Скоро вернусь, Драко...

Теплый осенний ветер, что совсем не свойственен последнему дню октября, посылает свои порывы, колыша ветви ближайших деревьев леса, что простирается на десятки километров. Гермиона держит на руках своего восьмимесячного сына Эридана. Мальчик играет с ее распущенными волосами, сжимая и разжимая их в своих кулачках. Его серые крылышки на спинке колышутся от ветра. Гермиона нарядила Эри в костюм дракона. На самом деле это была идея Драко. Но никому об этом знать необязательно. Гермиона проводит носом по пухлой щечке, а затем целует в нее, под смех своего малыша. Она улыбается. На лице проскальзывают ямочки, а веснушки покрытые специальным хайлайтером, который принесла Джинни, светятся на солнце, оставляя блики. Крепкие руки обнимают ее со спины, и Гермиона облокачивается на грудь мужа. Драко Малфоя… Их история стала неожиданностью для всех их друзей. Но большей неожиданностью она стала для них самих. Долгие вечера, проведенные в библиотеке на дополнительном курсе. Первые оставленные друг другу записки на столах, пока другой не видел. Это было что-то тайное. Что-то свое. Их. Первый раз, когда они сели за один стол в ноябре месяце. Первый тихий разговор, когда в библиотеке лишь они. Первое касание кожи к коже, когда они потянулись за одним кусочком шоколадки, которую принесла Гермиона. Этот электрический разряд, что заставил их замереть и не дышать. Первая прогулка, когда он проводил ее до гостиной Гриффиндора. Первый смех, когда она пульнула в него снежный шар, попав прямо в сердце, а потом он погнался за ней, пока не повалил в снег. Первые дни, проведенные вместе, когда они остались вдвоем на Рождественские каникулы в Хогвартсе. Его ждала мать, но он остался, потому что у нее никого не было, а ехать к Уизли она не хотела. Он знал. Она рассказывала. Гермиона помнит, как впервые поцеловала его. Сама. Первая потянулась к нему, обхватывая рукой за шею и привставая на носочки. Он был первым. Первым и остался. Они как инь и ян, вписались друг в друга, помогая залечивать и перевязывать не зажитые после войны раны. Жизнь проходила мимо, оставляя место для них двоих. В своей собственной Вселенной. В месте, где всем плевать кто они такие. Первый выход в город. Настоящий. Большой. Магловский. Его крепкая хватка на ее руке от страха и посторонних звуков. Первый крик в кино, когда летающая тарелка внезапно вылетела на экране. Ее смех до боли в животе. Благодаря ей он пошел учиться на Аврора. Благодаря ему она открыла свой книжный. От него ничего не ожидали. От нее ожидали всего. И вместо того, чтобы идти за желаниями и мнениями других были они. Они, кто хотели жить так, как хотят. В спокойствии. В волнении. Она не заметила, как стала частой гостьей в Мэноре, и коридоры, когда-то пугающие до дрожи в ногах, превратились в родные стены с ковровым покрытием и дубовыми вставками. Их жизнь проходила через них двоих. Иногда в ней кто-то появлялся, но потом исчезал, чтобы появиться вновь. Джинни вышла за Гарри, Гермиона и Драко были на их свадьбе, через год они сыграли собственную на их вилле во Франции, где было всего двадцать пять человек, общий стол, ночные фонарики над столом и смех, много, много смеха. Гермиона смотрит, как Джеймс бегает по их заднему двору Мэнора в костюме пирата и держит в руке упаковку печенья, а Джинни пытается за ним угнаться. Ему уже шесть, а Гермиона помнит, как впервые взяла малыша в свои руки и слова Гарри: — Ты же станешь его крестной? Конечно она стала. Она плакала в тот момент, стоя с маленьким Джеймсом в руках у кровати Джинни. Драко стоял в стороне, но она не могла не заметить его теплый взгляд. На ней… с ребенком. Эридан сильно дергает ее за волосы, и Гермиона шипит сквозь зубы. Драко быстро отцепляет маленькую ручку от ее волос. — Вот так, — шепчет он ей на ухо, и она улыбается. С ним всегда просто. Он всегда знает, что нужно сделать. Поэтому, наверное, у них все получилось. Поэтому их пара сработала так, как должна была. Они стоят вдалеке от всех гостей. И Нарцисса действительно превзошла все их ожидания, когда Гарри предложил устроить Хэллоуин, который они обычно не праздновали, чтобы развлечь детей. Стоило упомянуть ему это при Нарциссе. Если бы не тот день навряд ли на их заднем дворе было около двадцати детей. Но Гермиона не против да и Драко тоже. Они очень любят детей как оказалось. — Это сумасшедший дом, — усмехаясь произносит Драко, и Гермиона с ним мысленно соглашается, но улыбается, слегка покачиваясь на месте вместе с ним и Эри. — Помнишь, как ты говорил про что-то а-ля: давай заведем десять детей? — Не напоминай, пожалуйста. Но тот факт, что мне нравится, когда ты беременна моим ребенком все равно что-то делает с моим черствым сердцем. Она немного разворачивается, чтобы встретиться с ним глазами. Серое небо и шоколадный мед. — Мы оба знаем, Драко, что твое сердце какое угодно, но не чёрствое. Нет, ну действительно. Даже спустя восемь лет брака он все еще может что-то говорить про то, что у него чёрствое сердце. — И я его люблю. — Только сердце? — Дурак. Они тихо посмеиваются, пока один из детей не кричит, и Гермиона тут же узнает голос Ала — младшего сына Гарри и Джинни. Малыш сидит на земле в костюме железного человека, потому что по словам четырехлетнего мальчика именно он настоящий герой, и плачет. Рядом с ним сидят близняшки Забини. Их светлые волосы почти блестят на солнце, так же как и их светлые наряды. Нарглы. Вроде так назвала эти костюмы Луна. Если честно, спрашивать у Блейза Гермиона не стала. К удивлению Гермионы, Лея и Фэйт смеются, прикрывая ротики своими маленькими ладошками. Гарри оказывается ближайшим к группе. Он опускается на одно колено подле Ала, держа в руках свою годовалую дочь Лили, и что-то говорит ему, пока мальчик не встает и не упирается головой в грудь Гарри. — Они так быстро растут, — тихо говорит Гермиона, смотря на детей на их дворе. Малыши бегают и веселятся вместе со взрослыми. Блейз катает дочь Билла и Флер на спине, пока та изображает из себя наездницу. Нарцисса сидит на террасе, попивая чай вместе с Андромедой и держа на руках дочь Тео и Пэнси, которые предпочли уединиться в доме. Это их мир. Волшебный. Наполненный теплой и любовью. Временем и сказкой, что переплетает их жизни тонким веретеном, сводя нужные дороги. Их жизнь похожа на Рай. Это их Райское место. — Знаешь, — спустя время произносит Драко ей на ухо, опаляя кожу и посылая мурашки по телу, — а мне даже нравится этот костюм. Фейри? Да? Эти острые ушки и татуировки на твоем теле. Когда все уйдут и мы положим Эри спать, я обязательно проведу языком по каждой линии на твоем теле. Она ощущает себя запертой в клетке томного желания. Его слова, как запускной механизм, что заставляет мозги перестать работать. Эри издает пузырчатые звуки и смеется, кладя на ее щеку свою пухлую ладошку, что от слов Драко розовеет. — Мне нравятся эти ваши фэнтези. Надо будет обязательно почитать. — Сделать тебе пометки на нужных главах? — широко улыбаясь спрашивает Гермиона, чувствуя, как по лицу расползается красный румянец. — Неужели миссис Малфой решила что-то изменить? — Драко вскидывает бровь и усмехается. — Для вас, моя Леди, все что угодно. — Верховная леди, — ухмыляясь поправляет она. — С того момента, как вы будете сидеть на мне, — он проводит языком по ее шее, оставляя влажную дорожку, — вы станете Верховной леди. — Есть предпочтения? Драко ухмыляется ей в кожу. — Везде.

***

Солнце медленно подходит к закату, скрываясь за кронами деревьев. Фонари, что представляют собой заколдованные летающие тыквы, которые вырезали дети буквально пару часов назад, летают на границах их двора, отделяя территорию. Над столом, что стоит в центре, висят стеклянные гирлянды, наполняя место теплым светом, точно такие же висят в лесу, виднеясь из-за стволов деревьев. Скоро должна начаться детская охота за сладостями, которые эльфы спрятали в лесу неподалёку. Гермиона сидит, положив голову Драко на плечо. Она улыбается, слушая разговоры Гарри и Драко о каком-то новом фильме. Нарцисса рассказывает что-то Тедди на другой стороне стола, периодически бросая на нее материнские нежные взгляды. Для Гермионы Нарцисса стала всем. Матерью, которую она никогда не искала. Именно это женщина подарила ей саму себя. Женщина, которая всегда мечтала о дочке. Она помнит их первые чаепития, наполненные неловкостью и тишиной. Первый поход в зимнюю оранжерею, в которую ведет проход из левого крыла. Тогда она впервые увидела Нарциссу Малфой в грязи. Она помнит женский восторг, когда они пошли в первый раз в театр вместе с Андромедой и Джинни. Нарцисса Малфой стала для Гермионы одним из самых близких людей, несмотря ни на что. Эри тихо мычит что-то во сне. Его пухлые губки шевелятся, и он подносит свой большой пальчик ко рту, начиная сосать его вместо соски. Гермиона проводит рукой по волнистым платиновым волосам сына, успокаивая его. Эридан стал для нее всем. Их маленьким с Драко сокровищем. После почти пяти лет ожидания двух полосок на магловском тесте и яркого свечения от заклинания. Эридан стал их чудом. Но они надеются, что будет еще. Оба очень этого хотят. Нарцисса поднимает стакан с вином и легонько бьет по нему вилкой, привлекая к себе внимания. — Время охоты, мои дорогие, — улыбаясь произносит она, и дети, что еще не уснули на своих родителях, быстро подскакивают со своих мест, направляясь ко входу в лес, где идет главная тропа для прогулок. Джинни берет Ала за руку, ведя к месту. Блейз несет Лею, потому что Фейт заснула на Луне. Виктория, Луи, Тедди и Джеймс бегут как самые взрослые. Гермиона привлекает внимание Драко, прося забрать у нее Эри. Драко хмурится, но забирает сына к себе на грудь, немного покачивает, чтобы малыш не проснулся. Ему нужен вечерний сон. — Пойду искать сладости вместо него, — весело говорит Гермиона, обмениваясь мимолетно взглядами с Пэнси, которая делает то же самое. — Скоро вернусь, Драко, — она целует его в губы, оставляя сладкий поцелуй, и поднимается со стула.

***

Она любит леса. Просто обожает. С того момента, как каждое лето они ездили в лесной домик, и ходили с папой в лес. Грибы, ягоды, иногда рыбалка на дальнем озере до которого слишком долго идти, и ей казалось, что еще чуть-чуть и они окажутся в Шотландии. Они всегда ей напоминали магию. Таинственное место в которое опасно ходить одному. Это тайна, которую она так и не разгадала став волшебницей. Лишь пару раз видела упоминания об этом в переводе. Вроде что-то про Россию. Что-то про их магию и леса. Ей никогда не хватало желания узнать больше. Поехать туда. Этот лес, что занимает большую часть поместья Малфоев она знает достаточно хорошо. Слишком часто гуляла здесь летом на протяжении каждого года жизни. Сначала это было простое ознакомление. Прямая дорога до озера из которого течет река по правой стороне участка. Поворот налево и фамильное кладбище. Недалеко отсюда слева летняя беседка у которой всегда растут ягоды. Дети первые вбегают в лес. Над ними сразу загораются теплые огонечки, чтобы те не потерялись. Ал тянет свою мать вперед, догоняя брата. Пэнси и Гермиона ждут дольше, смотря на белые огоньки, что бегают по лесу. — Удачи, — бросает Пэнси, проходя внутрь. Гермиона тоже усмехается, делая свой первый шаг по давно изведанной дорожке. Теплый ветер бьет по лицу, когда она доходит до первого угощения, что парит над землей. Сладкие конфеты тут же летят в небольшую сумку. За ними идут морковные кексы, что притаились на старом трухлявом пеньке дальше на ее пути. Гермиона делает глубокий вдох и прикрывает глаза, чувствуя жизнь леса. Вдалеке хрустят ветки, проминается влажный мох, листья, что еще не все опали, шорохом спускаются на землю. В запахе витает родной привкус ели и едва заметный запах мокрой земли. Слышно, как река бьётся о пороги, переходя в каменный берег. Лес наполняет. Оживляет. Поглощает…