Пушистый Валенок

– Вот скажи мне, почему ты у меня «Вредное солнце», а я у тебя «Пушистый Валенок»? Глеб возмущался по этому поводу уже вторую минуту, наконец-то увидев, как записан у меня в списке контактов. – А с чем из этого ты готов поспорить? – Я не Валенок! – А кто постоянно на розыгрыши ведётся? – Но это же не значит, что я Валенок! – Значит-значит! Я хохотала, пританцовывая напротив зеркала, пока подкрашивала ресницы. А вот нефиг меня неожиданно зазывать в кино, когда я не накрашена! Пусть ждёт теперь! Неожиданно он замолк, как-то даже слишком резко. А в небольшом коридоре раздался мамин подозрительный голос: – Дочь, почему у тебя парень смотрит так испуганно? Молодой человек, если она вас держит тут насильно, просто моргните дважды! – Мама, он просто не ожидал, что меня вдруг окажется две! Глеб, действительно, завис, глядя на мою почти точную копию. Разница только в причёске и более мудром взгляде. А внешне – как два близнеца. Мама приехала неожиданно, заставив Глеба крутить головой, растерянно сравнивая нас. Обняв родную колдунью, я бросилась накрывать на стол. – Ну, как вы тут? – Необычно тихо спросила мама. Ну что ж, явно уже в курсе того, что случилось на «вечеринке». – Отлично. – Глеб твёрдо выдержал подозрительный взгляд, и улыбнулся – Вы же не думали, что я в восемьдесят девять до сих пор сижу на шее родителей? Мама мягко улыбнулась, и взъерошила его волосы. – Я не про это, тапочка ты мохнатая! Ну что ж, зато теперь он знает, в кого я такая. И я ещё раз убедилась, что родители на моей стороне. Офигенное чувство поддержки. Будто крылья вырастают, когда понимаешь, что не останешься с миром один на один. Хотя, в нашем случае, скорее уже два на один. А учитывая моих родителей и всех знакомых, то это мир скорее в одиночестве останется. Однако надвигался очередной локальный конец света. А именно – полнолуние. Если обычно его Глеб пережидал у родителей, то теперь планировал уехать за город, в перелесок. Надеюсь, ночью ко мне не поскребётся в дверь очень несчастный волчик. Я ж на месте окочурюсь, если в темноте увижу чуток светящиеся гляделки. Блестя немного более зелёными по случаю полнолуния глазами, Глеб немного нервно разминал затёкшую шею. Бедные пушистики, как же они мучаются каждый месяц. Подумав, что у них прям всё по расписанию, неожиданно захихикала. Вот же прям, как цикл у женщин! Конечно, мохнатым об этом лучше не говорить, но похоже же, черт побери! И нервные они тоже становятся. А вот Глеб лезет обниматься. И даже не смущает его моё ворчание. Потому что это слишком мило, черт побери. Любовь – штука до противного сопливая. Но мне, кажется, нравится. Вот и сегодня, когда наконец-то заманил меня к себе обещанием посмотреть ещё раз все части звёздных войн, сопит мне в висок. Щекотно, что творит, валенок! Кстати, к валенку он привык. Я встала, чтобы налить себе ещё чаю, а Глебу кто-то позвонил. Он долго о чем-то разговаривал по телефону, изредка почти срываясь на рык. Какие мы грозные, Боже мой! И ведь пытается успокоиться, наворачивает круги по комнате. Явно папаша его звонил. И чего надо? Ведь уже всё обговорили, нет, названивают и гадят в душу. Никогда не понимала таких людей и, наверное, никогда не пойму. Я привыкла рубить с плеча – если всё, то всё. Никаких звонков, и номер удалить. А пушистый хоть и сам не звонит, но от каждого сигнала телефона дергается ещё. Вот и сейчас, откинул трубку, стоит, чуток ссутулившись. И это обычно спокойный и уравновешенный оборотень? Я подошла со спины, и обняла его. Ну, что поделаешь, жизнь такая штука – никогда не знаешь, чем шибанёт. Мне повезло с родителями, а вот ему не очень. Глеб развернулся, крепче обнимая меня. А потом подхватил меня за бедра и приподнял, поддерживая под спину. Таким образом, наши лица оказались на одном уровне. Он коротко прижался губами к моим, а после отпустил и, отскочив на добрый метр, прикрылся подушкой, подхваченной с дивана. Шпала чертова. Но шпала моя. Никому не дам обижать.