Танец для оракула

Король великодушно дал мне пару дней, чтобы я смог подготовиться. За это время я успел поругаться с портным, разочароваться в сапожнике, удивить музыкантов. Успешными были лишь мои взаимоотношения с приставленным ко мне слугой, и охраной. Моего камердинера звали Леон. И он был просто находкой для меня. Леон был полукровкой оборотня и человека. Из-за этого его не хотели брать в услужение к благородным. Меня же это волновало мало, и мы быстро нашли общий язык. Охрана же, когда поняла, что я не капризен, сбегать не собираюсь, и не мешаю им работать, стала относиться ко мне вполне приветливо. Охрана моя состояла из четырех человек: Майла, Верта, Клода и Ида. Людьми они были немногословными, но добродушными. И вот, на исходе декады моего здесь пребывания, лорд Лахру сообщил, что сегодня вечером меня желают видеть на приеме. Прием проходил после ужина, ближе к вечеру. Это давало дополнительные возможности. Я посоветовался с лордом Лахру, и мы решили, что на первый раз достаточно одного танца. Я стоял перед зеркалом и критически разглядывал свое отражение. Мой рост 173 см, оказался здесь не самым высоким ростом. Чаще всего я оказывался ниже окружающих на полголовы. И это я только про людей говорю. Остальные расы оказывались выше меня на голову. Невысокий рост, стройное телосложение и бледная кожа делали меня каким-то задохликом на общем фоне. Каштановые волосы до плеч, голубые глаза, прямой нос и тонкие губы. Одно время я любил фильм "Портрет Дориана Грея", и сделал себе прическу, как у главного героя. Я усмехнулся. Портрета у меня нет, но стареют в этом мире тоже гораздо дольше, надеюсь мне тоже перепадет немного долголетия. Костюмы для танцев я отказался надевать даже под угрозами моего портного. Это непотребство стыдно надеть даже до собственной ванной. Поэтому мы с трудом договорились на шаровары насыщенно-черного оттенка. К шароварам надел открытую безрукавку. Черный комплект в сочетании с бледной кожей выглядел эффектно. С обувью было гораздо сложнее. Если подобрать сапоги под мой костюм сложно, но можно. Но заниматься на полотнах в обуви было нереально. Поэтому, повздыхав, я решил идти босиком. Разуваться, а после танца лихорадочно искать обувь, означало испортить о себе всё впечатление. В дверь раздался стук. - Лэрд Павелий? - Да, Леон, я готов. Бросил последний взгляд в зеркало. Ну что ж. Будет вам "цыганочка с выходом"... Как я понял, о моем выступлении объявлено не было. По моей просьбе, перед моим выходом в зале приглушили свет. Люди и нелюди ошеломленно замолчали. Когда я зашел в бальную залу, в комнате был полумрак, и лишь мой путь освещали крохотные светляки. На меня смотрели. Обо мне перешептывались. Но стоило мне дойти до середины зала, где оставались невидымы глазу мои полотна, как начались перешептывания. Не обращая на них внимания, я сделал знак музыкантам. Бой барабанов снова заставил всех замолчать. Такую музыку многие слышали первый раз. Орочьи барабаны были самые подходящие из того, что я смог подобрать. Музыка была немного агрессивной, но для первого раза подойдет. Во время моего танца не было слышно ни одного голоса. Казалось, что всех живых существ поразило молнией, или они внезапно окаменели. Слышно было лишь музыку и тихий шелест полотна. С последними звуками я соскользнул вниз и, не оборачиваясь, направился к двери. Кто-то сделал шаг ко мне навстречу, но моя охрана мигом пресекла это знакомство. Таким образом я беспрепятственно добрался до своих покоев, и только я хотел подняться к себе, как Ида - старший среди моих охранников, меня остановил: - Лэрд... - Да, Ида? Что-то случилось? - неохотно остановился я. Полы в замке были каменные, и ноги уже начали подмерзать. - Это было... - Невероятно! - добавил Майл, чем заставил меня улыбнуться. - Спасибо, я рад, что вам понравилось. - Но лэрд, где вы научились этому танцу? У орков? - Почему ты решил, что у орков? - Ну, музыка была точно орочья. - нерешительно добавил Клод. - Ну да, - улыбнулся я. Пусть думают, что это ответ на оба вопроса. Проскользнул в спальню. Нужно помыть ноги, и где-то тут были мои тепленькие тапочки... Я быстро принял ванну, поужинал и отправился спать. День прошел хорошо. Так я думал пока не проснулся ночью от чужого присутствия. Проснулся и резко сел на кровати. В комнате кто-то был. Окна были занавешены, и в темноте были видны только очертания мебели. Я дополз до края кровати в попытке зажечь световой шар, но как бы не крутил "светильник", света так и не было. Как ещё можно включить свет - я не знал. Несколько секунд собирался с духом. - Здесь кто-нибудь есть? Ответом мне была тишина. - Что вам нужно? Снова без ответа. Тогда я решил позвать охрану, встал и направился к двери, как всё пошло наперекосяк. Сначала я споткнулся и приготовился падать, как меня подхватили. Только я хотел поблагодарить, как по телу поползли чьи-то руки. Несколько секунд я стоял в шоке от подобного выверта, и только потом принялся отбиваться. Но тот, кто ночью оказался в моей комнате был сильнее. Уже через пару секунд я вскрикнул и оказался с вывернутыми за спину руками. Толчок. И я уже лежу на кровати на животе. Руки всё ещё за спиной, но я не чувствую к ним прикосновений. Магия? Попытка встать ничего не принесла. В следующее мгновение с меня стаскивают штаны, и я начинаю бешено извиваться. За горло перехватили когтистой рукой. Дернулся от жесткой хватки, и почувствовал ручейки крови от когтей. Замер, чтобы ночной гость этим воспользовался. В секунду я лишился штанов, а рубашка оказалась порвана и улетела куда-то в темноту. Оставшись голым перед неизвестным, я почувствовал мучительный стыд, и только тут закричал. Крик застрял в горле под каменной хваткой когтистой руки. Пока я пытался найти выход, почувствовал прикосновение второй руки сперва на ногах, а в следующий момент на ягодицах. Я окаменел. Чужая рука настойчиво кружила у входа. Миг, и чужой палец уже внутри. Из глаз брызнули злые слёзы. Но на мои чувства никто не обращал внимание. Пара минут, и в тугое отверстие протискивается второй палец. Я дернул зажатыми между нашими телами руками. Попал. А через секунду мои руки оказались привязаны к столбикам кровати. С горла пропала рука, и я смог сделать судорожный вздох. Но радовался рано. Когда мои ноги сгибали в коленях, а грудью укладывали на кровать, я не верил, что это может произойти со мной. Когда я заскулил, пальцев было уже три. Несколько минут, и ко входу прижимается что-то гораздо большее, чем пальцы. Я задергался, и в спину упирается стальная рука, что оставляет кровавые борозды на плечах. Пальцы выходят, но не успеваю я расслабиться, как их заменяет чужой член. Он кажется мне огромным и я кричу. Кричу, не смотря на сорванный голос. Кричу, не смотря на злобное шипение. Кричу, не смотря на кровавые ручейки, сбегающие по моему телу. ОН ушел только через несколько часов, которые показались мне вечностью. На улицу начинался рассвет, когда ОН оторвался от меня и, широко лизнув мою шею, исчез. Я лежал и смотрел на луч света, между занавесками. Я не плакал. Слез больше не было. Голос был сорван от долгих криков. Я чувствовал, как саднят множество ранок на теле. Как болит истерзанный анус. Руки ОН мне развязал, но боль в мышцах осталась. Но хуже всего было на душе. Я понимал, что сердцу не прикажешь. Понимал, что любовь между мужчинами возможна. Но никогда не представлял, что это может относиться ко мне. Даже когда попал в этот мир, и меня назвали "омегой", считал, что меня это не касается. Но когда сегодня мной просто воспользовались как ненужной тряпкой... Ноги тряслись, как после долгой болезни. Идти было тяжело, но вдоль стены я смог добраться до ванной. Мне нужно принять ванну. Меня не должны видеть таким... Когда я наконец оказался в ванной, и вспыхнул свет, на какое-то мгновение мне показалось, что я ослеп. Когда проморгался и смог открыть глаза, мой взгляд упал на зеркало. Глаза красные от слез. Искусанные губы. На шее огромные синяки и кровоподтеки. Чем ниже я опускал взгляд, тем больше синяков и крови. По бедрам текла кровь смешанная с чужой спермой. Поднял взгляд. - Ну что, Павел Львович, поздравляю, ты стал чужой подстилкой... Истерический смех рассыпался по помещению. Когда смог рассмеяться, взгляд снова упал на побитое жизнью отражение. Со всей силы я ударил по зеркалу. Зеркало, тихонько звякнув, рассыпалось. Осколки падали на пол, резали голые ноги, но я молча смотрел на новые ручейки крови. Бездумно сел на пол, взял в руки пару осколков. - Не такого ты ждал в новом мире, да? Легкий взмах руки с зажатым в ней осколком, и по предплечью появляется новая кровавая полоса. - Не этого ты ждал? Не этого!? - крик затих в тишине ванной. Кровь всё продолжала идти, и я сев удобнее, принялся напевать: Степь да степь кругом, Путь далек лежит, В той степи глухой Умирал ямщик. И, набравшись сил, Чуя смертный час, Он товарищу Отдавал наказ: Ты, товарищ мой, Не попомни зла... Голова кружилась все сильнее когда дверь с грохотом распахнулась. - Павелий!!! В дверях стоял Леон, Майл, и Верт. Быстрый взгляд на помещение, и охрана убегает. Леон же, наоборот, подбегает ко мне и начинает меня тормошить. - Павелий! Не закрывай глаза! Нет, пожалуйста, не надо! - Я так хочу спать, Леон, а у меня голова кружится... - Кто это был? - кричит чей-то голос. - Куда смотрела охрана? Народу в моей крохотной ванной становится всё больше, и я наконец засыпаю.