Сборник по пацанкам 7

В первый день, когда я только приехала на встречу с остальными девочками, я не могу сказать, что подружилась там абсолютно со всеми. Я не была бунтаркой и пьяницей, никогда ни с кем не собиралась драться(не люблю причинять кому-то боль), в общем и целом я вела себя достаточно спокойно. Познакомились получше мы уже после, когда въехали в дом. Все были трезвы, никто никого наконец не пиздил за каждый вдох, и с ними можно было нормально поговорить. Я неплохо узнала девочек, которые, на удивление, были открыты к разговору. С кем-то у нас было много общих тем, а с кем-то меньше. Однако была там только одна девочка, которая вообще не собиралась со мной разговаривать. Лиза. Она и в первый день вела себя довольно отстранённо, словно её там и нет. Я пыталась с ней поговорить, но она лишь посмотрела на меня как-то очень неприятно, поэтому я оставила эти попытки. Я не собираюсь навязываться, не хочет общаться – не надо. Я вам на кого похожа? На человека, которому пиздецки нужно чье-то общесвто? Черта с два. Я нашла девочек, с которыми мне более чем комфортно, а эта Лиза.. Пусть так и ходит одна. Она вообще ни с кем не общается и видимо не собирается. Таким людям будет сложно вливаться в коллектив диких пьяниц и бунтарок. Её могут не принять.  С Лизой мы не общались от слова совсем, даже не здоровались. Она по какой-то причине недолюбливала меня, я же относилась к ней нейтрально. Я просто игнорировала её, порой, если могла, даже помогала. Но только по доброте. Не могу смотреть, как люди мучаются, даже если мы не в самых тёплых отношениях. Через испытания я пыталась понять её как человека, хотела узнать её получше. Кое-как, но у меня это даже вышло. В какой-то степени мне было её жаль, ведь она почти ни с кем так и не нашла общего языка. Да, возможно, она этого и очень сильно хочет, но всё же в данном случае это весьма важно. Вечером перед завтрашним испытанием все девочки что-то делали. Кто-то сидел на кухне, а кто-то у себя в комнатах. Я сидела на своей кровати и читала книгу, которую попросила у Даши. Это не была какая-то психология или что-то подобное, это была обычная фантастическая литература, которую я очень сильно люблю. В комнате происходило что-то непонятное, Мишель и Лиза по какой-то причине начали ссорится. Отложив книгу в сторону, я попыталась вникнуть в суть их разлада. Каждая друг на друга наезжала, и если честно я хотела заткнуть их обоих, бесили невозможно просто. Вдруг Лиза сказала ей что-то про ногу Алисы, которую Гаджиева той сломала. Блондинка от этого очень сильно разозлилась. Дальше я уследить не успела, но на Лизу вдруг накинулись просто все девочки толпой. Кто-то бил её ногами, кто-то, кто навалился сверху, руками. Я конечно всё понимаю, может она им не нравится, но нападать вот так толпой на одного человека, который с ними ни разу не дрался, очень подло. Меня вдруг затрясло от воспоминаний. Когда я была маленькой, меня так же не раз избивали толпой. Я знаю, насколько это неприятно. И только поэтому я решила вступиться за неё. –Так, девки, успокойтесь немедленно! – я подлетела к ним, стараясь оттащить их всех от Андрющенко. –Рина, лучше не лезь – услышала я голос кого-то из девочек. Вы меня конечно извините, но я не собираюсь стоять в стороне, когда тут твориться что-то не понятное. И ведь даже причина мне неизвестна. Какого черта?! –ну уж нет, я сказала отстаньте от неё. Вы вообще понимаете, как подло сейчас поступаете, нападая толпой? – я кое как протиснулась сквозь девочек, получив чьим-то локтем по носу(спасибо конечно) и уселась на бедра Андрющенко, стараясь прикрыть её собой. – повторю для особо одарённых. Отвалите от неё! – я оглядела всех злым взглядом, показывая, что я никуда не отступлю. Вроде как это помогло — девочки отошли от нас всех и продолжили заниматься своими делами, порой поглядывая на нас. Я глянула на Лизу, после чего встала на ноги, потягнув её за собой. Взяв девушку за руку, я повела её на третий этаж. Посадив девушка на кровать, я нашла аптечку и села рядом с ней, принимаясь осторожно обрабатывать ссадины на её лице. –Зачем ты за меня заступилась? –спросила вдруг она, поморщившись от лёгкой боли. –Потому что я не люблю, когда нападают толпой, ничего личного, – вру самой себе. Как бы я не показывала холод в её сторону, во мне горело пламя при взгляде на неё, а сейчас мы ещё и сидели непозволительно близко. –Вот и всё, – я наконец закончила с её ссадинами, но руки от неё лица при этом не убрала. Мы смотрели друг другу прямо в глаза, словно в душу. Я чувствовала её сбитое дыхание, а она, вероятно, моё. Я нервничала, тут и скрывать не нужно. Её руки вдруг осторожно легли мне на плечи, от чего я немного вздрогнула. Мы смотрели друг на друга минуты две, пока вдруг не начали приближаться. 5 секунд – и мы уже сливаемся в теплом и нежном поцелуе. Мои руки крепче обхватили её лицо, а её руки сильнее сжались на моих плечах. Стоило признать, что я хотела этого давно. Она продолжала меня целовать, но не настойчиво, а я в свою очередь лишь покорно отвечала на её ласку. –Ты мне интересна, – оторвавшись от поцелуя, сказала я. Не "нравишься", не "люблю", а именно "интересна". Я такой человек, который даже под дулом пистолета не скажет "я люблю тебя" даже кому-то из родственников. –Ты мне тоже, –ответила Андрющенко, погладив меня по щеке, а потом снова поцеловала. Я не знала, к чему это всё приведёт, поэтому лишь текла по течению. Мы целовались долго, не переходя к чему-то большему. Это собственно и не нужно. Я лишь понимала, что она мой человек, и была рада, что эта стена равнодушия наконец рухнула с её стороны.