Последний рассвет.

Под покровом ночи, где-то далеко от родного города, весь в глубоких, кровоточащих ранах лежал Дилюк. Тело очень болело, он не мог двигаться от неимоверной боли. Всё что раненому оставалось делать—это молча глядеть в ночное небо, сплошь усыпанное звёздами. Эти звёзды, они напоминали ему о Кэйе, которого он так любил, но всё время боялся сказать об этом. Да и сейчас было уже поздно переживать по этому поводу. Дилюк знал—ему осталось немного. Пройдут какие-то пару часов, и он навсегда закроет глаза. Все его воспоминания о Кэйе сотрутся. А Кэйа? Ищет ли он его сейчас? Переживает ли о своём «брате»? Нет-нет. Кэйа вряд ли любил его так. Сердце Дилюка заболело, он не хотел оставлять свою любовь. Не хотел навсегда исчезнуть. Почему-то именно в эти минуты Дилюк начал жалеть о своём молчании. А вдруг Кэйа так же любил его? Вдруг они жили бы счастливо, если б не молчание? На глазах Дилюка проявились еле видные слёзы. Он не хотел умереть так. Ветер колыхал высокую траву, среди которой Дилюк был почти незаметен. Совсем близко послышались чьи-то шаги. Дилюк не хотел, чтоб его нашёл кто-то в таком состоянии. Он задержал дыхание и закрыл глаза, прислушиваясь. Неожиданно Дилюк вздрогнул от прикосновения чьей-то руки к своему плечу. Он открыл глаза и увидел перед собой Кэйу. Он сидел на коленях перед раненым. Дилюк мог ощущать, как лежащая на его плече рука рыцаря слегка трясётся. Что он тут делает? Как он нашел Дилюка, который находился так далеко от Мондштадта? Впрочем сейчас это было не важно. Важно было лишь то, что сейчас Кэйа был рядом. Рыцарь с ужасом смотрел на Дилюка. Вся одежда была изорвана и запачкана кровью. Кэйа сразу понял, что скорее всего раны не совместимы с жизнью. Дилюк, увидев во взгляде Кэйи тревогу, не мог больше сдерживать слёзы. Он заплакал. Он не хотел уходить. Он хотел быть рядом с Кэйей всегда. Кэйа был прекрасен. Оба молчали, лишь смотрели друг другу в глаза. Да и не надо было слов. Эти минуты молчания были прекрасными. Солнце начало подниматься над горизонтом, освещая пушистые облака розовым светом. — Прости меня, Кэйа. — сквозь слёзы и ужасную боль сказал Дилюк. —Знаешь, я люблю тебя больше всех на этом свете. Слёзы катились из глаз Дилюка. Кэйа продолжал молчать, но на его губах читалась еле видная улыбка. Мягко, чтобы не причинить боли Дилюку, он уложил его голову себе на колени, начал переплетать ярко-красные волосы в своих пальцах и гладить его по голове, успокаивая. Прошло ещё пару минут в тишине. Утреннее солнце поднималось всё выше. —И я люблю тебя, Дилюк. —сказал Кэйа, но Дилюк этого уже не слышал. Новый порыв ветра понёс слова рыцаря куда-то вдаль. Небо окрасилось яркими красками рассвета. Лучи восходящего солнца светили в разные стороны, добавляя этому миру красок. Кэйа наклонился и нежно поцеловал уже холодную щеку Дилюка. Слеза рыцаря медленно скатилась вниз по его лицу. Наверное, они оба были счастливы встретить этот рассвет вместе.