Walk u like a dog

      От бетона веяло холодом, который чувствовался даже через плотную ткань мешковатых чёрных штанов и водолазки — всё что оставили при нём его спасители. Однако холод, тянущийся от стен старого и ветхого здания, не особо спасал. В руках, переплетённых меж собой и спрятанных между ног, чувствовалась дрожь, которая грозила расползтись по всему телу. Близился очередной выброс.       Нарушив звонкую тишину и выбив его из раздумий, гаркнул гром, который словно эхом разлетелся по земле. Чуть после послышался последовательный вой собак, самый первый и громкий — вожак, за ним вторила остальная часть стаи. Аркаша видел тех собак, когда его и его группу вели сюда. И хоть как-то сталкиваться с ними у него не было ни малейшего желания.       В голове нарастал гул, словно он стоял в туннеле метро, а на него мчится поезд. Он прикрыл глаза, до боли закусив щёку, и откинулся на бетонную стену. Гул стал громче. От боли, разрывающей его голову, Аркаша забыл как думать. Зона вырывалась из своих призрачных оков. И такое ощущение, что своё пристанище она находила именно в его голове.       Минуты стали вечностью. Он — незримой зоной, которую так когда-то окрестили. Он не мог видеть, да что там, не мог существовать. Но почему-то видел. Как земля, словно живая, выгибается от боли. Как существа, измененные зоной, неуспевшие найти себе хоть какое-то укрытие, пригибались как можно ниже к земле, надеясь, что их не коснётся шторм. Как сталкер, которому не повезло оказаться на поверхности, рассыпался на атомы, чтобы потом превратиться в очередное порождение зоны.       Закончилось всё быстрее, чем началось. Словно это длилось миг, между закрытием и открытием век. Снова наступила тишина. А на него уставились несколько пар взволнованных глаз. Кто-то ещё не понял, что произошло, а кто-то, так же как и он сдерживал тошноту, подкатывающую к горлу. Хотя, насколько они выяснили, Аркаше было тяжелее всего. Да и «наркотический трип» видел только он. С чем это связано — хрен поймёшь, если в зоне обычные законы физики не всегда работали, что уже там говорить до работы человеческого мозга, с которой и в обычных условиях не разобрались.       Сглатывая железистый привкус, Аркаша поморщился. Во время выброса он прокусил щеку до крови, в прочем, ничего нового. За металлической дверью послышались шаги. Он пошатываясь и придерживаясь за стену, которая всё грозилась поплыть, поднялся с холодного пола, ожидая непонятно чего. Так же поступили многие, хотя кто-то остался сидеть на полу.       Дверь открылась резко, стукнувшись металлической ручкой об бетон. Звук ножом прошёлся по его голове. Первым зашёл мужчина, которого Аркаша уже прекрасно знал. Он был одет в плотную, облегающую тело, водолазку серого цвета и коричневые камуфляжные штаны. На бедре висела кобура с обычным армейским глоком. Двое мужчин, которые зашли за ним, выглядели идентично и глумливо улыбались, придерживая автоматы.       Смешно им. Пидоры. Даже странно, что среди них не было отмеченных зоной. Его ребята еле на ногах держатся, а этих хоть грузовиком сбивай, всё равно встанут, отряхнутся и пойдут дальше. — Ну что? — Марин спросил в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь, — добегались?       Мужики тихо усмехнулись и зловеще оскалились. Марину, конечно, никто не ответил. Аркаша, ногтями соскребая бетонную крошку со стен, пытался хоть как-то успокоить бушующий организм. Он поднял взгляд, полный презрения, на Марина. Тот словно этого и ждал, встретил его спокойно, даже с лёгким холодом. — А ведь вы почти ускользнули, — с поддельным сожалением произнёс Марин, теперь же он обращался напрямую к Аркаше. — Что тебе нужно, пидор? — устало, но от этого не менее ядовито выплюнул Аркаша.       Не дожидаясь какого-то приказа, мужчина, который стоял ближе всего к нему, резким движением попал кулаком прямо в солнечное сплетение. Аркаша согнулся, пережидая несколько секунд, и как рыба пытался заглатывать воздух. Мужчина хотел ударить его ещё раз, но Марин остановил его лёгким движением руки. — Ну же, господа, не стоит грубить, — его голос не выражал никаких эмоций. И снова было не понятно к кому он обращался. — Хочешь вытащить их? — Марин склонился к нему, произнеся почти шёпотом, и обвёл взглядом толпу. Аркаша поднял на него взгляд, но ничего не произнёс, — Тогда придётся поработать.       Всматриваться в лицо его пленителя было бесполезно — оно редко когда выражало хоть какие-то не наигранные эмоции. Создавалось ощущение, что этот человек в принципе не знает, что такое эмоции. Предложение было заманчивым, уйти отсюда хотелось, желательно не оставив свидетелей, но такого шанса пока не представлялось. А ребят надо было вытаскивать. — Что нужно? — хриплым голосом произнёс Аркаша. — Вот так бы сразу. А то иногда твой рот хочется применить совершенно в других целях, — Марин ласково улыбнулся и вышел из комнаты.       Двое амбалов, что зашли вместе с ним, подхватили Аркашу под руки и повели вслед за лидером. Его завели в какой-то непонятный кабинет, который по всей видимости принадлежал Марину, и стянули руки за спиной пластиковой стяжкой. Кабинет был старым, но по виду функциональным и как будто бы жилым. Во всяком случае он куда больше говорил о своём хозяине, чем сам хозяин. Марин занял место за столом, а Аркаша остался стоять там, где его отпустили, когда за двумя мужчинами закрылась дверь, такая же железная, как та, что вела в их камеру. — Так что тебе нужно? — повторил свой вопрос Аркаша. -… — Марин неопределённо хмыкнул и указал взглядом перед собой, — Подойди.       Аркаша встретил его просьбу насмешливым взглядом и поднятой вверх бровью. Он не собирался прыгать как собачка перед ним, но боялся, что все именно так и будет. Да и тоненький писклявый голосок в голове, напомнил о шутливой угрозе Марина, не давая ему сосредоточиться на происходящем. — Подойди, — Марин достал глок из кобуры, снял с предохранителя и положил на стол. Его лицо стало серьёзным и хмурым, — Я третий раз повторять не буду.       Взгляд Аркаши переключился на пистолет, лежащий на столе. Руки за спиной были плотно связаны и даже приложив усилия, чтобы разорвать стяжку, Аркаша сомневался, что он успеет добраться до пистолета быстрее, чем Марин возьмёт его в руку и сделает выстрел. Один выстрел и он навечно станет частью зоны.       Он вроде там собирался вытащить ребят? Так может все-таки стоит пойти до конца. Тем более, Аркаша сильно сомневался в том, что Марин и правда из тех, кому плевать с кем трахаться. Придя к своим заключениям, Аркаша обошел стол и встал напротив сидящего в скрипящем кресле Марина. — На колени, — последовал очередной приказ, которым подавился Аркаша.       Марин с интересом и осторожностью наблюдал за его действиями. За тем, как на его лице меняются выражения, вызванные разными эмоциями. Аркаша был для него словно интересная и очень долгожданная игрушка, которая в любой момент может пойти против хозяина. Но пока Аркаша, наооборот, радовал его своей послушностью, пусть для этого понадобилось несколько мотивирующих действий.       Аркаша на секунду прикрыл глаза, вдыхая и выдыхая затхлый воздух. Он сосчитал до пяти про себя и опустился на колени. Вышло не так грандиозно, как у дорогой шлюхи, точнее совсем не так. Из-за невозможности найти точку опоры, Аркаша буквально шлепнулся, ударившись коленями об пол и упав лицом на колени Марину. — А ты сам, как я погляжу, не против сделать мне минет, — Марин усмехнулся и поймал его лицо руками, подняв его голову на себя. — Да пошёл ты, — не выдержал Аркаша и мотнул головой, вырываясь из чужих рук, — Только если хочешь, чтобы твой откусанный хуй жрали твои шавки. — Ну-ну, — Марина эта фраза, кажется развеселила. Он коротко рассмеялся, взял его за подбородок и, наклонившись к нему, произнёс, — Если хочешь поближе познакомиться с моими щеночками, так и скажи, для этого совершенно не стоит устраивать подобные сцены. — Не боишься, что твои пёсики сбегут? Или хуже того, нападут на своего хозяина? — От одного воспоминания о собаках по телу Аркаши пробегала дрожь. Они в правду выглядели как мерзкие твари. — Ну-у. Они хоть и сильно изменившиеся, но все же собаки. Здесь их кормят, причём часто и вкусно. Есть где спрятаться от выброса, — на последней фразе Марин тихо усмехнулся каким-то своим мыслям, — Впрочем, тебе тоже бы не помешал такой домик. Тяжело после выброса? — На хуй иди, — для полноты картины Аркаше не хватало только надменно сплюнуть на пол, но делать этого он не собирался. Иногда было очень сложно предугадать, что в следующий раз выкинет Марин, поэтому чаще всего себя приходилось сдерживать. — С удовольствием, — Марин одним движением расстегнул армейский ремень и картинно похлопал себя в районе паха. Улыбка на его лице сменилась серьёзным изгибом тонких губ, и Аркаше перестала эта шутка казаться смешной, — Только сначала ты мне отсосешь.       Наверное, со стороны вся эта сцена действительно выглядела комичной. Капитан бывшего военного батальона, склонившись на кресле, сидел за деревянным столом. У его ног на коленях сидел со связанными руками лидер сталкерской группировки. Прямо сцена из анекдота. — И что? Ты отпустишь моих ребят, а потом мы по-дружески потрахаемся? — произнёс Аркаша смотря Марину прямо в глаза, — Так ты себе это представляешь? Спешу развеять твои радужные… мечты.       Не дав Аркаше договорить свою плазменную и ядовитую речь, в комнате прогремел выстрел. Марин с интересом рассматривал пистолет, держа его в одной руке, словно впервые видел. Аркаша сглотнул вязкую слюну и Марин перевёл на него взгляд, его губы округлились в удивлённое «о». — Хочешь, расскажу, что действительно произойдёт? — Марин снова наклонился к нему, провертев несколько раз пистолет в руке он направил его в строну Аркаши и сделал шуточные выстрел, — Сейчас, ты мне отсосешь и я, скажем расщедрюсь на некоторых из вас, они будут отпущены. Потом, ты сделаешь кое-что ещё для меня, и я в знак благодарности отпущу остальных. -… Почему я? — выдохнул Аркаша, смотря прямо на дуло пистолета. Интересно, насколько же будет больно получить выстрел между глаз. Или зона заберёт его раньше, чем он умрёт? — Все просто — ты мне нравишься, — Марин улыбнулся одной из своих псевдо настоящих улыбок. И Аркаше на секунду даже показалось, что он красив, когда был в своей стихии, — А ещё про тебя тут ходят одни интересные слухи, что сложно было не поверить и не проверить самому. — Руки то развяжешь? — вяло спросил Аркаша, не желая дальше продолжать эту тему. — Если будешь себя хорошо вести — развяжу, — кивнул ему Марин, проигрываясь с пусковым крючком пистолета. — Буду, — заверил его Аркаша. — Это мы посмотрим.       Марин ободряюще улыбнулся ему, потрепал по голове и кинул пистолет на стол. В этот момент Аркаша решился на рискованное действие. Он резко приподнялся с колен, ударяя Марина своей головой. Тот не успел отодвинуться и крепко сжал челюсть. Марин взял его за шиворот кофты, отодвигая от себя как нашкодившего котёнка. — Хорошо, говоришь, себя вести будешь? — Лицо Марина скривилось в усмешке.       Удерживая Аркашу, он одной рукой расстегнул штаны и достал из трусов член, проведя по нему несколько раз рукой. Марин прислонил лицо Аркаши к своему члену, явно призывая к активным действиям.       Марин схватил Аркашу за волосы, другой рукой взяв пистолет, и почти насадил Аркашу на своей член. Глаза Аркаши расширились, а на уголках глаз появились капельки слез, которые он тут же быстро проморгал глазами. Горло разрывало от пронзающей боли. Его брови нахмурились от боли, когда его так же резко оттянули за волосы. Он злобно смотрел на Марина, глотая воздух ртом, стараясь перевести дыхание и глотая выступающую слюну.       Чужая рука вновь сильно сжала волосы на затылке, отпуская к члену, который теперь находился на уровне глаз Аркаши. Он не охотно сглотнул, не желая поднимать взгляд на Марина и взял член в рот на половину. Он нехотя облизнул головку и его передёрнуло, когда он услышал довольный тихий стон сверху. Аркаша ощущал себя совсем грязно, когда впервые подавился слюной, но не сглотнул ее, а сцедил на ствол и вновь взял в рот верхушку. Он совершенно не желал проталкивать головку дальше начала глотки. Он втянул щеки, слыша как причмокивают его губы, но заглотить глубже боится, горло все ещё неприятно жгло. Член в таком случае совсем мешал ему дышать и слишком давил на стенки гортани, а дышать носом в таком положении было невыносимо сложно. — Расслабься. Будет легче. И приятнее, обещаю, — усмехнулся откуда-то сверху Марин и проскрёб ногтями по затылку, из-за чего шея покрылась мурашками.       Марин глубже насадил его на свой член и Аркаша еле сдержался от рвотного позыва. Слюна стекала по подбородку, оставляя после себя неприятные ощущения, но облегчая скольжение. Марин больше не давил на его голову, лишь изредка сжимал его волосы и подбадривал, если это можно было так назвать тихими стонами на выдохе. Он позволял Аркаше самому двигаться на его члене.       Аркаша выпустил его из рта, облизнул по всей ширине и несколько раз на пробу толкнулся языком в уретру, как ему самому было приятно. Марин с силой сжал его волосы, а сперма стрельнула ему прямо в лицо. — А ты только с виду такой невинный, — Марин довольно улыбнулся и поднялся с кресла, поправляя опавший член и застёгивая штаны, — Приводи себя в порядок и пошли. У нас есть незаконченные дела.              Он достал из ящика влажные салфетки, которые кинул на стол, складной нож и разрезал стяжку, сдерживающую руки Аркаше. — Да ты прямо шикуешь тут, — бросив взгляд на пачку салфеток, не удержался от ядовитого замечания Аркаша. — Держу для особых случаев, — Марин вышел из кабинета прикрыв дверь.       Аркаша вытер лицо салфетками, которые тут же закинул в мусорку. Горло неприятно саднило, а колени болели от падения и долгого сидения на полу. Быстро подрочив себе, Аркаша пошёл в след за Марином к камере, в которой держали его ребят.

***

      Вид выжженой пустыни тревожил Аркашу. Нет, конечно он привык и любил зону в любых её проявлениях. Но все же несколько дней после выброса она выглядела брошенной. Будто все её дети разом покинули её просторы. Аркаша вздрогнул, когда на его плечо опустилась тяжелая рука, одетая в плотную черную перчатку. — Насмотришься ещё, — хмыкнул ему на ухо Марин. Отстранившись он окинул взглядом колонну из внедорожников, стоящих совсем рядом, и махнул рукой, приказывая машинам замереть. Он был доволен проделанной работой, и прежде чем повести за собой Аркашу, крикнул в сторону одинокого здания, — Выпустите пёсиков погулять, когда мы уедем.       При упоминании тех тварей, которых Марин ласково называл «пёсиками» Аркаша вздрогнул и с опаской глянул на стальной вольер, сделанный на скорую руку. Он не был уверен, что стальные листы выдержат натиск мутантов, но раз Марин жил здесь не первый месяц и все ещё ходил со всеми конечностями, переживать вряд ли стоило. Хотя чувство, конечно, не из приятных, когда ты живешь рядом с буквально пороховой бочкой, которая в любой момент может взорваться. — Чего замер? — с нескрываемым раздражением спросил Марин и толкнул Аркашу в сторону машины, открывающей колонну. А после, словно додумавшись до причины его ступора, игривым тоном поинтересовался, — Или ты собачек моих испугался? — Нет, — Аркаша мотнул головой, наблюдая за тем, как его ребят по одному сажают в такие же машины, в которой предстояло ехать ему самому. Хоть снаряжение вернули, на том спасибо, — Ты конченный, в курсе? — А ты только сейчас заметил? — Марин коротко хохотнул и буквально втолкнул его на заднее сиденье черного внедорожника, — Не ударься, вдруг там мозги есть. Ты, кстати, маршрут прокладываешь. — …Я? — глухо переспросил удивленный Аркаша, когда Марин, залезая на заднее сиденье, всучил ему потёртую местами и свёрнутую в трубочку карту. — Ты-ты, что-то не так? — Он приподнял бровь в немом вопросе и сощурил глаза. Пока Аркаша искал, что ответить, Марин вернулся к своему автомату, проверяя его целостность и наличие магазинов для него. — Мы так не договаривались, — буквально прошипел Аркаша, оскорблённый отсутствием внимания к своей персоне. — Разве? — Марин снова усмехнулся и положил руку на корпус автомата, — Тебе напомнить, как мы договаривались? Ты согласился провести меня до золотого шара? Ну так веди.       Казалось, что для Марина это всё было очень затяжной шуткой. Ещё чуть-чуть и из-под какого-нибудь радиоактивного куста вылезет оператор с камерой и криком: это всё пранк, а ты дебил попался! Но до сих пор этого не происходило. Головная машина, ждала, пока он скажет, как им ехать. Поэтому пробормотав себе под нос что-то по типу: «конч», Аркаша открыл карту и принялся за её изучение.       Спасибо за то, что на карте уже было отмечено место, где они находились и несколько потенциальных мест, где мог бы по слухам находится артефакт, который за каким-то хуем был так нужен Марину. Аркаша резко выдохнул из себя воздух и вытянул руку ладонью вверх. — Что? — Марин непонимающе на него уставился? — Я рисовать чем буду, дебил? Кровью? Так будь добр, поделись, — Раздраженно ответил Аркаша.       На переднем завозились, и спустя несколько минут в руке Аркаши оказался самый обычный карандаш красного цвета. Кому и нахера он понадобился в такой обстановке, Аркаша решил не думать. Прикрыв глаза, он сделал несколько последовательных спокойных вдохов и выдохов, как бы погружаясь в транс.       Аркаша примерно понимал, что нужно было делать. Когда-то он таким же образом, только совершенно случайно, будто его к этому мягко и по-отечески подтолкнули к этому, нашёл укрытие от выброса для всей его большой семьи. Вскоре это временное укрытие стало им самым настоящим домом, защищающим от всех невзгод.       Вот только на этот раз зона отзывалась не особо хотя. Создавалось ощущение, что Аркаша тянул очень тугую жвачку, которая всё не заканчивалась и не заканчивалась. В какой-то момент он устал с ней бороться и просто попросил. Зона почему-то уступила и в его голове целым скопом начали крутится картинки, показывая целый цветной фильм. Аркаша открыл глаза и с прищуром посмотрел на карту. Конечно, она была старого образца и ландшафт немного изменился с тех пор, но это было лучше чем ничего.       Отметив, точку на карте, которая не совпадала ни с одной из отмеченных раньше, Аркаша провёл путь сначала в голове, а потом примерил его на карту. Большую часть им можно было, а как подсказывала зона, даже нужно было проехать по дороге. Всё слишком… просто. Что не могло не настораживать.       Всучив Марину карту и рассказав, как им ехать, Аркаша прилёг на окно. Не лучший вариант, ведь внедорожник раскачивало на любых препятствиях, а голова нещадно болела после его махинаций. Но через некоторое время глаза начали закрываться, а Аркаша провалился в сумбурный сон.       Громкая автоматная очередь, раздавшаяся совсем неожиданно, заставила Аркашу подскочить и ринуться в бой. Вот только вместо этого он ударился лбом об стекло, на которое до этого пускал слюни, чем вызвал усмешку Марина. Он окончательно проснулся и схватился в первую очередь за автомат. — Не спеши, опоздаешь, — Марин схватил его за руку, не дав вырваться и пойти самому в бой, — Всё нормально, это просто жалкая кучка мутантов. Смотри, ребята почти закончили.       Действительно, уже одиночные выстрелы всё реже разрезали воздух, да и через окно внедорожника, Аркаша никого не видел. Значит вся битва была в конце их автопоезда. Он недовольно сжал губы, но высказываться о поведении Марина не спешил. — Много проехали? — поинтересовался Аркаша у водителя. — Четырнадцать километров, — Коротко ответил ему парень, сидящий за рулём. Он усмехнулся и продолжил, — Дороги загруженные, если можно так сказать. Да и внимание к себе стараемся особо не привлекать.       Аркаша кивнул на слова парня и достал карту откуда-то из-под сидения. Пока он просматривал маршрут, не мог перестать думать. Марин говно то ещё и понять, почему за ним шли люди, было сложно. Нет, конечно, мотивы всяких отморозков и головорезов ему были понятны. Но тому парню за рулём, на вид не больше двадцати пяти. Что он здесь забыл не понятно. — Если я правильно помню, дальше будет лесополоса, нам через неё не проехать, — снова подал голос парень с водительского, заставив Аркашу выпасть из прострации. — Да, пешком пройдем, там несколько километров. Кстати, как тебя зовут? — дружелюбно поинтересовался Аркаша, словив на себе непонятный взгляд Марина. — Богдан, — смутившись ответил тот. — Аркадий.

***

      Машины пришлось бросить за несколько километров до начала леса. Нормальной дороги тут не было ещё до катастрофы, а сейчас это даже не дорога — скорее ядовитое поле. До леса добрались без происшествий, не считая одного особо невезучего парня. Тот забыл о всякой осторожности и наступил прямо на мясорубку. Там же он и остался. Марин, который специально отставал от Аркаши на пару шагов, только усмехнулся. Главный закон зоны — всегда быть настороже.       В лесу им пришлось разделиться на группы — масштаб карты мог показать лишь примерное место. Поэтому весь квадратный километр им придётся прочесывать в поиске бункера. О том, что это именно бункер, ему услужливо подсказала зона, которая сейчас не отзывалась.       Лес казался Аркаше не привычным, словно на него что-то смотрит, причём со всех сторон. Неожиданно его прижали к тухлому стволу дерева. Аркаша хотел было вскинуть нож, но рука Марина остановила его быстрее. — Мне вот интересно, ты слепой или тупой? — нахмурившись спросил Марин. — Что? — Аркаша снова по-тупому переспросил. А после проследил за взглядом Марина.       Прямо в том месте, куда он собирался ступить, подрыгивала люминисцентная субстанция, похожая на желе. В сумерках ее очень легко заметить, но Аркаша ее до этого попросту не видел. Словно, ему мешали увидеть. Аркаша сжал губы и двинулся дальше, глубже всматриваясь в окружающее пространство, чтобы больше не попасться так тупо.       К сумеркам кто-то особо удачливый нашёл бункер, о чём тут же сообщил по рации. Аркаша заметил, как у Марина загорелись глаза, и даже немного смутился, увидев его настоящие эмоции. Стараясь не отставать от Марина, Аркаша переодически прислушивался к своим ощущениям, боясь упустить что-то из виду. Марин же даже не оборачивался, упорно вел группу по сказанным координатам, словно боялся опоздать.       На удивление у бункера их никто не ждал и Аркаша даже удивился. Неужели ребята Марина такие же нетерпеливые, как и он сам, и пошли исследовать помещение без приказа. Уже позже он понял, они просто не дошли. В одной из комнат бункера в аккуратную кучку было свалено несколько изуродованных тел. Марин остановился лишь не надолго, проверяя, нет ли следов от пуль. Возможно, он считал, что с мутантами справиться было куда проще, чем с людьми.

***

      Аркаша стянул с рук кровавые перчатки безопасным способом и тут же выкинул их в ведро отходов для класса Б. Он сжал дрожащие руки в кулаки и прислонился к стене. Выходить не хотелось, там его ждала суровая реальность и муж роженицы, которую не смогли спасти. Они слишком поздно приехали, да и ситуация в целом была сложная. Кто вообще доверил ординатору говорить такие тяжелые слова?       Но на самом деле Аркаша их понимал, почти четырех часовая тяжелая операция, скосила даже его, а он ведь был только ассистентом. Удивительно, что хирурги вообще вышли на своих двоих, а не свалились на пол сразу после того, как было зафиксировано время смерти.       Он прикусил среднюю фалангу пальца, чтобы не сорваться на крик, боль слегка отрезвила его чувства, но не настолько, чтобы сталкиваться глазами с мужем, умершей у него на руках, женщины. Аркаша выдохнул, снял уже не стерильный хирургический костюм, бросив его туда же, куда ранее полетели перчатки и, собравшись с духом, вышел из операционного блока.       В коридоре неподалёку от входа на диванчике сидел мужчина средних лет, зарывшись в свои волосы. Он не сразу заметил приближающегося к нему врача. Но как только тот подошёл, то мужчина сразу же бросил на него взгляд полный надежды, из-за чего у Аркаши в горле появился ком. — Вы Марин Мокану? — прочистив горло, спросил Аркаша. — Да, я. Что с моей женой, доктор? Мне сообщили только, что была сложная операция, — Марин выглядел взволновано и говорил немного сумбурно, видимо пытаясь собрать мысли в кучу. Аркаша его понимал, именно тоже самое он делал сейчас. — Я не совсем врач, ординатор, — зачем-то решил уточнить Аркаша, — Мне тяжело это говорить, но у наших врачей получилось спасти только ребенка.       Лицо Марина замерло, взгляд как-то потускнел, словно был направлен вовсе не на Аркашу, а куда-то внутрь. Продолжать говорить было бесполезно и Аркаша это понимал. Он далеко не раз видел, как люди переживают смерть близких. И даже проходил всё сопутствующее на дисциплинах в вузе, от стадий горя до первой психологической помощи. У Марина был шок и Аркаше надо было вывести его из этого состояния. — Марин, вы слышите меня? — Аркаша взял его за плечи, громкий и спокойным голосом проговорил. Ему пришлось повторить несколько раз, прежде чем он услышал хоть какой-то ответ. — Да, — севшим голосом произнёс Марин, — Да, я вас слышу. — Хорошо, — Аркаша кивнул больше себе, нежели Марину, — Посмотрите на меня. Вот так. Давайте вы сделаете несколько вдохов и выдохов, вместе со мной. Вдох.       Марин послушно, словно марионетка дышал вслед за Аркашей. С каждым новым вдохом его состояние становилось более стабильным. Но вместе с тем приходило и осознание произошедшего. Глаза Марина забегали по помещению и Аркаша сдавил его плечи чуть ли не до боли, возвращая себе контроль. — Марин, у вас родился прекрасный здоровый мальчик, — произнёс Аркаша с легкой улыбкой, — Как вы его назовёте?       Этот вопрос выбил Марина из колеи. Аркаша отпустил его плечи и отошёл от него на шаг. Наблюдая за сменой эмоций на лице мужчины, он мысленно дал себе пять и пощёчину одновременно. Любой препод по этике и диентологии давно бы уже его закопал, поэтому он радовался, что у него все получилось, и желал, чтобы никто не узнал как. — Янис, — выдохнул Марин, сжав руки между собой. — Хорошо, хотите на него взглянуть? — поинтересовался Аркаша и, получив легкий кивок, повёл его в сторону бокса, где лежали новорождённые.

***

— Что бы ты загадал, будь у тебя возможность? — Задал вопрос Марин, кинув взгляд в его сторону и проигрываясь с шаром медного цвета в руке. Он то подкидывал его в воздух и ловил, то просто перекидывал из одной руки в другую.

— Я? — Аркаша удивился этому вопросу, он посмотрел в глубь зоны, где мутанты разрывали друг друга на куски. То ли голод заставлял, то ли обычная скука, хрен разберёшь, — Мне нечего загадывать.

— Серьёзно? — Марин удивился его ответу.

— Да, — Аркаша утвердительно кивнул, — Меня не интересуют богатства большого мира. Я не хочу уничтожить зону, в отличии от некоторых. Да и мёртвых возвращать мне не к чему. Я — дитя зоны, всё что мне надо, она уже дала.

— Как романтично, — прыснул Марин, — И скучно.

— Плевать, загадывай уже своё желание.