Игра на двоих

      Прошёл год, как Каэдэ и Кисаки стали общаться. Шестнадцатилетний Янаги стал другом, поддержкой и опорой для двенадцатилетнего Тетты. Их интересы и ход мыслей были схожи и взаимовыгодны друг другу.       — Слушай, Каэдэ, у меня такой вопрос назрел. — произнёс Кисаки, потихоньку попивая свой чай. Каэдэ лежал головой на бёдрах Тетты с закрытыми глазами.       — Я тебя внимательно слушаю. — говорил Янаги, не открывая глаз.       — Раньше ты, время от времени, ходил домой к матери, как ты говорил, но в последний год ничего подобного не происходило. Что-то случилось? — нотка беспокойства читалась в голосе Кисаки.       Каэдэ, в ответ, зло промычал и нахмурился. Ему не нравилось говорить о семье даже с Кисаки.       — Не забивай свою голову. Всё хорошо, просто тяжёлые времена. — произнёс Каэдэ, пытаясь развеять появившуюся напряжённую обстановку. Воспоминания же играли с ним плохую шутку.       Янаги, как обычно, вечером воскресенья заходил домой, повидаться с матерью. По-крайне мере, он так всем говорил, но единственная причина его появления дома были лишь деньги. Он лежал в своей комнате на кровати, отдыхая от тяжёлого дня. Отчима весь день не было дома, поэтому сын с матерью хорошо провели вместе время, разговаривая, вместе убираясь и занимаясь различными делами. Это навивало времена, когда они были только вдвоём. Отзывы старой обиды на мать проявлялись где-то в затворках души Каэдэ, но он старался этого не вспоминать.       "Всё не так плохо, как я думал. Этот день навряд ли сможет что-либо испортить." — умиротворённо думал Янаги, лёжа на кровати. Стук прервал его ход мыслей. В дверном проёме показалась Керриан.       — Я войду? — осторожно спросила мать прежде, чем войти в комнату.       — Конечно. — Каэдэ присел, давая место для Керриан. Женщина села рядом с сыном и, тяжело вздохнув, начала говорить:       — Мне нужно серьёзно с тобой поговорить. У меня с Тору будет сын. Этот дом просторный, но для детской комнаты может подойти только твоя. — мать взяла белокурого за руки, немного сжимая их.       — На что ты намекаешь? — непонимающе спросил Каэдэ.       — У тебя есть просторная квартира. Ты не мог бы забрать оставшиеся вещи и освободить комнату? — дальнейшие слова матери Янаги уже не слышал. В ушах громкий звон, зрение расфокусировано, голова начинает кружиться, по телу течёт холодный пот, а руки с ногами немеют.       Керриан продолжает говорить, что-то. То, как они будут рады видеть Каэдэ в любое время, чтобы он не огорчался, что она его всё также любит, но Янаги уже ничего не слышал. Он уставился в одну точку, погрузившись в свои мысли. Его буквально выгоняют из дома. Он больше ей не нужен, он уже вырос, теперь будет другой маленький спиногрыз, которому отдастся всё внимание. Каэдэ и так ни на что не надеялся в этой семье, но хотя бы ощущение, что можно куда-то вернуться было... До этого момента.       Янаги вырывает свои ладони из рук матери и подрывается с места.       — Ну да, на что я мог так наивно надеяться. Идиот. Можно было сразу догадаться, что я тебе больше не нужен. — ладони потные, сердце бьётся с немыслимой скоростью, ноги подкашиваются, дыхание спёрло.       — Всё не так!       — А как, мама?! Могу ли я тебя вообще так называть?! Ты забыла про меня ещё когда появился этот хмырь в нашем доме! Он разрушил нашу семью! Всё было прекрасно, но появился он и всё закончилось! А теперь ты вовсе выгоняешь меня из дома! Из родного дома! А если бы этой квартиры не было, чтобы тогда?! На улицу меня?! Ну да, я же смогу и сам справится, уже взрослый, конечно. — Терпению Каэдэ пришёл конец. Мать молча сидела на кровати, уставившись на своего сына. Янаги не замечал, как в уголках глаз предательски появляются слёзы. Он надрывал горло, крича и плача, тело дрожало. Каэдэ очень сильно жестикулировал и ходил из одного края комнаты к другому.       — Я не знала, что всё так. Я не думала, что ты себя так ощущал, я не хотела! — Керриан закрыла плачущее лицо руками. Её плечи дрожали. Янаги отвернулся от матери и усердно вытер слёзы. Из-за спины доносились всхлипы и плачь. Каэдэ понял, что больше не чувствует той жалости и беспокойства. Он постарался немного успокоиться и восстановить дыхание. Белокурый повернулся к матери. Его выражение лица говорило только об обиде.       — Ты предала меня уже очень давно, больше я не поведусь на твои слёзы. Теперь мне всё равно. — Не нужно было слов, чтобы понять, про что говорил парень. Керриан недоверчиво посмотрела на сына. Янаги смотрел на неё глазами того маленького преданного двенадцатилетнего мальчика. Всё было ясно, правда раскрылась. Мать только пуще прежнего заревела, прося и умоляя прощения у сына. Каэдэ лишь выдохнул и стал собирать вещи во все сумки, какие только можно было. Больше в этом доме появляться он явно не хочет. В голове уже составлялся план того, где доставать денег и как жить дальше. Он понимал, что от матери и отчима помощи можно не ждать.       Каэдэ и правда уже хотел подыскивать работу. На деньги, которые он успел забрать долго не проживёшь, нужно что-то делать. Он поднялся с колен Кисаки. Последний взглянул на спину Янаги.       — Всё хорошо? — кладя руку на плечо, спросил Тетта.       — Да-да. Всё отлично, просто нужно немного проветриться. — протараторил Каэдэ и поспешно вышел на балкон. Янаги, дрожащими руками, достал сигарету и закурил. Он ненавидел вспоминать свою семью. Ненавидел вспоминать всё, что с ними связано. Это было слишком больно и его маска ломалась прямо на глазах. Внезапно, дверь на балкон распахивается.       — Каэдэ, там к тебе пришли. — Кисаки выглядел очень обеспокоенным и встревоженным. Он понимал, кто эти люди и очень беспокоился за Каэдэ. Янаги много времени не понадобилось, чтобы понять кто пришёл, только зачем?       — Сиди в спальной и не выходи оттуда. — голос звучал словно непробиваемый металл. Каэдэ слишком сильно устал бороться с ними. Всё закончится здесь и сейчас.       — Но, Каэдэ-       — Всё в порядке, Тетта, не беспокойся. — растрепав ладонью волосы Кисаки, Янаги направился к входной двери. Как и ожидалось, мать, отчим и.... На руках у Керриан небольшой свёрток ткани.       "Они пришли сюда, так ещё и с ребёнком?! На жалость давить пришли или что?!" — подсознательно Каэдэ уже возмущался, только увидев их.       — Привет, милый. — тихо и добродушно произнесла мать. Скорее всего, чтобы не разбудить ребёнка.       — Нам нужно поговорить. — твёрдо, но с улыбкой на лице произнёс Асано.       — Поговорить, значит. Месяц я вам был не нужен, а тут пришли поговорить? — глаз на лице Янаги нервно дёргается. — Да пошли вы оба! Ничего мне от вас не нужно, ни вы, ни что-либо ещё! Исчезните из моей жизни!       Керриан сильнее прижала ребёнка к себе и спешно удалилась. Скорее всего, чтобы снова не заплакать. Взгляд отчима и сына встретились. Янаги смотрел исподлобья, словно раненый разъяренный зверь, а Асано холодно и сурово, подобно надменному победителю. Тору першит в кулак.       — Я бы предпочёл продолжить разговор в другом месте, в другое время. Встретимся позже, сын мой. — Асано сейчас насмехается над ним?!       — Не смей меня так называть. — сквозь зубы, в след отчима, процедил Янаги. Тору удалился, и Каэдэ остался один посреди пустого коридора. От усталости и слишком большого спектра эмоций за сегодняшний день он упал на колени. Дверь открыта и Янаги обдувал прохладный ветер. Всё сначала. Всё снова возвращается в самое начало. Каэдэ только смог выбраться из этой пучины апатии, самобичевания, но из-за них, из-за этих отвратительных людей, он возвращается в это состояние. Из угнетающих мыслей его вывело резкое тепло другого человека.       Тетта, как только он заметил в окне, как неизвестные ему люди уехали и шум в коридоре стих, сразу ринулся к Каэдэ. Увидев друга на полу, Кисаки подбежал и резко обнял его. Они просто молчали, этого было достаточно, чтобы Янаги снова почувствовал тепло. Он обнял в ответ Тетту обеими руками, уткнувшись головой в живот. Так пробыли они достаточно долгое время.       Они вернулись обратно в комнату и Янаги сразу завалился на кровать спать. Кисаки укрыл того пледом, а сам лёг на соседнюю кровать. Никто, в последующем, не поднимал эту тему и разговор про семью стал являться неким табу.       Вскоре, всё забылось и вернулось в прежнее русло. Каэдэ уже надеялся, что не встретиться ни с кем из семьи и, наконец, сможет заняться поиском работы, но не тут-то было. По пути со школы, Янаги остановил Асано. Отчим смог уговорить юношу зайти в ближайшее кафе и поговорить наедине.       — Что Вам нужно? — презрено спрашивал Каэдэ. Он вжимался в стул. Одно нахождение этого мужчина поблизости с собой вызывало дискомфорт.              — Я хотел поговорить, как взрослые люди. Я понимаю, что ты обижен и не хочешь с нами говорить. Поверь, мы тоже, поэтому я здесь. У меня такое предложение. Ты отказываешься от всего наследства в последующем, подпишешь нужные документы, чтобы всё, что прилагается тебе перешло твоему брату, а я буду периодически пополнять счёт на твоей карте, чтобы ты не работал. Эта квартира, также, останется тебе. Ты согласен? — Асано знал, что Каэдэ не сможет отказать. Он знал это наперёд. У него просто нет другого выбора. Идти на работу и получать гроши, или жить при деньгах? Конечно он выберет второе. Янаги, нехотя, но соглашается. Тору протягивает юноше нужный документ. Каэдэ, прочитав всё условия, входившие в договор, подписывает его. Отчим протянул пожать руку, но Янаги просто прошёл мимо и направился в свою квартиру. Янаги старательно пытался забыть этот день и вернуться в привычный распорядок. Так всё и вышло.       Ничем непримечательный вечер. Кисаки сидел за кухонным столом в квартире Каэдэ и заканчивал свою домашнюю работу. Янаги, в свою очередь, уже как полчаса бегал по всему дому, собирая вещи и прихорашиваясь.       — Каэдэ, ты куда-то собрался? — спросил мальчишка, внимая за Каэдэ.       — Да, сегодня вечером меня не будет. Пойду раскрывать потенциалы одной прелестной девушки. Можешь ложиться спать, где хочешь. — протягивая гласные в словах, словно песню говорил Янаги. От него веяло новокупленным мужским дезодорантом, волосы уложены, а одежда идеально выглажена.       — Так, я ушёл. — взглянув на часы, произнёс Каэдэ. Парень, быстрым шагом, вышел из квартиры, оставляя маленького Тетту один на один с собой. Зато, теперь он может поспать на мягкой кровати Каэдэ. Такое уже было пару раз. Янаги возвращался только под утро, когда Кисаки собирался в школу. Обычно, Каэдэ был очень пьян и засыпал буквально на полу в прихожей. Тетта, за руки и за ноги, пытался дотащить до кровати пьяное тело старшего, но, обычно, дотягивал лишь до ковра. Хотя бы так, не оставлять же его на холодном полу. После, Тетта ставил стакан с водой на кофейный столик и уходил в школу.       Этот вечер ничем не отличался. Только следующее утро было выходным для Кисаки. Янаги пришёл пьян, всё лицо и ворот рубашки в ярко-красной помаде, длинные, когда-то уложенные волосы, растрёпаны и торчат в разные стороны, одежда помята, словно его побили. Тетта устало вздохнул и помог Янаги дойти до дивана. Тот упал на мягкую поверхность и в мгновение уснул. Тетта, заранее, ставит несколько стаканов с водой около Каэдэ. Проводя достаточно много времени в квартире Янаги, младший знал, где и что находится. Взяв специально для него сделанную табуретку, Кисаки стал готовить завтрак. Точнее, для Тетты это был завтрак, а вот для Каэдэ скорее полдник. Проснулся последний с ужасной головной болью. Увидев стаканы с водой, он схватился за них и жадно стал пить.       — Проснулся? — Тетта стоял около дивана, словно обозлённый родитель, ругавший своего сына.       — И тебе привет, Тетта. Сколько время? — очень невнятно промямлил Янаги, пытаясь сфокусировать взгляд на мальчишке.       — Уже четыре. Еда на столе. И сходи умойся. — Тетта, словно обиженный, направился на кухню. Он запрыгнул на диван и продолжил читать свою книжку. Каэдэ, устало, поднялся и направился в ванную комнату. Взглянув в зеркало, только тогда он понял, о чём говорил Кисаки и стал тщательно оттирать следы помады с лица.       Закончив, Янаги направился на кухню. Еда была подогрета в микроволновке, за что спасибо Тетте. Каэдэ присел и принялся к трапезе, медленно пережёвывая пищу.       — Как прошла ночь? — не отводя глаз от книги, спросил Кисаки.       — Честно? Ни черта не помню. — с набитым ртом произнёс Каэдэ. Тетта привычно вздохнул и продолжил читать. Это обыденное дело в этой квартире, ничего нового. Позже, Янаги вспомнит некоторые фрагменты прошлой ночи и, может быть, что-то сможет рассказать младшему.       Вот прошёл ещё год их общения. Каэдэ уже семнадцать, а тринадцатилетний Кисаки забывается в непривычном для него увлечении.       — Слушай, а ты не надумал подстричься? — спрашивает Каэдэ с ухмылкой на лице.       — Кто бы говорил. — закатывая глаза, произносит Кисаки. — Я пришёл серьёзно поговорить с тобой.       — Ого, какая серьёзность. Сама важность, не правда ли? — Янаги продолжал подкалывать своего друга, тот лишь цокал в ответ, но лёгкая улыбка проступала на губах Тетты.       — Я хочу завладеть преступным миром Японии. — воодушевлённо произнёс Кисаки. В голосе даже чувствовалась некоторая нотка безумства. Каэдэ подавился воздухом и никак не мог прокашляться.       — Кем-кем?! — хрипя, спросил Янаги.       — Я провёл некоторые исследования, которые должны нам помочь. — сколько трепета в каждом слове Тетты - не описать словами.       — Выйди на улицу, подойди к любому подростку он и будет гопником. Хули здесь исследовать? — молвил Янаги. — И на кой чёрт это тебе?       В ответ молчание. Кисаки отвёл взгляд.       — Тетта. — голос Каэдэ был серьёзен.       — Каэдэ, ты не понимаешь.       — Тогда объясни! — в ответ всё то же молчание. — Тетта, скажи мне, что это не то, о чём я подумал. — голос Янаги немного дрогнул. Кисаки сжал сильнее кулаки и поджал губы в тонкую линию. — Боже...       — Каэдэ, это будет грандиозно и тогда-       — Что "тогда"? Как же ты не понимаешь, что это так не работает.       — Я дорабатывал свой план, но если всё получится... — Янаги продолжает перебивать его.       — Тетта! — Янаги ударил по столу кулаком. Резкая, непрерываемая тишина.       — Тебя никто не заставляет идти со мной. Я просто говорю тебе, что собираюсь делать. — Кисаки обиженно говорил в полтона, прикусывая дрожащую губу.       — Как же с тобой сложно... — Янаги потирал переносицу. — Ладно, я помогу тебе.       Кисаки недоверчиво посмотрел на белокурого друга.       — Не смотри так. Куда же ты без меня денешься. — пытаясь перевести всё в шутливую форму, произнёс Каэдэ.       — Спасибо. — услышать было сложно, но этого вполне достаточно, чтобы Янаги улыбнулся в ответ. Каэдэ подошёл к младшему и развёл руки в стороны. Слов не надо было, чтобы Тетта обнял торс Янаги. Последний прижал младшего к себе.       — Извини, я в последнее время весь на нервах. — произнёс Каэдэ, кладя голову на макушку Кисаки.       — Я всё понимаю. — промолвил Тетта в грудь старшего.       — Так, давай рассказывай, что у тебя там за план. — с воодушевлённой ноткой расспрашивал Янаги, отстраняясь от тела мальчишки.       План был прост, но достаточно жесток. В принципе, что можно ожидать от такого, как Кисаки? Явно уж не радугу с единорогами.       — Итак, нам надо найти сначала эту девчонку, верно? — спросил Каэдэ.       — Да, я уже знаю её местоположение. Сегодня вечером я пойду к ней на переговоры. — голос Кисаки серьёзен, как никогда.       — Сам пойдёшь?       — Да, я справлюсь здесь один.       — Как знаешь.       Парни разошлись на этом. Кисаки был занят поиском нужных ему людей и одна из них была девушка по прозвищу Падший Ангел. Лучший информатор для любых группировок. Она может достать нужную информацию от любых людей.       "Такая личность может нам помочь." — подумал Каэдэ, рассматривая досье, которое Кисаки смог набрать насчёт этой девушки. Где-то она помогла группировке, с другой в хороших отношениях, а количество ей известной информации не хватит и дня, чтобы перечислить. У девушки, также, когда-то была собственная группировка.       "Занимательно, она не из слабых людей." — промелькнуло в мыслях Янаги. — "Физическая сила никогда не помешает."       Были, также, написаны различные группировки, с которыми она работала и когда-то была знакома. В этот вечер от Тетты было лишь одно сообщение: "Она с нами". Всё прошло успешно. Теперь Каэдэ мог спокойно лечь спать.       — Чувствую, завтра будет насыщенный день. — произнёс Янаги перед тем, как уснуть. Он был прав. Следующий день начался со звонка Тетты.       — Слушаю. — сонно, в полудрёме произнёс Каэдэ.       — Открывай, я с гостями. — в ответ послышался только трёхэтажный мат. Янаги быстро оделся в первые, попавшие под руку, вещи и побежал к двери.       — Чего так долго?       — Чего так рано?!       Оба недовольно вздохнули. Каэдэ заметил девушку, стоящую позади Кисаки. Та самая Падший Ангел. Янаги подправляет рубашку и отходит с прохода, давая пройти гостям в квартиру.       — Уж простите за беспорядок, миледи, я не ожидал гостей. — произнёс Каэдэ, беря руку девушки в свою и целует тыльную сторону ладони. Девушка резко оттягивает руку. Янаги лишь усмехается, это только начало.       — Показушник. — прошептал Кисаки, наблюдая за всей ситуацией со стороны.       — Проходите на кухню. Дамы вперёд. — открывая дверь для девушки, произнёс Каэдэ.       — Её зовут Хирано Мисами. Теперь она работает с нами. — произнёс Тетта, садясь за стол.       — Чай, кофе? — Расспрашивает миледи Янаги, подходя к плите и ставя чайник.       — Чай. Чёрный. — в полголоса произнесла девушка. Каэдэ кивнул и поставил кружки на столешницу.       — Нам надо обсудить информацию про одного человека.       — Ну чего ты сразу к делу, Тетта? Тут новый человек. Пусть немного расскажет о себе. Как живёшь, чем увлекаешься? — спросил Янаги, садясь напротив Мисами.       — Что Вы хотели узнать? — Хирано посмотрела на Кисаки.       "Она игнорирует меня?!" — Каэдэ явно возмущён здешней ситуацией. Он сверлит девушку взглядом, пытаясь понять её реакцию и эмоции. Резкий толчок под рёбра локотком привёл его в сознание. Янаги, схватившись за больное место, повернулся к Кисаки.       — За что?!       — Ты её пугаешь. — сквозь зубы процедил Тетта на ухо старшего.       — Не правда.       — Правда. Успокой свои таланты.       — Девушка скованная, я просто хочу раскрыть её потенциалы.       — Я знаю, как ты раскрываешь потенциалы, поэтому и говорю, успокойся.       — Ты ещё мал, чтобы понять. — гордо произнёс Янаги эту фразу.       — Ей четырнадцать. — невозмутимо молвил Кисаки. Каэдэ подавился воздухом.       — Сколько?! — взгляд бегал от девушки к Тетте и обратно. — Да ну не... Ты гонишь.       Кисаки со злорадной ухмылкой на губах качает головой.       — Я вас слышу. — непринуждённо произнесла Мисами, сидя напротив парней. Каэдэ прокашлялся и встал из-за стола.       — Я пойду сделаю чай. — Янаги подошёл к закипевшему чайнику и стал разливать кипяток по кружками. Тетта закатил глаза на поведение друга. Он опёрся о стол руками, тем самым приблизившись к Хирано.       — Насчёт дела. Нужно разузнать про одного человека. Это поможет в последующих расследованиях. — голос Тетты серьёзен и суров. Каэдэ, стояв к ним спиной, передразнивал младшего, кривя лицо, изображая Кисаки.       — Я всё слышу. — Янаги прокашлялся и вернулся к столу с кружками чая и кофе. Он поставил перед Мисами кружку и она тихо поблагодарила белокурого. Янаги, в ответ, подмигнул Хирано и присел напротив. Он достал сигарету и обвёл Мисами взглядом.       — Ты не против?       — А здесь можно курить?       — А кто запрещает?       — Я запрещаю. — вмешивается Тетта в диалог.       — Квартира моя, так что не выёбывайся.       Нависла тишина. Каэдэ и Мисами достали по сигарете и закурили. Кисаки раздражённо вздохнул, потирая переносицу. Разговор продолжился недолго. Они обсудили все нужные моменты и Каэдэ проводил Хирано до двери.       — Может ещё встретимся вне квартиры и Кисаки? — заигрывающе спросил Каэдэ, опираясь на дверную раму.       — До свидания. Спасибо за тёплый приём. — Хирано отвечала холодно и только по делу. Большую часть слов от Каэдэ она просто игнорировала, что вводило парня в ступор. Мисами ушла и Янаги вернулся на кухню к Кисаки.       — Не все девушки хотят быть с таким как ты, Каэдэ. — непринуждённо произнёс Тетта. Янаги закатил глаза и, расстегнув рубашку, развалился на диване. Его голова легла на колени Кисаки. Тот даже не дёрнулся, такое часто происходило. Каэдэ от многого уставал и Тетта отвечал ему той же поддержкой, что и старший ему. Умиротворённая тишина заполонила комнату.       Спустя несколько дней, Мисами позвонила Кисаки, и они назначили встречу.       — Что говорит? — умывая лицо, спросил Каэдэ.       — Она нашла нужную информацию. Нужно встретиться. — отвечал Кисаки, убирая телефон.       — Когда?       — Сегодня вечером. — Каэдэ лишь удовлетворённо промычал в ответ. На этом парни разошлись. Весь день они не видели друг друга. Тетта отправил адрес, где им надо встретиться. Янаги и Кисаки освободились раньше, поэтому пришли на на место встречи быстрее, чем Мисами аж на полчаса.       — Я гляжу, кто-то прислушался к моим словам, а? — усмешливо протянул Каэдэ, показывая на волосы. Так вышло, что эти двое одновременно записались в парикмахерскую. Только если Кисаки постригся чуть бы не налысо, так ещё и свастика на виске, то Янаги лишь отстриг свою длину. Шея стала открытой и голове намного легче. Чёлка теперь полностью закрывала лоб и шрам вместе с ним. На левом ухе виднелась голубая серьга. Кисаки лишь усмехается подколу Янаги. Они, как обычно, обсуждали сегодняшний день, пока ждали Хирано. Вскоре, она подошла и передала всю нужную информацию.       — А ты оперативно, однако. — произнёс Каэдэ по окончанию рассказа Мисами. Девушка лишь кивнула. — Погнали к нам на чай, а? Остудимся от такой жаркой весны.       — Спасибо, но нет. — Мисами старалась уйти, но Янаги словно подплыл и оказался перед ней.       — Хм, да ладно, чем занята такая красотка? Может я могу помочь? — Каэдэ всё продолжал докучать девушке.       — Нет, не надо. — пытаясь как-то обойти юношу, произнесла Хирано.       — Ты уверена? Я правда могу помочь, у меня полно свободного времени!       — Пойдём уже. — нервно схватив Каэдэ за руку и потащив его в направлении дома, произнёс Кисаки. Мисами свободно выдохнула и направилась по своему пути.       — У меня почти получилось её уломать. — ныл Янаги, плетясь за Теттой.       — Ты девчонку до сердечного приступа довести хочешь? Ты выглядел как маньяк, домогающийся до ребёнка. — возмущался в ответ младший.       — Да ладно тебе, неправда. — посмеиваясь и шутливо толкнув Кисаки в плечо, молвил Каэдэ. Тетта ответил таким же смехом и улыбкой на губах.