Сладкое томление

Вы сидите на диванчике в углу бара. Перед вами практически пустые пивные кружки. Ты не знаешь, какую по счету пьешь. Обнимаешь ее. Без сексуального контекста, просто по-дружески, но это чертовски много для тебя значит. Ты пьяна и не знаешь, от чего больше: от алкоголя или от этой внезапной близости. Диана смеется. Она еще пьянее твоего. Девушка ни словом не обмолвилась, почему плакала. Она пьет отчаянно, как будто в последний раз, видимо, пытается заглушить боль. Удивительно, но пока у нее это удается. Она рассказывает смешные истории и сама смеется над ними, внезапно предлагает тосты, на середине запинается и пьет до дна. Она умеет веселиться, эта нежная пышечка. Ты говоришь мало. Сложно подобрать слова. Ты так счастлива от тепла ее тела, что больше не можешь думать вообще ни о чем. Не верится, что это происходит с тобой. Твоя рука лежит на ее талии… Шерстяное платье тонкое, оно не скрывает ни единого изгиба тела. Хоть ты и разъелась за последние месяцы, Диана заметно толще тебя. У нее четко вырисовывается талия на фоне пышного бюста и объемной нижней части, но при этом вся она очень мягенькая, сочная. Когда она поворачивается позвать официанта, на ее боках образовываются нежные складочки. У тебя кругом идет голова, когда ты чувствуешь их пальцами. Она без белья, и пышный бюст трясется от каждого ее движения. От сквозняка в баре ее соски стоят колом. Ты давишь желание примкнуть к ним губами. Тебя поражает размер ее бедер. Они расплываются по поверхности дивана под собственным весом, из-за чего выглядят еще шире, чем они есть. На них лежит ее упитанный животик. Его больше не сдавливает плотная юбка униформы, он может лежать свободно, занимая как можно больше пространства. Диана не медлит с тем, чтобы заполнять его. Перед пышечкой стоят две больших тарелки с закусками, которые она самозабвенно уплетает. Пузико наполняется вкусностями прямо у тебя на глазах. Ты тоже сыта, как никогда. Диана предлагает тебе то крылышко, то ребрышко, то сырную палочку. Ты хоть и наелась сладким сверх меры в кафешке, не можешь отказаться. Жиры и углеводы наполняют тебя. В какой-то момент давление в животике достигло такой силы, что ты незаметно расстегнула сначала верхнюю пуговицу джинс, а потом и ширинку. Вы пьянеете, еда постепенно заканчивается. Вы так и не поговорили о том, что у нее случилось, но вам весело, как никогда. Она рядом с тобой, такая теплая, мягкая, такая красивая, веселая. Ты в жизни никогда не была так счастлива. В какой-то момент ты не удерживаешь себя, и аккуратным скромным жестом переводишь руку с талии чуть-чуть дальше, на упругий шарик, наполненный вкусностями. Ты надеешься, что она не заметит, что продолжит травить шутки, пока у тебя будет несколько счастливых мгновений, о которых ты будешь вспоминать всю жизнь. Сначала Диана действительно не замечает, что твоя кисть изменила свое положение и поглаживает ее животик. Но в какой-то момент ты набираешься смелости, совершаешь особенно широкое движение… Пышечка прерывается на полуслове. – Ты… Трогаешь мой живот? – уже во второй раз за вечер она смотрит на тебя так, как будто видит впервые в жизни. Ты краснеешь, не зная, что ответить. Ты быстро одергиваешь руку и выдавливаешь хлипкое: – Извини… Я случайно… Диана одаривает тебя долгим изучающим взглядом. Ты все больше нервничаешь под ним. “Господи, неужели все это закончится так? Только минуту назад счастье было прямо руках, а теперь девушка мечты никогда больше не заговорит со мной. Будет пересказывать друзьям историю о странной постоянной клиентке-извращенке…” – думаешь ты. Ты ожидаешь пощечину, оскорбление, плевок в лицо, что угодно. Чем дольше она молчит, тем к большему фиаско ты готовишься. Ты не знаешь, что Диана не восприняла твой жест как оскорбление. Не восприняла она его и как нарушение границ. Может быть, ее слишком поглотило отчаяние, а может быть она просто выпила больше нормы. Однако толстушка хитро улыбается и плавно кладет руку на твой набитый до отвала животик. Начинает аккуратно гладить. Ты чувствуешь напряжение... Смущение... Возбуждение... Чувствуешь себя уязвимой, мягкой, покладистой в ее руках. Чувствуешь себя нежной, объевшейся, ленивой девочкой. Диана тут же это чувствует и начинает гладить тебя активнее. – Кто-то так наелся, что даже расстегнул ширинку, – ухмыляется девушка твоей мечты. – Кто-то очень любит покушать, я посмотрю. Ты можешь только промычать что-то нечленораздельное в ответ. Диану это полностью устраивает. – А я думала, мне показалось, что ты набрала вес… А вот не показалось. Ты настоящая обжора, да? – пьяная Диана играет с тобой самым наглым образом, а ты ничего не можешь с этим сделать и абсолютно счастлива от переполняющих тебя еды и чувств. Наклонившись прямо к твоему уху она шепчет: – Так приятно понимать, что это я приносила тебе все эти тортики. Ее вкрадчивый шепот заставляет тебя краснеть. Ты возбуждена до предела. Твой бюст вздымается высоко от прерывистого дыхания. Диана не оставляет это без внимания. Пока одна ладошка продолжает гладить твой сытенький животик, вторая берется за грудь. – Тебе нравится, свинка? Нравится вкусно кушать, да? – Диана сама разгорячилась от этих игр. – Да… Нравится, когда ты меня гладишь… Твои смущенные фразы заводят ее еще сильнее. – Знаешь, у меня появилась одна идея… Хочешь съесть еще что-нибудь вкусное? – А что? – Я хочу тебя покормить. Ты не можешь от такого отказаться. *** Вы приезжаете в кафе, где работает Диана. В такое время оно уже закрыто. По дороге девушка объясняет тебе, что она в очень хороших отношениях с владельцем. – Макс мой друг детства, ты знаешь. Я, кстати, соучредитель кафе, я работаю для удовольствия, понимаешь, чтобы с людьми общаться. Он всей этой бумажной волокитой занимается, а я владею контрольным пакетом акций и финансирую все предприятие. – Ого, это же серьезные вложения. Тебе родители помогали, наверное? – Ну не то, чтобы... Просто знаю, как симпатичной девушке можно поднять хорошие деньги. Если ты понимаешь, о чем я. – Не понимаю только того, зачем горбатиться официанткой, – спрашиваешь ты, игнорируя намеки о странной подработке. – Если бы у меня денег на жизнь хватало, я бы и не работала вовсе. – Ну, а для меня это не работа, это увлечение, – хихикает Диана. – Где еще посмотришь, как красивые девушки кушают тортики и жиреют день ото дня. Ты думаешь, зачем я весь этот бизнес затеяла. Ее слова вгоняют тебя в краску. Вам предоставлено в распоряжение все помещение и все десерты, оставшиеся после продажи. – Все равно завтра с утра свежее привезут, а тут смотри сколько осталось еще. Диана усаживает тебя за стол в самом центре помещения. Когда она бегает туда-сюда, организовывая пиршество, все ее тело так и трясется. Ты любуешься ей с нескрываемым наслаждением. – Ты чего так смотришь? – ловит она твой взгляд. – Ты такая красивая… – говоришь ты. Она хищно улыбается и шлепает себя по толстой попке. Вскоре перед тобой выстраиваются в ряд несколько коробок пирожных и небольшой торт. – Ты серьезно? Я же это не съем! – удивленно восклицаешь ты. – Ты себя недооцениваешь, крошка, – подмигивает Диана и открывает первую коробку пирожных. Ты сидишь, откинувшись на мягкую спинку. Пока вы ехали из бара, еда в твоем животе успела улечься, там и правда есть немного места для чего-то вкусного. Тем более, от чего-то вкусного из рук Этой девушки. Ты не уверена, что действительно слопаешь все на столе. Но ты решаешь, что прекратишь эту игру, как только станет дискомфортно, а пока можно отдаться воле этой игривой тостушки. Тем временем она достала первое пирожное из коробки. Классический профитроль с заварным кремом. Ты протянула было руку, чтобы взять его, но Диана не позволила. – Эээ, нетушки! Сейчас я тебя кормлю. И уверенным движением она пропихивает сладость прямо в твои губы. Ты поддаешься ей. Ты не можешь не поддаться. Один за другим она скармливает тебе профитроли. Пропихивает новые, пока ты еще не проглотила предыдущую порцию. Она кормит тебя уверенно, увлеченно, практически профессионально. Ты понимаешь, что так ешь гораздо больше, чем планировала. Когда ты соглашалась на игру, ты думала, что лениво поешь того, сего… Но Диана настроена решительно. В ее глазах увлеченность и азарт. Тебе даже немного становится страшно от осознания того, насколько ты сейчас в ее власти. Ты ощущаешь, как у тебя в животе заканчивается место. И без того раскормленное, упругое, от усилий Дианы пузико надувается, как шарик. Ты снова чувствуешь, что нужно расстегнуть джинсы, которые ты кое-как затянула, чтобы сесть в такси. Диана останавливает твою руку. Она хочет сама. Она не хочет, чтобы ты делала вообще хоть что-нибудь. Профитроли вкусные. Ты такие обожаешь. Тебе нравится, что они буквально заполняют твой рот. Так, что ты еле пережевываешь это сладкое месиво. А Диана все кормит и кормит… Нежно воркует над ушком. Гладит твой сытый животик… Впихнув в тебя коробку профитролей, она берет в руки промасленные бисквиты. – Как тебе? – Из твоих рук – все, что угодно, – выдавливаешь из себя ты. Бисквиты ты уже не можешь есть в таком же темпе. Сказывается сытость… Но ты продолжаешь отдаваться ее власти. Ты никогда не чувствовала себя такой слабой, подчиненной кому-то. Ты никогда не чувствовала себя настолько сытой. Она ест вместе с тобой. Она пачкается. Она смеется. – Мне кажется, в меня больше не влезет. – Когда кажется, креститься надо. Давай, открывай ротик, будь хорошей девочкой. – Дин, я лопну… – Не лопнешь, просто станешь немного толще и красивее. Ты же хочешь такой же красивый жирненький животик, как у меня. Я вижу, как ты на него смотришь. Давай, скушай еще кусочек. – Ммм… – мычишь ты с набитым ртом. – Видишь, все ты можешь. Хорошая девочка. Странно, но весь этот процесс тебе очень нравится. Нравится, как она хвалит тебя за каждый съеденный кусочек калорийной сладости. Нравится, как мнет твои бочка, ножки, грудь и приговаривает, что все калории уйдут "Вот сюда, сюда вот". Нравится ощущение наполненности в животике. Когда коробки с пирожными опустели, она деловито открыла торт. – А сейчас будет кульминация банкета. Только попробуй вот это… Ты думаешь, что пора бы уже начинать протестовать, но ты не успеваешь и пикнуть, прежде чем Диана отламывает кусок прямо рукой и пихает его тебе в рот. – Вкусно, свинка? Вкусно. Это один из самых вкусных тортов, которые ты ела в жизни. Но твой рот забит и ты не можешь сказать ничего членораздельного. Твое состояние близко к пищевой коме. Ты понимаешь, что съешь сейчас все, что она тебя заставит. Ты готова умереть, лишь бы выполнить все то, что она скажет. В тебе оказывается примерно половина торта. Твое лицо все измазано в креме. От рези в животе ты еле можешь пошевелиться. – Вот теперь больше точно не влезет… Еще кусок – и меня стошнит. В этот раз Диана соглашается. – Да уж, этот животик очень хорошо постарался, можно дать ему отдохнуть, – она поднимает футболку над твоим пузом и целует тебя в пупок. Ты краснеешь от смущения. – Но мы же не можем оставить этот тортик пропадать? – Дин, правда не могу, совсем-совсем. – А кто говорит, что есть его будешь ты, жадина? А ну-ка, – Она садится на твои бедра, поставив коробку с недоеденным тортом тебе на грудь. – Покорми меня. Твоя мягкая девочка хочет кушать. От ее слов и действий ты то краснеешь, то белеешь. Твои трусики мокнут от возбуждения. Воодушевленная, ты отламываешь кусок торта и подносишь ее к пухлым губам твоей возлюбленной. Она жадно съедает его, облизывает твои пальцы. – Еще! И ты кормишь ее еще. Она играет с тобой. Такая ненасытная, такая страстная. Как будто бы она не съела кучу всего в баре, не ела пирожные, которыми кормила тебя. Она кушает так, как будто бы месяц не видела еды. В конце концов она наклоняется к тарелке, которую ты придерживаешь, и начинает есть прямо из нее. Ты видишь, как раздувается ее животик. Наконец она откидывается назад, забирает у тебя тарелку, облизывает ее и ставит на стол. – Ох, давно я так не объедалась… Из-за большого количества съеденного, ее пыл спал. Она сама начала вести себя, как сытая ленивая девочка. Слезла с твоих коленей и примостилась рядом, откинувшись на мягкую спинку. Ты приобняла ее за плечи. Вы сидите молча. *** Время близится к рассвету. Вы полулежите рядом на диванчике. От съеденной еды остались только тарелки. Диану немного клонит в сон после насыщенного вечера. Ее удерживает на плаву только осознание того, что нужно убрать весь этот бардак перед открытием. У тебя же, наоборот, прошла сонливость. Ты все смотришь на девушку своей мечты, с которой вчера и не мечтала оказаться сидя на диванчике рядом. – Какая же ты все-таки красивая, – шепчешь ты. – Ты настолько любишь жирненьких? – смеется она. – Ну ничего, такими темпами сама толстушкой станешь, больше, чем я, будешь. – Да не то, чтобы я полных люблю… Я люблю… – ты запинаешься. Даже после всего случившегося ты не можешь произнести заветные слова. Но она и так понимает, что ты хочешь сказать. Осознание твоих чувств выбивает ее из колеи. – Ну ты чего вдруг… Мы же едва знакомы, ты меня не знаешь… Это так, просто, как случайный секс… Ты возмущена. – Для меня это что угодно, но не случайный секс. Ты мне нравишься, нравишься как человек. Не важно, толстый или худой, с фетишами или без. Я счастлива из-за того, что ты рядом. – Знаешь, все не так просто… В моей личной жизни полный кошмар, на самом деле. Я же так и не рассказала… Я не знаю, хочу ли я отношений… Понимаешь, повеселились и хватит? Ты смотришь на нее с болью в глазах. Ты знала, что все не может получиться вот так просто и закончиться счастливо. Ты внутренне отпускаешь ее. – Это была лучшая ночь в моей жизни. Но она тебя ни к чему не обязывает, – говоришь ты. – Ох, Господи… – Диана вздыхает и закрывает руками лицо. Ты смотришь на нее, и она выглядит совсем иначе. Она уже не игривая львица, она просто нежная ранимая девочка. “Подумать только, она спокойно говорит такие пошлости, а от признания в любви теряется…” – думаешь ты. – Я… Я тебя правда ведь едва знаю, – даже ее голос меняется, дрожит. – Но ты знаешь, на самом деле, я ведь не встречала таких, как ты… Ты наклоняешься к ней губами. Ты навсегда запомнишь ваш первый поцелуй.