На Рейне в Бахарахе

• На Рейне в Бахарахе там дева есть одна. И красотой небесной она одарена.Ты взглянешь на нее, о боже! И след твой вдруг простыл. • На Рейне в Бахарахе уж лучше быть глухим. Ах, это пенье Лорелей! И манит злата всех сильней! В забвении всё: и мрак, и скалы. Моряк готов внимать очами и видеть то что смертным не дано. Молить судьбу о встрече с той, что пением его пленила. • Судьбу свою она простила, за губящий дар красоты. Не устоит никто увы от тех даров пленительной красы. • Никто и до единого никто пред ней свой жар не утаит. Во мраке ночи, во сверкании зенита, слепой красавицу узрит. Да главный богохульник святую в ней признает. А тот, чья совесть лишь терзаема гордынею и златом. И тот услышит звон монет в том пенье, и тот сквозь мрак и бурю углядит сверканье золотых волос. • О граф! О славный граф! Очнись от плена! Взгляни на тленное, что близь, что рушится о скалы. И те штурвалы, мачта, борт, тают как тени минувших забот. О граф, поддался дару пленному! И разум твой придал забвенному... • Уйми ты страсть своей души, взгляни на то что умирает в водяной глуши! Ты руки к солнцу не тяни, тот свет - обман, то смерть вдали. • О, славный граф под властью Лорелей! Не может он свести очей с той прелестной Лорелей! Любовью оглушеннный, он лишь её внимает. Он слышит лишь ту песню, он видит лишь её. • И там на Рейне умер граф. Ни в радости, ни в похвалах, лишь в пенье чудной девы утонул, и славу рода не вернул. • От рыбака на Рейне том я слышал чудну песню. И грустью та была полна и переливом звонким. И среди скал тех в душу мне напев запал. И эхом тотчас отдавал, та песня лучше лунных чар. "Лоре Лей! Лоре Лей! - Эхо души моей."