you are my everything

Очередной матч с Троянцами закончился победой Лисов. Пришлось приложить немало усилий, чтобы добиться такого высокого результата. Никто не ожидал хорошего исхода событий, но они вновь выиграли. У каждого эта тяжелая игра заняла немало энергии и упорных стараний, поэтому по приезде в Лисью башню в порыве радости Кевин пробует новую марку вина вместе с Ваймаком, Аарон уединяется в библиотеке с Кейтлин, а остальная часть команды собралась в комнате девушек, празднуя свою новую победу. Общежитие пустовало, что было довольно редким явлением, значит Эндрю и Нилу выдался отличный шанс отдохнуть от суеты вокруг и шума, надоевшего за весь день. Ведь то и дело мелькающие рыжие пятна мозолили глаза, а громкий рев толпы, доносившийся с трибун, отдавался несмолкаемым звоном в ушах. Наконец-то они одни. И Нил знает, о чем хочет поговорить сегодня. Наедине с Эндрю.

***

— Я врал тебе, — шепнул Нил после того, как он и Эндрю в конце концов упали на кровать. Миньярд изогнул бровь в недоумении, но не успел он промолвить и слова, как Джостен продолжил говорить. — Нагло врал с рождественских каникул, — Эндрю устремил заинтересованный взгляд в сторону Нила, выглядевшего слишком виновато. — Тогда ты спросил меня, что случилось. Что они сделали со мной. Но я не рассказал тебе всю правду. Я пытался выбросить гнетущие мысли из головы, но бесполезно. Они просто накрывают меня волной, будто бы вовсе не собираются уходить. Все сразу. Прости меня. Я не хотел разочаровывать тебя раньше. — Нил, — сказал Эндрю, закрыв глаза. Его зубы сильно сжались, а бледные пальцы крепко схватили простыню. Он знает. В ту же секунду, как Нил открыл рот, он все понял. Эндрю далеко не дурак, он может уловить суть связных цепей. Мысленно скрепляя звено за звеном в подсознании, он понимает, что вновь оказался прав. — Ты не обязан говорить мне. Нил открыл рот в немом вопросе и снова закрыл его. Глаза заблестели, по его щеке скатилась одинокая слеза, совсем незаметная во тьме, оставившая мокрую дорожку на покрасневшей коже. — Но ты уже знаешь, да? — его голос надломился и непривычно сильно дрожал. — Как долго? — Это выглядело не как "всегда да", это было твердое "нет". Я давно догадывался, что что-то не так, — Эндрю внимательно всматривался в те эмоции, что мог разглядеть в лице Нила. Та тревога и беспокойство, что скрывались за постоянно горящими огоньками в глазах, больше не прятались в глубине души и постепенно давали о себе знать, вырываясь наружу. — Ты хочешь поговорить об этом? Нил выпрямился, чуть не ударившись головой о койку над ними. — Но это будет напоминать тебе о- — Не беспокойся, все нормально, — Эндрю последовал за Нилом, присев рядом. — Ты уверен? — Я остановлю тебя, если понадобится, — пообещал Эндрю. — Продолжай. Нил собирается с силами, глубоко и рассеянно вздыхает, сглотнув ком в горле. — Я не знаю, с чего начать. Я имею ввиду, ты видел шрамы, ты уже знал. Больше нечего рассказывать. — Но я замечал не все. Есть ли что-то ещё, чего я не видел? С тех пор ты всегда носишь шорты. Поколебавшись, Нил осмеливается ответить. — На моих бедрах были укусы. Я не хотел, чтобы ты видел их, — рыжий прислонился к спинке кровати. Он медленно задрал свои спортивные штаны и обнажил внутреннюю часть бедра. Нил осторожно взял Эндрю за руку, но тут же засомневался. Миньярд кивнул, давая одобрительный знак, и Нил положил руку на теплую кожу его бедра. И тут Эндрю почувствовал тошноту. Мерзкое ощущение. Среди порезов виднелись три отметины от человеческих укусов. В основном поблекшие, но все такие же свежие, что Миньярду захотелось найти Рико в могиле и прикончить его снова. — Я думал, — Нил спустил шорты обратно, затем прижал ноги к груди и обхватил их руками. Он походил на маленького зашуганного котенка, запутавшегося в себе и своих мыслях. — Я думал, ты собираешься положить этому конец. — он указал на расстояние между ними, не поднимая глаз. — Думал, что ты поставишь на этом точку, когда я начал говорить "нет". Я даже не знал, сможет ли "это" остаться прежним, если я перестану хотеть заниматься- ты знаешь. — Ничто не может положить "этому" конец, — Эндрю придвинулся поближе, чтобы дотянуться до Нила. — Могу я? Нил судорожно кивнул. — Словами, Нил. Да или нет? — Да. Сразу после того, как Эндрю услышал это короткое слово, он положил руку на колено рыжего. Он чувствовал, как дрожат мышцы ног под его рукой. Миньярд все еще помнит до боли противное ощущение отметин на белоснежной коже. — Как их звали? У Нила расширились зрачки. — Но ты убьешь их. — Нет, мне просто нужно знать. — Не знаю, смогу ли я вспомнить имена, но, думаю, их было двое. — Думаешь? — голос Эндрю потерял свою обычную ровную твердость, стал хриплым и наполнился эмоциями. — Я правда не помню. Рико накачал меня наркотиками, — Нил запинался на каждом слове. Говорить становилось все труднее и труднее. Он подвинулся так, что свернулся калачиком у стены, оставляя место для Эндрю, чтобы быть рядом с ним. Миньярд принял его приглашение, сел, вытянув ноги поперек кровати, и предварительно сжал кулаки. — Скажешь ещё что-нибудь? Нил на минуту замолчал. — Я не знаю, будет ли это когда-нибудь снова "да", — он прервался и провел руками по ногам в попытке унять неконтролируемую дрожь. — Сможешь ли ты жить с этим? — Нил до крови прикусил губу, и в его глазах заблестели предательские слезы. — Разве я вообще что-то значу? — "Все", Нил, ты для меня "все". Через каждое "нет", каждое "да", каждую паническую атаку, плохие дни, хорошие. Ты для меня "все" и даже больше. Ты имеешь значение, — Эндрю нервно сглотнул ком, образовавшийся в горле. Так непривычно было говорить такие слова, вовсе не похожие на правду. Хотя именно они скрывались за огромным количеством постоянных грубостей и колкостей в адрес Джостена. Нил шмыгнул носом и отвёл взгляд куда-то в пол. — Я думал, что я никто, — его голос содрогался с каждым словом. — Я был полнейшим идиотом. Я никогда не должен был давать тебе повод так думать, — признался Эндрю. — Ведь я никогда раньше не был "всем". Нил повернулся лицом к Эндрю и уткнулся в его изгиб шеи. — Я был приучен казаться маленьким и незначительным, всегда сливаясь в толпе. Это было вбито в мой разум матерью, отцом, Рико. Потом тобой. Честно говоря, это было ожидаемо — быть никем в тот момент. В воздухе повисло молчание. — Не знаю. Просто, — Нил переплел свои пальцы с пальцами Эндрю. — Иногда я просто чувствую себя сломанным. — Я прекрасно понимаю это чувство. Это ничего не меняет между нами. — Что, если большинство дней будут плохими? — Нил убрал голову с шеи Эндрю и с опаской заглянул в родные карие глаза. — Это тоже ничего не меняет, — Эндрю аккуратно заправил Нилу за ухо выбившуюся медную прядь волос, ответно посмотрев в льдинки, тающие несравненно быстро. Джостен перевел взгляд на пол, продолжая думать о чем-то своем. Кристально чистые капли соленых слез все так же капали с подбородка на одежду, оставляя за собой сырые разводы. — У меня была идея насчёт того, что произошло, но я отказывался в нее верить. Теперь я знаю правду, — признался Эндрю, ещё крепче сжимая руку Нила. — То, что они сделали с тобой, останется на всю жизнь. Я не знаю, исчезнет ли это когда-нибудь, но я буду рядом с тобой, несмотря ни на что. И если это значит никогда больше не заниматься сексом, меня все устраивает. Я хочу тебя. Не твое тело, — Миньярд продолжал перебирать тонкие израненные пальцы, дабы успокоить рыжего. — Сначала я для тебя "ничто", а теперь я "все". Я не понимаю, — Нил отпустил руку Эндрю, чтобы вытереть слезы, струившиеся по его покрасневшим щекам. — Знаю, — Эндрю наклонился и поцеловал оголенное колено Нила. — Я был так сосредоточен на том, чтобы защитить себя, что причинил тебе боль. Теперь я рядом, Нил. Все будет хорошо, обещаю. Нил снова положил голову на плечо Эндрю, устроился поудобнее и прижался к его черной толстовке щекой. А Миньярд снова переплел их пальцы. — Эндрю. — Что? — Ты тоже для меня "все", — и Миньярд прижал голову Нила к себе, оставив поцелуй на рыжих кудрях. Они были "всем". Даже в плохие дни, когда состояние одного становилось хуже, а эмоциональный всплеск был неизбежен, они были "всем". И это все, что имело значение для Нила.