Ghost Fever

Always Never - Millions

Chase Atlantic - Into It

Чимин лежал на своей кровати в кромешной темноте и в полном одиночестве. Мысли были пусты, лишь редкие потоки воспоминаний временами накрывали и отплывали, словно волны. Ничего не выражающий взгляд смотрел в одну точку, почти неотрывно, пока не начнёт легонько покалывать слизистая глаз от напряжения. За окном город готовился к ночной жизни, зажигая разноцветные огни, но даже их яркий свет не может хоть немного осветить мрачную комнату. На часах было всего восемь вечера, жизнь на улице во всю гудела, но не в этой квартире, не в этой комнате и не в душе этого человека. Даже соседи выдавали активность своими громкими разговорами, мягким шарканьем и атмосферной музыкой. Сейчас самое время для душевных посиделок, прогулок с друзьями, походов в кино или в боулинг. Погода за окном призывала пить горячий глинтвейн в кафе какого-нибудь торгового центра с панорамными окнами, глядя на танцующие снежинки на фоне мерцающих огней ночного города. Но сейчас Чимин был расстроен своим не утешительным положением: утром внезапно поднялась высокая температура, сопровождающаяся головной болью, слабостью, тошнотой и мерзким першением в горле. Весь день Чимин занимался собственным здоровьем, пытаясь поддерживать себя, не позволяя опускать нос. На поход в аптеку и готовку вкусного ужина сил, правда, не хватало. Стараясь придумать выход из ситуации, Пак услышал шуршание, исходящее со стороны тамбура, вероятно соседи. Чимин успел выйти из квартиры и застать своего соседа Ли Минхо. Узнав, что тот собирается за покупками слёзно умолял скупиться и для него, объяснив ситуацию. Уговаривать Ли совсем не пришлось, они были в хороших отношениях и тот с удовольствием согласился помочь. Радости Пака не было предела, и он уже в смс строчил соседу перечень необходимых продуктов и лекарств. Список оказался довольно внушительным, из-за чего Паку было очень неловко, переживая за тяжесть пакетов для одного него. На это Минхо лишь усмехнулся и уверил, что это совсем не проблема. Ли был альфой, крепким, высоким и безумно красивым. Омега у соседа тоже был очень красивым, похожим на милую белочку, но с осиной талией и бешеной харизмой. Чимин на него иногда неосознанно засматривался, ибо тот излучал невероятную сексуальность своими движениями, походкой и жестикуляцией. Соседи были в хороших отношениях с Чимином, но стать друзьями пока не успели, хотя все трое одногодки. Омега пообещал себе после выздоровления исправить положение и отблагодарить за помощь. К сожалению, наличие вкусной еды, сладостей и нужных лекарств не дали своих волшебных свойств; Чимин к вечеру стал чувствовать себя хуже. Температура не спадала, появилась ломота в суставах и внезапные боли в животе. Это изрядно подкосило настроение омеги и теперь он лежал на просторной кровати своей спальни в темноте и полном одиночестве. Занимать себя ничем не хотелось, ни просмотрами фильмов, ни прочтением интересных книг, ни играми на компьютере. Не хотелось даже смотреть ютуб или листать тик ток. Состояние обмякшее, но сна не было ни в одном глазу, поэтому Чимин продолжал просто лежать, уставившись в окно напротив кровати. Снежинки за окном не прекращали свой воздушный вальс, гипнотизируя омегу красотой и сплетаясь друг с другом в движениях, а поддаваясь порывам ветра - улетали. Такие легкие, словно влюбленные, падали на чьи-то ладони, губы и таяли, таяли как от любви... - Волшебство… - с легкой и грустной улыбкой прошептал Пак в пустоту. Он так и не пошевелился за всё время, пролежав на спине в окружении подушек и мягких игрушек. Мыслей в голове почти не было, кроме предположения, что вся его апатия, резкое ухудшение самочувствия и ноющая боль в голове и животе были признаками надвигающейся течки. Это расстраивало ещё больше, ибо в таком случае омега обречён пролежать пластом целую неделю, откармливая себя обезболивающими или, упасибоже, подавителями. Все это пока и оставалось на уровне подозрений, но предчувствие не предвещало ничего хорошего. Если верить циклу, то все должно начаться дней через восемь, но ему это ничего не давало, ведь рано или поздно течку всё равно придётся пережить. Лучше, если она раньше начнётся и быстрее закончится, а все необходимые лекарства были в наличии. Тишину прерывает звук уведомления и яркий голубоватый свет, исходящий от экрана телефона. Потянувшись за гаджетом и увидев, кто ему написал -омега тут же встрепенулся, чуть вскрикнув от радости. Крис (08:37pm): *изображение* С экрана на него смотрел красивый альфа с добрыми глазами орехового цвета. Светлые волосы красиво уложены, в ушах блестят серебряные кольца, а на шее красуется массивная цепь; одет мужчина в черный костюм с красными вставками. Чимин впервые за весь вечер по-настоящему улыбнулся, дикой влюбленной улыбкой. Альфа выглядел потрясно, что даже одного взгляда на фото было достаточно, чтобы почувствовать фантомный запах тёмного шоколада. Бан Кристофер Чан и Пак Чимин познакомились всего несколько месяцев назад, но уже хорошо дружили, к счастью и несчастью для омеги, ибо в Чана он влюбился практически сразу. Они часто проводили время вместе, гуляли, созванивались и переписывались, но дальше всего этого не заходило. Альфа всегда был приветливым и вежливым, никаких лишних касаний или неосторожных фраз, которые могли намекнуть на дальнейшие намерения - не было. Но от банального объятия при приветствии или касания руками - омега млел. Чимин иногда осторожно сам ему намекал своими шутками, по типу «мы с тобой как парочка» или нежными и, якобы, не навязчивыми прикосновениями к талии мужчины, но всё это переводилось в шутку. Чан всегда вел себя так, будто ничего такого омега не сказал и не сделал, а все его попытки оставались либо незамеченными, либо грамотно проигнорированными. Чимин сдался, когда узнал о количестве друзей-омег и понял, что Бан видит в нём только друга, не более. Чимин не успел ничего ответить, как вдруг телефон снова уведомил хозяина о новом смс. Крис (08:39pm): Твоя очередь)) Покажи себя. Чимин (8:40pm): Хорошо выглядишь, что за повод? Нее, я сегодня не красивый((((( Крис (8:41pm): Нас с Чанбином пригласил старый друг на юбилей его компании. Мы когда-то вместе работали. Крис (8:41pm): Не говори глупости, ты всегда красивый. Крис (8:42pm): *изображение* На второй фотографии Бан уже в окружении своих друзей, в лице которых он узнал того самого Чанбина, других не знакомых ему альф и очень привлекательных омег. Чимина накрыло от тоски. Предмет его воздыхания сейчас находится на вечеринке в окружении света и веселья, а Пак просто лежит на кровати в душной и темной комнате с заплаканными глазами и с признаками не то простуды, не то течки. Чувство несправедливости и обиды на состояние своего здоровья заставили мелко дрожать, роняя слёзы на подушку. Крис (08:44pm): Ну же, хочу тебя увидеть. Чимин (08:44pm): Не сегодня, я весь опухший и покрасневший. Но буду рад твоим фото. Крис (08:44pm): Не честно((((( Да, не честно. Даже не справедливо. Скулы неприятно свело, а пересохшие от температуры губы слегка кровоточили от нервных прикусов. Даже если Чимин через силу пойдет приводить себя в порядок и краситься для одной единственной фотографии, ибо фильтры не помогут, то уйдет слишком много времени. Да и по сравнению с теми омегами…в общем, мысль была бредовой. Меньше всего ему хотелось, чтобы Чан на неосознанном уровне сравнивал его с кем-то, лучше уж дождаться лучших времен. Он не понимал и понимал себя одновременно, очень хотелось быть красивым для любимого человека, только вот вряд ли он видел в нём возможного партнёра. Есть ли смысл тогда переживать? Чимин (08:45pm): Прости… Крис (08:45pm): Ладно, не буду давить. Чимину очень не хотелось завершать диалог, но он не нашел что ответить. Омега лишь надеялся, что Чан не обиделся. Однако… Крис (08:47pm): Что делаешь? Альфа не пытался прекратить разговор, напротив старался поддерживать его. Хороший знак. Чимин (08:47pm): Валяюсь на кровати. За тебя спрашивать не буду XD Крис (08:48pm): Не похоже на тебя))))) Чимин (08:48pm): Почему? Крис (08:50pm): Обычно, ты всегда в это время чем-то занят. Или ты что-то смотришь? Чимин (08:50pm): Да нет. Просто лежу. Устал… Крис (08:50pm): Насыщенный день?))) Чимин (08:51pm): Ага. Я не отрываю тебя от веселья? А то ты всё время на телефоне… Крис (08:52pm): Я же первый тебе написал, не переживай)))) Да и мне интересно узнать, как прошёл твой день) Врать не хотелось… Чимин (08:53pm): Не очень… Крис (08:53pm): Что случилось? Чимин (08:54pm): Не хочу жаловаться Крис (08:54pm): Ты не жалуешься, а делишься) Что, все-таки, случилось? Пак сомневался, стоит ли рассказывать, но желание разделить с близким человеком свои ощущения действительно было. Чимин (08:56pm): Я с самого утра чувствую недомогание, похожее на легкую простуду, правда потом всё стало ещё хуже. Головные боли, температура, странная боль в животе и першение… Весь день лечился, хотел к вечеру чем-нибудь заняться или куда-то сходить… Но я сегодня вышел только в тамбур, чтобы попросить соседа скупиться для меня. Как-то так(((( Про подозрения о течке Чимин решил умолчать, по понятным причинам. Но печатая свои жалобы, омегу снова начало накрывать плохое самочувствие. Ему приятно общение с Чаном, это помогает отвлечься от неприятных ощущений и дурных мыслей. Он уделял ему время и отвечал моментально, находясь при этом на вечеринке. Не смотря на состояние, настроение понемногу поднималось и Пак в перерывах между сообщениями занимал себя листанием ленты тик тока. Крис (08:57pm): Оу, малыш… Крис (08:58pm): Мне так жаль, что тебе пришлось это терпеть. Крис (08:58pm): Почему ты мне не позвонил? Я бы мог помочь с покупками… Крис (08:58pm): Сейчас ты себя лучше чувствуешь или всё так же? Чимин завтыкал… МАЛЫШ? Чан никогда раньше не называл младшего, кроме как по имени, и если бы Пак не знал того факта, что альфа не пьет алкоголь - подумал бы что тот пьян. Глупая улыбка предательски расползлась по несчастно-влюблённому лицу омеги. Вряд ли это, конечно, что-то значило для Бана, но ранимое сердце трепыхалось от переизбытка чувств. Очень сложно было оторваться от одного этого сообщения и придумать вразумительный ответ. Чимин (09:03pm): Не переживай, я справлюсь. Это всё, на что хватило несчастного. Мысли о Чане сводили омегу с ума, даже один лайк на фотографии Чимина в социальных сетях заставляли душу взлететь к небу и резко, с чувством эйфории, вернуться в тело. Запах темного шоколада, по его не скромному мнению, прекрасно сочетается с вишней Чимина, что заставляет ещё больше фантазировать о нежных и желанных объятиях и манящих губах старшего. Крис (09:05pm): Мне приехать к тебе? КОНЕЧНО! ДА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Что же этот альфа себе позволяет? Одни его смс имеют колоссальное влияние на интенсивность сердцебиения Пака. Даже больная голова и, откровенно, хреновое самочувствие не помешали омеге сделать кульбит на своей кровати. Это было бы очень смешно, если бы не так грустно. Ведь Чимин больше всего на свете желает увидеть альфу у себя на кровати в квартире, ибо надоело пускать по нему слюни и быть так далеко. Но всё усложняется, когда омега понимает, что не может себе позволить написать всего две буквы, которые могут сделать его счастливым. Дурак? Может быть. Бан находится сейчас на вечеринке и просить его ехать к нему через весь город было бы глупо, и думать он старался не о себе. Да и Чимин хотел бы, чтобы Чан сам хотел приехать к нему, не задавая никаких вопросов, ведь сейчас это походило на банальное проявление сочувствия, такая причина омегу не устраивала. Палец долго отказывался нажимать на злосчастное «отправить». Чимин (09:06pm): Так ты же на вечеринке XD Да и я буду в порядке, не переживай)) Отдыхай спокойно) Крис (09:06pm): Ну и что? Я же не буду всю ночь здесь, а могу быть тебе полезен) Тебе сейчас нужна поддержка, нежные объятия и всякие вкусняшки))) Нет, он точно пьян… Хотя, Чимин сейчас бы с огромным удовольствием опрокинул в себя минимум 3 стопки соджу, ибо в отличии от Чана алкоголем не брезговал. На фоне всех этих эмоциональных качелей внезапно появился аппетит. Ещё совсем недавно апатия была настолько сильной, что не было желания существовать, а о еде и подумать страшно. Надо же было в этот момент появиться какому-то Бан Чану, навести суету, развеять тучи из плохого настроения и вернуть желание жить (ну и желание кушать, конечно), поэтому было принято решение отправиться на кухню в поисках чего-то, что придется по душе. Но прежде, нужно ответить на смс. Чимин (09:08pm): Спасибо за заботу, мне приятно) Но я очень не хочу, чтобы ты испытывал неудобство, а я неловкость, что сорвал тебя из-за ерунды) Крис (09:08pm): =( Чимин (09:08pm): Мне же придётся краситься, а я едва ли могу встать XD я правда буду чувствовать себя неловко с опухшим лицом. Крис (09:09pm): Хочешь, я тоже косметику смою? XD Чимин (09:10pm): XD спасибо за поддержку)) Ты лучший! Я буду в порядке, обещаю. Крис (09:10pm): Ок, поправляйся) Чимин (09:10pm) Буду стараться <3 Пак отсчитал пять минут. Десять… Диалог закончился. Приподнятое настроение переросло в мелкую меланхолию, но тем не менее, было все не так плохо. За двадцать минут общения Чан действительно смог немного поднять его настроение, что даже едва живая фигура воскресла и смогла дойти до холодильника без происшествий и пролитых слёз. Чимин долго думал чего бы хотел съесть, но ни булочки, ни снэки, ни шоколадки не привлекали, пока он не решил заглянуть вглубь холодильника, где стояла целая миска свежей клубники. У омеги сорвало крышу. Поедая сочные ягоды, рецепторы находились, буквально, в раю, а разум улетал в параллельный космос сквозь миллиарды звёзд. Сладкий вкус прохладных ягод был с ненавязчивой кислинкой, это не сильно мешало, но очень хотелось заесть шоколадом. Путем не хитрых манипуляций, с помощью маленькой глубокой миски и микроволновки была достигнута вязкая субстанция. Чимин даже не знал, что умеет так глубоко закатывать глаза, находясь в состоянии эйфории ловя гастрономический оргазм. Эндорфин в крови поднимался, однако, подозрительным образом, боль в животе и в голове стремительно увеличивались. Решив во время перекуса померять температуру - Чимин ужаснулся, отметка уже перевалила за тридцать девять. Вдоволь наевшись клубники, было решено лечь уже спать, но боль отчаянно держалась за хрупкое тельце. Ковыляя до своей аптечки, в поисках обезболивающего и жаропонижающего, словил себя на желании завести собаку или кошку. В такие вечера объятия с пушистиками могли если не заглушить боль, то отвлечь теплотой и комфортом. Паку нравилось ухаживать за соседскими котами, они были очень ласковыми и общительными. Как-то раз, Минхо и Джисон уезжали загород и слёзно умоляли омегу присмотреть за котами, так как мать Ли заболела и не могла приехать. Чимин подружился с котами и теперь грезил мечтой о собственном пушистом комочке. Конечно, тепло человеческого тела было более желанно (точнее, одного конкретного тела), но все равно хотелось, чтобы кто-то был рядом и всегда ждал дома. Иногда, он мельком представлял себя живущим с Чаном и каким-нибудь котом, приятные ощущения от таких размышлений растекались по венам, отдаваясь приятными спазмами в животе. Даже сейчас, вспомнив о своих грёзах на долю секунды, тело тут же отозвалось, а в промежности становилось теснее. Готовить завтрак ранним утром, чтобы золотистые лучи солнца мягко касались кожи и дарили своё тепло. Запах булочек и свежезаваренного травяного чая, потому что альфа не пьет кофе. Стоять, задумавшись о чем-то приятном и внезапно почувствовать нежные прикосновения горячими губами к чувствительной коже шеи и ключиц. Чимин даже чувствует эти фантомные прикосновения, хотя ни одна часть его тела никогда ранее не касалась таких манящих розовых губ. Омега не мог перестать думать о Чане, о том как сильно он хочет его увидеть и услышать. Его идеальная улыбка, ямочки на щеках, мягкие волосы, каждая деталь хранилась глубоко в сердце Пака, он готов был отдать жизнь за его прикосновения и поцелуи. Хотелось прижиматься горячими телами теснее, ласкать языком скулы и линию подбородка, оставлять лиловые следы на рельефном теле и кусать за чёртовы ключицы. Мурашки поразили всё тело от мысли, как Бан берёт его на кухонном столе. Фантазии буквально за несколько секунд улетели во вселенную неприличия и разврата, но чем дольше омега об этом думал, тем влажнее становилось в промежности. Член спазмировал и неприятно тёрся о мокрую ткань боксеров, прося о быстрой разрядке. Все ощущения подкреплялись слегка режущей болью меж ягодиц и внизу живота. Теперь у Чимина не было никаких сомнений… Это течка. Перевернув вверх дном всю аптечку, Пак ужаснулся - обезболивающих не было. Он был уверен, что просил соседа купить их и судорожно перепроверял список в сообщении, но спасительного препарата в перечне не оказалось. Как он мог так облажаться? Боль была ещё терпимой, но ужасала сама мысль о приближении мучительной агонии. Лихорадочные мысли угнетали нервную систему ещё больше, а выход был только один - выпить подавитель, но он оказывал разрушительный ущерб организму, поэтому было принято решение выпить таблетку только в самом крайнем случае. Посредством нервов, Чимин только усилил свои болевые ощущения и обильность выделения смазки. Он пытался себя успокоить тем, что это как-то связано с психосоматикой и ничего такого с ним не происходит. Так он прокрутился в кровати минут сорок и, психанув, пошёл за успокоительным. На часах половина одиннадцатого ночи, соседи немного притихли, лишь доносилась ненавязчивая музыка и мелькающее хихиканье Джисона. Чимин усмехнулся картонным стенам, выпил успокоительное и уже собирался назад в кровать, как вдруг услышал звонок в дверь. Чимин никого не ждал, но желание проигнорировать незваного гостя и пойти спать победило любопытство. Зайдя в коридор, Чимина поражает молнией, в сердце сталкиваются вселенные, по молочной коже рассыпаются созвездия мелких мурашек, а сердце вот-вот норовит выпрыгнуть из груди. Он чувствует его. Чувствует темный шоколад.

***

Chase Atlantic - Uncomfortable

Chase Atlantic - Paradise

Пака трясёт, дрожащим рукам едва удаётся открыть обычный дверной замок, он боится…боится, что дверь распахнётся, а за ней никого не окажется. Если это всего лишь шутка воображения - омега умрёт, но открыв дверь, взглядом сталкивается с любимыми и самыми добрыми глазами на свете. На альфе надет всё тот же костюм, точнее, тот самый красно-чёрный пиджак на голое тело, открывающий вид на сильную шею с обрамляющей её цепью, и ключицы; обтягивающая форма костюма подчёркивает широкие плечи, сужаясь в талии, такой вид вызывает у омеги обильное слюноотделение и приток крови к щекам. На ногах обычные чёрные штаны, обтягивающие крепкие бёдра Чана, уложенные светлые волосы немного растрепались, а высокий лоб покрывает лёгкая испарина. - Привет, - улыбнулся альфа, показывая милые ямочки на щеках. - Впустишь? ГосподьИисус, этот голос… Да, Чимин давно поклоняется божеству по имени Кристофер, может рассматривать иконы и молиться хоть целую вечность, но как только слышит родной тёплый тембр - все слова молитвы превращаются в пепел. Он горит. Он его видит. И он тупит. Молитвы и иконы это, конечно, замечательно, но проявить гостеприимство всё-таки нужно. - Д-да… Ты это…Почему не… - предательский голос то и дело запинался, не давая его обладателю здраво выразить нужную мысль. - Не хотел, чтобы ты красился из-за меня - альфа, поддразнивая младшего, улыбнулся ещё шире, переступая через порог квартиры, по ходу стягивая с себя ботинки и демонстрируя большой пакет. - Я тебе вкусняшек принёс. Чимин растеряно хлопает глазами, не в силах оторвать от него взгляда. Младший только сейчас замечает, что альфа сдержал слово и смыл свой макияж, чтобы омеге было комфортнее рядом с ним. У Чана красивая кожа лица, глубокие тёмные глаза, излучающие доброту и искренность, и полные, искусанные губы. Дав себе моральную оплеуху за то, что зависает глядя на старшего, он охотно принимает большой и красивый пакет, рассыпаясь в благодарностях, попутно приглашая на кухню. Указав альфе направление и пропуская вперед, омега случайно, краем глаза, цепляется за своё отражение в зеркале. Увиденное, хоть и мельком, поражает его и толкает в котёл с разгорячённым стыдом за своё отношение к себе. Усадив гостя за стол, включив чайник и бросив неуклюжее: «Располагайся, я сейчас» - мигом прошмыгнул в ванную. Раскрасневшееся лицо с противными каплями пота, из-за которого некрасиво склеилась чёлка, явно не придавала омеге элегантности. Опухшие, с раздражённой кожей, из-за частого трения, и покраснением от лопнувших капилляров глаза тоже выглядели весьма «изящно». Чимин ненавидит себя за безалаберность и обожает Чана за настойчивость. Как бы он не старался отмазываться от его приезда в смсках, между строк всё равно можно было проследить мольбу о встрече - и да, она была замечена. Чтобы не тратить слишком много времени без возлюбленного, Пак на скорую руку умылся холодной водой, тут же приглаживая чёрную копну волос с лица назад, сверху слегка сбрызгивая лаком, для надежности. Тонирующей пудрой более-менее выровнял тон лица и надел серые линзы. Все выглядело уже не так плохо, как было изначально и, закончив свой образ длинным шёлковым халатом поверх мятой пижамы, вернулся к гостю. Путь с ванной оказался самым трудным, и не в физическом, а в моральном плане. Чимину тяжело понять своё состояние, ведь с Чаном они знакомы далеко не первый день, но необъяснимое чувство смущения не покидало тело. Руки нервозно перебирали друг друга, а губы подвергались прикусам остреньких зубов и уже немного кровоточили. Ещё раз окинув себя критичным взглядом в зеркале - омега направился на кухню. Старший уже ждал его, разливая ароматный чай по чашкам. Маленький круглый стол ломился от количества разных вкусностей и фруктов, Чан даже не забыл о консервированных персиках - самом любимом лакомстве омеги. Глядя на всю эту картину, мягкая улыбка осветила лицо младшего, а в нос снова ударил соблазнительный запах тёмного шоколада. От обилия чувств слегка закружилась голова и тело немного повело в бок, из-за чего пришлось опереться о стену. От внимания Бана это не утаилось. Альфа подошёл и осторожно взял омегу под руку, чтобы помочь сесть за стол, но Чимин не поддался. Вместо этого, он потянулся к альфе и мягко обнял, обвивая маленькие ручки вокруг крепкой шеи. В ответ Чан неуверенно приобнял за талию, но поняв, что Пак не собирается отлипать - расслабился и прижал к себе крепче, а у омеги от взаимного жеста в животе запорхали бабочки. - Спасибо что приехал, Чан, - прошептал младший куда-то в шею альфе, слегка щекоча кожу тёплым дыханием. - Отныне, я тебя не буду слушаться, - посмеялся старший, мягко взъерошивая ладонью угольную копну омеги. - Наверное, - снова шёпотом, но уже с улыбкой, продолжая удерживать возлюбленного объятиях. - Мне было так плохо одному, что ничего не хотелось. Апатия поразила так сильно, что даже дышать не хотелось. Обида на самого себя и на своё состояние затмевала физическую боль. Они продолжали стоять возле входа на кухню в обнимку. Младшего слегка трусило от избытка чувств, но Чан позволяет ему излить все эмоции и выговориться, мягко поглаживая по спине. - Чанни, спасибо тебе большое, - омега взял себя в руки и озвучил фразу уже более окрепшим голосом, немного отстраняясь и заглядывая в любимые глаза, но не убирая рук с шеи. - Пока тебя не было, я был один и не хотел существовать. Знаешь, я терпеть не могу болеть, потому что рушатся многие планы, а день становится сплошным чёрным пятном, а всё вокруг таким бесячим, но появился ты. Сначала твои смс, потом внезапный приезд… Тон голоса с каждым сказанным словом становился всё ниже и ниже. Он понимал, что сейчас находится у себя на кухне в обнимку с альфой и в около романтической обстановке, а чем дольше он говорил, тем больше его слова походили на признание. Это смутило. Альфа невозмутимо продолжал смотреть на него, но в глазах таилась всё та же теплота. Вот он вроде и просто смотрит, а такое чувство, будто сканирует каждую клеточку. Смотрит не просто в глаза, а в саму душу, выискивая душевные раны, тут же залечивая их. Кровь снова подступила к щекам, окрашивая их в алый цвет, но набрав в лёгкие побольше воздуха и немного тряхнув головой - продолжил. - В общем, спасибо за твою поддержку. Кажется, только благодаря тебе мне стало немного лучше. - Малыш, всегда звони мне. Если тебе слишком плохо или, даже, слишком хорошо, но я тебе нужен - звони. Опять это «малыш»... У него и так уже ноги подгибаются, и это не из-за болезни, но омега не ответил, лишь стыдливо отвёл взгляд и опустил голову. - Эй, - мягко позвал Чан и аккуратно приподнял его рукой за подбородок, возвращая зрительный контакт. - Мы договорились? - Д-да, - из-за першения и сухости в горле голос предательски сорвался на фальцет, заставляя омегу стыдливо зажмуриться. Сегодня его тело будто не его и явно живёт своей жизнью. - Давай выпьешь чаю? - альфа сделал вид, будто ничего такого не услышал, убрав непослушную угольную прядку с лица омеги, коротко поцеловал макушку и повел есть вкусняшки с чаем. Они разговаривали обо всём и ни о чем, альфа пытался извиниться за своё внезапное появление, но Чимин лишь смущенно хихикнул, сказав что всё хорошо, продолжая лепетать как он рад его видеть. Обстановка постепенно разряжалась. За чаем, Чан показывал на телефоне смешные фотографии пьяного Чанбина и его неуклюжие подкаты к своему омеге и видео, где виновник торжества пытался спеть в караоке песни на своём ломанном английском. Все эти зрелища, в сопровождении с подколками своих друзей от Чана рассмешили омегу до коликов в животе. Помимо стёбов, Чан очень положительно отзывался о каждом своём друге, параллельно рассказывая интересные истории их жизни, пообещав непременно познакомить Пака с каждым. В рассказах особенно сильно он выделял того самого омегу - Феликса, с которым он учился в школе. Они дружили, буквально, с малых лет и вместе переехали в Сеул из Австралии, и именно Чан был инициатором их знакомства с Чанбином. Чимин с восторгом слушал старшего, не перебивая, лишь изредка задавая вопросы. Беседа шла легко и непринуждённо, за весёлыми разговорами и, даже, сплетнями, но случилось то, о чём младший забыл напрочь. Тело резко прострелила острая боль, отдаваясь обжигающими волнами по всему телу, заставляя пульсировать виски. У Чимина поплыло в глазах, и как бы стойко он не пытался держаться - тело было обездвижено. В глазах собралась влага, и эта мутная туманная штора мешала ему что-либо видеть, из-за чего младший немного щурился, чтобы не потерять из виду взволнованного альфу. Слёзы предательски потекли по щекам, а тело обмякло, роняя голову на кухонный стол. Чан успел подхватить его, чтобы тот не ударился и, взяв на руки, быстро и аккуратно отнёс младшего в спальню. Кожа была раскалённой, щеки покрасневшие, а на лице отражались чудовищные муки боли. - Чимми, малыш, ты меня слышишь? - Бан аккуратно гладил омегу по голове, пытаясь хоть как-то обратить на себя внимание. На удивление, это сработало, боль ненадолго отошла. Чан даже не знал что делать, пока не почуял как усиливается запах вишни, к которому добавлялись и другие странные, но такие опьяняющие ноты. Этот аромат заполонил весь разум туманом, а тело внизу отзывалось спазмами - Чан прозрел. - Чимми, - альфа едва оставался в здравом уме. - Это течка? - младший в ответ лишь слабо кивнул, согнувшись от очередной ужасающей боли и едва слышно хныча. - Чимми, пожалуйста, скажи где обезболивающие, - альфа уже шерстил на ощупь поверхность письменного стола и бесцеремонно открывал ящики, в поисках аптечки. - Их нет. - Как нет? - с лёгкой паникой, чуть ли не вскрикнул на него Чан, вовремя успокоившись и немного прикрыв ладонью нос, в попытках не соблазняться на слишком яркий и притягательный запах. - Ох, так, я вызову скорую, потерпи чуть-чуть. - Чан. В столе верхний ящик. Красная упаковка. Подавители. - отрывисто прочеканил младший, хватаясь за живот. - Подавители? Ты с ума сошёл? Это опасно, - Чан уже в открытую нервничал, так как не мог спокойно вдохнуть кислород, без ответной реакции организма на сладкую вишню. - Чан, прошу, я не дождусь скорой, - едва шептал Чимин, в успокоительном жесте поднимая руку по направлению к аптечке. - От одного раза со мной ничего не будет. Бан нахмурил брови, глядя на младшего сверху вниз с осуждением и тяжело дыша, анализировал происходящее, в то время как младший продолжал метаться по кровати ловя воздух и содрогаясь от резей в животе. - Чан, - снова полушёпотом, едва дыша, выдавливая из себя слова. - Нет другого выхода. Зачесав пятернёй свой блонд назад, альфа немного успокоился и извиняющимся взглядом посмотрел на омегу. Сердце старшего обливалось кровью, он очень не хотел, чтобы омега испытывал такие муки, а сам даже не заметил, как усилился собственный запах шоколада. Не так это должно было быть, но в конце концов, он тоже устал прятаться. Сев на кровать рядом с парнем, он осторожно огладил его скулу большим пальцем. - Есть, - мягко шепчет альфа, наклоняется и накрывает омежьи губы своими.

***

Chase Atlantic - The Walls

Chase Atlantic - Right Here

Жар обволакивал со всех сторон. Дышать становилось сложнее с каждой минутой, а то и вовсе не было возможности сделать хоть один рваный вдох. Всё тело горело от бесконечных дорожек из поцелуев, а волнообразные движения внутри отдавали приятными импульсами по всему телу. Чимин сгорал, но уже не от боли, а от нахлынувших чувств. Разум застилал густой туман, не давая возможности мыслить здраво, но позволяя полностью углубиться в ощущения. Чан его чувствовал слишком хорошо и легко маневрировал в моменты сильной боли, но она была лишь по началу; наступил туман из тягучего удовольствия, грозящая вот-вот обрушиться оргазменной лавиной. Толчки внутри то ускорялись, то наоборот замедлялись, что сводило с ума и так разнеженное тело. Комната наполнилась хлюпающими звуками и высокими стонами младшего, который не в состоянии понять, что это всё происходит по-настоящему и ему не снится очередной развратный сон. Чимин не верил. Он боялся верить, опасаясь, что это сон или игры его воображения от подступившей горячки. Его возлюбленный сейчас внутри него, вытесняет всю накопившуюся боль, даря блаженные ощущения, а Чану же хотелось уберечь его от всего мира и больше никому не отдавать, срывая цепи со своего внутреннего зверя. Они оба плавились и признавались сами себе как же давно и как страстно они хотели друг друга. Несмотря на это, Чан был исключительно осторожным и в меру грубым, чтобы довести омегу до полуобморочного состояния. Младший даже терялся во время томных поцелуев, не в состоянии сконцентрироваться на чём-то ещё, а альфу его беспомощность только сильнее заводила. Очередной толчок и тело омеги парализовало от разрядов электричества, а тело подалось вверх, в объятия любимого, окунающего его в оргазменный омут. Звёздочки перед глазами танцевали, подобно снежинкам за окном, но этот танец был только для него одного. Счастливее мига он сейчас и вспомнить не мог. Наконец-то вишня и шоколад сплелись воедино. Немного придя в себя, но продолжая чувствовать фрикционные движения внутри, Чимин решил немного отстраниться, чтобы помочь альфе кончить с помощью рта. Чан понял младшего без слов, но был против: он показательно скручивает его руки за спиной и резким движением переворачивает на живот, заставляя выпятить ягодицы. Чимин был мягким и нежным, даже развратная картина податливого тела, изрисованная розоватыми полосами нетерпеливых рук альфы и багровые россыпи не придавали ему вульгарности - он всё равно оставался ангельски чистым, с блестящей, словно усеянная алмазной пылью, кожей. Чан провёл указательным и средним пальцами вдоль позвоночника вниз и обратно, заставляя тело под ним покрыться мелкими мурашками. - Ты сводишь меня с ума, - ласково, словно не омеге, а самому себе признался альфа. Наклонившись, он поцеловал ушко, немного оттягивая за мочку и прошептал - Ты кончишь ещё раз, малыш! - Чимин лишь захныкал в ответ. Малыш… Да, Чимин понимал как глупо восторгаться одним лишь прозвищем, будучи уже в коленно-локтевой позе, поставленным этим самым альфой. Но каждая такая деталь, за один лишь вечер, беспощадно сильно, но невероятно кайфово отзывалась в сердце миллиардами молний. Наслаждаясь видом открытой пульсирующей дырочки перед ним, старший не спешил входить, дразняще играя с ней пальцами и размазывая вязкую влагу. Всего смазки было не так много, но она достаточно неплохо справлялась со своей задачей, продолжая маленькими каплями стекать по упругим бёдрам в приглашающем жесте. Запах вишни сводил с ума, а желание проверить, так ли сладко внутри этого прекрасного создания вызывало обильное слюноотделение. Чимина слегка трусило, а дырочка то и дело сжималась и разжималась в посторгазменных конвульсиях. Нежные прикосновения Чана всё равно отзывались током по всему телу, из-за чрезмерной чувствительности, пока пальцы не сменились горячим языком, входящего внутрь. Щёки омеги снова залила багровая краска и младший радовался, что альфа его лица сейчас не видел. Он поглощён ощущениями: горячим упругим языком, ласкающим стенки и заставляющим колечко мышц слегка сжиматься вокруг, пока сильные руки стимулируют обмякший член, заставляя снова налиться кровью. Он двигался внутри очень умело, словно смакуя спелую вишню как самую вкусную сладость, и даже после внушительных размеров члена, он заставляет Чимина интенсивно жевать уголок подушки. Хватая ртом воздух, подаётся бедрами на встречу, моля альфу о большем. Не смотря на недавний оргазм он чувствует, что новая, не менее мощная лавина сейчас обрушится на него. - Ч…Чани..Я..я…Чан…- шепчет Чимин, не в силах сказать вразумительной фразы, кроме имени старшего. Бан резко отстраняется от сочного отверстия и накрывает своим телом младшего, зарываясь носом в мягкие угольные волосы, пошло облизывая губы с причмокиванием. Пухлые альфовы губы спускаются мокрыми поцелуями от затылка вниз, обдувая влажную дорожку тёплым дыханием, вызывая новую гвардию мурашек. Что же он творит с ним? Чимин извивается, стонет и хнычет, моля не мучать его и снова наполнить пустоту внутри. Чан не может ему долго сопротивляться, но не без удовольствия растягивая момент погружения. Слегка оттянув мягкие прядки волос, губы сливаются в развратном поцелуе. Язык альфы изучает его, лаская язык и щекоча чувствительное нёбо. На любимых губах остался легкий привкус и Паку непривычно его чувствовать, но осознавая, что альфа пробовал его изнутри, неосознанно старается вобрать в себя как можно больше собственного вкуса. Чан целовал нежно, легонько покусывая слегка израненные ранее самим омегой губы, снова открывая маленькие ранки клыками и мягко посасывая выступившую кровь. Руки на бёдрах во всю массировали разгорячённую плоть, периодически мягко и поглаживающее царапая румяную кожу. Внезапно тишину, вперемешку с хныкающими звуками омеги и утробного рычания альфы, прерывает громкий смачный шлепок по истерзанной ягодице. Это был спусковой крючок для Чимина и он, немного осмелев, резко вырывается из-под захвата ничего не ожидающего альфы, седлая его. Чан снизу выглядит также потрясающе; возбуждённый донельзя, с опасными огоньками в глазах и явно довольный внезапной инициативности младшего. Его крепкое тело - идеально, даже в полумраке можно было рассмотреть красивые рельефы пресса и груди, а руки, ласкающие его, были восьмым чудом света. Падающие тени придавали ему более глубокие рельефные выемки, особенно в области ключиц. Хотелось их наполнить собственными слезами. Теперь очередь Пака управлять ситуацией, ибо раздразнённый омега вновь желал быть наполненным. Церемониться он не хотел, осторожным движением ввел во влажную дырочку орган и опустился к лицу альфы, запрокидывая его руки и удерживая своими, не давая себя коснуться. На удивление, ему нужно было снова немного привыкнуть к размерам старшего, что было очень странно, ведь он был в нем ранее минут десять назад. А вот целовать Чана он не спешил и вместо этого мягко, едва касаясь, водил своими губами по чужим, слегка щекоча. Начиная с волнообразных движений он постепенно ускорялся, так и не коснувшись манящих пухлых губ, не давая коснуться своих. Чан то и дело резко подавался вперёд, чтобы урвать хотя-бы невинный чмок желанных губ, но омега постоянно уклонялся. Ритмичные и пошлые звуки сталкивающихся мокрых тел и не менее громкие звуки рваных стонов были слышны, кажется, не только соседям ближайших квартир, но и на улице. Мысль об этом Чимина заводила всё сильнее. Пусть весь мир услышит, что он сейчас занимается сексом с любимым альфой. Разум окутал очередной туман, Чимин чувствует как приближается к кульминации, но бедра от напряжения загорели нестерпимо сильно, это значительно оттягивало погружение в сладострастный омут. Чан уже тоже был близок, и почувствовав как младшего трясёт от усталости, вернул себе инициативу обратно; он обвил его руки вокруг своей шеи и, приподнявшись, подхватил младшего за бёдра, меняя угол так, чтобы толкаться точно по заветному комочку. - Быстрее… - хнычет Чимин, зарывшись носом в шею альфы. Чан ускоряется по одной просьбе, удерживая на себе бессильное тело, повисшее на его шее, продолжая бить прямо по простате. Чимин с каждым толчком разбивается, жадно хватая воздух и языком вырисовывая узоры за ухом альфы. Мышцы начинают напрягаться, горячая лавина приближается, заволакивая разум тягучей негой. Одновременный вскрик, жалящие ощущения от ногтей, впившихся в кожу, яркие ослепляющие вспышки перед глазами, настоящий взрыв вселенных и, наконец-то, жаркое слияние губами. Стоны Чимина, переходящие в крики от накрывшего урагана ощущений доставляли Чану еще и моральный оргазм, ибо высокий голос омеги были настоящей усладой для слуха. Всё вокруг было испачкано белесыми выделениями младшего, а сам альфа даже не сразу понял, что излился внутрь. По логике вещей, сейчас у них должна случиться сцепка, и едва осознав это, альфа поспешил мягко уложить Пака на спину и выйти из него. Прислушиваясь к ощущениям, он понял, что никаких намёков на набухающий узел нет, и это несколько обескуражило. Всё же решив об этом подумать завтра, Чан расслабился и наклонился к полубессознательному омеге, вновь завлекая в глубокий поцелуй. - Малыш, нам нужно в ванную, засохшая сперма довольно неприятное удовольствие, - усмехнувшись напомнил альфа, продолжая выцеловывать губы и щёки младшего. Чимин ничего на это не ответил, лишь немного постанывая от усталости и приятного удовольствия, всё больше и больше отключался от реального мира. - Малыш? - вновь позвал альфа, немного дёргая того за плечи в попытках пробудить. Пак с немалым усилием поднимает потяжелевшие веки и немного дрожащей рукой, указывает на прикроватный столик. - Там…влажные салфетки, - промямлил омега, тут же погружаясь в царство Морфея, оставляя озадаченного Чана разбираться с последствиями в одиночестве.

***

Gesaffelstein, The Weeknd - Lost in the Fire

Утренние лучи блуждали по комнате, разукрашивая светлые стены золотыми «зайчиками». На улице поднялся сильный ветер, телепающий ветви деревьев и поднимающий снежные блёстки вверх. Город за окном ещё спит, а тишину квартиры вновь наполняют звуки шлепков и тяжёлого дыхания. Чан с первыми лучами солнца уже втирал омегу в простыни, целуя почти без перерыва, иногда мстяще отвлекаясь на угловатые плечи, оставляя сильные укусы. Несколько заходов с ошеломляющими оргазмами, и младший вновь грозится отключиться, опять свалив на альфу все заботы. «Не в этот раз» - шутливо бросает Чан, подхватывает младшего на руки и уносит в ванную, для необходимых ещё с ночи водных процедур. Они дурачились, брызгались водой и пачкали пеной лица друг друга и не могли отлипнуть с бесконечными объятиями и выцеловываниями открытых участков бархатной кожи. За бесконечными потоками разговоров о всякой ерунде, пара провалялась в пенной ванне добрых несколько часов, пока вода не начала остывать. Беседа друг с другом плыла так же легко как и раньше, но уже затрагивая более глубокие темы. Ни о каком смущении речи и быть не могло, ведь они так идеально сходились по тематикам и интересам. Чимин не стал расспрашивать альфу, почему тот так долго не рассматривал его в качестве своего омеги, это, конечно, было для него безумно важным, но очень не хотелось портить момент. Сейчас он знал только одно - все его старания и мечты не были напрасными, ведь возлюбленный находится рядом и относится к нему с большим трепетом. Возможно, рано или поздно они обсудят статус своих отношений - была ли эта «акция» на одну ночь или нет. Чан на душе тоже чувствовал лёгкость, но один факт, который был замечен им ещё со вчера - не давал покоя. Вроде и всё хорошо, и беспокоится не о чем, но интерес брал верх. Омега, после совместного провождения времени в ванной, принялся ухаживать за альфой, заботливо вытирая красивое накаченное тело мягким белым полотенцем. Стекающие с мокрых волос капли красиво оглаживали широкую спину, что Чимину хотелось пройтись языком по пути мокрых дорожек вверх к шее, оставляя влажные следы своими губами. - Чимин-и, - позвал альфа младшего, наслаждаясь мягкими прикосновениями. - Как ты себя чувствуешь? - Очень хорошо, кстати, - улыбнулся омега. - Ничего не болит? Просто, течка же и твой запах…он немного другой, не такой как во время…и сцепки не произошло… - Да, ты прав, - прервал его Чимин и улыбнулся ещё шире. - Я понял к чему ты ведешь. Я и сам хотел это обсудить, ведь заметил это ещё вчера во время, ну, знаешь…процесса. Альфа повернулся к нему лицом, давая понять, что внимательно слушает, а Чимин переключился с полотенцем на влажные волосы старшего. - Знаешь, я так долго о тебе думал…мечтал, - голос немного задрожал, но не от страха, а от некой интриги, ведь он впервые напрямую должен рассказать о своих чувствах. - Представлял себе, как мы проводим время вместе, как мы с тобой…о Боже, я такие позы представлял…так извращался в своих фантазиях. - Он ненадолго замолчал, окунувшись в воспоминания тех одиноких ночей и понизив голос - продолжил. - Я мечтал о твоих руках, о губах, о том как ты мог относиться ко мне…я не мог контролировать свои руки, думая о тебе. Я так давно и так страстно жил мыслью о том, что мы могли бы быть вместе, что, кажется, моё тело обрело свой отдельный разум. Незаметно для себя, Чимин остановил все свои действия и потупил взгляд, стеснительно смыкая перед собой в руках полотенце. Чан забрал у него несчастную ткань и бросил в раковину, нежно перехватив омежьи ладони в свои, мягко поглаживая и призывая продолжать. - Я так сильно полюбил всего тебя, что моё тело начало откликаться. И я думаю…что…это было что-то вроде ложной течки, - слегка кивнув своим словам и вернув зрительный контакт, Чимин продолжил. - Я уже не выдерживал без тебя и, буквально, мог сгореть заживо, если бы ты не приехал. Тело так просило тебя, так сильно…поэтому и появились симптомы, похожие на течку. Мне так кажется… Чан ничего на это не ответил, лишь приблизился ближе и мягко приобнял омегу за плечи. Младший слегка затрясся. Хотел бы он ещё что-то сказать, но слова больше не приходили, остались только тёплые эмоции и надежа, что Чан всё понял правильно. - Когда у тебя должна быть течка? - наконец-то прервал тишину альфа, нежно зачёсывая выбившуюся угольную прядку за ухо. - Где-то дней через восемь. - Хорошо, - старший мягко улыбнулся своей фирменной улыбкой. - Значит и течку твою мы проведём вместе. От услышанного у Чимина запорхали бабочки в животе, а по телу разлилось приятное тепло и рассыпались мелкие бугорки мурашек. Теперь, статус их отношений стопроцентно обновился, больше вопросов быть не может. - Пойдём, - Чан мягко отстранил омегу и потянул его за руку на выход из ванной комнаты. - Куда мы? - удивился омега. - В спальню. Покажешь мне, какие ты там позы придумал - усмехнулся альфа, указывая на своё возбуждение.