like a fool

      Где-то поблизости взвыла сирена. Джей Ди, вздрогнув, выронил сигарету, ненадёжно зажатую между двумя палочками, и тут же инстинктивно поймал её в воздухе. В сердцах выругался: мало того, что пальцы теперь точно будут пахнуть куревом, так ещё и на ладони остался круглый сигаретный ожог, который выдаст его с потрохами.       Джей Ди раздражённо бросил недокуренную сигарету в урну рядом со скамейкой, сгрёб грязноватый снег с земли и начал с остервенением тереть пальцы, пока те не онемели. Это было бесполезной тратой времени: запах табака всё ещё ощущался, хоть и чуть слабее. Он стряхнул растаявший снег и запустил мокрую ладонь в волосы, взъерошив их ещё сильнее. И вновь мысленно вернулся к имеющимися у него вариантам.       Их было немного: довести задуманное до конца или смалодушничать, отсидевшись дома. Может даже снова пропустить занятия и проваляться весь день на матрасе, вглядываясь в осточертевший потолок. И, если Джей Ди продолжит в том же духе, Веронике рано или поздно надоест ждать, когда он перестанет быть таким придурком, и она всё-таки бросит его. Найдёт того, кого действительно заслуживает: кого-то хорошего, кто не будет ревновать её к друзьям, к семье, к колледжу. Того, кто обрадовался бы вместе с ней, когда она показала письмо о поступлении в колледж, а не отреагировал, как самый настоящий мудак.       Джей Ди застонал и смял лицо в ладонях. Зажмурившись до боли в глазах, он представил, как она проводит своими холодными пальцами сквозь его волосы и с ледяным смешком обзывает идиотом. И требует взять задницу в руки, подняться и исправить всё, что натворил, вместо того, чтобы сидеть и жалеть себя.       — Ты права, Ронни, я полный идиот, — пробормотал он и, встав, порывисто толкнул дверь в магазин.       Мелодично зазвенел колокольчик над дверью. Воздух пах чем-то свежим и слегка сладковатым. Джей Ди растерянно оглянулся по сторонам: всё вокруг было заставлено цветами, названий которых он не знал, а большую часть видел впервые в жизни. Белые, красные, розовые, жёлтые… даже синие. Он присел, чтобы рассмотреть последние поближе: они были похожи на огромные ромашки, только неестественно-яркого цвета.       — Ищите что-то особенное? — окликнул его приятный женский голос из глубины магазина. Джей Ди резко распрямился; перед глазами привычно потемнело. Он замер, пережидая чёртово головокружение.       — Да, — наконец пробормотал он, когда пауза затянулась, и смущённо потёр шею. — Ищу цветы для девушки.       — На Рождество? Ещё рановато, подожди ещё дня четыре, — дружелюбно ответила владелица магазина, подходя ближе и вытирая руки о фартук. — Хотя герберы могут и простоять, так что, если хочешь…       — Нет, на Рождество у меня уже готов подарок… Мне нужны цветы, чтобы извиниться. Сейчас, — Джей Ди, засунув руки в карманы джинс, с надеждой посмотрел на понятливо закивавшую женщину.       — Без проблем, милый! Так, давай-ка сначала расскажи, насколько сильно ты провинился. Мы ищем что-то вроде: «прости, что испортил тебе настроение» или больше «я абсолютно облажался»?              — Однозначно последнее, — он хохотнул и неуверенно почесал за ухом. — Я сильно обидел её, и, конечно, цветы этого не исправят…       — Но нужно с чего-то начать, да? — она подмигнула и подошла к ведру с белыми розами на длинных стеблях. — Как насчёт этих? Белые цветы идеально подходят для извинений.       — Не думаю, что она оценит розы…       — А какие цветы ей нравятся? — женщина подошла к соседним цветам: крупным шарам из лепестков нежно-розового цвета. — Как насчёт пионов? Или, может, букет магариток? Они простые, но симпатичные.       — Если честно… я не знаю. Никогда не дарил ей цветы, — пробормотал Джей Ди, поёжившись под неодобрительным взглядом. Конечно, были те гвоздики, но последний раз он дарил их в своей четвёртой жизни. А потом не мог даже смотреть на них. — Нужно было бы, наверное…       Нужно было: в нормальных парах дарят цветы, а не пистолеты, вместе пекут брауни, а не смешивают коктейли Молотова… В нормальных парах люди планируют жизнь дальше, а не застревают посреди грёбаного нихера, не зная, будет ли вообще завтрашний день.       Он никогда не рассчитывал дожить до декабря.       Джей Ди пожал плечами и угрюмо отвёл глаза. С каждой секундой находиться тут становилось всё более и более неуютно: сладковатый запах потерял свою свежесть и стал тошнотворно-тяжелым, а чувство вины только разрасталось… Может, стоило взять предложенные владелицей магазина пионы и уйти отсюда. Или грёбаные красные гвоздики, тогда они, кажется, ей понравились. Отчаянно захотелось курить. Джей Ди раздражённо осмотрелся по сторонам и застыл, наткнувшись взглядом на идеальный подарок.       — Вот этот, — он уверенно ткнул пальцем на полку за прилавком.       Женщина недоверчиво хмыкнула и смерила его странным взглядом:       — Уверен, сынок? Может лучше…       — Я уверен, — грубовато прервал её Джей Ди. Всё, чего ему хотелось сейчас — побыстрее сбежать. Он нетерпеливо достал кошелёк и отсчитал указанную на ценнике сумму.       — Ну… удачи тебе, — совершенно не обидевшись, владелица со смешком запаковала покупку в газетную бумагу и осторожно передала в руки. — Не сломай по пути, Ромео! И не переморозь, декабрь, конечно, выдался тёплый, но…       — Спасибо, — он с кривоватой улыбкой прижал к себе свёрток и шагнул назад. — Тут недалеко, не успеет замёрзнуть.       И, наскоро кивнув, бегом кинулся прочь из магазина. Дверь захлопнулась, оборвав звон колокольчика.              Через пару кварталов уверенность в сделанном выборе пошатнулась. Джей Ди, тяжело дыша после небольшой пробежки, замедлил шаг и с сомнением покосился на сверток, бережно прижатый к груди. Откровенно говоря, идея была дурацкой с самого начала… Не говоря уже о том, что её родители наверняка сегодня устроили праздничный ужин, так что его встретит тёмное закрытое окно.       Придётся возвращаться домой ни с чем. У него не поднимется рука постучаться в их дверь и испортить праздник. Он и так уже много чего испортил.       Но холодный ветер настойчиво толкал его в спину, и Джей Ди продолжал идти вперёд, пока не упёрся в знакомую низкую изгородь. Он толкнул калитку и, воровато оглядевшись, вошёл; окна столовой предсказуемо были залиты тёплым светом. Одно было приоткрыто, и сквозь щель доносился звон столовых приборов и чей-то смех. Джей Ди плотнее прижал к груди чёртов сверток и продолжил путь, огибая дом по широкой дуге. Следом за его ботинками по запорошенному снегом полю для крикета оставалась тёмная полоса следов.       Наконец, Джей Ди оказался на месте. Он поднял взгляд вверх и нерешительно улыбнулся: окно Вероники было распахнуто настежь, и льющийся из него тусклый свет подсвечивал неспешно падающие снежинки. Тихо играло радио. И, если прислушаться, можно было различить шелест переворачиваемой страницы. Кажется, чтобы не случилось, его всё равно будут тут ждать.       Джей Ди подпрыгнул и зацепился одной рукой за ветку, подтягиваясь наверх. Изо рта вырвался хриплый вздох. Кажется, путь в этот раз будет труднее, чем обычно…                            Вероника уже в третий раз возвращалась на страницу назад: у неё никак не получалось сосредоточится на книге. Мысли в её голове продолжали вертеться вокруг Джей Ди и их дурацкой ссоры. Она поёжилась и плотнее закуталась в плед.       Это поступление было важным для неё, и он не мог не знать об этом. В конце концов, именно Джей Ди помогал ей готовиться; таскал кофе сюда, в комнату, пока она писала эссе; отвозил на почту и не отпускал дрожащую руку, когда она отправляла письма; терпел ежедневное нытьё, что её никуда не примут, успокаивал и утягивал на кровать, отвлекая от напрасных переживаний.       И поэтому его реакция на письмо выбила почву из-под её ног.       Откинув бесполезную книгу, Вероника откинулась на спинку стула и плотно зажмурилась. Она помнила чувство радости, затопившей грудь, и то, как она завизжала и прыгнула на Джей Ди, размахивая чёртовым письмом. Как его лицо внезапно исказилось, а в глазах зажглось что-то тёмное и пугающее. И всё начало рушиться и трещать по швам, пока они кидали друг в друга обвинения и стремясь ранить как можно сильнее.       Опять.       И когда Вероника сгоряча приказала ему убираться, он внезапно послушался. И словно растворился: его нигде не было, а в трубке звучали только нескончаемые длинные гудки.       Она с тяжелым стоном уронила голову на покрытые мурашками руки. Его исчезновение заставляло её мысленно возвращаться назад во времени, и снова чувствовать дезориентирующий страх. И больше всего хотелось, чтобы он просто был рядом. А с остальным они как-нибудь справятся…       За окном знакомо скрипнула ветка, и Вероника встрепенулась. Первым в проёме показался странный свёрток. Затем руки, а позже, наконец, Джей Ди собственной персоной. Живой и относительно здоровый. Он тяжело перевалился через подоконник и прислонился к нему, восстанавливая дыхание. Поднял виноватый взгляд; сердце Вероники забилось где-то в горле, ладони мгновенно вспотели.       — Ты переезжаешь?       — Ронни, прости меня…       Они заговорили одновременно, перебивая друг друга. Вероника с испуганным всхлипом зажала руками рот, и Джей Ди метнулся к ней, вскидывая руки в успокаивающем жесте.       — Нет, нет, милая, пока точно нет! Врачи сказали, что мне ещё два-три месяца нельзя переезжать, — хрипло выдавил он, переборов проклятую отдышку. Вероника с облегчением выдохнула, обессиленно откидываясь назад. — Я здесь, чтобы извиниться. Я идиот! Прости меня…       Джей Ди сделал долгий хриплый вздох и, потерев костяшками пальцев грудь, тяжело замолчал. Вероника порывисто поднялась, подхватив стакан воды со стола, и протянула ему. Он жадно осушил половину за один глоток.       — Спасибо, — на его губах появилась слабая улыбка, но быстро растаяла. Он виновато отвёл глаза и согнулся под невидимой тяжестью. — Ронни, я не хотел говорить всё это… Я испугался, повёл себя, как скотина и… и я рад за тебя! Ты заслужила это. Просто боюсь потерять тебя.       — Я знаю.       — Я понимаю, что ты… Ты что? — Джей Ди заткнулся и ошарашенно уставился на неё.       — Я знаю, придурок, — она придвинулась и мягко обхватила ладонями его лицо, не дав снова отвести взгляд. — Знаю, что ты на самом деле рад за меня! Знаю, что сожалеешь обо всём, что сказал. И то, что ты идиот, который думает, что колледж может нас разлучить, я тоже знаю. У меня только один вопрос…       — Какой? — он выдохнул с лёгкой дрожью в голосе и, счастливо улыбнувшись, притянул её к себе. Вероника с тихим смешком уткнулась носом в его грудь: новая куртка всё так же уютно пахла книжной пылью, табаком и первым снегом. Заставляя чувствовать себя дома.       — Вообще-то, у меня их даже два… — она слегка отстранилась, чтобы зарыться холодными пальцами в его волосы и неожиданно дёрнуть их на себя. Джей Ди тихо ойкнул, наклоняясь ниже. — Где тебя черти носили, любимый? Я оборвала провода, пытаясь до тебя дозвониться!       — Гулял, в основном. Мне не хотелось домой, ты же знаешь, там херово без тебя, — он виновато потёрся носом о её макушку и неохотно добавил: — Да и отец от безделья опять полез в бутылку, не хотелось лишний раз попадаться ему на глаза. А какой второй?       Её ладони сжались в кулаки, как всегда при упоминании его отца. Вероника резко выдохнула и постаралась незаметно их разжать: Джей Ди тяжело давалась подобная откровенность, и она старалась реагировать спокойнее. Выдохнув сквозь зубы, она поспешно сменила тему:       — Что это за странная хрень на подоконнике?       — Чёрт, совсем забыл! — неохотно выпустив её из объятий, он быстро схватил свёрток с окна и протянул, неловко улыбнувшись. — Это…м-м, тебе!       — Подарок на Рождество? — она с удивлённым смешком приняла его и прижала к груди. — Ты немного поторопился, до него же еще почти неделя. Так… мне его открывать или подождать?       — Это не на Рождество. Я просто хотел извиниться правильно, так что зашёл в цветочный и… эм, — он потёр шею и смущенно посмотрел на неё. — Послушай, это безумно глупо! Просто давай покончим с этим.       Ронни удивленно хмыкнула и, быстро сорвав газетную упаковку, не сдержалась и засмеялась в голос.       — Джей Ди, это же грёбаный кактус!       — Ну да, — защитно фыркнул он, спрятав руки в карманы. — У этого был смысл! По крайней мере, я так думал, когда покупал его…       — Какой же? — Вероника честно пыталась перестать смеяться, но уголки её рта сами собой прыгали вверх.       — Он должен был прокричать тебе: «я колючий придурок, — Джей Ди замялся и затем, вздохнув, открыто и чуть застенчиво улыбнулся, — но обещаю, что буду любить тебя вечно».       Вероника замерла, смотря на него широко распахнутыми глазами: сейчас он до безумия напоминал себя таким, каким она только встретила его. И от этого дыхание перехватило; щекочущее чувство застряло между солнечным сплетением и горлом, вырываясь наружу короткими смешками. Не разрывая зрительного контакта, Вероника поставила горшок на комод и стрелой метнулась к Джей Ди, влетая в с готовностью распростёртые объятия. Он подхватил её, почти отрывая от земли, и прижал к себе.       — Знаешь, с первой частью твой кактус точно справился, — она, тихо посмеиваясь, подняла на него сияющий взгляд. — А вот вторую тебе придётся доказывать самому.       — Я готов, хоть всю жизнь, — он мягко ткнулся губами в её висок. Вероника почувствовала его улыбку. — Знаю, что до этого хреново справлялся с жизнью после всего того, что случилось. Но я хочу сделать тебя счастливой.       — Я и так, дурень, — расслабленно хихикнула она и откинулась назад, чтобы поймать его взгляд. Лицо Джей Ди было скрыто в тени: за окном окончательно стемнело, и метель усилилась. Но глаза ярко вспыхнули, подсвеченные горящей за её спиной настольной лампой.       — Так я прощён? — тихо мурлыкнул он, пробравшись замёрзшими руками под накинутый на её плечи тёплый плед.       — Разве бывало иначе? — она придвинулась ближе и накинула край и на него. Её голос чуть дрогнул. — Ты же останешься на праздничный ужин?       — А разве твои родители не… — Джей Ди неуверенно остановился, но Ронни, поняв всё правильно, мягко покачала головой.       — Я надеялась, что ты будешь. Так что стол накрыт на четверых, — она пожала плечами и с надеждой улыбнулась. — Так ты останешься?       — Конечно, милая, я остаюсь, — он осёкся и замолчал. Кажется, в этом было что-то больше. Что-то вроде обещания.       Они застыли посреди комнаты. Из радио лилась тихая музыка, часы мерно отмеряли время и секундная стрелка в кои-то веки никуда не спешила. Вероника задумчиво подняла на него взгляд, прежде чем выдохнуть:       — У меня появился ещё один вопрос, любимый…       — Да? — Джей Ди с улыбкой заправил выбившуюся прядь ей за ухо и оставил пальцы лежать на её щеке.       — Объясни мне, какого чёрта от тебя пахнет табаком?