Снова?

Они разошлись два года назад, после почти пяти лет совместной жизни и разговора, где тихо и без слез было принято это решение. Оба слишком устали от бесконечных выяснений отношений, что сменялись неделями холода и полного игнорирования друг друга. Они просто слишком не подходили друг другу и плевать, что чтобы понять это им понадобилось около пяти лет и почти все количество нервных клеток. И когда Фрэнк вышел из квартиры Джерарда в шумный вечер оживленного Джерси, то почувствовал насколько легко ему стало дышать. А Джерард, даже не закрыв за ним дверь, развалился на кровати, глядя в потолок и глупо улыбаясь тому, что сегодня он, наконец, напьется и переспит вообще-с-кем-угодно-главное-что-не-с-Фрэнком. Да, их история закончилась очень легко, они практически одновременно осознали, что не могут больше быть рядом друг с другом. Возможно, для Фрэнка это произошло, когда он впервые отправился спать на диван, потому что он не собирался делить постель с человеком, который может так равнодушно относиться к работе своего парня. – Уэй, ты не объяснишь мне, что это блять значит? – Фрэнк буквально ворвался в небольшую ванную, держа в руках промокшие насквозь листы с законченной вчера песней. Джерард без особого интереса посмотрел на ту кашу из бумаги, которую держал в руках его парень. – Оу, это? Прости, детка, я разлил воду, когда рисовал, но положил их сушиться, так что все нормально, – он пожал плечами, застегивая ремень и нажимая на смыв. Фрэнк чувствовал такую злость, что даже не смог ответить. Он просто стоял и смотрел на Джерарда, пока тот мыл руки и, тоже не говоря ни слова, уходил в ту ненавистную Фрэнком комнату в квартире, где Джи пропадал неделями. Он так и не рассказал ему, что чуть не потерял работу, потому что его босу показалось немного непрофессиональным то, что грязную нечитаемую мазню на мятой бумаге Фрэнк называет «песней». Джи принял это немного раньше, когда почти уехал домой к парню, с которым они обсуждали дизайн его веб-сайта. Да, он был симпатичный. Да, он все время с ним флиртовал. И да, Джерард так сильно хотел переспать с кем-то, что практически решился на это. Но, к счастью(?), он придерживался довольно жесткой позиции в плане измен. И он точно уверен, что если бы такое и случилось в тот вечер, то Фрэнк бы узнал об этом в ту же ночь. От Джи, разумеется. И вот, когда они оба сбросили огромный груз неудавшихся отношений с шеи, каждый чувствовал начало чего-то нового. Так что да, трагичным этот разрыв назвать нельзя. У Фрэнка всего немного ныло в груди. …почти полгода. А Джи, как и хотел, поменял столько парней и девушек, что даже не вспомнит всех. …безрезультатно стараясь найти в них хоть частичку тепла Фрэнка. Это был тот разрыв, когда друзья и семья сначала уверяют тебя, что вы были слишком долго вместе, чтобы так просто разойтись, а потом тихо сочувствуют, не поднимая больше эту тему. Но они справлялись. Они работали. Встречались с людьми. Целовали людей. Спали с людьми. Разве что…Фрэнк чуть чаще обычного проверял автоответчик. А потом Джерард уехал. Фрэнк не знал точно, ему сказал об этом общий друг, что-то о том, что Джи получил другую работу и почти сразу переехал, кажется, в Нэшвилль. Чертовски далеко. И он, честно, старался пропустить это мимо ушей и просто не думать об этом каждую сраную минуту вот уже третий месяц. Но получалось не очень. Долгое время очевидно было всем, кроме Айеро, что ему пиздецки плохо. Он почти не брал выходные и перерывы, очень сократил общение и в конце концов сказал Эшли, что не может больше делать вид, что она его привлекает. Но до сих пор совершенно не принимал тот факт, что сильно изменился за эти три месяца. Что касается Джи, то он неплохо справлялся. – Мм…черт быстрее, – грубо схватив парня за загривок, Уэй сам насаживал его рот на свой член, игнорируя его недовольные стоны. – Блять, сейчас…даа…вот так, – он расслабил хватку, кончая, дав возможность нижнему хоть немного дышать. – Джерард, какого хуя? Ты убьешь меня так однажды! – вытирая рот от спермы и поднимаясь с затекших колен, недовольно пробубнил парень. Уэй удовлетворенно улыбнулся и притянул его за руку к себе на колени. Большой офисный стул, который стоял за письменным столом в просторной квартире Джерарда, скрипнул, когда на него приземлился еще один парень. Он выглядел еще чуточку обиженным, но уже почти улыбался на руках у Джи. Тот, будто извиняясь, оставил влажный поцелуй на его шее и, подняв голову, хотел было поцеловать в губы, но увидев блеск собственной спермы, запротивился и оставил поцелуй на сухой щеке. – Алекс, сладкий, я уже говорил тебе, как хорошо у тебя получается отсасывать? – Алекс закатил глаза, но еще больше расплылся в улыбке. – Но мне нужно работать, так что… Так что катись из моей квартиры, когда нужно будет трахнуться я напишу тебе, детка. – Да-да, как обычно, – парень заметно помрачнел, хоть и привык к такому отношению Уэя за несколько недель их «встреч». Они виделись достаточно часто. Даже очень часто, если говорить прямо. Джерард писал ему каждый день или через день, в зависимости от загруженности на работе. И они трахались. Иногда в квартире Уэя, пару раз прямо в кабинете в студии, где он работает, и раз или два дома у Алекса, когда Джерарду надоедало сидеть дома или надоедало вежливо выставлять парня за дверь после всего. Да, очень похоже на то, что Джерард стал полным козлом и эгоистом, раз ведет себя так с этим бедным Алексом. Учитывая то, что с Фрэнком Уэй никогда не был активом и пока их отношения окончательно не скатились в бездну безразличия и раздражительности, Джерард высоко выстанывал имя Айеро, крепко прижимая его к себе ногами и млея в сильных руках. С тех пор Джерард не позволил ни одному парню трахнуть себя. Но иногда он делал это сам. Всего несколько раз (24) он вставлял в себя пальцы, думая о том, как он скучает по таким ощущениям и, возможно, совсем немного по тому, кто дарил ему эти ощущения. Но в целом, все шло неплохо. Да. Они справлялись.