▪︎ STRAY KIDS world ▪︎

Чан всегда задерживался в студии до позднего вечера, а бывало, что и до самого утра. Однако, ты давно к этому привыкла и подобное тебя уже не удивляло. Во время отсутствия своего возлюбленного, ты занималась своими делами, которые были тебе по душе: читала, танцевала, пела и многие другие вещи, от которых мысли улетали далеко и надолго. Стрелка на циферблате часов давно перевалила за отметку «12». Кристофер вновь задержался в собственной студии, работая над очередным масштабным проектом. Вертя в руках телефон, нервно постукивая ногой по мягкому покрытию ковролина, ты не могла решиться: позвонить ему или оставить все, как есть, однако пальцы сами машинально касались подушечками экрана. — Чан? — быстро набрав знакомый номер, ты услышала гудки, а после чего родной голос. — Ты скоро домой? — Да, чаги, уже собираюсь, — пробормотал он и сбросил звонок. Каждый раз, когда Чан так задерживался в студии, становилось до ужаса грустно, словно на душе кошки скреблись, настойчиво пытаясь что-то выцарапать. Но осознание того, что это его работа и по-другому он не может резким ударом тока било в голову, заставляя встряхнуться. Нелепо осуждать человека за его старания и труд, которые он совершает ради других. Т/И, кинув мобильный телефон на кровать, медленно прошла на кухню и, потянувшись, включила вытяжку над плитой. — И снова здравствуй, — ты обратилась к оборудованию и, небрежно завязав на пояснице бантик, надёжно закрепляя на себе фартук, принялась за готовку. Нет, ты никогда не была гениальным поваром или хотя бы отменной домохозяйкой, но всякий раз, когда в голове проскакивала новость о том, что возлюбленный сегодня снова задерживается до поздна на работе, пробуждала внутри все инстинкты. Ты поставила разогреваться плиту, а в это время достала все необходимые ингредиенты для лёгкого, но сытного ужина перед сном. Готовить для Чана всегда было сплошным удовольствием, ведь то самое его выражения лица, когда он голодный и уставший медленно смакует кимчи-чиге или пассерованные овощи с рисом, — было для тебя самой бесценной вещью на свете. Лёгкая музыка играла на заднем плане, вырываясь из динамиков телефона, пока ты подтанцовывала в такт. Иногда подобного рода занятия, как поздняя готовка, становились настоящим удовольствием. Еда на сковородке шипела, а в кастрюле кипел бульон. Девушка выключила плиту и подвинула на свободные конфорки кухонную утварь. Она хотела было снять с себя этот треклятый детский фартук, который её заставила сшить мама, когда Т/И была в первом классе средней школы, но замок на двери чётко провернулся два раза и на порог ступил он. Прошло около часа после последнего звонка Т/И, а Чан выглядел как выжатый лимон. Он всегда приходил в таком состоянии из своей студии, зачастую уже тогда, когда солнце вставало над Сеулом. Однако, даже в таком состоянии этот парень умудрялся улыбаться и источать яркий свет. Ты в спешке доставала приборы и тарелки из шкафов, чтобы возлюбленный пришёл и хорошенько поел, ведь в студии он никогда не ест, будучи очень занятым своими идеями. — Прекрасно пахнет, — мужской голос послышался у порога кухни. Шатен, оперевшись на дверной косяк, скрестил руки на груди и мягко улыбнулся. — Прости, не успела встретить, — ты улыбнулась ему в ответ, не имея возможности противостоять его чарам. Ты повернулась обратно к плите, чтобы налить в тарелку немного супа, даже не замечая, как Бан прошёл вдоль кухни. — Милый фартук, тебе идёт, — его руки плавно обвили твою талию сзади, отчего по спине пробежался табун мурашек. Темноволосый положил голову на твоё плечо и ты почувствовала, как тот вновь улыбнулся. — Почему я не видел его раньше? — горячее дыхание приятно обжигало кожу на шее. Он зарывался носом глубже, словно кот, жаждущий ласки. — Просто я редко готовлю, так как кто-то редко появляется дома, — отвернувшись от плиты, Т/И легонько щёлкнула парня по кончику носа и взяла руками за чётко выпирающие скулы. Чан был таким уставшим, но таким нежным и теплым. Хотелось зацеловать его всего, ведь перед таким устоять невозможно. То, как он улыбался и щурил глаза, а на щеках появлялись обворожительные ямочки. Или то, как он любил выразить свою любовь касаниями, от которых голова кругом. — Люблю тебя, — произнес Бан и втянул девушку в мягкий короткий поцелуй. Он редко говорил о любви, но каждый раз, когда Чан произносил это вслух, сердце начинало биться в три раза сильнее. — И я тебя. Но прежде, чем начать рассказывать мне о новом проекте, поешь, ладненько? — Т/И смахнула чёлку с его лба, чтобы волосы не мешали глядеть в его красивые глаза, в которых, казалось, была целая вселенная. — Так точно, капитан! — Бан вновь широко улыбнулся и, сняв с себя тёплую чёрную толстовку, сел за стол, любуясь своей красивой Т/И, которая всегда была его опорой и поддержкой.