порой и в магии бывают сбои

***

Стоящие на полу свечи обжигали своим жаром розоватые, смущённые от происходящего лица девушек, что хихикая глядели в зеркальце. Тыквы с вырезанными мордашками устрашающе выглядывали из углов гостиной Гриффиндора. В воздухе стоял окутывающий запах ладана с дымными нотками, который приводил всех вокруг в состояние расслабления, и только Поттер от него задыхался. Гарри давно пересел подальше от того мракобесия, что творили девчонки, среди которых вдобавок была и Паркинсон, руководящая всеми — гриффиндорки во все глаза смотрели на то, как она умело раскладывала карты, одновременно поручая Браун отыскать полынь, а Уизли — багульник. Поттер усмехнулся от того, как находящаяся рядом Гермиона хмыкнула, вздёрнув нос. — Это же бред… Не входящий в рамки нормального! — пробурчала она, оглядев собравшуюся компанию презрительным взглядом. — А то, что мы умеем с помощью магии летать на мётлах, перемещаться в пространстве и, — Панси хитро улыбнулась, кивая в сторону Поттера, — возвращаться к жизни тебя совсем не волнует, милая? Грейнджер густо покраснела, готовая отстоять свою правоту, но вдруг смолкла, осознавая, что ляпнула глупость. Гарри по-доброму улыбнулся, стараясь её подбодрить. — Вау, что, всезнайка не станет со мной спорить? Удивительно, — Панси хихикнула, а Гермиона показательно встала с места и поджала губы, намереваясь уйти. — Мерлин, Грейнджер. Не веришь в гадания? Хочешь, докажу? — глаза Панси озорно вспыхнули, когда она увидела, что Гермиона вернулась обратно. Пришедшие девочки отдали слизеринке нужные травы, и та с одного щелчка пальцев зажгла их. Возникший дым наполнил гостиную более терпкими ароматами. У Гарри закружилась голова. Решив всё-таки покинуть это мероприятие, он отправился в спальню, надеясь, что никто его не остановит. Правда, Паркинсон ему вдогонку бросила: — Не уходи так рано, Поттер, веселье только начинается. — В следующий раз, — не оборачиваясь, устало произнёс парень и помахал на прощание. — Мы последний год учимся, следующего раза уже не будет! — крикнула слизеринка и звонко рассмеялась. Тем временем Грейнджер в тайне от всех ожидала следующих действий Паркинсон — детское любопытство всё-таки разыгралось в её душе, и девушка, поджав колени, наблюдала за происходящим. Гриффиндорки наконец-то расселись, создав полукруг возле Панси. Она перемешала колоду карт таро в руках, резко переменившись в лице. Став более серьёзной и, честно говоря, пугающей, холодно произнесла: — Вопрос, Грейнджер. Внезапно к ним ворвался Малфой, видимо, потерявший гадающую — та излишне подзадержалась у гриффиндорцев, будем честны, о чём и намекнул Драко. Паркинсон мысленно закатила глаза, сжала зубы и махнула ему ладонью, мол, не мешай. — Смогу ли я изменить законодательство Магической Британии и предоставить заслуженные права домовым эльфам? — выпалила Грейнджер, однако её вопрос был, естественно, прокомментирован Драко: — Ты могла придумать что-нибудь получше, — фыркнул слизеринец, за что получил с десяток шипений в ответ. — Хотя бы, например, это ваше пресловутое: «Найду ли я настоящую любовь?» Нет, я, конечно, верю в ваши отношения с Панси, в искренность, доверие и тому подобное… Но давайте честно — можно ли назвать это любовью?.. — Свали отсюда или сиди смирно, Малфой, — заткнула его монолог Джинни, удержавшись от желания показать ему вытянутый средний палец, а затем мило улыбнулась Панси, намекая, чтобы она продолжила. Цепляться к Золотому Трио друг не перестал даже после официального примирения факультетов, но сейчас переходил все границы разумного, как заметила Панси. Она чувствовала, что что-то произошло, не зря же он так неожиданно объявился здесь, но уточнять не стала. Они снова могли поругаться с Поттером — неудивительно. И когда же они перестанут ссориться, а ещё лучше признаются в тайной друг для друга, но очевидной для других симпатии? Паркинсон ещё раз перемешала карты таро и разложила их на полу. В раскладе оказалось много старших арканов — и Солнце, и Влюблённые, и Звезда, что немного, но привело её в замешательство. Эти карты никак не сходились с заданным вопросом Грейнджер. Она ещё минуту глядела на них, пока до неё не дотронулась Гермиона. Выражение лица казалось Панси умилительным — та приподняла брови в молчаливом вопросе и немного поджала губы. В карих глазах отражались блики свечей, а на щеке остался смазанный след помады ещё с самого ужина, когда Панси её чмокнула. Дыхание Паркинсон спёрло. Она отвела взгляд и, кашлянув, сказала: — Да, у тебя получится, видишь Солнце? В раскладах оно обычно является удачным на новые свершения, поэтому даже не переживай. Гриффиндорка ярко улыбнулась, встала с места, отчего её чуть лохматые волосы взметнулись в воздухе, и готова была обнять Паркинсон от счастья, но сдержалась и лишь пробормотала: — Спасибо. Настала пора разбираться с Малфоем и узнавать, зачем же он помешал ей так неожиданно.

***

На следующий день Гарри разбудило маленькое существо, прыгающее по его кровати. Без очков оно казалось ему белым пятнышком, маячащим перед глазами. Нацепив очки, Поттер искренне удивился — неизвестно откуда явившийся кот сидел на его груди и внимательно наблюдал за ним серыми глазками. Не зная, как реагировать на животное, он сощурился, однако потом сдался под умилительным мурчанием и всё-таки погладил кота за ушком. — Зверюг никто не терял вчера? — сонно спросил он у однокурсников, выйдя в гостиную. — Тут один просто появился и наглейшим образом разбудил меня, хотя я видел уже третий сон, в котором мы побеждаем слизеринцев на Чемпионате. И почему-то на месте судьи сидел Снейп в наряде бабушки Невилла… — Поттер протяжно зевнул. — Да… — протянул Симус, — тебе бы стоило ещё поспать, Гарри. И нет, таких котов ни у кого из нас точно нет. — Может, это слизеринское отродье? — животное в его руках ещё больше запротестовало, выворачиваясь из объятий. — Ауч! — Кот хищно вцепился в его палец и Гарри шикнул. Сидевшие на диванах ребята рассмеялись, и лишь Гермиона предложила ему хорошую идею — раскидать объявление о пропаже по всему Хогвартсу, мало ли хозяин и вправду слизеринец? Гарри ещё раз взглянул на котика, отметил его светлые длинные усы, широко расставленные вытянутые уши и большие серые глаза. В сравнении с тем же Живоглотом он мог показаться породистым котом — даже взгляд какой-то другой, внимательный и осознанный. Точно слизеринский. Поттер погладил его за ушком, а тот любовно замурчал в ответ. — Потерпим пока друг друга? — улыбнулся Гарри, разглядывая пушистое чудо. — Мир? Оставшееся время выходного дня Поттер носился по всей школе, кому-то отдавая листовки, а где-то их клея. Несносный зверёк носился за ним по пятам, пока не запрыгнул на спину. — А почему ты его себе не оставишь? — Панси застала парня врасплох. Она погладила маленького наглеца, вцепившегося в плечо Поттера. — Мне кажется, ты ему понравился. — Ты не помогаешь, Панси, — замученно выдал Гарри. Гриффиндорец налепил на стену последний лист и выдохнул, уткнувшись лбом в холодный камень. Это дело оказалось более сложным, чем он предполагал изначально. Котик тем временем словно в знак поддержки, а, может, из желания поиграть, прикусил его ухо и ударил мягкой лапкой по щеке. — И правда нравишься, — девушка широко улыбнулась и взяла гриффиндорца под руку. Они вместе направились в Большой зал. Перед входом их остановила Макгонагалл, сурово взглянувшая на Поттера и его напарника по бедам. — Простите, профессор, но у меня нет выбора, — пожав плечами, спокойно сообщил Гарри. — Этот кот неисправим. — Вы знаете правила — никаких животных в Большом зале. Это не мои проблемы, Поттер, разберитесь с ним, — бросив напоследок недоверчивый взгляд, она прошла внутрь зала. Гарри тяжко вздохнул: — Ну и что мне с тобой делать? А котик в ответ, явно издеваясь, сладко замурчал.

***

Вечером перед отбоем, так и не найдя хозяина, Гарри принялся за выполнение домашнего задания, а точнее — списывание его у Грейнджер, пока её нет. Гермиона отправилась на второе свидание со своей девушкой, красиво одетая и чересчур взвинченная, слишком сильно волнующуюся о том, всё ли пройдёт хорошо. Уставший с тренировки Рон сразу ушёл спать, Симус с Дином играли в шахматы на спор в спальне (проигравший должен сделать за другого эссе по Трансфигурации), а Невилл всё ещё находился в саду, помогая мадам Стебль пересадить мандрагору. Поэтому Поттер так или иначе находился в гостиной без друзей. Хотя… — Блин! Ну-ка! — шёпотом заворчал Гарри на кота, что улёгся на учебники подруги. — Гермиона убьёт меня, а из тебя сделает меховые перчатки, слезай давай! — он, конечно же, не послушал его и продолжил лежать там, где ему вздумается. Гарри устало выдохнул и смирился со своей участью. На самом деле за весь день это невыносимое животное извело Поттеру все нервы. Кот не отлипал от него даже на уроках, воротил нос от любой еды, кроме тонко нарезанного бекона, шипел на всех его друзей, кусался, царапался и скидывал каждую вещь, оказавшуюся на возвышенной поверхности — очень долго Гарри приходилось извиняться перед Снейпом за перевёрнутую бодроперцовку. В общем, принёс в его размеренную жизнь немало проблем. — Ты самый наглый кот, — пробормотал Поттер довольно потягивающемуся на книжках котику. — Твой хозяин наверняка такой же… Интересно, кто же это?.. — он задумчиво нахмурился, опустившись головой на согнутые руки. Гарри попробовал спихнуть маленького пакостника, но тот зашипел на него — беззлобно и лениво, лишь бы он не лез. — Эй, белобрысая скотина! Он обиженно надулся и тыкнул в его мягкий бок пальцем: — Будешь так отвратительно вести себя, то мне придётся оставить тебя на перевоспитание. А судя по полученному опыту, ты не слишком жалуешь гриффиндорцев. Пока Поттер отчитывал кота, которому определённо было всё равно, к ним присоединилась Гермиона — с блестящими от захлынувших чувств глазами, взъерошенная и покрасневшая, одним словом довольная. Девушка, как бы Гарри не переживал, даже и слова не сказала о том, что наглец хорошенько помял её книги, наоборот, она с улыбкой произнесла, чем изрядно испугала Поттера: — Вы снова ругаетесь? Не обижай малыша, Гарри, у него и так хозяин потерялся, а ты его дразнишь. — Но… Твои книги, Гермиона… — Гарри, выпучив на неё глаза, впал в шок. Придя в себя, он застал её, обнимающую кота, и нахмурившись, выдал: — Забери его, раз он так тебя любит. — Гарри! Живоглот не примет! К тому же, — котик, в последний раз мурлыкнув, спрыгнул и стал ластиться к Гарри, — он выбрал тебя. Ты зря ревнуешь. — Мы серьёзно будем это обсуждать? Во-первых, я не ревную, — Поттер даже глаза закатил для пущей убедительности, — а во-вторых, он здесь жить не будет, я верну его хозяину. Пушистик уткнулся лбом в сложенные на груди руки, протяжно мяукнул, словно бы извиняясь, и волшебнику пришлось сдаться: — Так уж и быть… Но только на пару дней! Гермиона, ставшая ещё более счастливой, чмокнула друга в макушку головы, пожелала доброй ночи и отправилась в спальню. — Кстати, как свиданка? — крикнул Поттер вдогонку. — Гарри! — заалевшая Грейнджер скрылась за проёмом двери, так и не ответив, а гриффиндорец рассмеялся. За оставшееся время до сна Гарри быстренько дописал эссе по Трансфигурации, а вот на тесте по Зельеварению подвис и решил пока не делать его — ещё одно издевательство над мозгом лучше отложить. Он оставил пергамент с вопросами на столе и отправился в душ. Каково же было его удивление, когда, вернувшись, Поттер увидел милые отпечатки лапок рядом с вариантами ответов…

***

В вечер Хэллоуина.

— Панси, у меня кошачий хвост вылез, ты же понимаешь, что это совершенно ненормально? Это заклинание должно было сработать по-другому! Оно сломалось! — шепнул Малфой Паркинсон, когда они покинули пределы гриффиндорской гостиной и поспешили к себе. «Guida All'amore» — любовное заклинание, узнать о котором Драко попросил Блейза, и тому пришлось обыскать всю домашнюю библиотеку, а привести в исполнение — Панси. Изначальная суть этого приворота заключалась в том, что перед Просящим появлялся котик, что мог разными способами сводить предмет воздыхания с ним, но всё произошло совсем не так, как планировали слизеринцы. — Я не представляю, как такое могло случиться, Драко, я же всё делала правильно… — убеждала его в обратном Панси, держа в руках карты таро, пеньковые свечки, коврик для гаданий и ещё массу всего, с чем она заявилась к гриффиндорцам. Честно говоря, сейчас ей было некогда слушать капризы друга — она старалась удержать хрупкий стеклянный шар — очень нужный для Прорицаний! — на книжке старых мэрлиновских заклинаний. — Если так тебе будет легче, я могу посоветоваться с Гермионой, Пушистик. Ты мне поможешь или нет? — она нахмурилась, но стоило Драко взять половину вещей, лукаво улыбнулась, идя вслед за ним.

***

Драко перевоплотился обратно примерно через час, как уснул Поттер, и теперь лежал рядом, рассматривая его взъерошенные тёмные волосы. От них пахло океанической свежестью из-за шампуня. Волшебник специально придвинулся ближе, принюхавшись, а затем смутился и зажмурился, поймав себя на мысли, что ему бы хотелось раствориться в этом запахе. Из-за их настолько интимной близости сердце колотилось в его груди, голова шла кругом, рот пересыхал, а кончики пальцев мелко дрожали; Драко не выносил этого; Драко готов был сбежать. Драко готов был отправиться на край света. Ещё ему нужно было заставить себя оторваться, но его словно бы пригвоздили к этому месту. Малфой осмелился дотронуться до волос Гарри. Он сдвинул чёлку чуть в бок и перед ним оказался тот самый шрам в форме молнии. Так близко… Драко вновь покраснел — так часто он представлял себе момент, чтобы увидеть Поттера настолько близко, и вот он! Вот! Детский восторг наполнил его душу и Малфой улыбнулся. На слишком громком выдохе он осознал, что побыть котиком всего сутки, в общем-то, стоило ради этого. Слизеринец в последний раз коснулся кожи щёк Гарри, затаив дыхание, и тихо встал с кровати, укрывая его пуховым одеялом. Драко вышел из спальни спокойно, без лишних проблем — многие парни спали под аккомпанемент храпов Рона и Дина, поэтому даже не слышали, как Малфой собирал все углы в комнате. Но вот в гостиной его поймали. — Малфой! — парень остановился на пол пути, сжал зубы и развернулся, мило улыбаясь. — О, Мерлин, хорошо, что Панси предупредила меня. Иди сюда! Грейнджер позвала его присесть на мягкий обшитый золотыми нитями диванчик, выглядела она пугающе — с растрёпанными волосами и глазами, переполненными воодушевления. — Знаю о заклинании, не беспокойся, — она разложила перед собой стопку разнообразных книг. — Я только вернулась из библиотеки и смотри! У меня хорошая новость! Это заклинание можно остановить, если произнести его наоборот. — Но мы были в библиотеке и не нашли ничего подобного… — Не в Запретной Секции? — Нет, туда не пустили… — Драко озарило. — Мисс Грейнджер! Я вас недооценивал! — Он ехидно усмехнулся, приподнимая бровь. — Спасибо огромное, с меня поход на двойное свидание в «Три метлы». — Как самоуверенно, Малфой, — девушка, облегчённо выдохнув, развалилась на диване и прикрыла глаза — слишком много сил она затратила на то, чтобы пробраться в тайный отдел библиотеки. Гермиона потянулась и зевнула. — На самом деле я всё ещё уверена, что происходящее — собственный план Панси, а сейчас она умело всех нас за нос водит. Она такая невероятная, никогда не знаешь, чего стоит ожидать… — Ты ослеплена любовью к ней, Грейнджер. — Кто бы говорил. Это не я использую магию, чтобы признаться в чувствах. На это Малфой не ответил. Он попрощался с гриффиндоркой и отправился к себе.

***

Слабое зеленоватое сияние Чёрного Озера проникало в спальню, освещая спящего Малфоя и устроившегося рядом котика с угольной шерстью и белыми лапками. Вокруг них мерцали еле заметные блики. Драко проснулся пару часов спустя, увидев неугомонно носящегося кота по его постельному белью, и сразу же улёгся обратно. Только не говорите, что это… — Поттер, — шепнул он себе под нос, не веряще уставившись в потолок. Теперь Малфой мог поверить в хитрый план Паркинсон — даже неправильно сделанный приворот не может изменить структуру заклинания настолько сильно. Он страдальчески вздохнул, смирившись; раз всё под её контролем, Драко мешать не станет. Слизеринец вновь бросил в сторону Гарри заинтересованный взгляд. Побыв в шкуре кота буквально, ему довольно легко было представить, что сейчас ощущает Гарри. Малфой брезгливо скривился, вспоминая свою прежнюю кошачью жизнь; конечно, были и хорошие моменты, например, постоянное присутствие рядом с Поттером, которое тому не слишком нравилось, если судить по наблюдениям, но кого это по сути волновало, а вот плохих моментов было намного больше — например, мытьё… или даже сказать вылизывание. Драко передёрнуло от воспоминаний. Ещё ему было искренне интересно, разведут ли панику гриффиндорцы, когда поймут, что Гарри нигде нет… Тот тем временем усердно действовал на нервы слизеринца, не оставляя попыток заставить Драко обратить на себя внимание, и Малфою пришлось сделать вид, что он искренне удивлён неожиданному появлению такого чудесного котика. — Как говорила мама — чёрные коты приходят в нашу жизнь не зря, а на счастье, так что я тебя оставлю, — он потянулся на постели, слишком подозрительно улыбаясь. — Ты бесишь, значит, будешь Поттером, — парень долго разглядывал умилительные круглые ушки, тёмные усы и яркие светло-зелёные глаза, что смотрели на него в ответ немигающим взглядом. — Поттер, Мерлина ради, перестань пялиться… И нет, он не прекратил. За все следующие два часа он только и делал, что пялился, никак не досаждая, не пытался сбежать, выцарапать глаза Малфою, наброситься на него или убить кого-то из его друзей, нет, Поттер вёл себя чересчур идеально. Было ли это подозрительно? Возможно. — Когда же ты завёл котика, Драко? — пропищала Миллисент. — Какой он невероятный, а можно погладить? — отозвалась за подругой Дафна. — Ну, просто прелесть! — воскликнула Панси. Тут же набросились слизеринки, когда они с Гарри вернулись с Зельеварения, и малфоевское терпение лопнуло. — Нет. Он мой. Не лезьте, — сквозь зубы проговорил Драко, которому до глубины души надоели подобные визги со всех сторон. Он покрепче перехватил сумку с сидящим там Поттером и продолжил, выделяя каждую букву: — Вы же не хотите себе проблем? И, видимо, этот разговор разнёсся по всем факультетам, потому что оставшуюся часть дня к ним никто не подходил.

***

— Поттер, прекрати играть с моей волшебной палочкой! — Драко носился за этим смертоносным ураганищем по всему подземелью и если бы не Снейп, то он наверняка бы так и не поймал Гарри. — Мистер Малфой… Хотя, я даже и знать не хочу, просто попрошу вас заниматься этим в пределах гостиной Слизерина, а не в коридорах, спасибо, — лицо Северуса даже не дрогнуло, когда он проходил мимо, лишь только голос звучал более снисходительно. Поймав наконец-таки этого невыносимого, сводящего с ума и до боли раздражающего Поттера, Драко утомлённо выдохнул. — Простите, профессор. Он склонил голову, пропуская вперёд декана, пока Гарри дурачился с ниточками мантии, сидя на руках Малфоя. — Ты — непослушный кот! — заворчал на него слизеринец, возвращаясь. Но даже в гостиной Поттер не перестал издеваться над ним — вечно крутился рядом, отнимал то перья, то чернильцы, ластился сначала к нему, потом к слизеринкам, и уже тогда Малфой попробовал предпринять хотя бы какие-то меры, однако всё было тщетно — Паркинсон ни в какую не собиралась отдавать его. Подруга нежничала, гладила за ухом, чмокала между ушек — наверняка провоцировала, но Драко не поддавался. Ему нужно было закончить домашнее задание по Зельеварению. Он постоянно повторял себе это. В какой-то момент умилительные звуки, доносящиеся из гостиной, выросли, и Малфой сдался: — Всё, хватит, отдай его мне, — оказавшись возле Паркинсон, сонно произнёс он. — Ты такой собственник. — А ты такая провокаторка. — Стоим друг друга, согласись? — Панси улыбнулась ему краешком губ, приподняла котика и всучила его Малфою. Драко кивнул, забирая Поттера и прижимая его к своей груди. И впервые — впервые! — котик замурлыкал.

***

Первое, что заметил Малфой, как только они с котом легли спать, был запах. Точно также пахло от Поттера. Драко снова вогнал себя в краску, постепенно осознавая, что ведь это и правда он. Слизеринец не был на голову отбитым извращенцем, чтобы зарываться носом в шерсть, но ему так хотелось ещё чуть-чуть ощутить этот невероятный аромат шампуня, смешанного с естественным запахом тела, что он не сдержался и придвинулся по подушке немного вперёд. В темноте блеснули зелёные глаза, и Малфой готов был поклясться, что ощущал вес чужого тела рядом с собой и руки, закинутые на талию, как внезапно всё померкло.

***

Не было у Панси никакого плана — только бешеная тревога и мнимое спокойствие, о чём она и сказала Грейнджер после Хэллоуина. Они затратили кучу времени на то, чтобы разобраться, и выяснили — смертельных исходов от приворота никогда не было, никто не оставался в образе кошки на всю жизнь и силой этого заклинания влюбить волшебника нельзя. Так что лучшее решение, к которому они пришли с Гермионой и Блейзом — оставить всё как есть, пусть парни сами разбираются. — Я жестока по отношению к нему? — спросила Панси у гриффиндорки, что изучала столетнюю войну гоблинов. — Тогда и я жестока по отношению к Гарри, милая. Не переживай, скоро всё закончится, — не отрываясь от чтения, промолвила Гермиона. — Будем надеяться… Щёки Гермионы прелестно покраснели от дуновения осеннего ветерка, волосы небрежно спадали на плечи, она сжимала тонкими длинными пальцами учебник в руках, а Панси не переставала смотреть на неё и недоумевать — почему же она такая прекрасная? — Панси, ты снова делаешь это. — Что? — Смущаешь меня в публичном месте, — всё также не отрываясь от книги проговорила девушка, краснее, казалось бы, ещё больше. — А я не только это могу, — Панси широко улыбнулась, касаясь подбородка Грейнджер и приподнимая его, смотря в карамельно-карие глаза. И пока обомлевшая гриффиндорка пыталась прийти в себя, она быстренько чмокнула её в губы. Их отвлёк срочно зовущий Блейз, и Паркинсон разочарованно цокнула. — Да что на этот раз? Эти придурки стали котами одновременно?! Спешащий к ней слизеринец резко остановился, округляя глаза в удивлении: — Да… Но… Как ты узнала? — Предположила… Веди меня к ним, будем исправлять… — она замученно поплелась в Хогвартс под руку с Грейнджер.

***

Никогда же ещё Гарри и Драко не было так неловко в присутствии друг друга — зря девчонки решили оставить их наедине, обстановке это не помогло. Совместное молчание затянулось на пять, а может даже и десять томительных минут. — Ну… — первым подал голос Гарри, потирая макушку головы. — Объяснишь, почему ты использовал на мне любовное заклинание? Малфой замялся. Ему было тяжело признать это даже самому себе, что вот уже последние лет пять он сходит с ума по Гарри Поттеру. Всё усложнилось после того, как их лучшие подруги сошлись, и они стали видеть друг друга в три раза больше. — А без объяснений не доходит, Поттер? — смотря на носки своих оксфордов, буркнул Драко, страшась поднять голову и увидеть в глазах напротив злость или омерзение. — Может, мне хочется услышать это от тебя, — надавил на своём Гарри, однако тон его голоса показался намного теплее. Малфой осмелился, — слишком долго он держал в себе то, что давно уже надо было сказать, — он набрал в грудь побольше воздуха, поднял голову, заглядывая в лицо идиота, что не выходит из его мыслей уже который год, и… Ничего. Он сглотнул, ощущая, как беспокойство сковывает его желудок, размял вспотевшие ладони, смотрел из угла в угол и снова попробовал признаться, быстро протараторив: — Потомучтоттымненравишься! — Драко почувствовал жар, расплывающийся по лицу, когда Поттер улыбнулся, не сдержавшись. — Поттер! Ты несерьёзен! Именно поэтому я и не говорил тебе ничего столько лет подряд. — Лет? — смешинки в зелёных глазах вызывали сотню бабочек в животе, а его смущённая улыбка отпечаталась в подсознании Малфоя. — Что ты не мог сделать столько лет, я не расслышал? — Поттер! — Драко подскочил с места. — Раз ты уже насмеялся, то я, пожалуй, пойду. — Нет, нет! Не уходи! — Гарри резко схватил его за руку, привлекая к себе. — Я не над тобой смеялся, а… — Почему тогда? — уже более спокойно спросил Малфой, выпрямляя ладонь и впуская в неё руку Гарри. На сей раз Поттер глупо хлопал ресницами, не отвечая. Драко заметил, как теперь уже его щёчки стали всё стремительнее краснеть, и сжал ладонь гриффиндорца, глупо улыбаясь в ответ. Они идиоты. Влюблённые идиоты! Его молчание затянулось, поэтому Малфой решил взять ответственность на себя — всё же это именно он виновен в том, что они были котами некоторое время. — Ладно… А если… — он медленно склонился вниз, всё больше сближаясь с Гарри, цепляясь за краешек его мантии, — так? Драко ласково притянул к себе гриффиндорца, чувствуя, как тот приподнялся на носочки, и от понимания этого внутри всё перевернулось; он прикрыл глаза, и в этой тьме взорвались миллиарды планет, образовав сотни сверхновых, настолько сильно его прошибло ощущение поцелуя с Поттером. Оторвавшись, Малфой почувствовал, словно пролетел от земли до луны и обратно, настолько тяжело он дышал. Настолько сильно влюбился в него.

***