женоненавистником. Я даже подумывала подать на него в суд, но, думаю, и так уже поставила на место, — за это она получила от Дэн гордое «дай пять», и они продолжили говорить так, обо всем и ни о чем, еще два часа. — А когда приедет Эндрю? — в какой-то момент спросил у Нила Ники. — Верно, разве он не собирался присоединиться к нам после игры? — сказал Мэтт. Нил пожал плечами. — Может, он пошел на праздничную вечеринку со своей командой, — сказал он. — Эндрю? На вечеринку? Со своими товарищами по команде? — спросила Дэн, приподняв бровь. — С каких это пор он посещает такие мероприятия? — Нил лишь снова пожал плечами, и тема разговора сменилась. Нил не разговаривал с Эндрю после их ссоры. После того как он получил два звонка от Эндрю, на которые не ответил, Нил оставил свой телефон в спальне, и, вероятно, в этот момент устройство уже было разряженным. Он не был уверен, что все еще злится на него, но признать, что он утром слишком остро отреагировал, пока не был готов. Через несколько минут зазвонил домашний телефон. Странно, — подумал Нил. Большинство людей, которые ему звонили, уже были в доме. Нахмурившись, он взял трубку. — Здравствуйте. — Нил Джостен? — спросила женщина на линии. Нил почувствовал, как его желудок сделал кувырок — такой вопрос никогда не был хорошим знаком. — Да, — сказал он. Другие Лисы заметили напряжение, присутствующее в его голосе, прекратили болтовню и посмотрели на него. — Мы звоним вам, потому что вы указаны как контактное лицо Эндрю Миньярда в чрезвычайных ситуациях, — Нил почувствовал, что пол разваливается под его ногами. — Чт… что произошло? — Он был найден с травмой головы на парковке городского стадиона. Не могли бы вы приехать сюда, чтобы подписать бумаги и… — Как… как он? — остальные в комнате встали. — В данный момент он находится в операционной. — Какой адрес? — оцепенело спросил он. Услышав ответ, он повесил трубку и пошел за ключами и ботинками, напрочь забыв о других людях в доме. — Что произошло? — спросил Мэтт. Все взгляды были устремлены на Нила. — Энд… Эндрю в больнице, — прошептал Нил, все еще не понимая, что происходит. — Почему? — спросил Аарон, и Нил покачал головой, показывая, что не знает. — Боже мой. Мы едем с тобой, — сказала Дэн. Нилу не позволили сесть за руль, поэтому он поехал в одной машине с Мэттом и Дэн. Поездка была молчаливой, и Нил пошевелился, только когда они добрались до больницы. Они вместе подошли к стойке регистрации, где выдали бумаги, которые он должен был заполнить. Затем Нилу рассказали, как добраться до операционной. Ники заполнял бумаги вместо него, а Нил сидел на стульях возле входа в операционную. Через некоторое время к ним присоединился Ники и молча ждал вместе с остальными. Нил положил локти на колени и провел руками по волосам, заставляя дыхание прийти в норму. — У меня есть несколько контактов из местной полиции, я позвоню им и выясню, что произошло, — сказала Элисон, прежде чем уйти. Нил едва уловил ее слова. С каждым мгновением, пока двери открывались, Нил становился на шаг ближе к полной панике. Чтобы успокоиться, он решил считать секунды, а затем минуты. Через одиннадцать минут она вернулась. — Что там? — спросила Рене. — Они сказали, что его машина сломалась на парковке, и вместо того, чтобы поймать такси, он остался дожидаться механика. Полиция думает, его ограбили, — сказала Элисон. Нил беззлобно рассмеялся. Это было так в стиле Эндрю — ждать механика вместо того, чтобы поехать домой на такси. Прошло двадцать минут. Потом сорок. Когда прошел час, все Лисы были полны напряжения. Затем двери открылись. В ту же секунду все подорвались со своих мест. Доктор остановился в нерешительности, заметив такую толпу, но когда Нил сделал шаг вперед, мужчина переключил свое внимание на него. — Его травма головы была очень сильной, и он потерял много крови. Операция была очень деликатной, и мы сможем убедиться в ее успехе только тогда, когда он очнется. Мы сделали все, что было в наших силах, — сказал он, и носилка проехала мимо дверей, мелькнув побледневшим лицом Эндрю. Нил не мог пошевелиться, и, судя по замершим позам его друзей, они тоже. Эндрю увезли за долю секунды. — Мы положим его в отделение интенсивной терапии и скажем вам, когда вы сможете его навестить. Сейчас невозможно сказать, сколько времени ему понадобится, чтобы прийти в себя. — Что вы имеете в виду? — спросил Ники. Нил не сводил глаз с места, где совсем недавно был Эндрю, однако был уверен, что у Ники в глазах блестели слезы. — Это может занять день, а может несколько недель. Как я уже говорил, мы сделали все, что смогли. Остальное зависит только от него, — закончив говорить, он ушел. Нил снова упал на стул, не зная, что делать, что говорить, как реагировать. Мэтт положил руку ему на плечо, но он ее не почувствовал.

***

Когда, им, наконец, удалось увидеть Эндрю, присутствовать разрешили только троим. Это был не трудный выбор. Видеть Эндрю бледным, кучей трубочек подключенным к множеству аппаратов жизнеобеспечения, было нелегко. Нил сел на один из стульев и мгновение колебался, прежде чем аккуратно сжать одну из рук Эндрю. Аарон молчал, а Ники тихо всхлипывал. В какой-то момент Ники отошел, чтобы поговорить с остальными и сказать, что они могут уходить. Он вернулся, а Аарон вышел, чтобы позвонить Кейтлин. — Я попросил их покормить ваших котов и принести тебе немного одежды, — сказал Ники, и Нил тихо поблагодарил его.

***

Прошло шесть дней, СМИ просто трещали от новостей. Товарищи по команде и тренер Эндрю один раз его навещали. Если они и удивились, увидев рядом с ним Нила Джостена, соперника Эндрю, то ничего не сказали. Аарон и Ники проводили в палате почти каждый день. Ники за это время ни разу не попытался поднять всем настроение. Остальные Лисы трижды приходили, чтобы убедиться, что Нил все еще цел и невредим. Сам Нил не был уверен, что он цел. Ему удалось взять отгул после того, как он объяснил ситуацию (все по телефону, он не покидал больницу ни на секунду). Ему казалось, что пища превращается в пепел во рту, другим приходилось напоминать ему, чтобы он не забывал кушать. Разговаривал он только тогда, когда его о чем-то спрашивали. На седьмой день Дэн была подле него, когда пришла Элисон. — Кошмар. На улице целая гурьба репортеров, — сказала она, нахмурившись. — Что? — спросил Нил, его голос был хриплым. Элисон обменялась взглядами с Дэн. — Снаружи огромная куча репортеров, пытающихся выведать свежие новости, — прежде чем Элисон закончила, Нил встал и пошел в направлении входа в больницу. Дэн и Элисон окликнули его, а Мэтт и Ники, которые ждали в холле, попытались остановить его. Но в конце концов ему удалось пробиться к группе репортеров снаружи. Стоило им только заметить его, как тут же в его сторону уже были направлены все камеры и микрофоны. — Нил Джостен, можете ли вы сделать заявление о том, почему здесь? — Нил Джостен, ходят слухи, что вы находились здесь с того дня, как в больницу попал Эндрю Миньярд, это правда? — Какое состояние у Эндрю Миньярда? — Что это значит для соперничества Джостен-Миньярд? — Вы все — кучка стервятников, — холодно сказал Нил, заставив всех замолчать. — Эндрю там едва выживает, а вы все спрашиваете о нашем соперничестве! Вы только и делаете, что пристаете к нашим друзьям, к нашей семье. Если бы у вас было хоть немного мозгов, вы бы дали нам спокойно разобраться с тем, что происходит. Вам нужно заявление? Идите все на хуй и оставьте нас уже, блять, в покое, — закончил Нил, а затем вернулся в палату к Эндрю. В тот вечер он получил сообщение от PR-менеджера своей команды, в котором говорилось, что ему нужно решить, хочет ли он рассказать всем о своих отношениях с Эндрю. Нил всегда был любителем пошутить с прессой, а Эндрю ясно дал понять, что ему на это плевать. Решение всегда оставалось за Нилом, но он все равно чувствовал тяжесть на душе от того, что ему придется принимать решение в одиночку. Позже он получил еще одно сообщение с заявлением, в котором говорилось, что они с Эндрю состоят в отношениях уже семь лет. Глядя на лицо Эндрю, он погрузился в свои мысли, вспоминая каждый их момент. Поцелуи, разговоры, моменты молчания. И впервые он подумал о своих последних словах, сказанных Эндрю. «Разговор со стеной более продуктивен, чем разговор с тобой.» «Тебе стоит уйти.» Он взял руку Эндрю в свою и сказал слабым, надломленным голосом: — Прости… прости меня… Я слишком остро отреагировал. Было несправедливо с моей стороны ожидать, что ты избавишься от всех моих демонов за меня, когда я не могу сделать это с твоими. Мне не стоило отталкивать тебя. Прости меня… — его телефон завибрировал, сообщая о новом сообщении. На этот раз от Ники, в котором говорилось, что он собирается вернуться на следующий день. Нил вышел из приложения и впервые заметил восклицание на значке телефона, означающее, что ему пришла голосовая почта. У него перехватило дыхание, когда он увидел, от кого это сообщение. «Эндрю.» Голосовая почта была отправлена после четвертой попытки позвонить Нилу семь дней назад. Дрожащими пальцами он нажал на нее и поднес телефон к уху. «Возьми свой чертов телефон, Джоостен, я дал его тебе не для украшения, — сказал он и замолчал на несколько секунд. — Послушай… я… я действительно думаю, что единственные люди, которые могут заставить тебя чувствовать менее неуверенно по отношению к Лисам, так это они, — Нил сделал дрожащий вдох, слушая такой неуверенный голос Эндрю, какой он раньше никогда не слышал. — Ты уже должен был давно вбить в свою упрямую голову, что они тоже считают тебя своей семьей. Что нет ни одного момента, когда бы они не волновались за тебя, — Эндрю медленно вдохнул и выдохнул, прежде чем заговорить снова, его голос был открытым и сырым. — Ты не ничто, Абрам. Ты — все. Линия замолчала. Нил почувствовал, как на глаза навернулись слезы, и прикусил нижнюю губу в отчаянных попытках сдержать рыдания.

***

На одиннадцатый день он был с Аароном и Ники, когда Эндрю проснулся. Он слегка пошевелил рукой в ладонях Нила и медленно открыл глаза. Медсестры быстро оказались рядом с ним, и прежде чем кто-то из троих успел что-то сделать, их попросили уйти. Прошло тридцать напряженных минут, прежде чем Эндрю перевели в палату и они смогли его навестить. Когда они вошли, он спал. Нил попытался скрыть свое разочарование. Эндрю проспал весь день, а когда наступила ночь и он остался с ним наедине, Нил заснул. Он проснулся от легкого движения на кровати, на которой лежала его голова. Когда он поднял голову, то увидел, что на него смотрят лесные глаза. Он вздохнул, не зная, как сказать, насколько он был счастлив снова увидеть эти глаза. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. — Выглядишь дерьмовее некуда, — сказал Эндрю. Его голос был хриплым от непривычки, но Нил улыбнулся этим словам. — Тебе тоже стоит заглянуть в зеркало. Эндрю насмешливо хмыкнул, его веки снова потяжелели. Нил не чувствовал необходимости говорить что-то еще, довольствуясь видом спокойно спящего Эндрю, зная, что следующий день будет полон гостей и суматохи. Эндрю слегка сжал его руку, и Нил тоже уснул с улыбкой на лице.