...
30 октября 2022 г., 22:15
8 октября. Вечер. Санкт-Петербург. Ресторан «Куршевель».
Уже, приблизительно, полчаса за одним из столиков то о том, то о сём беседует пара друзей, больше известная общественности своими «ледовыми» успехами.
Одна — чемпионка I зимних юношеских Олимпийских игр, мира и Европы. А сегодня — лишь более, чем симпатичная девушка в красном платье ниже колен и на очень тонких ниточках-рукавах.
Второй — чемпион Европы и России. А сейчас — всего-то вполне себе, симпатичный парень в тёмно-фиолетовой рубашке и чёрных брюках.
Раздаётся цок, и «друзья» чокаются бокалами с белым вином, посмеиваясь.
— А помнишь ту ночь в Куршевеле?
Спросил Дима.
— Какую?
Спросила Лиза, смотря на Диму, недопонимающе выгнув бровь.
— Ну, ту.
Ответил он, с лёгкой улыбкой.
— Когда мы остались вдвоём в моём номере?
Предположила Лиза.
— Угу.
Ответил Дима.
— Ох. Как такое можно забыть?
Спросила Лиза, смотря Диме в глаза.
— Я к тому и клоню.
Сказал Дима, улыбаясь.
Туктамышева усмехнулась, сжимая губы из-за приятных воспоминаний.
Воспоминаний о том, как вечер, в который к ней пришёл Дима по факту, для того, чтобы она его поддержала, в итоге привёл к тому, что на утро они оказались не просто в одной постели, а в одной постели и в полностью обнажённом виде.
— Приятно вспоминать?
Спросил Дима, сначала смотря на губы Лизы, а после в её глаза.
— Более чем.
Ответила Лиза, улыбаясь.
— Понимаю.
Сказал Дима.
— Мне аж интересно, какие у тебя есть воспоминания с того вечера.
Сказала Лиза, смотря Диме в глаза.
— Нууу, их много.
Сказал он.
— Так перечисли.
Попросила Лиза, хитро улыбаясь.
Алиев хмыкнул.
— Ничего, если я не буду перечислять их прямым текстом?
Неуверенно спросил Дима, смотря Лизе в глаза.
— А что так?
Спросила Лиза, недопонимающе выгнув бровь.
— Если я начну перечислять их прямым текстом, на нас все, кто только может повернётся.
Ответил Дима.
Туктамышева усмехнулась.
— Раз уж тебя это смущает, то ладно.
Сказала она.
— Спасибо.
Сказал Дима.
— Да не за что, перечисляй уже.
Поторопила она собеседника.
— У тебя в особом плане чувствительная шея.
Начал Дима, смотря на Лизу.
— Ты, будто до безумия, любишь прикусывать чужую нижнюю губу во время поцелуя.
Продолжил он, смущённо улыбаясь.
— И дарить тебе конфеты — самая глупая идея, которая только может прийти кому-либо в голову.
Закончил Дима, улыбаясь, не прерывая зрительный контакт.
Закончил он, переведя взгляд на глаза Лизы.
Туктамышева хихикнула.
— Что правда, то правда.
Подтвердила она ранее перечисленные моменты, улыбаясь.
— А я уж думал, что ты станешь спорить.
Признался Дима.
— А смысл?
Спросила Лиза, смотря ему в глаза.
— Ну, мало ли.
Ответил Дима.
— Я не хочу чтобы мой потенциальный парень хотя бы немного запутался в информации обо мне.
Сказала Лиза, хитро улыбаясь.
Не ожидав такого поворота событий, Алиев подавился воздухом.
— Ого.
Удивился он, не сводя взгляда с глаз Лизы.
— Угу.
Согласилась она, хитро улыбаясь, смотря Диме в глаза, перед тем, как быстро встать из-за стола, оставив на нём сумму, которой можно было оплатить то, что они успели заказать до этого, а после и вовсе уйти и не думая хоть на секунду обернуться.
«Красиво ушла, вопросов ноль.» — первая внятная мысль, появившаяся в голове парня после того, как он немного отошёл от шока.
— А я думал, что вы меня дождётесь.
Раздался справа от Димы голос официанта, что до этого обслуживал их с Лизой.
— Ну, как вы видите, не дождались.
Сказал Дима, смотря на официанта.
Официант хмыкнул и положил на стол открытый конверт, в котором лежал чек, и в который надо было положить купюры.
Алиев молча сделал то, что требовалось, а официант почти сразу же после этого удалился.
По факту, ему следовало бы тоже уйти, но он просидел на месте ещё несколько минут, принимая тот момент, что её императорское величество назвала его «своим потенциальным парнем», и лишь после неспешно покинул заведение.
До сегодняшнего дня он немного, но всё же жалел о том, что случилось между ним и Лизой тем вечером в её номере, в одном из отелей Куршевеля, наивно думая, что ей могло не понравиться то, что было тогда. А сегодня уже она сама убедила его в обратном, тем самым подтвердив то, что тот вечер точно был больше увеселительным, чем успокоительным.
