Звёзды в руках пшеничного ребёнка

— Ты знал, что чёрные дыры вообще не пропускают свет? — Правда? Холод окружил со всех сторон грозным хищником, а недавно скошенная трава на лужайке заднего двора дома Твиков била в нос приятным запахом приближающейся зимы. Несмотря на лютый мороз, практически всегда пребывающий в Южном парке, Такер продолжал лежать по правую руку своего болтающего друга. Угрюмый мальчишка старался спрятать красный нос в вороте своей кофты, дабы хоть как-то согреться, в то время как Твика, лежавшего в единственной школьной рубашке, совершенно не волновала погода и то, насколько сейчас в уличном термометре упала ртуть. Город, расположенный у гор, всё-таки изредка баловал своих жителей тёплыми денёчками и солнцем на небе, но этого никогда не было достаточно мерзляцкой натуре Такера. Ещё пара таких ночёвок у конопатого и у Крэйга точно будет развит мощный иммунитет к морозу. А пока этого не произошло, мальчик с неподдельным интересом смотрел в усыпанную белыми искрами точку на ночном небосводе, куда показывала дрожащая рука собеседника. Юный астролог набирает в лёгкие побольше воздуха, чтобы продолжить свой увлекательный монолог. С уст Твика бурной рекой лился шёпот самых сокровенных тайн, доверительно обращённых лишь Крэйгу. Слушающий мальчишка в свою очередь ловил каждое литое слово энтузиаста, жадно поглощал красивые легенды о таком пространном определении как вселенная. Речь Твика иногда прерывалась, становилась очень быстрой в какие-то моменты, но ребёнок всё равно старался излагать свои мысли чётко. Однако, даже это не препятствовало тому, чтобы пшеничный мальчик перестал тараторить. Он действительно резко и обрывисто говорил. Болтал и тянулся бледными ручонками за чарующими огоньками в просторе неба. Поднебесье и впрямь походило на бескрайнее море, в которое хотелось окунуться с головой, познать все секреты и раствориться меж звёзд. — Крэйг! Смотри, К-Крэйг! Твик внезапно вздрагивает, дергает острыми плечами и в тот же миг оказывается в положении сидя. Выставив перед собой ладони, малец выжидающе глядит то на них, то на величественное полотно тьмы над головой. Медленными, даже полусонными движениями, Такер привстаёт следом, потирает глаза и бескультурно зевает. Когда золотистая копна волос начала подрагивать на фоне черноты, Крэйг наклоняется, старается заглянуть в лицо собеседника. Одну определённую эмоцию Твика он разобрать таки не смог. Обжигающее удивление перемешалось с натуральным интересом и такой невозможной душевной радостью. - Крэйг, звёзды падают, лови их скорее! Твик вскакивает на ноги и заливисто смеётся. Мальчишка больше не дрожит, а голос был чистым, без проглатывания звуков. Неужели, он успокоился? В руках, где таяли заветные «небесные ярила», юноша, казалось, видел будто бы свою наконец-то сбывшуюся мечту, маленькое счастье. Но разве звёздам положено таять? Эх, если бы они оставались такими же красивыми и лёгкими, их можно было бы спрятать в карман и хвастаться ими в школе. - Это снег, Твик.