Калейдоскоп откровенных желаний

— Юнги, я понимаю, что это возможно нихрена не прокатит, но ты попробуй! — Ким нервно жуёт губу, пока приводит свой очередной план в действие…

***

Чимин сидит дома уже которую неделю и скисает от безделья. У Тэхёна внезапно осуществилась заветная мечта, в результате чего, он обрёл свою долгожданную любовь, и теперь ему нет дела до лучшего друга… Хоть он и названивает ему каждый день, приглашая пойти вместе в гости к Юнги, но Пак ведь понимает, что сейчас его интересует только Чонгук… «Что я там буду делать? На этих голубков смотреть или от Юнги-маньяка бегать? Может, если бы я любил кого-то, то тоже сейчас ходил бы счастливый?» Только вот, беда в том, что Чимину ещё не довелось влюбиться в кого-либо… Несмотря на свой возраст, он так и остаётся до сих пор девственником, а всё потому, что не может определиться на кого ему вообще смотреть… Когда-то давно, они с Тэхёном завели разговор по-душам, и пьяный Чимин признался, что не знает к какой ориентации себя отнести, на что понимающий Тэ успокоил его фразой: «любовь тебя сама найдёт, не стоит из-за этого переживать и торопить события…» Но видимо любовь Чимина где-то заблудилась в этом огромном мире, если так и не посетила его. Иногда ему становится настолько тоскливо, что он уже готов броситься на первого встречного, лишь бы испытать это волшебное чувство. А тут ещё Юнги подозрительно активизировался: звонит без конца, зовёт гулять, а в последний раз вообще сам пришёл, да ещё и с курицей своей… Чимин сам не знает: злится он на него или нет, нравится он ему или нет… И парень-то вроде неплохой, весёлый, заботливый, но что-то всё же отталкивает… Может то, что он наглым образом украл у него поцелуй, на который Пак возлагал большие надежды. «Я такой неудачник, что даже свой первый поцелуй просрал…» В дверях раздаётся звонок, и Чимин выбираясь из своих печальных мыслей, идёт открывать дверь. «Наверное мама опять ключи забыла…» Глаза Пака, полные печали, в одну долю секунды превращаются из грустных в удивлённые. На пороге стоит Юнги… — Чимин! — начинает он слегка неуверенным голосом. — Поздравляю тебя с Новым годом и желаю от чистого сердца много благословений! Сказать, что Чимин в этот момент охуел — ничего не сказать, потому что Юнги перед ним в турумаги, поверх ханбока, и с традиционным подарочным конвертом в руках… — Эмм… Спасибо, Юнги, и тебя с Новым годом… — не зная, что говорить или делать дальше, Чимин неловко приглашает Юнги войти в дом. Оказавшись внутри, Юнги отдаёт Паку конверт и снимает обувь. — У меня нет для тебя подарка, прости… — Чимину неудобно, как никогда, и он опускает голову. «Какой малыш! Смущается… Ты мой подарок, котёнок!» — Если ты напоишь меня горячим кофе, я буду счастлив! Чимин-и, я замёрз, как собака, — в доказательство своих слов, он шмыгает носом, жалобно поглядывая на светловолосого парня. — Да, конечно! Проходи… Он устраивает его за столом в своей комнате, и приносит множество сладостей, приготовленных мамой на Соллаль. — Ты извини, что здесь. Скоро мама должна вернуться, если она увидит тебя в… этом, у неё будет много вопросов, а она у меня слишком любопытная… «А ты слишком милый…» — думает Юнги, молча отпивая горячий напиток. Чимин стоит рядом со столом, за которым сидит Юнги, и, сложив руки на груди, смотрит в окно на заснеженные деревья. Вот и наступил Новый год… Новая жизнь… Неожиданно его посещает безумная мысль. «Хуй с ним! Была не была!» — Юнги, а ты не хочешь погулять сегодня? От неожиданности Мин давится кофе, кашляя и прикрывая рот рукой. «Охуеть! Сам предложил!» — Чимин-и, я пойду с тобой гулять, только давай зайдём ко мне? Я переоденусь? Пак словно впервые замечает его наряд, и через секунду начинает заразительно смеяться. — Ты откуда-то шёл или ради меня так вырядился? — Ради тебя… Юнги ещё никогда так быстро не переодевался! Услышав от Чимина предложение пойти погулять, он мысленно благодарил Тэхёна за его настойчивое требование сходить к Паку и ещё раз попытать удачу… Натягивая на себя непослушные джинсы, он одновременно ищет в глубине своего шкафа подходящий свитер. Чимин в это время детально рассматривает снимки, сделанные Чонгуком. «Как же Тэ повезло! Парень два года думал о нём, мечтал. И ведь не стал добиваться от него внимания, а терпеливо ждал… А я? Когда же у меня в душе поселится любовь?» Он задумывается о последних днях ушедшего года. Юнги совсем не такой, как Чонгук, он не наблюдает издалека, а сразу говорит всё в глаза, как думает и чувствует… Пытается, пробует… И даже игнорируя вспышки гнева Чимина, остаётся внимательным… «Господи! Да что же я делаю?! Прямо сейчас передо мной есть человек, которому я нужен, который несмотря на непогоду, напялил ханбок, чтобы поздравить с Новым годом! Ещё и подарок подарил… Интересно, что? Как жаль, что следуя правилам Корейского этикета, нельзя открывать подарок сразу… Чёрт! Какой же я идиот!» Он врывается в комнату Юнги, застав его полуголым: с не до конца надетыми джинсами и свисающей на шее, футболкой. — Юнги стой! Не торопись, — Чимин подходит к нему ближе и стыдливо прячет глаза. — Я передумал… — Передумал… — Юнги с болью повторяет последнее слово Пака, моментально меняясь в лице, и его свитер падает из рук на пол. «Блять! А я успел обрадоваться…» Стоя в одной штанине, он медленно стягивает её и садится на кровать, упираясь локтями в колени и зарываясь пальцами в свои пепельные волосы… — Ты всё не так понял, Юнги, — Чимин подходит к нему очень близко, останавливаясь всего в каких-то жалких сантиметрах. — Да, прости, я понимаю… Я тебя сильно обидел, и… Разреши хоть проводить тебя? — У Юнги даже голос звучит безжизненно. — Глупый! Ты меня не понял! Юнги, я не хочу идти гулять, я хочу остаться здесь! С тобой… — он садится рядом с Юнги, положив ладошку на его голое плечо. — Только пообещай, что не завалишь меня в кровать при первой же возможности? — Чимин! Да я и не собирался! Ты чего?! — Юнги сияет, как рождественская звезда на ёлке. «Вообще-то собирался, но лучше тебе пока об этом не говорить…» — Ага. Так я тебе и поверил, конечно… — А чем займёмся, если гулять не пойдём? — Юнги с обожанием смотрит на Пака, продолжив натягивать на себя футболку. — Ну… Не знаю. Может приготовим что-нибудь вкусненькое? Мм… Кимчитиге? — О да! Наши вкусы совпадают, — закончив с джинсами, Юнги протягивает руку сидящему Чимину. — Тогда пойдём покорять кулинарные вершины? Чимину ещё никогда не было так уютно в компании, относительно незнакомого, человека. Что поменяло его мнение к Юнги, он и сам не знает: может его добрый порыв с поздравлением, а может он просто взглянул на него с другой стороны. Оказавшись вдвоём, без Чонгука и Тэ, они даже вели себя по иному. Чимин, тепло улыбаясь, режет ножницами большой кусок кимчи, а Юнги внимательно наблюдает за его действиями. — Осторожно, не поранься… «Какой заботливый…» — Я не маленький, Юнги, — Пак закатывает глаза. — И всё равно… Будь осторожнее, — Мин вдруг краснеет, смущается и возращается к нарезке лука и тофу. «А может мне стоит прислушаться к словам Тэхёна и обратить внимание на Юнги? Ну подумаешь, что поцеловал, пока я спал. Если он станет моим парнем, всё равно целоваться-то мне только с ним…» Он замирает с капустой и ножницами, поднимая глаза на Юнги. «А ведь он красивый… Белая, почти фарфоровая кожа, сильные руки с выступающими венами, длинные красивые пальцы уверенно держат нож, который аккуратно режет тофу на порционные квадратные кусочки…» — Что случилось, Чимин-и? — Юнги, недоумевая, смотрит на задумавшегося блондина. — Всё хорошо? — Аа… Эмм… Да, я просто наблюдал, как ты красиво режешь тофу и… — Красиво режу тофу?! — у Юнги высоко взлетает бровь. — Уау, какой комплимент… Это ты ещё не видел, как я умею нарезать кимпаб! «И ещё очень много чего умею делать красиво…» Когда вкусный острый суп был съеден, похвальные речи в адрес друг друга высказаны, парням пришла в голову идея сыграть в «юннори», Соллаль ведь всё-таки… Усевшись на полу по-турецки, они разложили циновку и приготовили фишки с палочками. Время за игрой летит стремительно, и парни, сами не замечая, придвигаются поближе друг к другу. Чимин с азартом переставляет свои белые фишки, предвкушая ожидаемую победу. Он настолько открыт сейчас и напоминает веселого мальчишку, что очарованный Юнги, не переставая широко улыбаться, надолго засматривается. — Юнги, твой ход! Эй! Ты слышишь? — Чимин машет ладошкой перед лицом. Мин подкидывает вверх палочки, и не дождавшись результата, двигает черную фишку в центр квадрата. — Юнги! У тебя не выпадал «Сеул», ты жульничаешь! — Чимин возмущённо размахивает руками и, хлопнув Юнги по бедру, неловко падает на него, тут же оказавшись в его объятиях. От Мина приятно пахнет домашней едой, шампунем и немного табаком… «Какой же ты уютный, Мин Юнги. Так бы и сидел у тебя на коленях целую вечность…» — Отпусти, — тихо просит Пак. — Не могу, — надломленно отвечает Юнги. Чимин поднимает голову, встречаясь с грустными глазами напротив и залипает на его лице с идеально белой кожей. — Юнги… Ещё секунда, и Юнги разрушает к хуям собачьим всё то выстраданное доверие Чимина, завоёванное буквально по крупицам. Он с диким рвением прижимается к его пухлым приоткрытым губам, выдыхая последний воздух из лёгких… «Мать моя! Что я делаю?!» Но проходит время, и он чувствует ласковые пальцы Чимина в своих волосах… «Он отвечает мне!!!» Их губы нежно неторопливо двигаются, даря незабываемые ощущения. У Чимина начинает кружиться голова, и он разрывает поцелуй с громким вдохом. «Это… Это просто… Охуеть!!!» — Спасибо, — это всё, что он в состоянии сейчас сказать. — За что, Чимин-и? — Мин аккуратно поправляет выбившиеся из светлой челки волосы, наблюдая, как Чимин при этом доверчиво закрывает глаза. — За мой первый поцелуй… — Первый? Но я же тебя уже… Подожди! Первый?! — Юнги в ужасе округляет глаза, уставившись на разомлевшего парня. — Т-ты… Ты никогда раньше… — Я не целовался, Юнги… — Чимин стыдливо прячет свои румяные щеки. — Боже, Чимин-и… Малыш, прости меня! Я не знал, что ты никогда… Чёрт! Я опять всё испортил! — он болезненно жмурится, пока теплые ладони Пака не обнимают его лицо. — Я же сказал, спасибо, Юнги. Что ты испортил? — Ты не злишься?! — Юнги сейчас выглядит младше Чимина, с его напуганным взглядом. — Злюсь… Злюсь на то, что ты портишь такой романтичный момент, — Чимин делает паузу, а затем рывком поднимается с колен Юнги. — Поэтому, мне пора домой! — пытается уйти, но вовремя оказывается схвачен за руки и притянут обратно. — Вот теперь, я точно тебя никуда не отпущу! — на полном серьёзе он крепко обвивает стройное тело, и дышит тяжело в район груди: — Ты так просто не уйдешь от меня, малыш. Я не позволю… Чимин хитро улыбается, не делая попыток вырваться, а напротив: обнимает Мина за шею и шепчет в ухо, касаясь губами серебряной сережки: — Я тебя просто проверял, Юнги… — И я прошёл твою проверку? — О, да…