Её глаза обойдут ухищрение

Новая учебная неделя была посвящена борьбе со страхами. Большинство испытаний недели уделялось урокам психологии, но одним из важных для Кристины было следующее, шестое занятие, заключающееся в звонке близким. Конечно же, всё было не так-то просто. Учениц поделили по парам, одна из них должна была сесть в ванну с тараканами, а другая быстро совершить звонок близким, после чего поменяться местами. Если ты не просидишь в ванне — во время твоего звонка партнёр может назло выйти из ванны. Это особенно касалось девочек, у которых была вражда между собой. Кристина была в паре с Дианой. Компания Дианы удовлетворяла её, ведь с этим человеком у Кристины, можно сказать, не было конфликтов. Первыми выполнять задание позвали их пару. Всё прошло не так гладко, как хотелось бы, но результат для Кристины был довольно исчерпывающим, поэтому, выполнив задание, ученицы вернулись в ряд в ожидании выполнения его от других девочек. Следующая очередь была Лизы и Леры. Вакарчук судорожно обхватила телефон, а мелкая дрожь в руках выдавала то, как был для неё важен этот звонок, и девушка начала набирать номер. Лиза, сидевшая в ванне, будто на обычном стуле, ждала момента, как помощнику позволят высыпать на неё тараканов. Трубку взял брат Леры, и из банки посыпались насекомые. В это же время Кира пыталась отвлечь Кристину, рассказывая о том, как боится и переживает совершать звонок бабушке и дедушке. Девушке предстояло впервые за двадцать два года сказать своим единственным на данный момент близким о её любви к ним. Но как бы Кристине не хотелось поддержать подругу, её глаза смотрели в сторону ванны, в которой сидела Лиза. Одноклассница вовсю развлекалась с червяками. Обжимала их губами, изображая жест, будто она делает затяг сигареты, или же высовывала свой язык под отверстие банки, из которой вываливались насекомые. От неё не было ни единого крика, лишь улыбка с каплей ехидства и азарт в глазах, появившийся в ответ на яркие реакции девушек. — Да она бешеная! — выкрикивала Диана, — Бешеная! — вторила девушка, — я с ней в одной комнате больше жить не буду! — проговаривала одноклассница, шокировано выпучивая глаза. Некоторые из девочек просто вздрагивали на месте и отворачивались на сто восемьдесят градусов от её действий, но не Кристина. Её ничуть не отталкивало то, что делала Андрющенко. Глаза завороженно наблюдали за движениями и мимикой Лизы. Иногда сложившаяся ситуация приводила её к смеху, как вдруг Кристине захотелось подойти и отряхнуть её от этих тараканов, чтобы она быстрее встала ближе к ней в ряд, пусть и через одну-две одноклассницы. Что Кристина и сделала, увидев, как Лиза начинает привставать. Она подошла к ней, обхватила своей левой рукой её за предплечье, чтобы она удержала равновесие, а свободной рукой стряхивала со спины Лизы остатки хлопьев. После чего девушки вернулись на места. Откуда появилось такое желание у Кристины — было для неё загадкой. Остаток испытания, пока каждая пара продолжала раз за разом выполнять задание, Кристина была полностью абстрагирована от внешнего мира. Захарова, окутанная в чёрный капюшон худи, смотрела в землю полупустыми глазами, пытаясь отыскать хоть одну мысль в своей голове, но даже не знала, о чём думать. Она пыталась дать объяснение своему поведению и даже некому влечению к этой особе, но всё было и будет тщетно, ведь Кристина даже не допускает мысли о симпатии к девушке. Тот покой, что проецировала Лиза вместе с бесстрашием, тот покой, что искала Кристина в каждой девушке, притягивал её к Андрющенко. Кристине никогда бы не понравилась в плане отношений девушка, подобная Юле Михайловой. Громкость, импульсивность, иногда истеричность — не то, чему Кристина станет уделять внимание. Кристина смогла отвлечься, услышав плач Киры. Поддержать подругу было важнее всего. Татьяна Полякова объявила ученицам окончание занятия. Плюсом являлось то, что их пара проходила испытание последней, и остаток дня Кристина провела вместе с подругой, что помогло отвлечь и себя, и Киру.

***

Учебный процесс продолжил урок психологии. На календаре красовалось тридцать первое октября. Хэллоуин был в самом разгаре: девушкам предоставили гримёров и костюмы, каждая подобрала нужный себе аутфит, и все направились на задний двор дома, где проводилось испытание. Учениц встретил мужчина, заранее разжёгший котёл, от которого распространялось огромное тепло. — Здравствуйте, девушки, — поприветствовал незнакомец, загримированный чёрной краской. — В этот вечер мы с вами будем прощаться с прошлым, — произнёс он, попросив девушек сформировать круг около котла, но не закрывать его. «Легко ему сказать: проститься за раз-два с тем, что гложет на протяжении нескольких лет», — язвительно прозвучало в голове у Кристины. «Ладно, всё же попробовать стоит, для этого я и здесь», — подумала про себя ученица, согласившись на эту авантюру. Девушкам дали указание: взять из своих личных вещей тот предмет, что больше всего напоминал о прошлом, желательно обосновать, почему вы его выбрали, и о чём он напоминает, после чего кинуть его в котёл. Спустя несколько девочек наступила очередь Кристины. Она подошла к пламени и достала бумажку с красной надписью «ненависть к себе». — Первое, от чего я хочу избавиться — это ненависть к себе, — сказала Кристина, отбросив от себя бумажку в огонь. — И как же без неё, — девушка достаёт белую футболку с черной полоской на груди, чуть улыбнувшись, увидев ту самую футболку. — Я надеюсь, что эта футболка из первой серии заберёт вместе с собой хотя бы часть того дерьма, что есть во мне, — с тяжестью вытянула из себя она. Выкинув вещь в котёл, Кристина некоторое время понаблюдала за тем, как разгоралась футболка. Душевный натиск внутри девушки постепенно отступал, отчего становилось легче. Следующая к котлу подошла Лиза, руки её были в кармане худи. — Это последняя вещь, оставшаяся от моего бывшего, — руки начали извлекать из кармана маленький фен с проводом. — Я хочу избавиться от неё, — одним махом кисти фен оказался в котле. — Я хочу жить настоящим и надеяться на счастливое будущее, — голос Лизы звучал немного осипшим, — а не прошлым, очень больным прошлым, — девушка дала понять, что закончила. Одноклассницы в миг радостно воскликнули, начав хлопать в ладоши. К Лизе подбежала с объятиями Ангелина, произнеся «Умничка», а затем подскочила Виолетта, подбодрив радостным «Красотка!». Лиза обняла своих одноклассниц в ответ и поблагодарила их за поддержку с широкой улыбкой на лице. Кристина наблюдала эту картину, нервно облизывая губы. Ей становилось немного грустно, а нос кривился, пытаясь противиться этому унынию. Мысль о том, что Лиза счастлива и улыбается с другими угнетала её, обретать безжизненный взгляд для девушки становилось уже естественным. Как бы Лиза не любила свою улыбку, Кристина не видела в ней ничего страшного, а наоборот, отметила бы её миловидность. — Девушки, вы огромные молодцы, предлагаю отметить ваши успехи! — искренне порадовался мужчина, пригласив всех к столу. Одноклассницы побежали разбирать вкусности. Кира и Крис решили воздержаться от алкоголя, ну, а если и пить, то максимум бокал. Звук открывания банок, содержимое которых было пивом, немного триггерил. Грим с лиц девушек стёрся, и они нашли себе занятие: раскрашивание разноцветными красками гипсовые черепа. Девушки поддерживали друг друга и старались шутить на эту тему. — Чувствую себя ребёнком на тусовке с родителями, — сказала она, макая кисточку в чистую воду. — Бля, точно! — рассмеялась Кира, отчего глаз у черепа получился зелёного цвета, а не желаемого в дальнейшем красного. Девушки расположились на сцене из досок и изредка обсуждали действия девушек. — Интересно, в этот раз Амина навернётся через наземный фонарь или нет? — начинает заливаться смехом Кира. Хохот Крис не заставил себя долго ждать. Подруги разделяли тягу к алкоголю, поддерживая друг друга как могли. — Да вон, Вилка с ней уже за текилой плывёт, — говорит Кристина и переводит глаза в другую сторону, удачно наткнувшись ими на Лизу. Та сидела на плетёном из ротанга стуле, что-то выпивая. — Сейчас устроят, что в голову взбредет, — протяжно произносила она, продолжая наблюдать за тем, как Виолетта направляется к Лизе. Тут же Кристина вспомнила о разговоре, который Виолетта благополучно забыла продолжить, отчего зубы стиснулись вместе, а желваки на лице девушки выступили. Захарова не могла найти момент, когда можно было подойти к Лизе и рассказать о том, к какому ухищрению решила прибегнуть Виолетта ради обсуждения, всё как-то не удавалось. «Да блять!» — отговорки, которые пыталась найти сама себе Кристина, бесили её. Да, целую неделю она всё не может осмелиться и рассказать, да, а как? Она не то что бы просто поговорить с ней не может, так тут ещё и тема такая. Кристину очень мучило это на протяжении всей недели, она понимала, что ситуация тормозит её и нужно всё оставить, но поступить как с Настей и Юлей она не могла. Кристина подняла голову вверх. Кира, почти закрасив весь череп, чуть не перепутала стаканы и хотела уже окунуть кисточку в мультифруктовый сок, но вовремя опомнилась, макнув в воду. Девушка повернула голову правее, оглядела всю территорию и не смогла найти Вилку и Лизу. Подступившая в горло тревожность не давала покоя, и Кристина решила узнать, куда они делись. — Ангелин, а где Лиза? — спрашивает она, взяв за спиной одноклассницы полупустой бокал красного вина. Отчаянность девушки в этой ситуации подбивала её, от того, как она была слаба, у самой корчилось лицо. Одни только поджатые, потресканные губы и нахмуренные брови выдавали Крис. — Да не знаю, — одноклассница выждала три секунды, — вроде в туалет ушла, зачем — не знаю, может, Вилку рвёт, — Ангелина как всегда любила потрындеть, а не говорить по факту. «Могла ведь просто сказать, что в туалете!» — хождение вокруг да около очень раздражало девушку. Кристина направилась в дом. Проходя мимо Киры, она помахала ей рукой, дав понять, что скоро к ней вернётся. Зайдя в дом, девушка прошла вглубь, неизвестные звуки раздавались в районе туалета и кухни. Внезапно из кухни вышла Виолетта, направившаяся в сторону, откуда пришла Крис. Захарова останавливает её левой рукой. — Ты себя хорошо чувствуешь? — спрашивает Крис, будто ей правда это интересно. На самом деле это было не из вежливости, речи о ней и не шло при такой тревоге в животе. Это делалось, скорее чтобы эта ситуация не выглядела, как сцена ревности, когда Крис узнаёт о всём и бежит в дом, потому что эти двое могут стоять и сосаться здесь, зная пьяную Виолетту-Матильду. — Всё заебись, — улыбается она, — лучше всех, — отвечает девушка и продолжает идти дальше, что принудило Крис убрать свою руку с груди Виолетты. «После пяти рюмок текилы и, наверное, ещё чего–нибудь, могла бы тут уже мини белку ловить, а она будто целенаправленно хотела выйти отсюда как можно быстрее», — с подозрительностью пронеслось в голове Кристины. Шорохи в доме продолжались, но это уже была явно не Виолетта. Крис прошла на кухню и споткнулась о выпирающий кусок линолеума, который порвали на прошлой неделе. — Блять, да что так темно-то нахуй, — выругалась Кристина, испугавшись за содержимое бокала, — нихуя не видно почти. Захарова решила отпить вино, дабы после следующего шага в темноту и вовсе не оказаться с пустым бокалом. Однако будучи одурманенной приятным вкусом, она и не заметила, как в бокале остались одни разводы и сладкий привкус во рту.

Я глотаю алкоголь, внутри меня война

— Окно шторой закрыто, оттуда же свет идёт, — сказала Лиза, даже не посмотрев в сторону светловолосой, она стояла спиной к Крис вглуби кухни. — Лиз, ты? — сердце, наверное, стало биться в полтора раза быстрее. — Ну да, — подтвердила она, — а ты чего здесь, что-то хотела? — невзначай интересуется Лиза, даже не догадываясь, как она верно отметила то, зачем пришла Захарова. Кристина прошла к кухонному гарнитуру, уперевшись о настенные полки головой, встала напротив, но чуть правее от Лизы. Она молчала долгие, просто томительные и бесконечно долгие десять секунд. На кухне слышно лишь её громкое и прерывистое дыхание, а шорохи, которые Крис слышала в коридоре, оказывается, создавала штора, бьющаяся об подоконник и пол от ветра. — Я не знаю, как тебе сказать об этом, — говорит Кристина, начиная поднимать голову, чтобы посмотреть в глаза Лизе, — Может быть, уже вообще поздно, — томительно тихим голосом произносит Крис. — Ты о чём? — безусловно, Лиза была удивлена застать Кристину в таком непонятном ей состоянии. Она правда была заинтересована в том, что могло такого случиться, что сама Захарова не может ей что-то сказать. — Вилка хочет использовать тебя ради собственной выгоды, — сказала Кристина, после чего решилась взглянуть на реакцию одноклассницы. Их глаза встретились, и вся смелость пропала, будто её и не было. В мрачной полутемноте глаза Лизы казались ещё более хищными. Этот взгляд настолько нравился Кристине, что чаще всего она старалась избегать возможности лишний раз встретиться с ним. В людях Кристину могло зацепить всякое, но она впервые столкнулась с тем, как чей-то взгляд может взять управление над ней. Сама того не признавая, ей было ясно, что власть в руках Индиго. После произнесённой фразы Лиза начала улыбаться уголками губ, как только взгляд голубых глаз остановился на ней. — Может быть, уточнишь, что конкретно она хотела провернуть? — интересуется Лиза. Её улыбка в сочетании со взглядом — это нечто. Нечто, что заставляло Кристину сомневаться в своих чувствах к тёмноволосой. Казалось, что от того, что она испытывает вокруг, густеет воздух. — У меня был с ней разговор неделю назад, в котором она сказала, что хочет начать с тобой отношения, чтобы словить хайпа, — быстро сказала Кристина. Да, она немного загнула и перевернула высказывания Виолетты, но на то и тревожность, бьющая через край, затуманивая разум. Крис была рада тому, что кухня почти не освещалась, благодаря чему существовал шанс, что Лиза не заметит её панически бегающих глаз. — Вот про что ты, оказывается, — понимает Лиза, и из её губ вырывается смешок. — Неужели настолько ты меня ненавидишь, что такого мнения обо мне, будто я не допру, почему она ко мне резко стала лезть? — произносит Андрющенко и улыбчиво, с ноткой вызова, смотрит на девушку напротив. Кристина материлась в голове, безрезультатно пытаясь сдержать свою злость, когда к ней пришло осознание, что она попросту мучила себя на протяжении недели и продолжает это делать до настоящего времени. Либо так в голову ударили пол бокала вина, либо непонятно, что подтолкнуло Захарову к мысли притронуться к губам Лизы. Неважно, губами, пальцем или носом, но девушке хотелось просить прощения. За то, как обижала её словами, била и настраивала всех против неё, только теперь мучиться будет другая. Кристина прекрасно понимала всё. Тихий бархатный голос Лизы, усмешки, мягкая полуулыбка, томный, пристальный взгляд, который ловила на себе — именно в это была влюблена Кристина. Девушку кидало от желания рыдать до желания поцеловать, но чего бы она не хотела — Захарова даже не могла представить себе последствия этого поцелуя. Дикое желание прикосновения кружило голову, жажда эта была далеко не похотливой. — А, ну, ладно, — начала Кристина, облизнув губы, не зная, что ей сказать. Она чувствовала себя настолько ужасно в этой ситуации, что просто хотела схватиться за переносицу и опуститься вниз на пол. Девушка корила себя за то, что дала такую слабину и испытывала к Лизе влечение. — Я пойду тогда, — сказала Захарова и оттолкнулась от кухонного гарнитура, чуть пошатнувшись. Паническая атака брала верх, и Крис не знала, как возвращаться к Кире, но всё же направилась к выходу, лишь бы не находиться здесь. Рядом с ней. С той, перед кем так и осталась ужасным человеком. Лиза ещё некоторое время оставалась на кухне. Она видела, как под кепкой дрогнули ресницы Захаровой, а потом взгляд опустился на её губы и снова поднялся к глазам. Не спеша, Кристина убрала волосы, вылезающие из-под худи, с щеки за ухо, оголив свою скулу, что очень нравилась Лизе. И всё же, немного жидкие, иногда прохладные во время прикосновения к ним, волосы Кристины — больше всего привлекали Индиго, вызывая в голове ассоциацию с пшеничным полем, которое одаривало своим теплом всех, кто смог его увидеть.

Волосы цвета пшеницы, Глаза — летнего неба синева. Ей летать бы как птице, Но она грустит у окна.

…

Мечтаю увидеть счастье В этих уставших глазах, И слышать смех, разлетающийся на части О стены во дворах.