Gather me piece by piece

Мир изменчив. Очень часто мнение о человеке изменяется в зависимости от обстоятельств. И чаще всего мнением управляет большинство. Общество — очень жестокий инструмент и с помощью него постоянно отметаются «неугодные». Те, кто не похож на остальных. С приходом матриархата Омеги посели первую ступень, отодвинув альф и гамм на вторую, а бет на третью. Хоть они были хрупкими, но завоевали своё место благодаря репродуктивным способностям. Только они в большинстве случаев могли выносить потомство и почти без проблем родить. Их запахи остаются такими же нежными, как духи By Kilian «Love by Kilian», такими же манящими, заседающими глубоко-глубоко в лёгких альф и гамм. Но всегда бывают исключения в виде мужчин-омег, но в таком случае женщины делают для них исключения, уступая тёплые места в гнезде власти. Несомненно, ранее Альфы и Гаммы удерживали власть в своих руках благодаря силе, которой не всем было дано обладать. Но их чёпорность и резкий запах, словно духи от Antonio Banderas «King of Seduction», постепенно перестали пугать и удивлять. Женщины-альфы и женщины-гаммы тоже не стали исключением, но в этом случае «коллеги» не уступают им и без того огранниченые места в иерархии. Они не поседают третью ступень лишь потому, что являются составляющим звеном в оплодотворении омег. С бетами подавно всё было ясно. Совершенно обычные люди без вторичных полов, бесплодные в 99% случаев, блёклые и серые на фоне первых двух. Они лишь простые рабочие, рождённые подчиняться. Поседать самые низшие ступени им не позволяет лишь единственное исключение. По-настоящему злая и уродливая шутка природы, о ней не принято говорить и её не принято изучать. Раннее когда у Альфы и Гаммы была хотя бы какая-то власть Гибриды были наравне с Омегами и Бетами. Но стех пор как к власти пришли Омеги всё изменилось. Гибриды стали отбросами общества и никого даже не волновало какой у него вторичный пол. Будь это Омега, будь Альфа, будь Гамма или Бета все *** — Мамочка, а вы с папочкой скоро прилетите из командировки? — спрашивает маленький омежка, смотря на родителей с лёгкой грустью. Ему было всего четыре, но он уже осознавал всю тяжесть длительного расставания. — Конечно, мой маленький, — женщина с привычной материнской добротой склонилась к ребёнку, поглаживая его по щеке, — Мы с папой прилетим через несколько дней, а потом все вместе сходим куда-то. Куда ты хочешь? — спросила она с улыбкой на лице. — Я хочу в парк аттракционов! — дети как всегда выкрикивают первое попавшееся на ум, когда дело доходило до развлечений, — А потом в McDonald's покушать — с невинной улыбкой на лице и искрой в глазах проговорил малыш, напоследок обнимая маму за шею. — Хорошо. Тогда как только мы приедем, то сразу же пойдём в парк аттракционов и в McDonald's — с улыбкой женщина обнимает сына, через какое-то время отворачивая голову и с более строгим тоном повышая голос в пустоту, — Дорогой, ты скоро? У нас время ограничено, мы опаздаем. Давай быстрее! — Уже спускають, любимая, — говорит мужчина с двумя увесистыми сумками в руках, нелепо, как медведь, спускаясь с лестницы и чуть не падая с неё. — Ну почему ты такой неуклюжий? — недовольно, но всё так же по-доброму подаёт женщина, вновь поворачиваясь к сыну, — Пока, котёнок. Не скучай и слушайся бабушку, — пригрозив пальцем, мама скрылась за дверью с иной стороны квартиры. Несколько часов спустя… Бабушка Мин готовила ужин себе и внуку. Она включила телевизор, что бы играл на фоне. Для стариков это было что-то вроде ритуала. Через некоторое время закончив готовку, она села за стол и переключила на другой канал по которому крутили новости… — Сегодня, примерно в 17:22, упал пассажирский самолёт в окрестностях Германии. Его рейс был Сеул–Мюнхен. К сожалению, погибли все 200 человек, что были на борту. Причиной трагедии стала неисправность трёх двигателей. Сотрудники авиакомпании устанавливают, что двигатели не прошли свою проверку перед поездкой, но всё равно были отправлены на полосу. Сейчас полиция, службы спасателей и скорая помощь активно ведут поиски и опознание тел. Мы передаём соболезнования родственникам погибших. А сейчас о более радостных новостях… Ведущий продолжил говорить дальше о сегодняшних событиях, а Госпожа Мин сидела в ступоре. Она просто застыла на месте, глядя в одну точку и пытаясь обработать всё услышанное. Ей ничего не оставалось, как просто… заплакать. Сердце больно сжало от этой новости, а ком слёз начал сдавливать горло практически до удушья. Нельзя представить, что такое потерять сначала своих родителей, любимую бабулю, что заботилась и всегда поддерживала, а потом и любимое дитя. Её сын был хорошим человеком. Они с невестой постороили бизнес. Сначала в Корее, а потом и в нескольких странах. Иногда им всем было тяжко. Долги, инфляции, програние сделок и простая неопытность. Но всё это отошло на второй план с рождением маленького чуда по имени Юнги. Любимого первенца, у которого с одной стороны должна была быть завидная жизнь… а с другой самая несчастная, которую можно себе представить. У омег неустойчивое положение в обществе, а у омег, в ген-коде которых бродят какие-то животные — и подавно. Единственной достойной работой для них была трасса или заведения плотских утех. Пытаясь успокоить себя с помощью дыхания, бабуля поднесла ладонь ко рту, соображая, что же она будет говорить внуку. Нельзя в лоб сказать, что его родители мертвы или умолчать этот факт. Он мог бы возненавидить её со временем. Стоило лишь немного сгладить углы, а дальше он должен сам осознать с взрослением. Юнги был смышлёным мальчиком. Она надеялась, что малыш всё поймёт. — Юнги, маленький, подойди ко мне, — вытирая с глаз слёзы кричит бабушка с кухни. Через несколько минут к ней на кухню влетает маленькое чудо. Оно было измазано в краске и на личике играла очень радостная улыбка, которая оголяла дёсна. Было больно понимать, что сейчас эту лучезарную улыбку придётся разрушить. — Солнце, ты весь в краске. Ну как ты так измазался? — госпожа Мин старалась вести себя максимально естественно, хотя и дрожь в голосе проскакивала. — Ну я… мне просто порисовать захотелось вот я и запачкался. Хочешь покажу, что я нарисовал? — мальчик перестал улыбаться и виновато опустил голову вниз. Это лишь означало то, что он уже набедокурил. — Конечно. Но давай я посмотрю, когда ты покушаешь. Может риса с рыбкой? — не переставая улыбаться, спрашивала бабуля, начиная гладить внука по голове. — Да. Она кивнула и начала насыпать рис с рыбой в две фарфоровые тарелки. Пока Госпожа Мин оформляла блюдо, она думала над тем, что скажет и как. Асоциация сама пришла на ум. Когда у неё умерли родители, бабушка ей сказала, что они теперь живут на облочках и следят за ней, оберегают. Собравшись с силами, женщина сделала глубокий вдох, взяла тарелки и поставила их на стол. — Юнги, — начала серьёзно бабушка, — Я не знаю, как тебе об этом сказать, но твои родители погибли в авиакатастрофе. Теперь они будут жить на тучках в небе и всегда наблюдать за тобой и оберегать. Понимаешь, солнышко? — с ноткой волнения сказала она. — Ба, а что такое авиоката… авиокатаф… автокатастрофа? — Это когда самолёт падает на землю и робивается из-за какой-то поломки. — Ясно, — с лица Юнги сразу ушла радостная умыбка и в уголках глаз заблестели слёзы. Истерики было не избежать. Он плачет на взрыд. Юнги начинало рвать чувство того, что он больше не сможет увидеть свою маму, и папу, который всегда говорил, что мальчик ничем не отличается от остальных, а кошачие хвост и уши — совсем ничего страшного. — Котёнок, ну не плачь, — бабушка сама начинала терять контроль и ронять солёные дорожки по щекам, — Всё будет хорошо. Я всегда буду рядом с тобой. И родители тоже. Просто они будут на небе. Наблюдать за тобой и оберегать тебя, — прижимая ребёнка к широкой груди, молвит женщина. Никогда. Теперь она никогда не оставит его. — Пошли посмотрим мультики и порисуем. Хорошо? — Хорошо-о-о… — утирая слёзы, мальчик сам слезает со стула и плетётся в комнату. *** С того времени уже прошло восемь лет. Юнги закончил младшую школу достаточно быстро — он был умелым малым, поэтому при переводе в среднюю его сразу определили на второй класс. Он сильно отличался от одноклассников. В основном это проявлялось в поведении. Пока другие дети ходили в разноцветных одеждах, Юнги одевался в чёрное. Когда остальные общались между собой, обсуждали увлечения и говорили о том, кто к кому пойдёт на выходных, мальчик отсиживался один за партой. На все расспросы от бабули он отвечал однообразно: не видел смысла с кем-то общаться. Год назад Уже стемнело. На дворе восемь вечера, холодная зима, падает небольшой снежок. Оставшиеся люди угрюмо ходили в тёмных пуховиках, варежках да массивных ботинках. Юнги возвращался со школы. Ещё один потраченный впустую день. Ему не терпелось вернуться домой, оставался лишь последний переулок. Такой же угрюмый как и окружающие, такой же пустой, как и все надежды мальчика. Можно было пойти по тропе более светлой, но тогда бы она была слишком длинной, а он уже начинает замерзать. Мизинцы почти не ощущаются. Да и людей там было слишком много, по его мнению. Через несколько минут, как он прошёл арку, Юнги замечает мужика в чёрной одежде. Он был одет не как все остальные: на нём была лишь лёгкая толстовка с джинсами и ботинками, без курточки, шапки или чего-либо другого из верхней одежды. Мальчик постарался пропетлять через один дом несколько кругов — странный человек всё так же шёл за ним. К телу начинала подстуать паника, кончики пальцев понемногу дрожали. Он ускорил шаг, тот повторил. Завернул за угол — то же самое. Он сорвался на бег — тот побежал за ним. Юнги не смог убежать, поскольку мужчина схватил его за локоть и рывком прижал к стене. Мальчик сопротивляться, но его сопротивление были не долгими. Тяжёлая грудная клетка с запахом номер двадцать сигартный дим с алкоголем присекала каждые попытки ещё большим надавливанием на тело школьника. Воздуха переставало хватать, в глазах темнело и он понял, что не сможет выбраться из лап этого чудовища. — Малыш, давай поиграем?.. — этот мерзкий и похотливый голос был последним, что Юнги услышал перед потерей сознания. Со всем, что пришлось пережить, Юнги просто закрылся в себе. **** Утро. Солнечное утро. Как же его бесят эти улыбающийся лица на улице. Всегда складывается впечатление, что люди просто ради что не здохли ночю или уних настолько все прекрасно и не кокого завдала на роботе или по учёбе. Ещё и ебучий будидьник с радостной мелодией от которой уже тошнит. Ну что поделать если так всегда. Надо вставать а-то опять староста позвонит и начнёт нагнетать свои моралями по типу «Если ты и дальше будеш пропускать пары то я на жалуюсь и тебя вышвернут из института» или «Я тебя больше не буду тебя прикрывать перед преподом». Еле как встав с кровати, Юнги пошёл в душ. Вода как всегда была горячая, прямо кипяткок. Но с каждой каплей становилось приятнее от обжигающе. Это в какой-то мере расслабляет. Ничего прекраснее, кроме как принести своему телу боль. Маленькую, но боль. Юнги, наверное, никогда не перестанет это делать. Приняв душ, он пошёл кушать. Хотя, как кушать. Он это делает для бабули, которая очень сильно переживает за него сейчас. Но, ничего не поделаешь если ему не нравится его тело. Тело в котором он видит жир везде, и не смотря на то, что он худой. Как бы не хотелось ему все равно надо поесть. Конечно, потом он специально вызовет рвоту или наглотается таблеток. К сожалению, это уже последствия. Всё идёт как всегда, утро без красок уже как два-три года. *** — Дедушка, а почему мама так ко мне относится? Я же ничего не сделал? А она на меня всегда кричит, — мальчик лет пяти сидел у дедушки на коленях, время от времени пуская слёзы тому на руки. — Чимини, солнышко моё, мама на тебя кричит и бубукает, потому что боится, что ты вырастешь как она, — со счастливой улыбкой говорит дедушка. Ему было сложно не смотреть на внука со слезами на глазах. — А какой она выросла? — спросил мальчишка, смотря старику в глаза. В них было полно любви и сожаления к ребёнку. — Злой и не видящей того, что для других очень ценно. Замечая только твоего папу и брата, а так же других, но кроме тебя, золотце. Чимин, а давай друг другу дадим обещание? — серьёзно говорит дедушка. — Давай, —говорит мачишка, утирая маленькими кулачками слезы. — Пообещай, что никогда не будешь таким, как твоя мама. И выберешь в пару того, кого подскажет твоё сердце. Оно говорит правду, хотя иногда эта правда будет колоть. Но знай: оно никогда не подведёт тебя, — говорил мужчина с радостью и болью в голосе. — Хорошо. А ты пообещай, что никогда от меня не отвернешься и не предашь, как мама. Хорошо? — совсем успокоившись, проговаривает мальчик. — Я буду очень плакать, если ты соврешь. — Хорошо, сонце, — улыбчиво говорит старик. — Запомни, я не она. Я тот человек, которому можно доверить всё, что ты посчитаешь нужным. — Я люблю тебя, дедуля, — он обнимает дедушку за шею, на что старик еще сильнее обнимает малыша. А в душе дедуля плачет. Он плачет не от горя, а от того, что наконец в этой симейке есть такое солнышко, никем не испорченное, как Чимин. Он не похож на мать, он не такой, как старший внук. Он особенный, у него большое и хорошое будущее. Которого не видят его родители. *** С тех пор прошло много времени. Время летело, все менялось. Менялся мир, отношение к нему, восприятие, отношение к себе, но одно оставалось неизменным. Это отношение матери к Чимину. Она все так же без причины кричала на мальчишку, за каждую мелкую оплошность шли крики и ругань. Мало было физической боли, так ещё и постоянная травля. Это так утомляет. Постоянно: «То не делай, это не ешь» Создавалось ощущение, что он какая-то недоношеная собака, которая и чужого сломаного ногтя не стоит. Казалось, что нужно ползать в ногах в мольбах о прощении и обещаниях исправить себя, свою внешность, своё поведение. Мать была такой всегда, постоянно. Неуравновешенная, конченая, тварь. А ведь брат получал всю любовь по умолчанию… Чимину же нужно было постоянно гнаться, быть лучше, чтобы получить хоть капельку внимания, и то, с постоянными упрёками и комментариями. Очень часто хотелось зарыться в подушку, громко рыдать, орать о несправедливости к себе. Часто приходилось тихонько плакать под горячей водой в душе и то не долго — он же и так много воды тратит. Было чудом прожить целый день без пощёчины! Хотя куда целый день, несколько часов! Конечно, такое никчёмное создание нужно только лупить, чтобы оно что-то поняло. Прямо как дворнягу. Даже в таком бесконечном потоке ненавистных мыслей хотелось остановиться и подумать. Каждое утро, день, вечер и ночь он задавался вопросом: «Зачем и как?» Но так и не находил на них ответ. И так уже стало ясно — он останется второсортным на всю свою бессмысленную жизнь. *** Шёл четвертый год обучения в младшей школе. Чимин был добрым и смышленым мальчиком, он ухватывал все на лету. За это он не понравился большинству одноклассников. Каждый день они и слышал «Хей, Чимин, сколько твои родители платят за то, чтобы тебе рисовали оценки?» или «Твой дедушка так и не понял, что его любимый внучек тупой и продолжает носить деньги учителям? Интересно и откуда он их берет?» Каждое слово задевало Чимина, хоть он и не сильно слушал их, но они надолго заседали в голове, как паразиты. Каждый день он приходил к дедуле и пересказывал каждое слово, пытаясь не заплакать. Он так не хотел показать дедушке, что он слабый. Боялся, что дедуля поймёт, что любит неудачника. *** Восьмой класс школы, он также хорошо учится не для себя, а для дедушки. Он все так же боялся, что его единственная поддержка уйдёт. Ссоры с мамой стали ещё сильнее. Если раньше это касалось только его оплошностей, то сейчас она затрагивает его вес и внешность. — Чимин, я сколько раз говорила о том, чтобы ты не трогал ничего из еды после шести? Тебе нужно худеть, щеки отъел, бока висят, что дальше? Будешь весить сто килограмм к двадцати. Так не пойдёт, на тебя ни один нормальный омега не посмотрит. Нам в семье нужен нормальный альфа. Бери пример с брата… Каждый день, она всегда сравнивала его с братом. Может, Чимин был и не идеален фигурой или лицом, но дедушка всегда говорил, что душа важнее, не смотря ни на что. Ему было тяжело справиться с таким стрессом одному. Но что приходилось делать, раз к нему даже ребята с класса относятся как к дерьму? Внешность решает все. И не важно, где с кем и как. Это показатель того, будут ли с тобой общаться в обществе— то же самое, что и вторичный пол… *** Сон это неотъемлемая часть жизни. Если ты не высыпаешься или мало спишь, то у тебя могут быть проблемы на уровне эмоционального состояния, социального взаимодействия с людьми. Проблемы с весом само собой разумеющееся, так как если человек мало спит, то у него вырабатывается гормон голода, депрессия. Сон что это для Чимина это то, чего у него нет. Он спит дай бог часа три-четыре и то, это много для него. Это продолжается на протяжении двенадцати лет, считая от первого класса. Ему никогда не давали возможности спать. Мать с криками прибегала в комнату, если тот проснулся на минуту-две позже. На крики Чимин уже давно не реагирует, но мать не просто кричит. Если в придачу к криками под руку попадается ремень, палка, шнур — да все что угодно — жди беды. Его маме все равно, чем его бить. В очередное утро он проснулся на пять минут позже. Мать забежала в комнату и начала орать. На этот раз обошлось — она лупила по бедру тапком. — Сукин ты сын! Ты почему ещё не встал с постели? Неужели забыл, что в университет надо собираться? Так и знала, что ты не на что не годишься! Бери пример с брата: красивый, знает толк в общении с омегами. А ты что делаешь? Ни-че-го. Вот посмотрим — у него будет лучший из лучших омег… Глаза непроизвольно закатились. Снова зашла тема за брата. Как же надоело слушать. Может, к крику и можно привыкнуть, но вот слова матери уже в который раз ранят душу. Нет смысла спорить опровергать. Уже — нет. Если так говорит она, значит, так думают и остальные. На брата Чимин никакой обиды или ненависти не держал. Он у него хороший, воспитанный. Умеет общаться, находить компромиссы. Но он ненавидит моменты, когда он пытается решить что-то с мамой. Всё равно толку никакого. Вот почему и папа начал пропадать на работе, лишь бы не слышать всех этих упрёков. Женщина достала всех в этом доме. — Ты не видишь, что я встаю? — уже не контролируя потока слов, Чимин подрывается с кровати. — Не заметила, что любимый сыночек спит и ты его будишь своими орами? Остаться на два дня без еды не так уж и плохо. Потом ещё похудеет. Сейчас главное не слететь с катушек. — Ты хоть понимаешь, с кем говоришь? — через зубы шипит женщина. — Я тебе не подружка, и такого отношения к себе терпеть не буду! Меня задолбало твоё отношение ко всему. Значит, собирай свои манатки и пиздуй к деду, если он тебя так любит! Ничего не отвечая, парень просто пошёл в ванную, терпя при этом новые удары по спине. — Наверное, тебе ещё с детства рассказывал, какая я плохая, да? Язык прикусил? Больно, да? А мне не больно? Слова пролетали мимо. Его ожидал музыкальный университет. Что такое музыка? Это разное понятие для каждого человека. Тяжело определится, тяжело найти смысл, ведь у каждого он разный. Для кого-то это спасение от чего-то плохого, кто-то считает, что музыка это просто творчество и не зацикливается над текстом или смыслом слов в ней. Чимин считает, что музыка это то, что помогает жить, да, именно так он и думает. Каждый раз, когда он слышит песню «pain-Jake Daniels», он знает чего хочет, знает, какого это — чувствовать боль. *** «Утро должно начинаться хорошо для хорошего дня», — он до сих пор не понимает, кто сказал такую ересь. На удивление, утро Чимина началось спокойно. Никаких криков, избиений. Странно. Чимин ещё валялся в постели около пяти минут, а затем пошёл в ванную. Первым делом надо принять холодный душ. Да, именно холодный, чтобы проснуться, хотя и это не помогает, он привык. Чимин любит, когда его тело пронзают капли холодной воды, эта резкая смена температуры заставляет тело ожить хотя-бы на пару часов, а там дальше энергетик, кофе, все и сразу. Про здоровый сон уже давно забыто, нет у него на эту мелочь времени. Резкий запах стирального порошка бъет в нос, когда он протирает лицо полотенцем. Одев боксёры, Чимин выходит из ванны. Решив сегодня одеть не классику, как всегда, а что-то простенькое — чёрные рваные джинсы и красную футболку в черную полоску. Одевшись, он пошёл сразу в прихожую так как не намерен долго быть дома. Лучше оставшееся время проведёт где-то вне не дома. Одев чёрные кроссовки и серое пальто длинны «миди», он схватил сумку и пошёл в любимое кафе которое было по пути в институт.