Вампирское лобби

— Диспетчер, свяжите с патрульной группой! Вооруженный грабеж на углу 9-9 брикстрит! Повторяю, нарушители вооружены! — сквозь шипение помех доносились отрывистые команды. — Кажется, это работа для человека-паука. — мысленно подхватывает юный парнишка и ловко натягивает маску.       Минуя открытое окно, герой пикирует на землю, и вот он уже бежит по улице, перепрыгивая через мусорные баки и другие препятствия. Проделываемые действия давно доведены до автоматизма. Как удачно сложилось, что местом преступления оказался буквально соседний двор — ленивый воскресный день оставляет свой отпечаток, так что на долгие перемещения по городу у юноши совсем не осталось желания. Конечно, так происходит не всегда. Периодически Питера посещает желание вновь полюбоваться видами Нью-Йорка. Именно в такие моменты Паркер предпочитает совершать своего рода вылазки. Выражаются они в неспешных пролетах над крышами неугомонного мегаполиса. Особенно в ночное время вечно оживленный Нью-Йорк любит играться случайными вспышками света из окон серых домов, огоньками витрин, дополняемыми оттенками дерзкого фиолетового, исходящими от неоновых вывесок.       Тем не менее Человек-Паук уже прибыл в зону террористических действий и всецело готов к борьбе с преступностью. Перед ним предстает банда, не отличающаяся большой численностью, и более того, им явно не хватает внушительности — так решил герой, только что присоединившийся к боевой группе полицейских. — Эй, ребята, у нас вечер подражателей? — Паркер ловко подметил сходство банды с группировкой в масках Мстителей, с которыми ему удалось столкнуться в своей супергеройской практике, — банда неуклюжих недотеп уже существует, придумайте себе другое амплуа!       Лидера группировки слова Паучка, казалось, задели за живое, так что тот без лишних слов бросился вперед, неумело размахивая пистолетом. Остальные последовали примеру вожака. Сталкиваясь с героем в обмене ударов, каждый из них терпел поражение, но не оставлял своих попыток, в то время как Человек-Паук ловко парировал удары, не забывая чередовать их с точными контратаками. Питер кружил перед врагами словно в танце, отражая их удары. Всё действие сопровождалось градом пуль из полицейских кольтов, что будто создавало ритм для паучьего пляса. Отражаясь от щитов членов группировки, пули отлетали с пронзительным звоном, что служило ярким акцентом в сложившейся симфонии.       Террористы почти сразу смекнули, что огнестрелом супергероя не возьмешь, так как верное чутье еще ни один выстрел не оставило без внимания. Кулачный бой быстро утомил бандитов, заставив их дать слабину. Паук воспользовался возможностью, прыжком-выпадом он быстро сокращал дистанцию к ближайшему оппоненту и сначала ошеломлял врага крепким ударом, а затем обездвиживал его, заплетая в паутинный кокон. Так Паркер проделал с каждым без исключения, у бандитов не было времени подумать о смене тактики, и в этом их неорганизованность как команды сыграла с ними злую шутку. — Я думал, вас хватит на большее, разочаровали… Повесите пока, подумайте над своим поведением. — обратился Паркер к прилепленным к стене злодеям.       Разобравшись с делом, супергерой в трико неспешно подошел к группе патрульных, среди которых оказалась его давняя знакомая. Она тут же заулыбалась, восстановив с ним зрительный контакт. Ну, по крайней мере, ей казалось, что такого рода контакт всё же был налажен именно в этот момент. Выразительные карие глаза были спрятаны под плотными линзами маски, что являлось прямой преградой. Благо, создатель костюма, никто иной как гений, миллиардер и филантроп Тони Старк, позаботился о такой важной составляющей, как эмоциональность, и снабдил линзы подвижным механизмом. Питер поспешил воспользоваться данной функцией, чтобы дать женщине одобрительный знак, а затем подкрепил его словами: — Привет, Юри, как сама? — хоть это было не так отчетливо понятно из-за маски, но её обладатель был явно рад встрече, что бескомпромиссно отражалось на его лице. — Жаль, в таких обстоятельствах, но рада увидеться в очередной раз, Паучок!       Переминаясь с ноги на ногу, Паркер поспешил продолжить диалог, но затягивать его он не планировал, по жестам было понятно, что Пауку тяжело устоять на месте, ведь в дальнейших планах у него — вновь взмыть в воздух и покинуть территорию. — Что не так с обстоятельствами? — Хотелось бы что-то посерьезнее, чем банда новичков, честно говоря. — улыбка на лице Юри сменилась на полное умиротворения выражение с нотками ностальгии в глазах, — Не думала, что когда-нибудь скажу это, но хочется поработать над чем-то более опасным! — Что это я слышу? Юношеский максимализм? Подростковая жажда приключений? Женщине в годах не свойственно. — Это неприлично! — воскликнула женщина. Затем последовал тяжелый выдох, — Всё, иди, не могу тебя больше задерживать.       Парень тут же сорвался с места и вполоборота прокричал: «без обид, Юри!», затем, выпустив струю паутины, зацепился за нее и полетел в сторону любимой забегаловки. Мимо пролетали дома, окна проносились, под действием скорости сливаясь в одно сплошное. Но тут в беззаботный полет начали вкрадываться навязчивые мысли, отвлекающие от управления. Питер почувствовал постепенно нарастающую тревогу. Это сподвигло его направить больше внимания на контроль полета, потому что казалось, что процесс вот-вот выйдет из-под контроля из-за завладевающих разумом мыслей. Молодой человек начал анализировать свое состояние в попытках понять причину душевного беспокойства. «Ощущения похожие на реакцию паучьего чутья, но не такие контрастные, как обычно». Вскоре от сомнений не осталось и следа — чутье начало бить тревогу не переставая. В отражении стеклянных панелей, проносящихся мимо, начали мелькать непонятные образы. То жуткая физиономия, то черные как бездна силуэты. Самое время притормозить.       Паркер спикировал на ближайший карниз и прижался спиной к стене дома. Отдышавшись, он осмотрелся вокруг. На улице уже давно смеркалось, возможно, темнота — причина резко появляющихся и тут же уходящих в небытие силуэтов. Хотя обычно такого не случается. Стеклянная панель за спиной Паркера передавала телу холод словно импульсом, импульсом, заставившим парня обернуться. В отражении он снова заметил резко появившуюся физиономию с серой как холодный бетон кожей. В быстро сменяющих друг друга туманных образах, Питер успевал различать некоторые особенности, такие как невероятно острые, только на первый взгляд человеческие, черты, развевающиеся шелковистые черные волосы, глаза, горящие огненно-алым цветом. Лица сменялись словно слайды, точно разглядеть было тяжело, но главное отличие между ними являло собой смену цвета глаз с красного на синий, происходило это с эффектом ослепительно яркой вспышки, от чего изображение вокруг еще больше размывалось. Питер одернул руку от стекла, мозг послал мощный импульс в тело, заставивший парня поспешно продолжить свой полет. На этот раз его скорость заметно увеличилась, он не переставая таращился назад, но злополучных силуэтов уже не было видно. Их временное отсутствие не успокаивало, а наоборот, подогревало тревогу.       Герой принял решение спуститься на землю, ведь его состояние уже не позволяло ему без напряжения передвигаться по воздуху. Бродя по темным улочкам Куинса, он не чувствовал спокойствия, хотя обычно его родной район так и веет безопасностью. Сбитый с толку парень идет по стеночке — так ему легче найти точку опоры. Набравшись решительности, он переходит на бег. Двор за двором, закоулок за закоулком. Пустые безлюдные переулки сменяют друг друга в быстром темпе бега. Дыхалка ни к черту. Ноги залиты свинцом. Тяжесть давящей безнадеги обрушилась на плечи, нести её не по силам. Вновь прижавшись к кирпичной стене в каком-то очередном переулке, Паучок спустился к земле, решив перевести дух. Он уткнулся головой в колени, не забывая часто дышать. От попытки восстановления дыхания его отвлек назойливый шорох. Резким движением, Паркер задрал голову и направил взор в сторону звука. За мусорным баком был поворот, полностью погруженный в тьму. Мальчишка уже было расслабился настолько насколько это возможно в данной ситуации, как перед его глазами что-то, похожее на тень, ловко прошмыгнуло прямо за поворот. Паркер неуклюже вскочил на ноги. Спотыкаясь, падая, продолжая движение даже пав ниц к земле, он не оставлял попыток уйти из переулка. Кое-как восстановив равновесие, Питер перешел на почти полноценный бег, как тут его настигло темное туманное облако, заключив в свои воздушные объятия. Особо темные части тумана на глазах обретали четкость фактур, превращаясь в шелковистые черные пряди волос. Тёмный плащ огромных размеров окутал мальчишку, прокружив его пару раз вокруг своей оси. Перед Пауком начал вырисовываться нечеткий, нестабильный, силуэт, ни на миг не прекращавший движение в пространстве. Темный силуэт представал мерцающей галлюцинацией, в разные отрывки времени в глаза мальчику бросались разные фрагменты его внешности: то это остроконечные уши, то заправленные за них пряди длинных волос, то ярко-алые глаза, которые поблескивали так кровожадно… Затем эта улыбка… Именно она отпечаталась в восприятии парня — её он видит даже сквозь опущенные веки собственных глаз.       Оправившись от ошеломления, Питер снова бросился бежать. Густая туча с преследователем по центру постепенно рассеивалась, пропарив по улице в виде объемных струек иссиня-черных облаков, пока не рассеялась совсем. Напоследок мальчишка услышал лишь зловещий смех, раздавшийся эхом вдоль периметра, а затем и слова, произнесенные глубоким басом: «Я — твой ночной кошмар. Я буду ходить за тобой по пятам, сводить с ума своим присутствием, пока окончательно не заберу твою энергию. Знай, что я всегда слежу за тобой.»       Сердце колотилось так, будто вот-вот норовит выпрыгнуть из груди, чутье всё никак не прекращало бить тревогу. Так было до самого дома, ворвавшись в который, Питер, словно напуганный ребенок, нырнул под одеяло. День следовало закончить, сознание подумало так же, поэтому поспешило погрузить хозяина в чуткий сон.