***
Нервно расхаживая по комнате, Салира ожидала своего отца. Она знала, что словами дяди не отделается, поэтому девушка готовилась к худшему. И вот дверь распахнулась и в проеме показался отец. Он был облачен в черные ткани, в символике дома. Корона не много поблескивала, в тусклом свете комнаты. —Салира, —тяжело выдохнул он, —что за спектакль ты устроила? —Мой новый конь оказался не послушным, я пыталась его усмирить, но не заметила как он вынес меня на площадку, прости отец. —Ты одета, как самый обычный сын псарника, почему? —Король медленно прошел к креслу и тихо присел прикрывая лицо рукой. — Я нашла Далласа в полях, если бы на мне были платья, врятли бы я сейчас на нем ездила, — Визерис нахмурился. —Какие поля? Ты же могла попросить и тебе бы подали любого коня, к чему сложности? —У меня нет дракона, так дай мне хотя бы порадоваться этим, — закатывая глаза сказала принцесса опускаясь рядом с отцом. —Жизнь прекрасна и без него, станешь леди, завидной невестой… —Отец, —протянула девушка, —не хочу слушать даже об этом, у меня будет дракон, а вот леди я становится не стану. —Ты моя вторая дочь, ты не сможешь стать наследницей, но с помощью тебя можно заключить сильный союз, —он заглянул в глаза Салиры. —Не желаю это слушать, назначь меня рыцарем… —Салира, ты не будешь рыцарем или какой-нибудь наездницей, —перебил ее Визерис. —Тогда стану кое-кем по хуже, —буркнула себе под нос принцесса, — давай не сегодня отец. Тот медленно кивнул головой. В дверь постучали, когда она открылась, показался старый мейстер. По его лицу можно было прочесть глубокую печаль. —Ваше величество, леди Эймма, скончалась, у вас родился сын, но боги забрали его вместе с матерью, мои соболезнования —прокряхттел старик. —Нет, — подрываясь с кресла, как ужаленная выкрикнула принцесса, —нет, нет, нет. В ней кипела злость, несправедливость вновь пришла к ней. Единственный человек, который истинно ее любил покинул этот мир. Она не задумываясь толкнула мейстира и побежала в покои матери. Темные коридоры превратились в сплошной туннель боли. Хотелось кричать, но проявлять слабость — нет. «В пекло, в пекло все, моя мама» —слезы потекли по белым белым щекам. «Я даже не попрощалась, я так виновата», —ускоряясь кричало сознание девушки. Двери в покои покойной королевы были открыты, на кровати лежало прикрытое тело матери. Кинувшись к кровати, рука потянулась к тонкой ткани, что покрывало тело. Не много приоткрывая, девушка ахнула от ужаса, лицо было синего цвета, глазницы прикрыты, кожа холодная. Упав на колени, Салира заплакала как никогда раньше. Этот день она запомнит навсегда.***
Каждая из двух дочерей несла потерю, каждая взывала в помощи, но никто из девочек не переломил гордыню. Они стояли на гористой местности смотря на реквием матери. Король был парализован болью. По его щекам тихо катились слезы. Рейнира стояла чуть позади и также тихо оплакивала мать. А за ней стояла Салира, глаза которой были красными от ночи слез. Как бы не было ужасно в душе сил плакать уже не оставалась. Девушка молча стояла в ожидании, когда прах матери разлетится по ветру. Кто-то подошел сзади и шепнул: —Визерис не сможет, Салира они нуждаются в тебе, —дядя головой качнул в сторону старшей принцессы. —Я не смогу, —лишь ответила девушка. —Салира, —Деймон положил руку на плечо, и вторил, —давай. Однако Рейнира уже вышла вперед и сказала: —Дра… Из ее горло тоже ели выходили слова, внутри младшей отозвалась боль. —Дракарис. Сиракс неспешно стала спускаться с сопки, каждый ее шаг отзывался неимоверной болью. И вот когда она оказалась достаточно рядом, из пасти вырвалось пламя, тело матери и ее младенца тут же вспыхнуло. Рейнира сильно зажмурилась, и отвернулась, Салира опустила голову пытаясь освободиться от ужасных мыслей, что терзали ее сознание. Единственное, что успокаивало — рука дяди, которая легко держала за плечо, создавая опору не только материальную, но и духовно.