,,Вестник"

— Тогда был канун Дня всех святых, Хэллоуин. Это единственный день в году, когда души умерших возвращаются в мир живых и творят что пожелают. Множество тварей выползает наружу, и происходят мистические вещи. В тот туманный день городок Лагос праздновал Хэллоуин. Город был окутан мрачным и нагнетающим тревогу туманом. Солнце оставило на небе ледяной след от своих лучей. Лёгкий мороз сковал городок, отчего на душе становилось некомфортно, а кости начинали дрожать под кожей. Дома в Лагосе стояли в определённом порядке, всё, как и положено. Двор каждого дома был украшен мрачными и пугающими до дрожи вещами. Где-то полз обезглавленный труп, жаждущий поживиться твоим мозгом. Напротив висели мрачные сети пауков-гигантов. Неподалёку над кипящим котлом с зелёной жидкостью, в котором уже что-то варилось, болтались мрачные обезглавленные головы. Время приближалось к полуночи, и компания подростков вышла со двора «последнего» дома, завершив колядку. Как вдруг один из мальчишек вспомнил о якобы «лакомом кусочке» их маленького городка. Это был старый мрачный особняк на окраине, скрывавшийся в покрове ночи где-то в лесу. Чтобы добраться до него, нужно было пройти пять километров по шоссе, а затем в неуказанном месте свернуть в лес. Парней не испугали предстоящие преграды, и они мигом отправились в путь. Компания уже свернула с шоссе и проникла в лес. Каждый шаг мог стать для них последним. В городе Лагос жило множество охотников и браконьеров, и практически на каждом углу стояли медвежьи капканы, сети и ловушки. Пройдя весь путь, парни увидели мрачный особняк, в котором странно мигал свет. На тёмно-коричневых стенах красовалась паутина. Дом находился не так глубоко в лесу, и даже был слышен шум изредка проезжающих машин. Если пройти чуть дальше, можно было увидеть железную дорогу, пролегавшую перед мрачным заброшенным кладбищем. Парни направились к крыльцу, но заметили мужскую фигуру, спускавшуюся по лестнице. Это был их одноклассник, над которым они частенько издевались и унижали его. Компания мигом направилась к пареньку. — Эй, педик, ты в этом мрачном доме живёшь? — грубо спросили парни, начав приближаться к мальчику. Пацан, услышав знакомые голоса, рванул в сторону, а обидчики мигом бросились за ним. Парень выбежал из леса и, оглядевшись, понял, что оказался не на шоссе, а около железной дороги. Убежать уже не удалось — компания стояла позади него. — Хах, а тебя не учили отвечать на вопросы, а? — спросил главарь группы, сделав шаг вперёд. — Значит, ты у нас живёшь в том мрачном домишке, хах? — Д-да, а ч-что? — пролепетал заикающийся от страха парень. — Д-да, н-нич-чего, п-прос-сто, — передразнил главарь мальчишку. — Просто мы знаем, что в следующий раз поджечь, когда нам станет скучно. — Н-не смейте! — выкрикнул брюнет. Услышав это, обидчик тут же подошёл и толкнул его, отчего тот споткнулся и упал навзничь. Он лежал и выслушивал оскорбления, пока не прозвучал гудок паровоза. Мальчишка мигом подскочил и испуганно начал оглядываться по сторонам. — Ха-ха-ха, парни, он паровозика испугался! — засмеялся один парень с синяком под глазом. — Эй, слышь, педик, а ну-ка прыгни перед поездом. Если выживешь, мы тебе все свои конфеты отдадим, а если нет, то сгниёшь прямиком в канаве, как последний отброс, которым ты, гадёныш, кстати, и являешься, ха-ха, — сказал главный и тут же получил кулаком по носу от мальчика. — Если сдохну я, то и вы последуете за мной, говнюки! В ответ, конечно же, тоже полетел кулак, и началась драка. Но обидчик проигрывал, и тогда его дружок решил подключиться. Схватив паренька за шиворот, он отбросил его от друга. — Отброс, свали! Парень настолько сильно откинул мальчишку, что тот приземлился прямиком на рельсы и на секунду потерял сознание. А когда пришёл в себя, успел лишь повернуть голову на оглушительный гудок, как тут же его позвоночник в зоне шеи раздробили стальные колёса поезда. Голова отлетела куда-то в сторону, а тело повисло на железных прутьях рельс. По ним медленно начала стекать алая кровь, быстро растекаясь по траве. Появился тяжёлый запах крови, и парни замерли в ужасе. Они только что убили человека. Чтобы осознать это, потребовалось бы время. Парни мигом бросились в бега, не желая признавать того, что натворили. Прошло несколько часов после ужасающего убийства. Вся компания уже была дома, и каждый предпочёл забыть о происшествии в лесу. Кроме того, кто откинул мальчишку на рельсы. Тело лежало на рельсах около лужи уже застывшей и впитавшейся в землю крови. Неожиданно пальцы на руках и ногах начали судорожно дёргаться, из шеи вновь потекла кровь. Туман спустился на землю и сгустился вокруг тела мальчишки, а когда он рассеялся, тело уже сидело и ощупывало свою окровавленную шею. Не найдя того, что искало, оживший мальчик впал в панику. Подскочив с места, он метнулся куда-то. По памяти добежав до своего дома, он споткнулся и упал прямиком на кучу тыкв, которые они с отцом ещё несколько лет назад заботливо вырезали и покрывали лаком. Из груды тыкв поднялся мальчишка, и вот чудо — он снова мог видеть всё вокруг. Руки начали щупать новую голову в надежде, что кошмар закончился. Но головы на месте не оказалось — вместо неё была огромная тыква. Мальчик встал и, торопясь, зашёл в дом. Он взглянул на себя в зеркало, стоявшее при входе, и ужаснулся: вместо его головы и вправду была огромная тыква. Злость и ярость переполнили мальчишку. Выйдя из дома, он взял грабли, которыми очищал двор от листьев, и направился в сторону города. На утро новости сообщили о пяти обезглавленных подростках. Как предполагалось, убийство совершено граблями. Головы парней их родители нашли рядом с телами своих сыновей. К каждой был приколот острым предметом, прямиком в правый глаз, листок. На всех были одни и те же слова: «Я вас предупреждал, а вы меня не послушали. Сладких вам снов, подонки. Горите в аду… От Вестника». Также сообщалось о ещё одном мальчике, который тесно дружил с этой компанией. Его отправили в психбольницу, так как он нёс всякую ересь про того самого Вестника и твердил, что тот вернётся за ним. Спустя месяц парень повесился, а Вестника иногда видели на том самом кладбище за железной дорогой, убирающим листья окровавленными граблями. Ну как вам? — спросил Мин, уставившись на ребят, которым стало не по себе ещё в середине истории. — Вааа, жуть какая! Юнги, ты сумасшедший! Не мог ничего повеселее рассказать!? — воскликнул дрожащий от страха рыжеволосый, повиснув на руке Тэхёна, который уже не выносил давление Пака. — Ха-ха-ха-ха, я же ничего особо и не рассказал, — рассмеялся Юнги. Он часто любил поиздеваться над младшим и всячески к нему придирался и дразнил. — Хён, ты можешь пугать его сколько влезет, но пожалей мою руку. Он сжимает её так сильно, что она скоро отвалится. — Окей, но я ведь и вправду ничего такого не рассказал. — Да ты что?! Ты сейчас серьёзно?! Мы значит, сейчас идём к тому месту ради шикарных плиток шоколада, а ты рассказываешь настолько страшную историю! — проверещал рыжеволосый, наконец отпустив Кима, который начал тереть ноющее место. Младший подбежал к Мину и, пятясь назад, начал тыкать ему в грудь пальцем. — Ты моей смерти захотел, Мин? Я вашему величеству настолько противен? — заглянув в глаза Юнги, спросил Чимин. — Ой, да ладно тебе! Поверь, тебя точно на землю обратно отправят, если ты умрёшь. Твой характер ни Бог, ни сатана не выдержат! — проговорил мятноволосый, положив руку на ошарашенное лицо младшего и оттолкнув его подальше. Чимин отшатнулся от толчка и, недовольно зыркая на старшего, проходящего дальше, начал тереть лоб. Недовольный мальчишка вновь встал под руку Кима, который что-то строчил в телефоне. — Ну и ладно, пф! — воскликнул рыжий старшему, который лишь усмехнулся в ответ. Внимание мальчишки привлёк экран друга, который шёл и переписывался в чате с самым младшим из компании, Чонгуком. Но на сообщения ему было плевать, он приметил название контакта: «Гуки❤️». На лице рыжего нарисовалась хитрая ухмылка, глазки прищурились, и он поднял взгляд на Кима. Тэхён перевёл взгляд на друга и на его хитрющую улыбку. Не дописав сообщение, парень мигом выключил экран и убрал телефон во внутренний карман куртки, отведя взгляд в сторону леса. — А кто мне говорил несколько дней назад, что мне всего лишь кажется, что между вами что-то есть? — прошептал Пак. Вздохнув, шатен прикрыл Чимину рот и отвёл его подальше от компании, встав позади неё. — Никому ни слова! — яростно прошипел Ким, надеясь, что их не услышат. — Почему? Ты стесняешься своих отношений с Чоном? — тихо спросил рыжий. — Это же нормально! — начал понемногу повышать голос Чимин. Ким вновь прикрыл ему рот и прошипел, чтобы тот говорил тише. Пак лишь начал мычать и пыхтеть в его руку, пытаясь убрать её. — Хватит! Мы не встречаемся! — шёпотом прошипел Ким. Рыжий неожиданно затих, и Тэхён убрал руку в карман, устремив взгляд под ноги, на сырой от недавнего дождя асфальт. Взгляд и тон Пака изменились. Он тихонько и аккуратно приобнял его. — Не взаимно, да? — спокойно спросил Пак. — Не знаю. Я не спрашивал у него, — печально произнёс Тэхён, переведя взгляд на тёмное вечернее небо. — А почему ты не хочешь спросить? Может, он тоже думает, что это не взаимно? — Нет. Я не хочу из-за своих действий лишиться его как друга, — глаза Кима потускнели, а в мыслях возник силуэт младшего. Его взгляд стал холодным, на лице появилось отвращение, и, сказав что-то вроде: «Ага. Я подумаю над этим», он разворачивается и уходит, не дав ответа и не сказав, что вернётся. — Тэхён? — Пак вывел друга из мрачных мыслей. — Просто признайся ему. Я уверен, что у вас всё взаимно. Всё будет в порядке, — тихонько произнёс Пак. — Я не… — не успел Ким договорить, как их подозвали парни, стоявшие на входе в лес. — Чего вы там застряли, голубки? — посмеялся Джин, заходя вместе со своим парнем в лес впереди всех. Мальчишки лишь ускорили шаг, и Ким заметил недовольный взгляд Мина на себе, но не придал особого значения этому потоку ревности. Парни шли по рыжему лесу. Ветки и листья хрустели у них под ногами. Сквозь оставшиеся листья виднелось холодное вечернее небо, а прохладный ветерок нежно развивал волосы парней. Неожиданно налетевший сильный поток ветра мигом снёс с деревьев листья. Рыжий листопад окружил парней. Чимин вместе с Кимом побежали навстречу ветру. Младшие веселились, а старшие смеялись над ними. Шатен начал собирать букет из кленовых листьев. На Тэхёне была молочная толстовка и коричневые брюки, а сверху — тёплая коричневая жилетка, горло было закутано в тёплый белый шарф со светло-коричневыми полосками. Пак же был одет в милое кигуруми в виде коровки. В их городе была традиция: все дети до 18 лет могли ходить колядовать по собственному желанию. Но когда подросткам исполнялось 16, они должны были надевать уже не костюмы, а что-то попроще, и все решили носить кигуруми — просто и достаточно дёшево по сравнению с другими вариантами. Насобирав листья, Ким услышал, как Пак радостно крикнул имя их друга, который ждал их около дома, но тут из уст рыжего послышалось ещё одно имя — Чонгук. Ким растерянно поднял глаза и увидел, что к нему направляется мужская фигура. Он был одет в тёплую чёрную куртку и тёмные джинсы. Чон подошёл к Киму и обнял его. — Я думал, ты не пойдёшь на колядки, — произнёс Тэ, обнимая младшего в ответ. — Я тоже думал, но захотелось. К тому же дома заняться нечем, да и ты перестал на сообщения отвечать. — А как ты сюда добрался быстрее нас? — Я приехал на велике по более короткому пути вместе с Хосоком, — ответил темноволосый парень. Парни направились к компании. И как только они подошли, на плечи Тэхёна повис Пак. — Тэхё~н, никто не открывает. Видимо, он заброшенный((, — заскулил рыжий паренёк, повиснув на своём лучшем друге. — А где Хосок с Юнги? — спросил Чон у старших. — Они решили пощекотать нервы и отправились в темноту на кладбище, — посмеялся Намджун. Парни разбрелись кто куда. Джин попросил Джуна пофоткать его для инсты. А Чон смотрел, как Чимин и Ким пытались залезть в заброшенный дом, и смеялся над ними. Наконец все успокоились. Старшие стояли на крыльце, облокотившись на тёмно-коричневые деревянные перила и уставившись вдаль, а младшие расселись на ступеньках. Около них валялись велосипеды Хосока и Чонгука. Тут тишину прервал чей-то крик со стороны кладбища. Все устремили взгляд в ту сторону и увидели два силуэта своих друзей, бежавших к ним навстречу, а за ними — третий, с граблями и тыквой вместо головы. Парни тут же поняли, в чём дело, и бросились в бегство. Намджун схватил брата и его парня и побежал, Чон уселся на велик и быстро начал крутить педали, а Чимин мигом побежал за Тэхёном, схватив его за руку, чтобы не отставать. Парни выбежали из леса и по предложению Намджуна разделились. Джун вместе с Сокджином побежали по дороге, чтобы отвлечь внимание маньяка на себя, а младшие, в свою очередь, тоже разделились. Мин перехватил руку Пака и побежал с ним налево, прямиком в лес, пройдя который они могли оказаться около дома Юнги. Чон усадил Кима к себе на велик и поехал в лес в правую сторону, ну а Хосок просто мчался вперёд вместе с Джуном и Джином. Маньяк не отставал от старших. Их план начал сбываться — они уводили его прямиком к полицейскому участку, не дав поймать младших. Мин с Чимином бежали, что есть мочи. Рыжий спотыкался и чуть не падал, но мятноволосый вовремя его подхватывал. — Нам нельзя останавливаться. Вдруг он за нами побежал! — всё время твердил Юнги, бежав по земле, устланной листьями. Наконец они выбежали из леса, и Чимин увидел родное поле, огороженное белым деревянным забором. Парни мигом перелезли через него и ворвались в дом Юнги. Как он и просил родителей (он хотел устроить с парнями вечеринку), дома никого не оказалось, о чём сейчас очень жалел. Не включая свет и проверив все окна и двери, Мин отвёл Пака к себе в комнату и решил спрятаться вместе с ним в своём тайном месте. Когда он был маленьким, родители сделали для него потайную комнату за кроватью. Сдвинув её, можно было увидеть маленькую дверцу, за которой скрывалась уютная комнатка. Юнги мигом отодвинул кровать и залез внутрь, приняв затем Пака. Он задвинул кровать и закрыл дверцу. Чимину открылся вид на совершенно другую сторону Юнги. В комнате стоял синтезатор (пианино туда не затащить), маленький матрас на деревянных ящиках, над которым висели ноты и атмосферные постеры. Комната была чистой. В углу у синтезатора стояли ещё ящики, служившие рабочим столом. Пол был застелен белым махровым ковром, на котором было удобно сидеть. У окна, которое уже проверил Юнги, стояла лампа и чёрный пуфик. По атмосфере и обстановке было видно, что Мин часто проводил здесь время. У него даже здесь был маленький переносной холодильник, плитка, работающая от розетки, и куча рамёна. Наконец, убедившись в безопасности, Мин со вздохом плюхнулся на пуфик и уставился в потолок, запрокинув голову. — Всё~, я выдохся, — выдохнул старший. — Хён… — А? — спросил мятноволосый, приподняв голову. — Это всё ты сделал? — спросил Пак, вставая с ковра и направляясь к постерам над матрасом. — Ага. Только сначала здесь всё было по-другому. С возрастом я обставил комнату нужными мне вещами. Увидев, что рыжий после просмотра постеров подошёл к синтезатору и провёл по нему рукой, Мин смутился. — Я не такой, каким кажусь, уж прости. Я не очень люблю драки, потому что когда дерусь, мои руки сильно страдают, и я не могу играть. Я люблю тихую музыку, но сам пишу рэп. Просто я… — Ничего страшного, Юнги, — глаза старшего округлились. Пак впервые за все годы дружбы назвал его по имени. — Я рад, что ты позволил мне увидеть эту твою сторону. Внутри у Юнги стало тепло — наверное, это и были те самые «бабочки в животе», смысла которых он никак не мог понять. Парни посидели, и Мин решил сварить им рамэн. Чонгук нёсся на велосипеде что было мочи. — Чон, главное, будь аккуратнее, тут повсюду расставлены… — не успел договорить Ким, как они вместе с младшим полетели вниз по склону. Приземлившись, Тэхён перевернулся на спину и не мог встать. В ноге что-то сильно ныло и горело. — Чон! Ты как? — Тэхён приподнялся на локти и посмотрел на парня, лежавшего у его ног, не замечая медвежьего капкана на своей правой ноге. Ким кое-как подобрался к Чонгуку и начал осматривать его. Наконец тот открыл глаза и увидел перед собой разбитое лицо старшего. — Тэхён… — произнёс парень, выдохнул и снова лёг на землю. — Хах, это пиздец. — Хаха, ага, — прошипел Ким, ощутив новый прилив боли в ноге. Чонгук мигом приподнялся и, увидев ловушку на ноге Кима, бросился к ней. — Тэхён, когда ты успел?! А ну-ка садись. Младший усадил Кима у земляной стены и попытался раскрыть капкан. — Ты неправильно делаешь, — прошептал Ким, глядя на его безуспешные попытки. Ким наклонился к рукам Чонгука, взял их в свои. — Смотри, видишь пружины по бокам? Наступи на одну. Чон сделал всё точно, как сказал старший: надавил ступнёй на правую пружину. — А теперь рукой дави на эту. Сделай толчок одновременно. Тогда я смогу вытащить ногу. Чон сделал всё правильно, и через минуту Ким уже сидел со свободной ногой. — Это всё из-за меня! — шипел сам на себя Чонгук, снимая остатки рваной грязной штанины с ноги Тэ. — Ты не виноват. Просто какой-то умник решил поставить тут капкан. Я сомневаюсь, что медведь бы сюда попал. Младший не слушал его; по его мнению, он был виноват и должен был взять всю вину на себя. Чон снял свою куртку, под которой была его любимая футболка, снял и её. Сложив ткань в несколько раз, он начал обматывать окровавленную ногу Кима. — Чон, это же та самая футболка! Ты с ума сошёл? — спросил Тэхён, останавливая его. — Это ерунда. Главное, чтобы твоя нога была в порядке. Хочешь на всю жизнь без ноги остаться? — Неа… — промямлил Ким, поникнув. Младший перевязал ногу Тэхёна и уселся рядом. — Что ты хотел мне сказать, когда мы ехали на велике? — Да… Мой папа был охотником, пока не умер. Но при жизни он часто брал меня с собой. Помню, как я впервые подстрелил перепёлку. Он так радовался, что аж праздник закатил и купил мне собственное ружьё. Ходя с ним, я и запомнил места, где охотники ставили капканы. А чтобы люди туда не попали, они помечают деревья красным крестом. — Они обозначали зоны с капканами? — тихо спросил Чонгук. — Да. Как сейчас помню, идём мы, и какая-то собака попалась в капкан. Лежит, скулит, нога зажата. Я её не заметил, а отец приметил и спас. Тогда я и научился их раскрывать. — А собаку куда дели? — Домой забрали. Она папу очень полюбила, а со мной лишь игралась. Всегда в метре от него держалась. Ким сделал паузу, сглотнув ком в горле. Он запрокинул голову и уставился на ночное небо, где виднелись звёзды. — Потом отец умер, а она от тоски скончалась спустя неделю. Мама тоже не выдержала и повесилась, а я остался с бабушкой. Она говорит, что они где-то там, — Чонгук уставился на небо, на которое указал шатен, — на небе. Смотрят, следят и помогают нам. Глаза Кима наполнились слезами, и по его левой щеке потекла холодная слеза. — Я помню, как пришёл домой и застал маму в ванной. Она висела с безразличным выражением лица, а её тело уже начало синеть. Она знала, что я её так найду. Поэтому написала записку, в которой извинилась за то, что мне пришлось это увидеть. И ещё много всяких наставлений… Она плакала, пока писала. — Как ты понял? — уже со слезами на глазах спросил Чон. Он не мог понять, как этот хрупкий парень смог пережить столько всего (хотя Чонгук и младше, он намного выше и сильнее своего Тэхёна). Ким закрыл глаза и выдохнул клочок пара. — Похолодало… — Сейчас. Чонгук снял с себя куртку, надел её на Тэ, посадил его между своих ног и обнял сзади, включив фонарик на телефоне. — Всё. Теперь тепло обоим. Так как ты узнал? — Слова в конце, которые она писала чёрной ручкой, размылись в кружках — это были следы от слёз, они растворили чернила. — Понятно… — Я такой слабак… — захрипел Тэхён, опустив голову, и из его глаз полились слёзы. — Хён, ты что? С ума сошёл? Ты знаешь, какой ты сильный?! Ты в одиночку справился с такой болью, так что не говори так! Понял? — Хах, окей. — И прекращай плакать! — сказал Чонгук, садясь перед старшим. — У меня сердце кровью обливается! — Почему? — Да как я могу смотреть на слёзы того, кто мне нра… — но тут, поняв, что сказал лишнее, младший мигом замолчал. — Я тебе нравлюсь…? — переспросил шатен. Его сердце бешено заколотилось, а время ожидания ответа казалось вечностью. Наконец Чонгук обхватил свои колени руками и выкрикнул: — Да! Ты мне очень нравишься, Ким Тэхён! Прости за это! Я знаю, что я тебе не нравлюсь! Но после этих слов младший лишь успел открыть глаза, как его поцеловали в губы. Они были такими мягкими и нежными, какими он и представлял. — Ты мне тоже, Гуки! — отстранившись, проговорил Ким с улыбкой и плюхнулся на землю, снова уставившись в небо. Чонгук лёг рядом, и оба уснули. Спустя время Чонгук открыл глаза от неожиданного шума и яркого света, режущего глаза. Он приподнялся и услышал: — Они живы! Тащите носилки, здесь раненые! За светом стояли мужчины в полицейской форме. Чон разбудил Кима, и его погрузили на носилки. Как оказалось, это был маньяк, недавно сбежавший из соседнего города, за которым числилось множество убийств. Вот он и перебрался в Лагос, чтобы скрыться. Он узнал местную легенду и ждал Хэллоуина для нового нападения. Парней отвезли в больницу, где они встретились с друзьями, целыми и невредимыми, а маньяка наконец посадили за решётку.