Несколько слов после

Я даже не знаю, зачем сюда шел. Какая-то странная тоска, которая давно мне сопутствует, похоже. Я тут не был пару лет, но тянет что-то. А что именно, не могу понять. Два года прошло, как я это место покинул. Два года, как я не могу спокойно пройти по своим любимым улицам Лондона, чтобы не быть узнанным. Два года, как моя жизнь повернулась на триста шестьдесят градусов. Но, нет. Какая-то магическая тяга двигала меня в тот момент. Я шел знакомыми мне когда-то улицами, мимо дома, который мне подарил много разных воспоминаний. Мимо парков, которые манили присесть на их скамейки и, как когда-то, просто сидеть и молчать о чем-то своем. Но мимо кофейни, с панорамными окнами я пройти не смог. Кто же знал, что судьба — Дама со своеобразным чувством юмора? Решив, что стаканчик экспрессо мне не повредит, я зашел именно в эту кофейню. — Что значит, в меню нет кофе без кофеина? — раздался звонкий голос на всю кофейню, и в груди что-то ёкнуло. Тем временем, девушка продолжила, — Эмма! Так и передай Сэму, что вам стоит пересмотреть меню! Тогда молочный, чтоб его, коктейль, — обреченно выдохнула она, когда я подошел сзади, чтобы занять очередь. Голос, фигура, завитушки на кончиках волос. Они стали гораздо длиннее, но я их знаю. Не сдержавшись, я легко пропустил медный локон волос через свои пальцы и чуть не засмеялся, когда она обернулась и почти криком произнесла: — Что вы себе… Том? — Hey, stranger Возмущение на ее лице резко сменилось удивлением и радостью. Искренней радостью, которую я не видел давно. Она резко кинулась мне на шею, крепко обнимая. И только в этот момент я заметил. Её живот. К радости неожиданной встречи добавились и другие эмоции. — Я не… — отстранился я от крепких объятий, растерянно смотря на нее. Она устало выдохнула и махнула рукой. — Стала бы я так обниматься. Все в порядке. Ты откуда тут? — её глаза мечутся по мне, а улыбка такая искренняя, — я боялась, что больше тебя не увижу! Она снова пытается меня обнять, но видя мое замешательство, прячет руки за спину. Похоже, я не был к этому готов. Совсем. Нет, я безумно рад видеть Ксюту. Но её положение. Совсем сбивает с толку. Я знал, что мы увидимся однажды. Это могло случиться и раньше — я не впервые с момента отъезда в Лондоне. Мы часто переписывались, редко созванивались. Но я не думал, что наша встреча будет случайной. И уж совсем не думал, что она так меня тряхнет. — Твой молочный коктейль, — устало произнесла бариста, громко поставив стаканчик на стойку, чем вернула меня в реальность. Ксюта поморщилась и, взяв свой напиток, извиняющимся тоном произнесла: — Прости, Эмма. Я от этих гормонов на стену лезу. А без кофе, так и вообще! — обернувшись ко мне, она тихо спросила, — посидишь со мой? — Конечно, — как можно беззаботнее произнес я, — мне экспрессо, пожалуйста. — Я принесу, — так же раздраженно ответила бариста. И мне не осталось ничего, как последовать за Ксютой и сесть за столик напротив нее. — Итак, — воодушевленно произнесла она, сложив пальцы в замок и оперев на них подбородок. — Итак? — глупо переспросил я, неосознанно бросая взгляд на ее живот, который не заметно из-за столешницы. Кроме отросших волос и живота, она ни капли не изменилась. Так странно. То ли память играет со мной злую шутку, то ли я цепляюсь за прошлое. Не разобраться. Но черты лица все те же, вся та же странная глубина в глазах, мимика и такие знакомые мне мелочи. Правда что, акцент стал не так заметен. Но он нравился мне. Она беззлобно фыркает и закатывает глаза. — Сама не могу привыкнуть. — Да уж, — протягиваю я, но тут же произношу, — поздравляю! Ксюта снова отмахивается. И я замечаю, что она, хоть и все та же, какой я её запомнила, в ней появилось что-то новое. Взрослое, быть может. Не знаю, как это выразить. Бариста поставила передо мной чашку с кофе, кокетливо улыбнувшись. И, чуть помедлив, скрылась за барной стойкой. — Это Эмма, — потянув молочный коктейль через трубочку, Ксюта поморщилась и, отставив напиток в сторону, добавила, — она меня стажировала здесь. Мы отмечали мой первый рабочий день у тебя. Помнишь? — Помню, — кивнул я, — один из лучших моих дней. — Врешь, — она смешно прищурилась, дав молочному коктейлю второй шанс, придвинув его ближе к себе. Отпив кофе из своей кружки, я коротко и честно ответил: — Я ни разу тебе не врал. Ксюта серьезно на меня посмотрела, и уголок ее губ дернулся. — Я знаю. Как ты? Я? Я и мечтать не мог о том, что произойдет со мной. Я знал, что музыка — мое спасение. Но, не думал, что она вознесет меня так высоко. Да, я много трудился для этого, многим пожертвовал. Но удача улыбается только единицам. Похоже, я этой единицей являюсь. Мне повезло. Нам с ребятами повезло, что мы достучались до людей, их слуха и их душ. И теперь я на вершине. Клубы, стадионы. Фанаты. Фанатки. Пальцем помани. Такие эмоции, что крышу сносило в начале. Но теперь сплошное разочарование. Не в музыке. Я имею влияние, оно действует. Но уже не радует так, как в раньше. Я стал более подозрителен, от чего не спешу вступать в отношения. А если они и появляются в моей жизни, то длятся не долго и заканчиваются не особо хорошо. И теперь я крайне растерян, сидя напротив девчонки, которая несла мое вдохновение. Я в смятении, потому что непривычно видеть ее такую — знакомую и не знакомую одновременно. — Я в порядке, — только и могу выдавить из себя я, делая очередной глоток из кружки. — Завидую тебе, — произносит она и добавляет, — я про кофе. А про «в порядке» ты врешь. — И когда ты стала такой проницательной? — я смеюсь, пытаясь скрыть настоящие эмоции. — Вообще-то, я всегда такой была, — она закатывает глаза, но тут же ее тон меняется, — Знаешь, мне очень тебя не хватало. Правда. И я знаю, что ты мне никогда не врал, но сейчас делаешь именно это, — она кладет свою открытую ладонь на стол и ждет. Что-то неприятное сжимается в моем животе. Я всегда знал, что иметь все — невозможно. Либо счастливые отношения, либо успешная карьера. Я выбрал второе с самого начала, поспешно сбежав, не сделав ни единой попытки бороться. И, как бы не было обидно это признавать — сейчас слишком поздно. Однако, кто знает. Возможно, я стану одним из тех немногих, кому удалось совместить и то и другое. — Ты права, — не без труда, но я соглашаюсь, сжимая ее открытую ладонь, — все сложно. Как ты? Она недоверчиво хмурит брови, и я смеюсь. Искренне, по-настоящему. — Правда хочешь знать? — Ксюта морщит свой лоб и уже в который раз пытается пить треклятый коктейль. — Хочу, — честно признаюсь я. — Странно, — отвечает она, — волнительно. Во мне живой человек растет, знаешь ли. Ты бы тоже испугался! Я снова смеюсь, глядя на серьезное выражение ее лица. Но осознаю, что в моих мыслях наша встреча выглядела иначе. — Мальчик или девочка? — спрашиваю я, осознавая, что не это хотел спросить. — Не знаю, — пожимает плечами она, — мы решили сделать себе сюрприз и узнать это при рождении. «Мы» — Крестным позовешь? — засмеялся я невпопад. — Если ты тут будешь, — мягко улыбнулась Ксюта, а потом добавила, — если будет мальчик, мы назовем его Том. Меня оглушило. Сбило. Протащило. Она занимала в моей жизни особое место, но я не думал, что после всего, имею особое место в ее жизни. Все, что я смог сделать — это сжатье руку и улыбнуться в ответ. Я часто видел ее глаза, ее взгляд. В нем было многое: просьба, грусть, отчаяние, тоска, мольба, благодарность. Но, я никогда не видел, чтоб ее взгляд излучал такой свет. Добрый, яркий. Счастливый. И я понял, что все правильно. Смог бы я дать ей это все? Счастливые отношения, семью? Возможно, я бы постарался. Но, думаю, у меня бы не вышло. Я бы катался по городам, она ждала бы меня дома. Даже если бы и в туры мы ездили вместе, не думаю, что все было идеально и гладко. Постоянная дорога, море алкоголя и навязчивые девицы. Не уверен, что это хорошая среда для создания семьи. До текущего момента я даже особо не задумывался над этим. Все казалось возможным в моем воображении. А теперь, сидя напротив Ксюты и наблюдая за тем, как она сияет, я четко понял, что не смог бы ей подарить такого счастья. Все так, как и должно было быть. Мы проговорили еще несколько часов. Обо всем. Я поймал себя на мысли, что давно ни с кем так открыто не делился своими мыслями и переживаниями. И что я сам себя обделил, тая старые обиды и отгораживая себя от нее. — Не пропадай больше, — по-детски попросила она, когда настало время прощаться. — Не буду, — просто пообещал я. И я честно выполню свое обещание. Я ведь ей никогда не врал.