Искаженное вино

Алый свет проникает в дом сквозь прикрытые матовые, чёрные шторы. Луч кровавого света освещает всё помещение, ослепляя. Он прожигает, не даёт спокойно открыть глаза, но в тоже время за окном видна ночь, глубокая, тёмная, непроглядная тьма. Я не могу больше это терпеть, свет прожигает мои глаза из-за чего я делаю козырёк у глаз рукой. Внутри всё сжимается, мне очень страшно, совсем не понятно , что это. Но какое то неощутимое чувство кричит мне: " Открой шторы, узнай, посмотри, не стой." По всему телу бежит лёгкая дрожь, руки становиться ледяными. Встаю с мягкого дивана и делаю не уверенный шаг вперёд и меня бросает в холод. Несмотря на то что я полностью одета, чувство такое, что вот вот и я окоченею от холода. Делаю ещё один шаг и меня кидает в жар, ощущение, что я горю заживо. Я хочу кричать от боли, но вместо крика в доме, лишь отдаётся тишиной. В горле пересохло, не могу издать и звука, а сердце бьётся в бешеном ритме. Пересилив себя я добралась до окна, и меня начало отпускать, вроде всё хорошо, но сердце лишь сжалось сильнее. К горлу подкатывается ком ,и становится трудно дышать страх перекрыл доступ к кислороду. Одним резким движением я открываю окно, которое закрывало кусок ткани. Весь дом окутывается в ярко алый цвет, в небе пылает кровавая луна ослепляя всё своим сиянием. Руки трясутся , я не могу кричать, и мне с трудом даётся каждый глоток кислорода, голову окутал адреналин, ещё сильнее от увиденного. На моих окнах красовалась кровь, всё оно было в отпечатках чьих то рук, а передо мной стояла... Я? Но она была не похожа на меня, руки по локоть в крови, а в её кисти красовался заряженный пистолет направленный прямо на меня. В кривой улыбке, она медленно начала жать на курок.. -Стой-только и успела прокричать я, перед те, как раздался оглушительный выстрел и всё погрузилось во мрак. Резко вскакиваю жадно хватая воздух ртом. Сон. Всего, лишь сон. Удивляюсь тому, что уснула прямо за рабочим столом. Но долго пробыть в своих мыслях не успеваю, ибо кто то настойчиво стучит в дверь моего кабинета. - Да.. - совсем осипшим голосом отвечаю я, сама удивляясь тому, что довожу себя до такого состояния. - Мисс Асано, отчёты за эту неделю готовы, я принёс вам их. Приготовить кофе, выглядите чересчур уставшей?- спросил паренёк, одетый в красивый, выглаженный деловой костюм. - Сколько я спала? - прямо спрашиваю у своего секретаря. - Минут двадцать мисс. - Хорошо, принеси мне кофе и ещё будь добр отчёты по продажам наркоты. - Будет сделано, но многого ожидать не стоит, более выгодно было бы продавать вес в центре, а не за городом. - Я это прекрасно понимаю для чего ты мне это говоришь - он не на шутку меня злит, какого чёрта, этот мусор имеет право давать мне советы? - Бесишь. - я помахала рукой, мол "Выход там". Кровь закипает в венах, но я не могу понять из за чего завожусь. Раздражает. Всё меня раздражает. - Я к тому, что можно попросить Господина Ханму, у него же есть связи. Думаю он вам не откажет Мисс Асано. Мы с Амо были, можно сказать, друзьями, а то и понятно, очень сложно найти одарённого и очень трудолюбивого человека одновременно. Амо довольно умён и иногда к его советам нужно прислушиваться, но это не отменяет того факта, что он правая рука, а не босс, ему стоит лучше держать язык за зубами, когда у его гендиректор и так паршивое настроение. - Исключено. Брат не должен об этом знать. Только попробуй взболтнуть лишнего, я тебе лично глотку перережу. - мой голос звучал твёрдо, соответственно не требуя опровержений. К тому же он прекрасно знает, что от кого то другого это прозвучало бы как пустая угроза, но не в моём случае. Мужчина двадцати одного года аккуратно поклонился и поспешил удалиться из кабинета. Зачем я всё это делаю? Вновь в моей голове встаёт этот вопрос, но я как умный человек закидываю эту мысли далеко и надолго, до времён, когда будет свободная минутка на самокопание. Надо лучше подумать о двух проблемах, которые возникли на старте проекта. Во первых, это то что почти все районы Токио крышует огромная преступная организация, из за чего я не могу торговать наркотой там. Как альтернативным вариантом я считала торговлю за пределами Токио, но увы прибыль с таких мест сущие копейки. Конечно можно было бы договориться или платить налог этой организации, название, которой знает каждая крупная шишка в Японии. И вот теперь мы плавно переходим ко второй проблеме одним из руководителей "Бонтена" является мой родной брат, который если узнает о этой затеи точно убьёт меня и не посмотрит на то что мне уже двадцать семь годиков. Размышление над всей плачевностью ситуации, прерывает стук в дверь. - Войдите. - слегка усталым голосом сказала я. - Кина Асано, я принёс вам кофе. - улыбка не сходила с его уст - и все отчёты как и просили. - Спасибо, Амо. Ты можешь идти, уже поздно дальше я как нибудь сама. - Возможно это не моё дело, но вам бы взять выходной. А то так и заболеть недолго. - с какой-то неведомой мне заботой, начал говорить этот светлый мальчишка. - Вы уже целую неделю допоздна засиживаетесь то в офисе, то в лаборатории . - Не волнуйся обо мне. Могу ли я посчитать это оскорбление, ты что думаешь звание одного из самых лучших врачей страны мне просто так дали? - я попыталась выдавить из себя улыбку. Видимо моё выражение лица больше походило на пугающую гримасу, но это если судить по выражению лица Амо. *** Теперь только одинокая лампа горящая в коридоре, говорит, что в офисе остались люди. Хотя даже когда здесь было много народу я всё так же чувствовала себя отстранённой. Но ко всему привыкаешь со временем. Я с раннего детства была одна, по этому меня ни капли не страшит одиночество. На улице изредка проезжают автомобили. А я только сейчас собираюсь выбираться отсюда в своё тёплое, уютное гнёздышко - домой. *** Я выросла в нищете. Я выросла в грязи. Я выросла без любви. Я выросла одна. Я ВЫЖИЛА одна. Мои родители, кто они? Черт его знает. Единственное, что я о них знала так это то, что я жила в каморке их квартиры и что они отняли мою последнюю надежду и последнего любящего человека. Алкоголь, наркота и обдолбанные люди вот, что было в нашей так называемой квартире. *** За стенкой под звонкие крики, уже изрядно пьяных людей, полетели несколько стаканов, это было отчётливо слышно через тоненькие стенки. - Шуджи, мне страшно. - дрожащим голосом произнесла я, зажимаясь в угол комнатушки. - Всё будет хорошо Кина, я буду тебя защищать, и мы когда нибудь сбежим и будем счастливы, обещаю. - обнимая меня, твёрдым голосом сказал брат. Дверь с грохотом в комнату открывается, давая проникнуть свету в неё. - Черт, это чё дети? - сказал с неприязнью, какой-то незнакомый, потный мужик. - Искал ванну, нашёл вот это хаха. - Мужчина направился к двум зажатым в угол детишкам. - Не подходите. - вскочил Шуджи, раскидывая руки, не давая проходу к сестре. - Ты кто мальчик? Чтобы мне указывать, А? - Мужчина взял Шуджи за шкирку, как маленького котёнка и без чьего либо протеста, двинулся в сторону выхода. Родители после этого впервые в жизни обратили на нас внимание, хотя я бы отказалась. Как только утром четырнадцатилетний брат появился на пороге дома, его тут же вывели на улицу со словами больше не появляться и не позорить их своим существованием. Наверное это был лишь повод чтобы избавиться от одного из нас. А моя детская психика долго винила себя. Я обращалась в полицию, детдом, больницу никто даже не попытался меня выслушать всем было плевать, ну что ж теперь мне тоже. Всё это в прошлом, родители умерли где то в подворотне, а я и не собираюсь вновь вспоминать то время. Мы с братом как и обещали приобрели своеобразное счастье. Не такое как у всех, для некоторых ужасное, но для нас знающих прелести бытия - это было поистине счастливое существование. *** На парковке за огромным стеклянным зданием, одиноко стоит новенький Lexus LX купленный далеко не на последние деньги. Все уже давно разъехались подальше от нудной работы, только одна я, по моему, посвящаю работе свою жизнь и не жалуюсь. Завожу мотор и разваливаюсь на кожаном сиденье авто. Как только выезжаю на пустое шоссе, приоткрываю окно и тянусь к моей сумочке за пачкой фиолетового Kenta. Когда фильтр тонкой, ягодной сигареты касается моих губ чувствую невероятное наслаждение от скорой разрядки. На фоне играет White Tee - Summer Walker, NO1-NOAH, а спидометр останавливается на отметке в 110 км/ч. Вот оно ощущение полной нирваны после тяжелого рабочего дня, пожалуй, мне действительно хватает всего этого, для счастья. Или я так думала, это уже не так важно. *** Переступив через порог, меня встречает, уже родная темнота и казалось бы одиночество, но я прекрасно знала, что это не так, здесь не только моё присутствие. Аккуратно положив сумку на комод, и сняв туфли, который заключали мои ноги в течение дня. Я прошла в гостиную светлые стены и чёрная мебель, мой собственный дизайн, а как акцент выступает мой любимый тёмно-зелёный, скорее даже изумрудный цвет. На одной из светлых стен висит мой портрет, один из лучших художников Токио делал его на заказ, ему пришлось изрядно потрудится, что бы удовлетворить мою личность. Брат всегда смотря на него смеялся над моим тщеславием, так он называл мою любовь к искусству, хотя он вероятно прав, но я не хочу признавать того, что во мне присутствуют нарциссические наклонения. И сейчас он опять стоит напротив моего изображения. - Любуешься на то к чему никогда не прикоснёшься, брат. - сказала я, подавив все намёки на усталость в своём голосе. - Я бы на твоём месте не был так уверен, в наших кругах никто не станет осуждать меня за инцест. - с акульей усмешкой проговорил Ханма. - И тем не менее, зачем ты пришёл в столь поздний час. - Я могу приходить сюда когда захочу, но ты права. У меня очень важный разговор. - серьёзно сказал он, что было странно, для его обычного поведение. - - Насколько важный, это может подождать до утра? Я буквально валюсь с ног, у меня нет сил на пустую болтовню. - сказала я раздражаясь всей нарисовавшейся картиной, ведь его присутствие не входило в мои планы, а меня крайне раздражают импульсивные перемены в планах. И одним из этих нарушенных планов было, завалиться без задних ног спать. - Уж поверь это не пустая болтовня. Видимо и сегодня я не посплю, всё складывается просто чудесно.