Новый год. Чувства. Разборки соукоку. И прекрасная компания.

Салон самолета был просторный и больше похожий на зал, двухместные, мягкие, чёрные диванчики располагались по обоим сторонам, а между ними находились перегородки виде черных, плотных, бархатных штор, которые также отделяли каждую секцию от прохода. Проход по середине самолета был настолько широк, что можно было танцевать. В самом конце самолета находилась отдельная комната с большим, длинным столом в центре и креслами по его периметру, а также две уборные комнаты. Вообщем высший класс, все-таки владение Портовой Мафии. Лететь девять часов, почти полдня. Все чемоданы были сданы в багажный отсек еще перед посадкой, в салон каждый взял лишь необходимые вещи. При посадке, эсперов встретил персонал, состоящий из четырех девушек. Каждый занял те места, который захотел, так что осталось даже пару свободных диванчиков. Куникида сел в конце, один, так как просто не выдержал бы присутствие кого-то длительное время. Соукоку сели в середине самолета, перед ними сидели шин-соукоку, а по левую сторону Достоевский с Гоголем. Тачихара очень сильно хотел отвинтить один диванчик, благо способность ему это позволяла, и повернуть на 180 градусов, чтобы сесть напротив Гин и Йосане так, так, чтобы можно было смотреть на них перед собой и общаться. Однако Мори строго настрого запретил. Поэтому девушки сели за соукоку, а по левую сторону от них расположились двое рыжих. Мори до последнего настаивал, чтобы Элис заняла место рядом с ним, но та ни в какую не согласилась и устроилась рядом с Кекой, они были знакомы еще в мафии, однако по-настоящему сдружились лишь сейчас. Так как Элис сидела с подругой, рядом с боссом мафии сел Фукудзава, их место находилось в самом начале самолета. Кенджи пришлось бы сесть одному, но подруги с удовольствием позвали к себе, втроем им не было тесно, ведь девочки очень миниатюрные. –Прекрасная леди, не могли бы вы мне принести чего-нибудь сладкого? –девушка удивленно посмотрела и, ответив краткое «конечно», скрылась в рабочей комнате. –Рампо! Мы только сели! –Эдгар сложил руки на груди и недовольно посмотрел на детектива. –Вот именно, мы сели, а я еще ничего не съел, –на него все еще пристально смотрел Эдгар. –В аэропорту не считается! Писатель понял что спорить с детективом бесполезно и отстал от него. ——— –Ацуши? –Акутагава смотрел на него со скрытым беспокойством. –М? –Ты что, боишься летать на самолетах? –черноволосый не сводил взгляд с тигра. –Чего? –желтоглазый смотрел на Рюноске и пытался понять, не послышалось ли ему? А когда понял, что все-таки не послышалось, рассмеялся. –Нет конечно! Что за бред, не мы ли сражались с тобой на высоте в несколько километров над землей? –Но ты дрожишь. –взгляд Акутагавы был недоверчивый. –Холодно. Видимо не стоило снимать свитер и оставаться в футболке, но я уже убрал свитер в чемодан, а в пальто сидеть как-то неудобно. –закончив говорить, он мило улыбнулся. В ответ Акутагава ничего не сказал, только достал с полки плед и укутал плечи Ацуши. Чем вызвал тихий смех у последнего, ведь сероглазый молча, с серьезным видом, словно это не забота, а задание, которое нужно выполнить, укутывал тигра. Услышав смех, сероглазый непонимающе посмотрел на Накаджиму, чуть наклонив голову, и только он собирался спросить «что смешного?», его нагло взяли и закутали в объятия из рук и одеяла. –Ацуши, я думал мы больше не собираемся убивать друг друга. –Рюноске пытался выбраться из хватки, для него объятия – это попытка убийства. –Успокойся Рю, это просто объятия. –Накаджима тихо смеялся, он знал, что Акутагава не особо любит тактильность, но так же знал, что тот ни за что не покажет, что ему нравятся объятия, может быть это только пока. Сейчас же Ацуши не находит идеи лучше, чтобы заставить парня сидеть спокойно и не вырываться, чем повторить метод Дазая, поэтому он легонько целует Акутагаву в губы. Теперь никто не вырывается и не возмущаются, теперь они оба молча сидят в обнимку, в пледе, покрасневшие. ——— –Феееедь… –Гоголь грустно тянет имя своего парня, запрокинув голову, но при этом хитро смотря на того. –Чего? –тон спокойный и серьезный, темноволосый даже не поднял взгляд от книги. –Давай в… –Нет. –не дав беловолосому договорить, отрезал Достоевский. –…карты… Почему? –он резко выпрямился. –Коленька… –вздох, он наконец-то посмотрел на Гоголя. –Давай договоримся, ты дашь мне спокойно почитать, и при этом не встрянешь не в одну передрягу, ближайшие пару часов. А потом, я сыграю с тобой, идет? –он мило улыбнулся, заправляя за ухо длинную белую прядь, которую Гоголь видимо не заметил, когда плел косу. –Идет… Ты такой занудный… –он сложил руки на груди откидываясь назад. –А ты бесячий. –темноволосый сказал это со слабой, но искренней улыбкой. –И вы друг друга стоите. –послышался сзади голос Тачихары, который заставил пару тихо засмеяться. ——— –Все нормально? –рыжий нахмурился. –Ага… –вздохнул Дазай, отдавая свое и пальто Чуи стюардессе. –Какой-то ты больно спокойный… –Чуя смотрел на супруга с подозрением. –Накахара Чуя, из-за ваших вчерашних истерик, мы легли в час ночи, встали в пять утра, я дал вам возможность выспаться, а вы потом мне еще одну истерику закатили. Устал я вообщем. Я, между прочим, тоже не выспался… –То есть, по-твоему я во всем виноват? На это Дазай закатил глаза, спокойно отвечая. –Я этого не говорил, я сказал что устал. Он конечно любил подкалывать мужа, но иногда все-таки уступал, чтобы сохранить нервы любимого и спокойствие, сейчас как раз такой случай. В ответ рыжий кинул сухое «ясно», вздохнул и слегка опустил верхнюю часть дивана. Затем положил руку на щеку шатена и уложил его голову на своем плече. Дазай в ответ слабо улыбнулся, ближе прижимаясь к супругу, пока тот, запускает руку в темные волосы, и начинает перебирать пряди. Осаму так любит, когда в рыжем просыпается эта нежная личность, а самое приятное, что она доступна только ему, и только он будет знать каким заботливым бывает опасный мафиози. Чуя же дотянулся до шторки которая отделяла их с проходом, (дотянулся, потому что Чуя сидел у окна) и легко коснувшись заставил задвинуться её гравитацией, теперь они скрыты от все лишних взглядов. Он достал беспроводные наушники, снял обувь, поднял ноги на сидение, еще сильнее откинул спинку дивана и, поцеловав каштановые волосы, закрыл глаза, полностью расслабляя тело. ——— Кека с Элис рисовали, слушая рассказы Кенджи. Тачихара с Танидзаки играли в какую-то онлайн игру друг с другом, то и дело от них слышались тихие возгласы и маты. Гин с Йосане смотрели какое-то кино в наушниках, постоянно осуждая главную героиню за ее тупость. Гоголь начал читать какую-то книгу, но вскоре уснул, заставив Достоевского облегченно вздохнуть. Огай с Фукудзавой обсуждали последние совместные миссии, выпивая вино, которое, по просьбе босса мафии, принесла стюардесса. Куникида составлял какие-то списки, планы, отчеты. Одним словом работал. Вообщем ближайший час было довольно тихо.

***

–Ничего себе, какой у тебя серьезный шрам… –Йосане провела кончиками пальцев по длинному резному шраму на ребрах девушки, которые оголились когда та снимала свитер и зацепила край футболки. –Ага… –у Гин от этого прикосновения по телу пробежаличь мурашки, и она смущенно поправила футболку. –Но я же тебя исцеляла, после нападения Тачихары в подземном переходе мафии… И шрама не было… –Да… Это случилось при битве, которая была немного позже… –сероглазая мило улыбнулась. –И кто же сумел тебя так ранить… Насколько я знаю, с Фукучи ты не сражалась. –усмехнулась Йосане, она то помнит, сколько людей тогда пострадало. –Неа, это Тетте, он кстати классным оказался, в отличие от его парня… –Эй, на Дзено не надо тут! –перебил девушку Тачихара. –Ой, извини что задела твое разбитое сердечко. –сестра Рюноске мило захихикала. –Чего?! Я на Дзено даже не смотрел с этой стороны! –рыжий возмущенно всплеснул руками. –Дааа? –девушка все не останавливалась. –Он прекрасный напарник! –Ну да, ну да! –даже не смотря в сторону мафиози, отвечала сероглазая. –Он мне друг! –рыжий все больше выходил из себя. –Ага… –скучающе, как-будто не верит ни одному слову Тачихары, протянула Акутагава. –Мне вообще другой человек нравится! –он старательно пытался доказать, что Дзено ему безразличен, ведь это правда. –Оп! Подловила! А теперь рассказывай! –Гин довольно хлопнула в ладоши, и в ожидании рассказа повернулась корпусом к Тачихаре. –Блять… я не это имел… всмыс… Блять! Гин отвали! –слегка краснея, Тачихара вновь уткнулся телефон. –Ну уж нет! –вступила в их беседу Йосане, которая с интересом слушала предыдущий диалог. –Мне теперь тоже интересно кстати. –этот голос принадлежал Танидзаки. –Давай рассказывай! Кто этот парень?! –в глазах Гин сверкал азартный блеск. –Это наваж… Стоп?! Почему именно парень?! –недоумевая, Тачихара злобно сверлил взглядом мило улыбавшуюся сероглазую. –Знаете, мне вот тоже очень интересно! Почему именно парень! –новый голос, которого до этого не было в диалоге. Йосане отодвинула штору за их диваном, и удивленно взглянула на раздраженного Куникиду, который сидел за выдвижным столом, сложа руки на груди, видимо они отвлекли его от работы. –Я вот знаете, до сих пор понять не могу, почему у нас большинство одаренных гомосексуалы?! –он серьезно, но без осуждения смотрел то на девушек, то на парней. –Почему? У нас так-то в основном все бисексуальны. –с непониманием почему идеалист имеет такое странное мнение, высказала девушка. –Ага, оно и видно… –он вздохнул и перевел взгляд в глубь самолета. –Только почему-то у нас тут в основном пары из парней. –А ты имеешь что-то против? –Танидзаки спрашивал без наезда. –Вовсе нет. Мне просто интересно, найдется ли хоть один парень помимо меня, который будет встречаться с девушкой. В ответ ребята лишь рассмеялись… Видимо нет…

***

Через два часа стало шумно. Девушки все еще вели какой-то диалог с двумя рыжими и Куникидой, который уже устал от бумажной работы. Дети играли в какую-то настольную игру, разложив один из свободных диванчиков в конце салона самолета, как кровать, и забравшись на него с ногами. Рампо с Эдгаром, отодвинув за ними штору, обсуждали вместе с шин-соукоку прошедшую, самую большую битву со «смертью небожителей», пытаясь понять, можно ли было разрулить эту войну иначе. Периодически обращая внимание на смешки и комментарии Достоевского. Иногда фразы того пугали Ацуши, а Рампо наоборот задумывался над ними, все-таки что говори, а Федора ему не переплюнуть. Гоголь же на всегда что-то отвечал на вставки Достоевского, и у них завязывалась своя дискуссия. Но все равно… Было как-то подозрительно тихо… –Дазай-сан, а вы что скажете? –спросил Ацуши отодвигая штору. –Были бы шансы предот… –перед его глазами возникла картина двух спящих, в обнимку, под пледом, супругов. Он умиленно улыбался и задвинул штору обратно. –Они спят, Ацуши. –лениво сказал Рампо. –Это я уже понял –тихо с улыбкой ответил тигр.

***

Прошло еще полчаса. –Итак, я предлагаю устроить обеденный прием пищи! –выйдя в проход, сказал Мори. Все активно поддержали предложение, только… –А кто их будить будет? –Ацуши посмотрел назад, на штору, за которой спали соукоку. –Вот ты с Акутагавой и разбудишь. Как проснуться приходите в соседний салон. –Мори мило улыбнулся и прошел мимо ребят в глубь самолета. Через минуту в этом разделе самолета не осталось никого, кроме соукоку и шин-соукоку. –Итак, вариант первый, –вставая с места заявил Акутагава. –Положить рядом с ними колонку и сбежать в соседний раздел, включая уже оттуда музыку. –Но у нас нет колонки, так как твоя сейчас в чемодане, и это давольно не безопасный вариант. –Ацуши тоже поднялся с места, вставая напротив закрытой шторой секции. –Вариант второй, убить их рассемоном, а потом позвать Босса или Йосане, что бы те их вылечили, тогда они точно проснуться, видя перед собой врачей, а мы здесь будем как бы не причем. –Рюноске говорил это так спокойно, можно подумать, он каждый день так людей будит. Ацуши даже бы порадовался тому, что они пока не съехались, но он был немного в ахуевшем состоянии. –Чего?! Акутагава, что ты несешь?! Не надо никого убивать! –У Накаджимы округлились глаза от подобных идей, –Давай просто разбудим Дазая, а он уже самостоятельно разбудит Чую. –Дазая тоже не безопасно. –он отвел взгляд куда-то в пол. –Что? Почему? –тигр непонимающе наклонил голову. –Я его как-то, семь лет назад, разбудил, он тогда еще был в мафии… –Сейчас он не в мафии. –отрезал Накаджима, складывая руки на груди, его уже порядком все это бесит. Что может быть опасного, в том, чтобы просто разбудить человека? –Ладно, буди. Но сам. –повторяя за Ацуши, он сложил руки на груди. Беловолосый отодвинул штору и, оперевшись коленями на край дивана, который был разложен под тупым углом, почти как кровать, дотронулся до плеча Дазая, чтобы слегка потрясти его. Однако этого не потребовалась, после прикосновения к плечу, тот сразу открыл глаза. –Так вы не спали? –удивленно спросил желтоглазый, убирая колени с края диванчика. –Спал, но проснулся где-то час назад. –спокойно, но с искренней улыбкой, смотря на рыжего, ответил шатен. –Кстати, Акутагава! –улыбка вновь стала глупой. Акутагава побледнел, он и так имеет кожу цвета фарфора, теперь вообще выглядит как неживой, сейчас он не моргал, не двигался, не дышал. В голове только одна мысль, «он все слышал». –Мне понравилась твоя идея разбудить нас, и ты можешь ее в следующий раз использовать. Но только на мне. И врачей звать не надо. Все таки умереть во сне не такая плохая идея, правда Ацуши? –Дазай-сан, я думаю Накахара не очень обрадуется тому, чтобы проснуться рядом с трупом, в одной кровати… –Ацуши как-то по-глупому улыбался, словно он объяснял ребенку, что такое хорошо, а что такое плохо. Дазай задумался, его лицо стало на пару секунд серьезным, а потом на нем вновь появилась улыбка. –Ладно идите, мы скоро приедем! –Ждём вас. –Ацуши, взял за плечо полуживого Акутагаву, и они вместе удалились. Все таки без тяжелых последствий, разбудить эту пару невозможно… Теперь у Акутагавы еще одно психологическое расстройство, а у Накаджимы еще одна психологическая травма, после представления картины с "бужением" Дазая. Как только автоматические двери закрылись, и соукоку остались одни, шатен достал наушники у Накахары и уткнулся лицом в его шею. –Чуяяя, вставай. –в ответ на это лишь поморщились. Значит проснулся. Тогда кареглазый приподнялся на локтях, и мягко поверхностно поцеловал супруга. В ответ на это его обняли, обратно укладывая рядом с собой и прячь лицо в темных волосах. –Чуя, хватит пытаться остаться спать, иначе я тебя снова на руках донесу, как принцессу. –он поднял подбородок рыжего двумя пальцами, хитро улыбаясь. –Ладно, ладно… –голубоглазый с трудом сел по-турецки на импровизированную кровать, потягиваясь. –Достань сумку. –Зачем? –Дазай непонимающе посмотрел, но все таки выполнил просьбу. –Волосы… –ищя в сумке расческу, пояснил голубоглазый. –Как ты вообще с ними живешь… Еще и расчесываешь каждую секунду… –послышалось ворчание шатена, пока мафиози водил расческой по рыжим прядям. –Отрезать? –Чуя прищурил глаза. –Нет! –Ты погоди, щас и до тебя очередь доходет! –он тихо засмеялся. –Нет. Чуя, –взгляд стал серьезным. –Ты же знаешь я все готов стерпеть, но давать тебе расчесывать свои волосы, нет! –голос звучал строго, так, будто ему предложили подложи сделку с дьяволосм. –Они даже не выглядят запутанными. –Но мы оба знаем что они запутаны. –рыжий наклонил руку с расческой в сторону, при этом закатив глаза. –Даже если и так, я пошел! –Дазай вскочил с дивана и уже собирался сбежать, но его успели схватить за запястье. –Сидеть! –прозвучал приказ рыжего, которого Осаму просто не мог ослушаться, не особо хотелось, чтобы потом супруг игнорировал его весь день. Накахара довольно посмотрел на послушно усевшегося по-турецки мужа. И приступил к пыткам шатена. –Ну и кто из нас тут послушный пес? –он провел расческой по чужим волосам. –Естественно ты… ай! –поморщился от боли кареглазый. Всего три минуты длились пытки Осаму. Наконец, Чуя последний раз провел расческой по темным волосам и запустил в них пальцы, довольно улыбаясь, ведь теперь волосы такие мягкие и пальцы не застревают в них, а скользят между прядями. Он слегка поддался вперед, чтобы поцеловать, но его притянули за талию руки супруга. Пару секунд они просто молча смотрели друг на друга, играя в игру, кто первый сдастся, между губами было всего пару сантиметров, и все-таки сдался Чуя. Чуть приподнявшись на коленях, чтобы быть одного уровня с этим высоким придурком, он прижался губами к чужим, которые сразу подхватили поцелуй и углубили его. Никого не было в салоне, поэтому было спокойно, не нужно было думать о чужих, любопытных взглядах. –Теперь все. –разорвав поцелуй, Накахара давольно и хитро смотрел на супруга. –Прошла целая вечность. –наигранно грустно протянул слова Осаму, заправляя рыжую прядь за ухо, и наконец отпустил чужую талию. –Пойдем, все ждут.

***

После обеда, который сопровождался какими-то бурными обсуждениями, в которых участвовали все, вновь началась суматоха, а именно Гоголь, который собирал людей для игры в карты. Достоевский естественно согласился, он же обещал. Дазай естественно тоже, ну грех не сыграть с Федором. Дети уже убежали в основной салон самолета, девушки тоже отказались, у них были дела поинтереснее, а точнее очередной фильм с тупым главным героем, к ним присоединились и рыжие. Чуя просто не мог отказаться, под издевками мужа. Мори и Рампо приняли предложение, как любители размять мозг. Ацуши, поняв какой состав будет играть, благополучно слинял прихватив с собой и Акутагаву, играть с этими людьми в игры – себе дороже. А директор с Куникидой не разделили любовь азарта с участниками. Итого: шесть игроков. –А играем… –Начнем с дурака. –с явным удовольствием ответил Гоголь. –Начнем? –Дазай поднял удивленный взгляд. –А ты думал что он после одной игры отвяжется? –Федор ухмыльнулся. В первой партии победу одержали двое, думаю нет смысла говорить кто, Дазай и Достоевский одновременно избавились от карт, один выложив, второй побив. И теперь Осаму контролировал каждую карту рыжего, в то время как Федор что-то выстукивал пальцами Гоголю. –Федь, так реально не интересно, твой шифр слишком легкий, и если ты думаешь что я не отличаю в нем ложь и правду, то глубоко ошибаешься. –Тогда может пока они доигрывают сыграем отдельно? –Глупо. Все равно победа будет у того, кому попадется туз. После трех партий в Дурака, Мори решил что это бесполезная трата времени, а Рампо, одержав одну победу, со словами, что ему стало скучно, ушел к Эдгару, верно, с этим человеком ему куда интереснее. –Теперь во что? –поинтересовался Дазай, откинувшись на спинку кресла. –В блэкджек, на выбывание. –улыбнулся Достоевский. Ну все, тут хочешь не хочешь, а выиграет один. Первый выбыл Накахара, тут было все предрешено заранее, если даже супруга выиграть, у него получалось раз в год. –Ну нахрен! Осаму, ты как закончишь, приходи фильм глянем, который Йосане с Гин за столом обсуждали, мне даже интересно посмотреть на эту главную героиню. –кинул рыжий, перед тем как покинуть этот отдел самолета. –Хорошо… –наблюдая за ходом игры, задумчиво ответил шатен. В первой игре победу одержал Достоевский, чем очень задел Осаму. Но впереди было еще две игры. Следующая игра оставила победу за Дазам. А в третий… –Ты мухлевал! –два гения хором предъявили обвинения Гоголю. –Нет конечно! –наигранно произнес беловолосый. –Кооооль… –взгляд Федора острый, холодный, и явно не предвещает ничего хорошего. –Федя… –обладатель косы встал с кресла, а за ним и Достоевский. –Феденька, отойди от меня пожалуйста… Не надо докасаться до меня, мы оба знаем что это не безопасно! Дазай смеется, наблюдая за парой, пока та бегает вокруг стола. Редко можно увидеть Федора настолько разозленным. Однако, в один момент Гоголь просто уходит в портал, оставляя двух демонов наедине. –А знаешь, даже обидно… Все-таки удовольствие от ничьи с тобой, такое себе. –Дазай посмотрел на злого Федора. –Можно было бы сыграть еще разок вдвоем, но твой ненаглядный карты забрал. –Он еще и карты забрал, зараза… –он тяжело вздохнул, отходя от эмоций. –Какая разница, мы же оба понимаем, что оба будем выигрывать по очереди. У нас всегда будет ничья. –Тоже верно… –шатен встал с кресла. –Тогда оставь хотя бы Гоголя в живых.

***

Остававшаяся часть времени проходила примерно также, как и первая. Но за окнами самолета было темно, ведь разница во времени. Достоевский все-таки не убил Гоголя, а продолжил с ним, вдвоем, играть в карты. Осаму как и обещал смотрел фильм с Чуей, закутавшись в плед и насильно обняв мафиози, ведь тот не особо хотел, скорее из-за того, что в самолете было много народу, и не смотря на перегородки в виде штор со всех сторон, кто угодно мог заглянуть, но тот быстро сдался, ведь ему самому этого хотелось. А заодно, рыжий оценил вино, в самолете портовой мафии. Девочки, Кека и Элис, разложили диванчик и устроили там настоящую королевскую кровать, одолжив несколько пледов и подушек у других ребят. На удивление, Кеке было очень комфортно с Элис, та оказалась не такая уж и капризная, а очень милая и с большим количеством интересных идей. Переодевшись в пижаму, чуть поразговаривав перед сном, девочки легли спать, они сильно утомились, все-таки встали рано. Ацуши уговорил Акутагаву сыграть с ним в какую-то онлайн игру. В итоге она им скоро надоела, и они уснули, тоже закрывшись от чужих глаз. Йосане с Кенджи и Рампо объединились и обсуждали культуру страны, в которую они сейчас летят, и чего им ожидать. Танидзаки уснул на плече Тачихары, что дало Гин повод для шуток, и так смущенного мафиози, который вскоре тоже заснул, так и не опустив спинку. А Гин, как настоящая подруга, сфоткала эту чудесную картину. Все постепенно погрузились в сонное царство. Ведь уже через пару часов они прилетят в чужую страну, с другой культурой, с другим климатом, с другим языком, с другими правами. А город, в который они прилетят, нет, это не Москва, там сильно людно, и это не курортный город Сочи, это культурная столица России, со старой, красивой архитектурой.