всё как у людей

целуются они впервые очень спонтанно. аарон даже не слишком понимает что к чему, просто оказывается губами вмазан в лицо близнеца и решает не делать ничего, чтоб это прекратить. всякое ведь в жизни бывает. вот и тут случилось. не страшно. бить тревогу стоило начать тогда, когда произошел второй поцелуй. он был мокрый, тяжелый. крайне антиромантичный. эндрю тогда наелся пыли, словил манию и наговорил всякого. разозлил, чертила. как они после оказались в подсобке райских сумерок - история умалчивает. может, роланд дал ключи, сломавшись под взглядом эндрю. может, эндрю их брал, чтоб отсидеться в одиночестве ровно двадцать минут, пока ники способен исполнять указ не спускать глаз с кевина. может, аарон это всё не понял и пошел следом. важная ремарка - он точно шел не целоваться. ссориться шел. как тогда оказался прижатым к стене с руками выше головы - секрет фирмы. так вмазывать в вертикальные поверхности умел только эндрю. в этом он был бесподобен. страшно лишь то, что аарон, видимо, на всё соглашался. сам он не помнил подобного, но сейчас, думая о ситуации, точно понимал, что брат бы не тронул без четкого вербального согласия. видимо, мозг стёр самое пугающее. конкретно же поцелуй - порно в чистом виде. горячее секса на кассетных болванках и того, что был у аарона в раннем пубертате. пусть всё и помнится расплывчато, он даже через месяц мог бы воссоздать пошагово каждое движение. вот стоит у стены, вот дышит в рот близнецу, а вот уже задыхается от того, что эндрю свозит его за плечи вниз и к хуям обдирает лопатки даже через свитшот. после поцелуев будет много. точно парочка посредственных, которые аарон не боится высмеивать в лицо эндрю. — как целка, — шикает, едва оторвавшись от губ, однажды. — не, до тебя мне далеко, — легко парирует гадость эндрю и спокойно упиздивает в закат (на поле к кевину). аарон остается смотреть ему вслед и ненавидеть так сильно, что сводит скулы. помимо брата, он ненавидит дрочить на эти поцелуи. ненавидит думать о них в контексте собственной латентности и в контексте инцеста. хотя, кажется, кроме набора генов, у них нет вообще ничего общего. какой уж тут инцест? зато эндрю будто бы об этом в принципе не думает. аарону кажется, что для него это маниакально-барбитурный трип. иногда даже представляет, как брат слезет с таблеток и всё закончится словами "я не помню о чем ты". но он дико ошибается. эндрю не слезает, заканчивает так. просто внезапно по уши влипая в новенького инсайда. есть в этом нечто супер органичное, простое и легкое. в конце концов, если что-то однажды спонтанно началось, оно имеет право так же спонтанно кончиться. аарон на это даже не злится. заводит девушку, пишет конспекты и дрочит уже не на воспоминание, а на голое полароидное фото кейтлин. только иногда, видимости ради, перед сном мечтает затащить эндрю за волосы в подсобку и ударить о стену лопатками. но это же просто для галочки, правильно? ну, кто в мире никогда не мечтал уебать своего сиблинга в солнышко? то-то же. все как у людей.