Странности влюблённых не помеха

      Я сидела в клубе, чувствуя, как румянец ещё сильнее, чем обычно заливает мои щёки.       «Он сказал, что всё своё время проводит со мной! Он сказал, что ему никто больше не нужен!» думала я, чувствуя, как сердце прыгает в груди словно бешеное. — Эй! — шепнула мне Алиса. — А? — я повернула голову и вопросительно посмотрела на неё. — Странный этот Том, скажи! — пошептала она мне на ухо, мотнув головой в сторону примостившегося возле Олив блондина. — Странный...?       Я рассеянно глянула на парня. Он был довольно неряшливым, с потёртой одеждой и желтоватыми зубами, которые он то и дело скалил в улыбке. И то, как он поглядывал на Олив… это настораживало.       Шатенка явно была напряжена его присутствием. Я не знаю, как объяснить это, ведь моя подруга выглядела совершенно спокойной, но по какой-то причине я чувствовала её напряжение по отношению к Тому, которое вскоре передалось и мне.       «Да, Алиса права, он какой-то… Не такой…» подумала я.       Однако в ответ я шепнула подруге следующее: — Да ладно, обычный мальчик! Просто немного распущенный не следит за собой, вот и всё!       «По крайней мере, я надеюсь, что всё дело в этом…» мысленно продолжила я предложение.       Алиса ничего не ответила и повернулась к Олив. И спросила: — А куда мы сегодня пойдём? — В школьный двор. — со своим обычным холодным спокойствием ответила шатенка, поднимаясь. — Опять? — на лице моей подружки появилась слегка разочарованная гримаска. — Не опять, а снова, — с некоторой долей раздражения ответила Олив. — А что тебе не нравится? — прищурился Том, в упор уставившись на Алису.       Я поёжилась. Мне не понравился его взгляд от слова совсем. От него у меня возникло ощущение, что он задумал что-то… Что-то весьма нехорошее. Что-то, что могло бы принести вред Алисе. Что-то, что явно представляло ей угрозу… — Да ничего! Просто… Мне казалось, что мы должны каждый день ходить в разные места... — Алиса явно напряглась. Я видела это по её изменившейся позе и насторожившемуся взгляду. — А какая мне разница, что тебе казалось? — теперь уже почти злобно ответила Олив, устремив холодный взгляд прищуренных глаз на мою рыжую подругу. — Ты что, художник, чтобы разбираться в том, куда и когда нужно ходить клубу? — Что? Нет! Я просто… — Вот и молчала бы со своим просто! — взорвалась Олив.       Мда… сегодня у шатенки явно было паршивое настроение. И судя по всему, она не сдержалась и решила сорвать его на Алисе. — Думаешь ты тут самая умная? — подхватил Том. — Да ничего я не думаю! — возмутилась Алиса. — Тогда зачем глупые вопросы задаёшь? Зачем ведёшь себя так, будто ты тут главная? — зло прошипела Олив, нависая над ней. — Тебя сюда вообще никто не звал, не нравится что-то, тогда и катись отсюда, скучать не будем! — О, так в этом и есть смысл твоего клуба, Олив Пендл? — Алиса тоже встала и уставилась на шатенку, прищурив глаза. — Такова его мораль, «сиди рядом и помалкивай»? Разве участники клуба не имеют права просто высказать своё мнение? Или оно тут есть только у тебя? — Да! — прорычала Олив. — В отличие от тебя, Кэмпбелл, я хотя бы понимаю всё в художестве, поэтому в вопросах касательно художества только я тут имею свою мнение! — А я в отличии от тебя, не настолько самовлюблённая, чтобы не прислушиваться к другим и всегда быть такой чрезмерно уверенной в себе! — не осталась в долгу обозлённая Алиса.       И в этот момент произошло одно неожиданное событие. Том неожиданно взбесился. Его лицо исказилось в жуткой гримасе злости, руки сжались в кулаки. — Ты заплатишь за эти слова, собака! — рыкнул он и, схватив со стола стакан с карандашами и швырнул им прямо в голову Алисе…       Всё будто замедлилось. Секунду я видела, как карандаши выпадают в процессе полёта самого стакана, как ошарашенно округляются глаза Алисы и Деза, как моя рука пытается поймать летящий предмет, но не успевает…       В следующее мгновение карандаши с грохотом высыпались нам с Олив на головы, раздался тоненький вскрик Алисы. Я рывком повернулась к подруге. Пластиковый стакан, угодивший ей прямо в голову, вертелся на полу, возле ног девушки. На лбу Алисы появился длинный красный след, большие зелёные глаза за считанные секунды наполнились слезами. Девушка всхлипнула, прижав правую ладонь ко лбу, развернулась, и в следующий миг с плачем выбежала из кабинета.       Следующие несколько секунд все присутствующие в кабинете потрясённо молчали. Исключением был лишь Том. Посмотрев вслед Алисе, он сел, презрительно фыркнув: — Вот ведь истеричка!       Первой пришла себя Олив. Развернувшись к Тому, она прошипела: — Чем ты думал, козёл?! Ты рассыпал все мои карандаши!       Последовавшие за этим оправдания Тома прервало хмыканье Деза. — Карандаши… И это всё что тебя волнует, Олив? — Ну знаешь…-шатенка обернулась к нему, а что было дальше я не знаю, потому что, когда я наконец опомнилась, я вскочила и выбежала из кабинета. — Алиса! ПОСТОЙ!       Я нашла её в кладовке со швабрами. Она сидела возле стены, обхватив руками, колени и горько плакала. От одного этого зрелища мне самой тоже захотелось плакать.       Однако я сдержала себя и, подойдя к Алисе, сказала: — Алиса! Тебе очень больно?!       Она лишь зарыдала ещё громче и ничего не ответила. Я наклонилась, заглянула ей под чёлку и тут же отпрянула назад, с трудом подавив вскрик. Из раны на лбу девушки каплями сочилась кровь. Переборов ужас, неожиданно нахлынувший на меня холодной липкой волной, я схватила девушку за плечо и попробовала заставить встать. — Алиса! Тебе нужно в медпункт!       Она не двинулась с места, заплакав ещё сильнее и прижав ладони к глазам. Я снова предприняла попытку поднять её, но Алиса опять не поддалась, оставшись сидеть на полу.       «Чёрт! Нужна помощь… Нужно. Позвать. Кого-то.» подумала я, и, выскочив из кладовки, побежала по коридору.       Свернув за угол, я врезалась в кого-то. Даже не успев понять, кто это, я схватила человека за руку и потянула за собой. — Помоги! Помоги Алисе! — Что у тебя случилось? — холодный голос Вайолет, с которой я и столкнулась, подействовал на меня словно ведро ледяной воды и оказал некоторый успокаивающий эффект. — Алиса! Её Том… он в неё стакан кинул… Она там… — я указала на дверь в кладовку. — Она… она плачет и у неё изо лба течёт кровь…       Надо отдать Вайолет должное. Она не стала задавать ненужных лишних вопросов, не стала стоять в шоке. Даже не дослушав, она резко схватила меня за локоть и с неожиданной силой потащила за собой, целеустремлённо зашагав к кладовке. Войдя в комнату, она тут же подошла к Алисе и, убрав её руки от лица, бросила внимательный цепкий взгляд на рану на её лбу. Затем она выпрямилась и, сверху вниз глядя на девушку на удивление мягко, но уверенно сказала: — Вставай. Тебе нужно в медпункт.       Алиса что-то невнятно прошептала и помотала головой. Из зелёных глаз брызнула новая порция слёз. Вайолет прикусила губу, явно размышляя, что ей делать дальше. В следующую секунду, она нагнулась и, схватив Алису за плечи, с силой дёрнула её вверх, заставив встать. Крепко стиснув плечи девушки, Вайолет повела пошатывающуюся Алису к выходу. Я следовала за ними до самого медпункта. Внутрь меня не пустили, и я долго ждала в коридоре, чувствуя странную пустоту в области грусти и живота, как будто все мои внутренности отсутствовали. Перед глазами всё ещё стоял окровавленный лоб Алисы. И от этой картины в моей голове мне становилось нехорошо…       «Что всё же за человек этот Том?» подумала я, вздрагивая. «Почему он так агрессивно себя повёл? Он точно нормальный..?»       Минут через десять из медпункта вышла Вайолет. Бросив на меня взгляд холодных, будто мёртвых синих глаз, девушка сказала: — С ней всё будет в порядке. Иди домой.       Уж не знаю почему, но я послушалась. Заскочив в уже пустой кабинет клуба, я собрала свои вещи и, скрепя сердце, направилась домой.