Коса и сон

      — Выйдите все вон! — приказал Джучи, и мурзы со слугами в страхе поднялись со своих мест и в мгновение ока исчезли из шатра. Ваня тоже хотел уйти, обрадованный внезапной свободой, но тут же был остановлен властным голосом Улуса. — А ты останься. Хочу, чтобы сегодня ты мне заплёл волосы.       Иван стоял, не зная, что и думать. Орда часто давал ему тяжёлую работу, однако ни разу не озвучивал таких странных приказов. И самое постыдное было то, что Ваня не умел плести косы. Видел, как заплетает их Наташа — но сам никогда не пробовал. И, конечно же, если он начнёт плести косы Орде — тот сразу поймёт, что Ваня не умеет этого делать и поднимет его насмех. А Ваня терпеть не мог такие моменты. Уж лучше бы камни приказал перетаскать, ей богу.       Но отступать было некуда. Джучи, спустившись с трона подушек, опустился на мягкие одеяла, раскидывая перед Иваном длинные тёмные волосы.       — Чего смотришь, урус? — с лёгким раздражением спросил Джучи. — Я сказал плети — значит, плети. Иначе такой размер дани назначу — вовек не расплатишься.       Иван тяжело вздохнул и взял волосы Орды в свои руки. На ощупь они были сухими, как солома. Видно, Джучи особо за ними не ухаживал. А ещё они были ужасно спутаны, но ничего похожего на гребень Ваня перед собой не видел, поэтому распутывать пряди пришлось вручную.       — Выдернешь мне хоть один волос — получишь.       Ваня напрягся. Угроза весомая, и нет никаких сомнений, что Орда воплотит его в жизнь. Иногда Ивану казалось, что смысл жизни Джучи заключалась в том, чтобы издеваться над ним.       С горем пополам Иван всё же разделил волосы на три части. Так делала Наташа. Но что идёт после этого, Ваня помнил смутно. Вроде бы теперь перекладывать одну прядь на другую. Или нет?..       «Попытка — не пытка», — гласит русская поговорка. Впрочем, с Ордой это не всегда верно.       Иван старательно плёл косу из сухих и ломких волос. Улус, на удивление, молчал. Ване даже на какое-то мгновение показалось, что он и вовсе уснул. Как-никак Орда не спал три дня, он сильно истощился за последнее время. Ссоры с братом, конфликты с соседями и другие трудности сильно утомили его. Но это не самое худшее. Улус как бы невзначай сказал Ване, что его начала часто мучить бессонница. Он обращался ко многим лекарям — но их отвары не помогали. Из-за этого Улус становился всё раздражительнее, и к нему даже собственные мурзы боялись подходить без его же разрешения. Отразилось ли это на Ване? Едва ли. Как платил дань — так и платит. Как поклонялся Улусу — так и сейчас кланяется. Разве что ворчать Орда стал больше, вплоть до того, что ему не понравились сундуки, в которых князья привезли дань. Что было не так с сундуками — Ваня так и не понял.       Коса выходила запутанной и лохматой. Некоторые волосы выбились из неё и торчали, словно у ёжика. И пару из них всё же пришлось выдернуть. Уж слишком сильно были запутаны. Но Улусу, кажется, было всё равно. Он по-прежнему смотрел в одну точку, не моргая.       — Всё, готово, — тихо отозвался Иван, закончив.       Орда лениво взял в руки зеркало и осмотрел себя со всех сторон. Иван опустил взгляд в пол. Вот сейчас Улус увидит, какое ужасное подобие косы заплёл ему Ваня, придумает очередную шутку и будет смеяться над ним до коликов в животе.       Но, как ни странно, на лице Джучи не было и намёка на насмешку. Он сказал лишь:       — Неплохо. Для тебя очень даже.       И завалился на подушки, похлопав на место рядом с собой, приглашая Ивана. Ваня понял этот жест, но с места не сдвинулся. Тогда Орда привычным приказным тоном добавил:       — Ложись со мной.       Иван продолжал стоять на том же месте. Он не мог понять, что происходит с Улусом. Всегда строгий, он приказывает поистине странные вещи.       — Не лягу, — отозвался Иван, отвернувшись. — Не хочу.       — А тебя тут кто-то спрашивает, чего ты хочешь? — Орда нахмурился, в глазах блеснул нехороший огонёк.       Ваня понял, что сопротивление усугубит ситуацию. Потому он снял сапоги, полушубок и, оставшись в штанах и рубашке, лёг рядом. Орда обхватил Ваню за талию, крепко прижимая к себе, и, уткнувшись в его шею, закрыл глаза. Иван поёжился от неудобства позы: дыхание Улуса щекотало шею, но деться он никуда не мог. Как жаль, что сегодня Ваня не встретится с Литвой…       А Орда меж тем заснул, не выпуская Ивана из рук.       На утро Ваня проснётся позже Орды. Улус, в свою очередь, будет уже одет и обут. И волосы у него будут заплетены более опрятно. Лишь на утро Джучи с усмешкой скажет: «Ты и впрямь колдовать умеешь, урус! Ни одна наложница не приносила мне такого умиротворения, как ты». Иван покраснеет до кончиков ушей, как это всегда бывает от шуток Джучи.       А пока Иван тоже закрыл глаза. Он не был уверен, что уснет так же моментально, как и Орда, однако усталость, долгая дорога всё же давала о себе знать. Иван поудобнее устроился около Джучи, стараясь игнорировать мурашки, которые пробегали по коже из-за ровного дыхания монгола. Где-то за шатром завыл ветер: протяжный и холодный. А здесь было тепло, хоть и доносились не совсем приятные запахи от еды и огня.       Покопашившись, Иван наконец уснул крепким сном в объятиях Улуса.