Черт побери, как я оказалась у Драконов?

Пить вредно... Особенно в моем возрасте. Но как при моей работе не пить? Следователь особого отдела - не самая радужная профессия. Но пить всё равно вредно. Голова, например, болит жутко после этого дела. Вот ровно как сейчас. Во рту словно кошки нагадили. Еще и мышцы затекли от неудобной позы, в которой вчера вырубилась. Надо вставать... Но так приятно лежать в мягкой постельке. Слушать как за окном поют птички. Море шумит за окном. Так. Стоп. Море? Птички? За окном вот-вот наступит зима и максимум, что может шуметь, лужи под колесами машин. Я медленно открываю глаза. Солнце светит так ярко, что, поначалу, я даже не могу разглядеть обстановку. Постепенно зрение возвращается и я вижу перед собой огромные арки-окна, деревянный стол, резные стулья, софу, сундуки, легкие шторы, гобелены на стене. - Черт, - прошипела я. У моей подруги были вчера бредовые идеи отправиться в Италию, посмотреть на съемочную площадку ее любимого сериала. Но как бы нас пустили в Италию? И откуда деньги? А паспорт? Мой в сейфе лежит. Но факт остается фактом - это явно не та обстановка, в которой я вчера уснула. Медленно поднявшись с постели, я оглядела себя. Белая длинная сорочка. Какие-то рюшечки и ленты. Кстати, судя по всему, натуральный шелк. Кто бы не одолжил ее мне, он явно имеет неплохой доход. Ноги словно не мои. Не слушаются приказов и идут как-то вяло. Я медленнее обычного подхожу к окнам. За ними и в самом деле плещется море. Красивая бухта. Красивые скалы. Это действительно похоже на декорации к фильму. - Седьмое Пекло, - выругалась я, сама не понимая, почему употребила фразу из сериала. Хотя чему удивляться? Мы сняли дом на выходные. И начиная с пятницы моя дражайшая подруга заставляла меня сначала полностью посмотреть этот ее сериал про драконов, а затем пересматривать любимые моменты с каким-то там беловолосым красавчиком. По крайней мере, по ее мнению он был красавчиком. По моему, скромному, самый обычный. Хотя может и с психическими отклонениями. Ей такие всегда нравились. Я решила, осмотреть номер в поисках телефона. Как бы владельцы гостиницы не старались сохранить атмосферу, не оставить в комнате средство связи они не могли. Резко развернувшись, я заметила, как что-то светлое промелькнуло у меня перед глазами. И кажется... Это... Были... Мои... ВОЛОСЫ?! Я хватаюсь за концы своих, отчего-то ставших длиннее, волос и теряю дар речи. Они белые. Абсолютно белые! Если моей подруге и приспичило вчера ночью перекраситься, то какого хрена я то ее поддержала?! Это ж надо было так ужраться!!! В судорожных попытка понять масштаб катастрофы, я начинаю искать в комнате зеркало. Проблема с телефоном резко отошла на второй план. Крутя головой то в одну, то в другую сторону, я замечаю, как что-то блеснуло в другом конце спальни. Бегу к искомому предмету и замираю. С гладкой, хотя и немного мутноватой, поверхности зеркала на меня смотрит невысокая беловолосая девушка. Я хлопаю глазами в попытке понять, точно ли я смотрю в зеркало, а не в какой-то проем, за которым стоит обладательница знакомого по сериалу лица. Потираю глаза. Щипаю себя-не себя за руку. Бью ладошками по щекам. И опускаюсь на пол. Ноги не держат. - Либо я словила глюки, либо... Я точно словила глюки, - констатирую я, понимая, что допилась. - Стыд и позор! Меня привезут в дурку и коллеги узнают, что я бухаю, как не в себя. Хотя какая мне разница? Меня ж отстранят! На карьере можно ставить крест. Ушла в отставку из-за того, что допилась до галлюцинаций. Охренеть! Хватаясь за голову, пытаюсь понять насколько же глубока моя шиза, раз мои галлюцинации не только звуковые, но и тактильные. Я же, черт побери, вижу всё вокруг также четко, как видела вчера, находясь в снятом на выходные домике. - Так, стоп. Соберись. Проанализируй ситуацию, - беру я себя в руки и поднимаюсь с пола. - Сколько длится галлюцинация? Если это наркотическое опьянение, то может от нескольких часов до суток длиться. Если алкогольное, то только несколько часов, пока не пройдет пик интоксикации. Если это шиза? То пока состояние не купируют. Итак? Вывод? Если сейчас всё это просто видеться мне, то стоит сократить количество передвижений по комнате, чтобы ненароком не убиться. Меня найдут, вызовут скорую, медики вколют мне блокаторы и я приду в чувство. Пока просто полежу. Можно еще проблеваться. Я медленно двигаюсь в сторону постели, стараясь идти аккуратно, словно играю в детскую игру, в которой нужно идти только по белой полоске ковра, иначе упадешь в кипящую лаву. Добираюсь до постели и забираюсь на нее. Вижу возле кровати какой-то тазик и решаю, что это отличное место для того, чтобы избавить желудок от отравляющей меня жидкости. Засовываю пальцы в рот и под звуки призыва Ктулху, показываю всему миру, что же я не так давно употребляла. Оказалось, что не так и много. В основном жидкость. Конечно же. Я ж выпорола бутылку вина, потом еще текилы и, кажется, после был виски. - Отвратительно, - вытираю я тыльной стороной ладони рот и плюхаюсь на кровать. Спать не хочется. Разглядываю потолок. Над кроватью балдахин. Крепится он к каменному резному потолку. Наволочки красивые. Шелковые. Такие приятные для кожи. По углам покрывала вышиты белыми нитками драконы. Я ухмыляюсь. В моем подсознании, кажется, драконы на ближайшие пару месяцев засели прочно. В дверь стучат. Я резко сажусь в постели, пытаясь сообразить, что ответить, словно меня застали на месте преступления. - Да! - чужой голос словно сам собой раздается в спальне. - Госпожа, можем мы войти? - за дверью стоит девушка. - Да, - снова повторяет этот чужой голос. Дверь распахивается и в комнату входят три девушки в красных платьях. Они ставят на стол воду. Кладут платье на софу. Идут ко мне. Я вжимаюсь в постель, как умалишенный, которого готовят к тому, чтобы забрать на процедуры. - Госпожа? С Вами всё хорошо? - спрашивает самая молодая из девушек. Я не успеваю ответить, как вторая, что обходила меня слева, вскрикивает. - Госпожа! Мейстера, срочно! - восклицает она так громко, что вновь заставляет меня вспомнить о головной боли и застонать. - Что у Вас болит, принцесса? - подбегает третья и берет меня за руку. Я хочу выдернуть ладонь, но почему-то не решаюсь. - Всё хорошо, - качаю я головой. - Немного было не хорошо утром. Голова болит. - Мейстер сейчас прибудет, - забегает в спальню та, что выбегала пару мгновений назад. - Сейчас мы оботрем Вас, - схватила медный таз с чистой водой самая молодая из служанок. - Сменим одеяние, - потянулась к моей сорочке вторая, что увидела результаты моих попыток прочистить желудок. - Не нужно, - попыталась я сопротивляться, но оказалось, что силы наши с этой женщиной неравны. Будь я в своем теле, я бы уложила ее на лопатки, но эта девчонка, чье тело я заняла, оказалась какой-то тщедушной. - Принцесса, Вы, должно быть, промучились всю ночь, - почти всхлипывала девушка, протирая мою голую спину влажной тряпкой. - Почему же Вы не позвали нас? - Как Вы сейчас себя чувствуете, госпожа? - уже натягивая на меня чистую сухую сорочку из другой, кажется, хлопковой, ткани, спросила та, что была самой старшей. Я хотела уже было сказать, что со мной всё хорошо и помощь мне не нужна, но в комнате появился пожилой мужчина с толстой цепью на шее. Мейстер. Его лицо я тоже узнала. Как мой мозг запомнил всех этих персонажей? - Принцесса Рейнира, - поклонился мужчина и прошел к постели. - Позвольте осмотреть Вас. Мне не очень-то хотелось, чтобы руки этого старика меня касались, но, с другой стороны, вдруг то, что сейчас я вижу на самом деле галлюцинационная проекция того, что меня осматривает реальный врач? Я киваю. Мужчина подходит ко мне со спины и задирает сорочку. Холодные и твердые пальцы начинают ощупывать спину. Я ощущаю, что мне вновь становится дурно. Затем он опускает сорочку и садится на постель уже передо мной. Смотрит мои глаза. Язык. Ощупывает горло. Осматривает руки. - Что принцесса пила вчера? И ела? - строго смотрит он на служанок. Девушки переглянулись. - Вчера принцесса не ела. Она выпила вино, что оставили ей в покоях на столе. - Кто? - Мы не знаем. Когда мы зашли, кувшин уже стоял. Принцесса спросила, от кого оно, но мы не знали. Она не стала отдавать нам его. А сегодня утром, когда мы зашли... Кувшина уже не было, - служанка обернулась к столу, чтобы убедиться еще раз. - Меня отравить пытались? - мой-чужой голос звучит как-то отстраненно. - Не думаю, Ваше Высочество, - неуверенно отвечает мейстер. - Скорее, у Вас обнаружилась непереносимость сего напитка. Вам стоит быть осторожнее. Я киваю. - Сейчас я приготовлю отвар, он поможет Вам очистить организм от ненужного. Затем, поставим пиявок, прочистить кровь. Пару дней в покое и всё будет хорошо, - заявляет мужчина. Я откидываюсь на постель. Возможно, для принцессы так поступать не простительно, но мне, как человеку, оказавшемуся то ли во сне, то ли в больничке, то ли черт знает где, можно сделать поблажку. - Принцесса, - тихо зовет меня самая молоденькая из служанок. - Да. - Нам сообщить королю, что Вы нездоровы и не сможете отправиться на смотрины? Я поворачиваю на нее голову. Смотрины... Знакомое слово. - Куда мы должны были отправиться? - переспрашиваю я. - На смотрины. Его Величество отобрал для Вас женихов и... - Седьмое Пекло, - я хватаю подушку и накрываю ею лицо, чтобы прокричаться. - Ваше Высочество! - Ваше Высочество, не надо! - Ваше Высочество! Прошу Вас! Но я на их причитания внимания не обращаю. Мне бы разобраться с тем, как я, мать Вашу, оказалась в такой ситуации? И почему? Пить, однозначно, вредно...