"НЕ КОРМИТЬ"

“НЕ КОРМИТЬ” Большими красными буквами было написано на железной табличке, приваренной к клетке с прутьями толщиной в Стивово предплечье. Не то чтобы Стив мог похвастаться мощными предплечьями, конечно, но… В клетке прямо напротив таблички на высокой оттоманке лежал, свернувшись клубком, огромный грустный горгуль. Большие прозрачно-голубые глаза печально смотрели на Стива из-под длинных прядей волос, на крупных черных кожистых ушах были кисточки, а все тело спрятано под крылом, здоровенным, с жестким когтем на сгибе и короткой шерсткой, даже отсюда казавшейся мягкой и плюшевой. “НИКАК НЕ КОРМИТЬ” Гласила вторая строчка таблички. Горгуль подвинулся ближе, жалобно моргнул огромными глазищами, тронул лапой пустую сиротливо брякнувшую миску. И хотя в их мире легко уживались друг рядом с другом самые разные существа и расы, горгулью в ее природном, первозданном животном виде Стив видел впервые. Не тоненьких дамочек, спешащих по утрам на работу и звонко цокающих каблучками, чью сущность выдавали только задорно торчащие кончики ушей да изредка видимый длинный хвост, оканчивающийся острой пикой. А вот такого, спасенного в Диком мире во время очередных вылазок разведчиков. Сейчас даже не скажешь, что разумного. “СОВСЕМ НЕ КОРМИТЬ” Было вытиснено на третьей строке. Горгуль сел, зябко съежившись, укутываясь крыльями, с тихой отчаянной надеждой посмотрел на Стива, но быстро отвел взгляд, едва слышно горько вздохнул. Стив опустил глаза на зерновой батончик в своей руке, которым он собирался пообедать. Горгуль голодно сглотнул, прикусил губу, прижал лапу к животу в знакомом защитном жесте. Стиву приходилось в своей жизни голодать, он знал, каково это, особенно после того, как мама… Он ощутил, как медленно поднимается в нем та самая волна неотвратимой ярости и жажды справедливости. Разумное, хоть и пока диковатое существо держат в клетке, без еды и — Стив поискал глазами хоть какой-то источник — без воды тоже. В тесной, низкой клетке, в которой даже на метр не взлетишь. Стив украдкой огляделся, но смотрительница этого отдела Щита, Дарси, которая привела его сюда, как раз отлучилась. — Никому ни слова, — прошептал Стив. — Иначе меня вытурят отсюда и я не смогу тебе помочь. Он быстро сунул между прутьями батончик, горгуль жадно сгреб его с ладони, оставив пару длинных глубоких царапин, затолкал в клыкастую пасть, сглотнул, почти не жуя, и счастливо уставился на Стива, расплывшись в улыбке. *** На следующий день Стив первым делом, чтобы выпроводить Дарси, сказал, что ему для работы требуется тишина и сосредоточенность, разложил устрашающего вида прибор в черном зловещем чемоданчике и выдвинул антенну. Дарси тут же попятилась. — Ну где все, ты знаешь, — скороговоркой выпалила она. — К клетке не подходить, туалет в конце коридора, кухня на первом, вернусь за тобой вечером, пока! Стив отодвинул чемоданчик (прибор в нем все равно не работал уже года два), вытащил из рюкзака контейнер. Горгуль встрепенулся, прижался к прутьям, жадно поводя носом. — Морковный пирог, — зачем-то пояснил Стив, сражаясь с плотной крышкой. Горгуль возбужденно облизнулся, хлопнул крыльями, и Стива чуть не сдуло. — Вот, держи. Кусок исчез в мгновение ока, второй Стив придержал, скармливая маленькими ломтиками. Горгуль брал их губами с раскрытой ладони, улыбался Стиву, двигал ушами и метелил хвостом по доскам пола, иногда зацепляя пикой щели между ними. Стив сидел на полу напротив, рассеянно почесывал горгуля между ушами и почти не думал о том, что будет, если тот все-таки решит впиться клыками ему в ладонь и дернуть на себя со всей животной силой. *** — Всех остальных держат в просторных загонах, размером чуть не с гектар, — сказал Стив, пока горгуль поедал сэндвичи с лососем и листьями салата. — И группами, а не поодиночке. Их кормят, с ними общаются, учат их и все такое. Почему ты здесь один? Горгуль только улыбнулся, а во взгляде — ни проблеска мысли. Протянул последний сэндвич Стиву. — Я не буду, это все тебе, — вздохнул Стив, но пришлось взять, отломить половину, когда горгуль расстроенно заворчал, грустно опустил уши и посмотрел на него огромными влажными глазами. *** — Ты красивый, знаешь, — бездумно говорил Стив днем позже, перебирая темные длинные волосы и проводя ладонью по крепким ушам. Кисточки щекотали кожу, Стив аккуратно гладил пальцем по наружной стороне, ероша короткую плюшевую шерстку. Горгуль млел, сыто моргал осоловевшими глазами, не отказывался от арбузных долек, облизывал красные мокрые губы, задевая ладонь Стива. Стив только вздыхал. — Нельзя тебя держать здесь. В этой чертовой лаборатории. Горгуль, похоже, был доволен быть здесь и сейчас, осторожно прикусывал пальцы Стива и ни в какую наружу и свободу не стремился. — Я тебя вытащу, — пообещал Стив. Горгуль согласно лизнул его в ладонь. *** Стив легко мог затянуть выполнение заказа на несколько дней. Все необходимое обновление и настройки он установил в компьютерную систему Щита еще позавчера, и для запуска ему требовалось только нажать кнопку “старт”. Видеокамер в помещении не было, а если б и были, это не стало бы для Стива проблемой. — Завтра, — прошептал Стив, склонившись к клетке, а горгуль с удовольствием заурчал. Стив дал ему еще полоску мяса, ало-красного, с сочащейся кровью. Горгуль сожрал ее с утробным рыком. — Хорошо, что я вегетарианец, правда? Все самое аппетитное достается тебе. Горгуль был согласен, облизывался кровавым языком, хищно следил за следующим куском. — Я купил нам дом, ну… скорее развалюху, конечно, но зато там глухой лес и дикие поля с другой стороны. Тебе там будет хорошо, просторно. Горгуль с прикрытыми от удовольствия глазами смаковал полоску говядины, длинные крепкие клыки легко разрывали плотные волокна. — Будь готов завтра. Праздник, а потом выходные, в Щите никого не будет пару дней. Тебя не хватятся сразу, мы успеем уехать далеко. Горгуль довольно заурчал, потянул Стива к себе, прижав его к прутьям, зажал последнюю мясную полоску между зубов и попытался пропихнуть ее Стиву в рот, помогая языком. Пришлось съесть. Ничего, Стив был на многое готов, лишь бы горгуль продолжал ему доверять. Горгуль счастливо лизнул в губы и внутри, делясь острым тошнотно-сладко-соленым привкусом. — Спасибо, — выдавил Стив и улыбнулся ему тоже. *** В шесть утра пятницы он проник в лабораторию, пользуясь своим еще не аннулированным пропуском, тенью проскользнул по привычному пути. В проулке между соседними зданиями уже дожидался потасканный фургон, который отвезет их в новую свободную жизнь. Потом, конечно же, Стив засудит гребаный Щит за жестокое обращение с горгульями, но сначала надо вытащить своего самого важного отсюда. Клетка была пуста. Стив долго неверяще смотрел на нее, чувствуя, как гулко и больно бьется в груди сердце. Все-таки не успел. И его забрали. Стив закрыл глаза, собирая в душе ледяную ярость и силы. Силы ему сейчас потребуются все, даже самая крохотная завалявшаяся в углу частичка. Он вскинул подбородок, сжал лямки рюкзака пальцами с побелевшими от нутряной ярости костяшками и направился к лифтам. Для начала — административный этаж, к дежурному. Он найдет своего горгуля, даже если придется перевернуть вверх дном это пристанище фашистов. Этаж был пуст и тих, все кабинеты закрыты, кроме одного. Из-под двери кабинета директора Щита пробивалась полоса света. Стив, чеканя шаг, направился к ней, как никогда остро жалея, что он не размером со шкаф и не сильный, как супергерой. Нет, сейчас ему хватит силы духа. Он с ноги распахнул дверь, с ненавистью глянул на табличку “Директор Щ.И.Т. Дж. Б. Барнс” и влетел внутрь, готовый убивать. И замер. Его горгуль был там. Одетый в мягкий вишневый свитер, с чашкой кофе в руках, мягкими чистыми волосами и ушами, знакомыми до последней шерстинки. И глаза те же, прозрачно-голубые. Только челюсть совсем человеческая и клыков нет. И когтей на пальцах. Крыльев тоже не видно. — Я… Эмм… — Это ты! — воскликнул горгуль глубоким бархатным самым красивым голосом на свете. — Это все по-настоящему! — По-настоящему, — повторил Стив. От нервного потрясения немного пошатывало. Спасение еще требуется? — Что по-настоящему? А потом его обняли, так, что не вдохнуть. Стив уткнулся лицом в плечо, большое, сильное, такое замечательное, и дышать стало не нужно. — Ты был со мной все превращение! Как ты нашел меня? Горгуль сунулся носом ему в волосы, вдохнул запах, заурчал счастливо, совсем как там, в клетке. — Почти ничего не помню, — сказал он, принимаясь тереться о щеки Стива. — Помню, как было одиноко и грустно, а потом ты пришел, такой сияющий, красивый и вкусный. — Как я мог тебя не найти, — пробормотал Стив. Горгуль держал его на весу и счастливо сопел в шею. — Это же ты… А как тебя зовут? — Я Баки. — И ты эээ… директор Щита. — Ну да. — А почему ты был в клетке? — Так превращение же, — Баки поцеловал его в щеку. Вздохнул. — Каждые полгода на неделю. Без пары в эти дни очень плохо, одиноко и грустно. Ну и голодно. И опасно. Сам же знаешь, что если кто чужой сунется, тем более с едой, покалечим. — Ох… да, конечно, знаю, — заверил Стив, покрепче обнимая своего наконец-то найденного горгуля.