Town I called my home

      Слабый свет уличных фонарей приятно слепил глаза, запах наступившей весны щекотал ноздри, благоговейная тишь вокруг ласкала слух. Позеленевшая трава, расцветшие цветы и только-только появившиеся на небе звёзды радовали глаз. Баки услышал, как неподалёку начали напевать свои песни сверчки, и неспешно приподнял с лица свою фуражку, чтобы получше разглядеть ночное небо. Сегодня было теплее, чем обычно, да и воздух казался чище, свободнее. Сегодняшний вечер был необычайно спокойным, и Джеймс это ценил, ведь он осознавал, что таких дней, вероятно, больше не будет. Он встал со скамьи и, отряхнув форму по привычке, взял небольшую коробку, обмотанную подарочной лентой. Взглянув на на неё в последний раз, он слабо улыбнулся и не спеша направился вперёд, разглядывая старые бруклинские улицы и вспоминая, как гулял здесь со Стивом, когда они сбегали с последних уроков, чтобы прогуляться по парку, купить мороженого или сходить в цирк, находившийся в соседнем квартале. Вся жизнь была у него перед глазами и он не знал, что ему с этим делать, кроме как быть благодарным за свою семью, хорошего лучшего друга и счастливое детство.       Наконец подойдя к своему дому, Баки аккуратно приоткрыл дверь и прошёл чуть дальше, по дороге заглянув в материнскую спальню и оставив ей записку на туалетном столике. После Барнс зашёл в соседнюю комнату, где на двухъярусной кровати спали его младшенькие, забавно посапывая. Он, не сдержавшись, хихикнул и слабо потрепал одного ребёнка по волосам, а затем оставил на тумбочке подарок, небольшая записка на котором гласила: «Надеюсь, «Хоббит» понравится вам так же, как понравился мне».