Doki-Doki! Тени Либитины

Ещё пара напряжённых трудовых будней, совмещённые с решением транспортных проблем и Такэда уже практически полностью лишён мотивации что-либо делать. К слову, её львиная доля была высосана долгими, мучительными часами в гараже. Парню вовсе не пригодился любительский, по его мнению, совет автомеханика – избавиться от корыта. Посему, в дополнении ко всему страдала ещё и Сайори, лёжа в одной постели с пропитавшимся запахом масла и бензина телом. И не получится, сколько не старайся, полностью избавиться от этого запаха. Даже пара сеансов в душе – лишь вспомогательное средство. Познающий азы механики на практике методом проб и ошибок задался целью устранить неисправности, хотя бы поверхностно. Помимо понимания, что в этих краях они более не задержатся, глубоко внутри небезосновательно подгоняло чувство беспокойства. Что-то опасное и злое приближалось к ним. — Чёрт! — так прокомментировал Такэда выхлоп двигателя в лицо. Горячий, маслянистый поцелуй в один момент нанёс парню довольно импровизированный макияж. — Разве я говорил нажимать на газ? — почерневшее лицо выглянуло в сторону сидящей за рулём Сайори. — Прости. — виновато произнесла девушка, еле сдерживая смех. — Сайори, эта херня нужна нам на ходу. Давай лучше ещё раз проверь собранные вещи. Ничего из того, что напоминало бы наше присутствие не должно остаться. Такэда стал настоящим параноиком с того момента, как они покинули Японию и начали путешествовать по миру, чтобы скрыться от порождённых его же рукой ужасов. Утро он начинал не с чашки кофе, а с активного мониторинга новостей из всех возможных источников. Шло время и ряд возникших в мире ситуаций он, в качестве причины автоматически переписывал иногда на себя, а иногда и на Либитину. Беспокойство лишь усугублялось, отравляя оставшиеся части здравого рассудка, где приходилось проходить через чувство вины, отрицание, беспочвенную веру в лучшее и мрачные размышления относительно соблазна бросить всё и попросту стереть, не оставив никому и ничему шанса в этих реальностях. И никогда бы он не смог подумать, что именно Сайори окажется последним рубежом в борьбе за сохранность мотивации к жизни. Такэда был искренне благодарен девушке за её нахождение рядом, к слову, только этого ему и было достаточно. И какого же было его удивление, когда она сама стала сильнее, помогая ему со всем справиться. От прежней Сайори осталась лишь детская наивность и некоторые привычки, такие как спать больше положенного времени. В остальном это была сформированная и самостоятельная личность, на которую парень мог полностью положиться и что не менее важно, полностью ей доверять. Контрольные сборы перед самим выездом заняли меньше десяти минут. Автомобиль был исправлен и по прикидкам начинающего механика протянет несколько десятков километров до очередной поломки, чего достаточно для периодических остановок и достижения соседнего населённого пункта. — И никаких сервисов по пути… надеюсь, что автобусами добираться не придётся. — Знаешь, я так-то не против автобусов. Тем более, вещей у нас не так много с собой. — Прекрасно, значит всё это время я зря мучился? — Ну-у… не будь бякой. — девушка игриво пощупала его порозовевшие от холода щёки. — Я вообще за то, чтобы ты поскорее отдохнул. Поспал хотя бы пару часов, мне уже не по себе от твоего вида. — Пристегнись. — повернув ключ в зажигании, Такэда с облегчением выдохнул. В этот раз двигатель его не подвёл. — Здесь мы побыли меньше всего… — рассуждала пассажирка. — Мне всё сильнее кажется, будто что-то нам наступает на пятки. — Тебе не кажется. — подтвердил опасения брюнет, не сводя глаз с зеркала заднего вида. — Чёрт, давай, прогревайся сукин ты сын. — Просто эти сны… кажется, я тоже начинаю видеть то, о чём ты говорил. — О чём я говорил? — парень слушал лишь в «пол уха», сменяя подозрение на колющее ощущение страха, покуда у соседнего дома через дорогу на них глядела жуткая осунувшаяся с годами личина невысокого роста старухи. Широко распахнутые веки и беззубая ухмылка были настоящим воплощением искусственного дружелюбия, за которым могло скрываться что угодно. Небрежными движениями, походя на управляемую с помощью ниток марионетку, существо постепенно приближалось, отдавая хрустом каждой конечности. Посыпая транспорт самыми последними словами, Такэда предпринял попытку выезда из гаража. Нервное возбуждение одёрнуло ногу, чем спровоцировало «бросок сцепления» и последующую остановку двигателя. Приказав Сайори не оборачиваться, он повторил процедуру и на этот раз успешно. Пикап стремительно отдалялся от минувшей опасности, не беспокоясь об оставленных в открытом виде воротах гаража. Девушка прикрыла рот и с глубоким вдохом едва не разрыдалась, обнаружив в зеркале причину их спешки. — Тише-тише, успокойся. Мы уезжаем. — Прости, всё хорошо. — сипло ответила девушка. — Чёрт возьми… — раздосадованный событием парень отвлёкся от дороги и достал из бардачка пачку салфеток. — Вот, возьми. До ближайшего мотеля путь не такой долгий, пару часов и мы на месте. Автомобиль почтя своих пассажиров исправным движением по трассе перестал напоминать о проблемах. Спустя час беспрерывной езды отмеченная на карте ночлежка была настигнута. Рёв мотора подуставшего пикапа стремительно заглох на просторной парковке, как бы в намёк своему водителю на желание передохнуть. Само заведение внутри выглядело непримечательно: невысокие потолки, квадратные колонны, что больше для опоры фундамента, чем для красоты, выстланный коврами ламинированный пол и зафиксированные в выступах у потолка длинные, отливающие тёплым оттенком лампы. Девушка за стойкой любезно приняла гостей, порекомендовав для заселения комфортные апартаменты на верхнем этаже. Даже относительно уточнения возраста она подошла с удивительной корректностью, предварительно извиняясь у новоприбывших за вызванные неудобства. — Прошу, ваши ключики. Вещи можете оставить здесь, наш сотрудник отнесёт. — Благодарю. — ответил Такэда, внимательно рассматривая администратора на предмет чего-нибудь подозрительного. — Эм… принести бутылку в ваш номер? — смущённо уточнила она, посчитав скрытую просьбу причиной гляделок. — Чего-нибудь «тёмного». — Х-хорошо, извольте не беспокоиться. Распаковывая вещи во время разговора, молодые люди не заметили, как с головой окунулись в воспоминания. Сайори в момент покраснела, когда беседа дошла до их разговора о Нацуки в комнате Такэды. Меньше всего ей хотелось давать объяснения на счёт того, почему тогда едва не поцеловала парня. Хоть по возвращению домой, она помнит, как чувствовала себя разочарованной. — Да, много хорошего происходило тогда. — как-бы подытоживая, выдохнула девушка. — По крайней мере, до того, как ты встретился с Хатори. — А как же наша тусовка? Неужели забыла, сколько вина ты выдула? — от уже более явной красноты её лица парень только сильнее рассмеялся. — Такэда! — Да… я тоже бывает тоскую по тем временам. — наполнив бокалы, он не торопился с озвучкой тоста. Алкоголь сейчас был скорее средством для облегчения, пусть и временно действующим. — Даже несмотря на то, что я до сих пор до конца не разобрался, как это работает, теоретически, мы можем всё вернуть и написать такой сценарий, какой нам только заблагорассудится. Я могу попытаться сделать нас выходцами из знатных семей, знающих друг друга с детства, приписать судьбу отчаянных авантюристов-путешественников, которые ищут приключений… даже сделать из нас шведскую семейку, прости господи. Звонкое хихиканье Сайори наполнило комнату недостающим теплом, ему было приятно осознавать, что пусть она ещё не со всем справилась, но искренне абстрагироваться от проблем всё же научилась. — Последнее мне особенно нравится. — поговаривала она, смахивая выступившие от смеха слёзы. — Но, что бы ты не написал, разве наша память не будет служить как бы индикатором фальшивости происходящего? — Стереть её можно без проблем. У меня получилось это сделать с родителями и сюжетным братом. — Сюжетным? Разве ты не считаешь его своим полноценным братом? — Трудно ответить однозначно. Изначально, ты живёшь по пусть и неведомому, но прописанному сценарию, а затем происходит невесть что и вдруг ты обнаруживаешь, что всё вокруг, в том числе и ты сам, нереален. Я тебе даже больше скажу… помнишь, я рассказывал тебе о «Виртуальной машине – 1»? — Ну… да, помню. — По оригинальному сценарию кто-то из вас четырёх обретает самосознание. — Да, ты говорил. До сих пор не знаешь, кто именно? — Могу предполагать, что это зависит от чьего-то выбора… раз тот сюжет тоже является симуляцией, то выбор делает тот, кто за её пределами. Посему, мы с тобой находимся в чём-то по типу матрицы, только она ещё и возведена в степень. — Это всё больше напоминает какой-то эксперимент. И, Такэда, я правда беспокоюсь об остальных девочках… мы даже не знаем где они, чем занимаются? А живы ли они вообще?! — Тише, успокойся. Их смерть никому не нужна, охотятся только за моим кодом. Либитина будет выслеживать копии в тех моментах, где была возможность изменить сюжет и затем уничтожать. Правда, как она рассчитывает решить проблему появления всё новых и новых реальностей, пусть и без меня, я не знаю. — Скажи, мы хоть что-то сможем противопоставить? — на этот раз тяжело вздохнул собеседник. — Раньше я бы просто тебе улыбнулся и сказал, что нам всё под силу. Но сейчас, я не имею понятия даже насчёт того, сколько нам придётся скрываться. — их глаза по наитию встретились. — Если меня всё же достанут, то наплюй на всё позаботься о них, хорошо? — Ты можешь на меня положиться. — По правде говоря, после этого осознания, именно вы стали мне семьёй. Не знаю, почему именно так это чувствую, но возможно есть существенная разница между прописанными кем-то в сюжете родителями с братом и теми, кого я встретил, а после и выбрал сам. — Можешь пообещать и мне кое-что, в отместку? — касаясь его руки прошептала Сайори. — Да… — Навсегда забудь о том, чтобы пойти и сдаться Либитине. И я считаю, что в нашем клубе не четверо, а по-прежнему пятеро человек. — девушка вспомнила, как со скандалом отговаривала его пойти с опущенной головой в логово врага, пусть это и означало вероятный конец всех ужасных событий. — Я хочу, чтобы ты всегда помнил о том, что мы едины. — Я обещаю…