Сгоревшие книги

Время как будто остановилось для них двоих. Момент тянулся густой сладкой карамелью, заставляя воздух вокруг монстров неосознанно нагреваться.. или же это было только воображение физических чувств.. кто его знает. Но не смотря на это, Сик уже давно сидел на Фигуре, продолжая некую интимную прелюдию для своего партнёра. Продолжая бархатно прикасаться к более чувствительным местам высокой сущности, одноглазый властно глядел на лежащего монстра под ним. Фигура же в это время лежал на полу в полном поглощении новых чувств. Хватаясь руками за ковёр и тихо утробно рыча от невиданных ощущений, которые он ни один раз не ощущал, тот немного нервничал. "А правильно всё это?", "А сделал я верный выбор, согласившись на всё это?" крутилось в голове Фигуры. Но от ненужных вопросов, которые уж никак не повлияют на его будущее, отвлекло одно движение тёмной сущности, которое заставило слепого издать что-то на подобии тихого стона. — Не знал, что ты уж слишком чувствительный в области туловища.) — Вымолвил инициатор данного жаркого момента, ещё раз проводя руками по бокам корпуса. Очередной приглушённый стон не пришлось долго ждать. Фигура задышал чаще, пытаясь успокоить нарастающее чувство жара во всём теле. Особенно было жарче всего ниже пояса, где сладкие ощущения завязались крепким узлом, в желании развязаться с помощью разрядки. Тем самым не давая ему никак адекватно соображать, а лишь поддаться ощущениям и действовать. — Си-и-ик.. — Жалобно протянул зубастый монстр, пытаясь не сойти с ума от количества прикосновений к его чувствительному телу. — Что-то не так, дорогуша? Но не успел Сик и взгляда поднять на свою "пассию", как его ногу обвило что-то липкое, продолговатое и горячее. В этот же миг одноглазый понял, к чему клонит его партнёр, от чего где-то в душе победно заулыбался. Со всей нежностью проведя рукой по скользкому телу, тот убрал мускулистый орган со своей ноги. Фигуре же эти действия перекрыли все пути кислорода. Дыхание остановилось, а из пасти лишь доносился скулёж экстаза. — Потерпи ещё чуть-чуть. — Произнес доминант, тяжко вздохнув и немного поднявшись на колени. Сик с первых намёков с помощью тактильности догадался, что у Фигуры это был первый раз. Так что он хотел сделать его первый интимный контакт самым незабываемым и приятным. С такими мыслями тёмный монстр немного помедлил с надуманными действиями, но через мгновение принял решение и упёр кончик скользкого органа к своей заветной дырочке. Хоть сомнения всё ещё заставляли отступить назад и принять другое положение, но начатое всегда надо доводить до конца, так что Сик медленно насадил себя на пульсирующий орган, при этом тихо промычав. Благо предэякулята вполне хватало для более безболезненного проникновения. — Мх.. Си-ик.. — Единственное, что мог говорить невидящий от переизбытка эмоций и чувств. Сик, более менее привыкнув к чувству заполненности, сделал первое движение тазом, от чего те в унисон тихо простонали. Давая понимать друг другу, что такие действия лишь приносят сказочное удовольствие. Со временем толчки становились всё более уверенными, движения всё жёсткими, а ощущения всё острее. Только стоны всё ещё оставались тихими и мягкими. Фигура уже давно пристроил свои руки на чужом поясе, иногда помогая своему партнёру делать более глубокие заходы. А Сик, пристроив свой гибкий половой орган на руку Фигуры, мягко упёрся руками об чужую грудную клетку. Этим же ускоряя движения. Кто его знает сколько времени прошло с момента их начатия игрища, но те уже были близки к кончине "игры". Первым излился Сик, который в порыве оргазма закинул голову назад и задержал дыхание, иногда взрагивая от пелены ощущений. Вторым же последовал Фигура, который помог сделать последние толчки и излиться прямиком в нутро чёрного монстра, слегка приподняв таз от накрывающего чудного чувства. Когда слепой опустил своё тело полностью и обмяк на ковре, Сик последовал тому же примеру. Встав с мускулистого органа, который уже начал понемногу ускользать обратно в таинственное местечко организма, тот увалился на чужой грудной клетке. Слова были лишними.. лишь дождь нарушал гробовую тишину отеля, всё больше погружая истощенных монстров в крепкие объятия Морфея. Завтра они обсудят всё на свете, а сейчас.. сладкий сон и ничего больше.