Halloween: truth or dare?

31 декабря. Квартира Кирилла.

11:00

      С того самого Хэллоуина прошло чуть больше года. Наверное, ни Кирилл, ни Лёша не ожидали, что будут вместе так долго. Хотя весь детдом явно понимал серьёзность намерений, ведь красная ламборгини тогда уже стала частью пейзажа за окном. Когда одним весенним днём парочка сильно поссорилась, Гречкин приехал в 2 часа ночи, оглушая всю округу звучащей из динамиков машины песни, чему никто не удивился. Правда, «Ой, Лёха, Лёха, мне без тебя так плохо» ребята напевали ещё месяц, дразня Макарова. К слову, он не смог не простить Кира, учитывая какой перформанс он устроил на пьяную голову. А вот за управление транспортным средством в нетрезвом виде Гречкин отхватил на следующий день. Лёша, конечно, знал, что ему достался бойфренд «на приколе», но тогда на все 100 процентов в этом убедился.       Конечно, у них были мелкие разногласия, но они ничуть не преуменьшали всепоглощающее чувство комфорта, которые парни испытывали, находясь рядом друг с другом. Лёша только и успевал закатывать глаза на непрекращающиеся выходки Кирилла, с каждым разом все сильнее ощущая разливающуюся по венам любовь. Гречкин, в свою очередь, находил это безумно милым и забавным, оттого старался никак не ограничивать свой «цирк на выезде». Они напоминали инь и янь, казалось бы, безумно разные, но так прекрасно дополняющие друг друга.       Первое «я люблю тебя» произошло в июне. Кирилл не мог больше сидеть в душном городе, и поэтому спонтанно решил съездить с Лёшей на природу. Сначала они долго катались по совершенно непригодным для ламборгини дорогам, Макаров тогда чуть не сорвал голос, доказывая Гречкину, что он был бы идеальным гостем в “Carpool karaoke”. А потом, лежа на капоте машины, Кирилл рассказывал про созвездия, что слабо освещали двух беспомощно влюблённых парней. — Лёш, — прервал комфортное молчание Гречкин. — Да, — повернулся в его сторону Макаров. — Я тебя люблю… — произнёс Кирилл с надеждой и безысходностью в глазах. Лёша лишь притянул парня к себе, отчаянно целуя искусанные губы. — Больше, чем ламбу? — отстранившись на мгновение, не мог не спросить Макаров. — Блин… — почесал затылок Гречкин. За это Лёша несильно (ага) пихнул его, так, что тот чуть не слетел с капота. — Конечно, больше, малыш, — с нежностью в голосе произнёс Кирилл, целуя парня. — Гречкин? — Да? — Я тебя тоже люблю, — ответил взаимностью Макаров, заглядывая тому в глаза. Кириллу казалось, звёзды стали светить ярче.       Мимолетное увлечение? Близнецовое пламя? А может, глупое счастье длиной в маленькую бесконечность? Ни Кира, ни Лёшу это не волновало. Важно было лишь одно — они нашли друг друга. Так, под тусклым светом луны, где-то под Питером среди комаров, два опьяненных любовью сердца стучали в унисон. Казалось, не существовало ничего, кроме такого родного человека напротив. Да и зачем что-то ещё, когда границы твоего мира сомкнулись на парне с дурацкой улыбкой.

๑ ๑ ๑

      Теплота чужого дыхания и почти невесомые прикосновения губ заставили Лёшу нехотя проснуться. Квартира Кирилла, где Макаров живет уже почти год, была залита солнечный светом, из-за чего было невозможно полностью раскрыть глаза. Лёша попытался сильнее замотаться в кокон из одеяла, надеясь, что это его спасёт. Сонная пелена никак не отпускала, но Гречкин был настойчивым, продолжая ласково будить парня. — Вейк ап, бейбс, уже 11, — прошептал Кирилл, чмокнув Лёшу в нос. — Кир, а можно я последний раз за этот год посплю, — не открывая глаз, произнёс парень. — Ты так и новый год проспишь… Май ма не для того оливьешку готовила, чтобы та в холодильнике скучала по тебе. Давай, вставай, соня, — попытался отнять одеяло Гречкин. — Оливье это, конечно, заманчиво, но я до 12 отсюда не вылезу, — категорично заявил Лёша, отбив одеяло, при этом даже не размыкая глаз. — Ладно, я в душ. Присоединишься? — Хм, постоять с тобой час под кипятком или поспать? Что же я выберу? Даже не знаю… — задумчиво ответил Лёша, обратно зарываясь в свой кокон с головой. — Бука, — уходя крикнул Кирилл.       Сегодня у парней достаточно плотный график. Сначала Гречкин обещал Лёше пообедать в его любимым ресторане. Потом нужно было быстро собраться и выехать в загородный особняк, где будет проходить новогодняя вечеринка. Там решить пару организационных вопросов и успеть навести марафет перед приходом гостей. Поэтому как бы Лёше ни хотелось поваляться подольше, встать все же пришлось. Быстро приняв душ, тот в одном полотенце пришёл на кухню, где Кирилл издевался над холодцом, устраивая тому экзекуцию вилкой. — Тварь ты дрожащая или... — не успел Гречкин закончить свой увлекательный диалог с едой, как его перебил Лёша. — Отъебись от холодца, пожалуйста? Кир, любовь моя, ты совсем ебнулся? — обеспокоено, еле сдерживая смех, спросил Макаров. Гречкин не услышав, как тот подошёл, инстинктивно дёрнулся, выронив вилку. — Я? Что ты, все вообще секси, это кто-то просто спит долго, с ума то поодиночке сходят, — поднимая кухонный прибор, попытался оправдаться Кирилл. — Ладно, в семье не без дебила… Надеюсь, это хотя бы не заразно, — сказал Лёша, наливая себе чай. — А ты проверь, — с вызовом уставился на него Кирилл.       Лёша изогнул бровь, вплотную подходя к теперь уже подстриженному брюнету (а Макаров предупреждал, что красится в 3 часа ночи краской из «Пятёрочки» — хреновая идея). Нежно обвив Кирилла руками за шею, парень привстал на носочки, соединяя их губы в медленном, чувственном поцелуе. Гречкин обнял того за талию, ближе притягивая к себе. — Кир, а я говорил, что люблю тебя? — зарываясь пальцами в его волосы, спросил Лёша. — Возможно, — убирая отросшую чёлку с лица парня, ответил Гречкин.       Кирилл усадил Лёшу на кухонный островок, лениво целуя родные губы. Макаров ногами обвил парня за талию, сокращая расстояние между ними. Майка Гречкина была ловко отправлена куда-то на пол. Кирилл почти невесомо касался губами везде, куда мог достать, перейдя на шею, он прикусил чувствительное местечко под ухом, заставив Лёшу рвано выдохнуть. Макаров забрался под резинку домашних штанов Гречкина, по-свойски оглаживая ягодицы. Одним ловким движением парень сорвал с Лёши полотенце, и так державшиеся на честном слове. Руки Гречкина, казалось, были везде. Лёша плавился от таких правильных, таких идеальных прикосновений. У Кирилла прелюдия всегда была похожа на сладкую пытку. Умелые касания, не пропускающие ни одной эрогенной зоны, заставляли Макарова буквально таять на кончиках его пальцев.       Подхватив парня за бёдра, Кирилл аккуратно отнёс его в спальню. За бесчисленное количество бессонных ночей Гречкин четко выучил расположение каждой веснушки на теле любимого. Соединяя их языком в созвездия, парень оставил нежный поцелуй между лопаток. Лёша невольно вздрогнул от переизбытка ощущений и нетерпения. Кирилл продолжил губами пересчитывать позвонки на спине парня, нежно оглаживая его бёдра. Прикусив фарфоровую кожу чуть ниже поясницы, Гречкин услышал сдавленное «блять». В голове у Лёши пронеслось лишь одно: «блядские губы». Вообще, Макарову не очень нравился утренний секс, он мог долго заводиться, и иногда нужно было больше времени, чтобы кончить, а после хотелось опять уснуть, когда надо было вставать. Но Кирилл это дело любил, обожал, он вообще считал, что нет лучшего способа начать день. Сегодня Макаров жаловаться не мог, так как сам был инициатором, да и сложно быть недовольным, когда любимый человек доставляет тебе удовольствие. Теряясь в касаниях, Лёша махнул бёдрами, желая продлить ощущение. Гречкин в ответ на нетерпеливость парня не больно укусил его за правую ягодицу. — Кир? Ты что, только что меня укусил? — не веря, поинтересовался Лёша. — Не елозь, — предупредил Кирилл, фиксируя его бёдра руками.       Смачно чмокнув место укуса, как бы извиняясь, он развёл упругие половинки, поудобней устраиваясь между ними. Очертив контур тугого колечка мышц языком, Кирилл скользнул вовнутрь. Лёше казалось, что он увидел весь млечный путь. Парень выругался, смяв белоснежные простыни в попытке справится с огромным количеством ощущений. Кирилл обожал, когда Лёша весь извивался, отчаянно выгибаясь в спине, любил, когда тот не мог сдерживать стоны, выкрикивая его имя. Гречкин терял голову от каждого сдавленного «блять» на выдохе. Поэтому продолжая тщательно вылизывать парня, Кирилл упивался его реакцией. Лёша старался не двигаться, но так безумно хотелось податься назад, сильнее насадиться на этот проворный язычок. Еле ощутимое трение головки члена о простынь ничуть не помогало, лишь сильнее раздразнивая. Макаров был близок, ещё пары движений хватило, чтобы его захлестнуло волной долгожданного оргазма. Лёша кончил с «Кииирбляять» на губах, ни разу не притронувшись к себе. Если обычно у него перед глазами плясали звёздочки, то сейчас явно вся ебанная галактика танцевала брейк-данс. — А теперь собирайся, иначе опоздаем, — сказал Кирилл, чмокнув парня в плечо. — Похуй, — ответил Лёша, медленно приходя в себя.       Он схватил Кирилла за руку, усаживая на кровать. Стягивая с него штаны с бельём, Лёша нечаянно задел чувствительную головку возбуждённого члена. Гречкин прошипел, уходя от прикосновения, но сопротивляться не стал. Макаров забрался к парню на колени, носом проводя по изящной шее. Проходя по ней языком, Лёша оставил болезненный поцелуй-укус, в отместку за свою многострадальную ягодицу. Парень прикусил губу, разглядывая расцветающий засос. Макаров обожал оставлять метки на бледной коже. Нравилась ли ему сама эстетика, или он кайфовал от мысли, что только он может так делать, Лёша точно сказать не мог. Да, это и не важно, ведь спустя столько времени именно Макаров зовёт Гречкина «своим», и именно его имя сливается с нечаянно вырывающимся полустоном.       Настойчиво касаясь внутренней стороны бедра Кирилла, парень стал вести всё выше и выше, подбираясь ближе к паху. Поймав губы Гречкина в размазанном поцелуе, Лёша медленно насадился на его изнывающий от возбуждения член. Макаров громко простонал и выгнулся в спине, когда опустился до самого основания. В такие моменты он не позволял Гречкину вести, желая сделать все самостоятельно. Придерживаясь за плечи парня, Лёша медленно двигался, постанывая, но при этом насаживался до самого конца. В какой-то момент Гречкин начал подмахивать бёдрами, задавая темп. Лёша не был против, ведь, хотя инициатива была в его руках, получить разрядку должен был Кир. Гречкин помогал себе руками, фиксируя бёдра парня, чтобы с каждым движением входить максимально глубоко в эту дурманящую узкую пелену. От этого Макаров стал стонать громче, закинув голову назад. Через несколько таких резких движений Лёша прогнулся до хруста в спине и обильно кончил, пачкая себя и Кира. Гречкин также не заставил себя долго ждать, изливаясь в своего парня. Обессиленный Макаров завалился на Кирилла, тяжело дыша. Тот, в свою очередь, пытаясь восстановить дыхание, слегка улыбнулся и чуть приобнял парня. Несколько минут они молча лежали в таком положении. — Знаешь, мы ещё успеем, если выйдем из дома через 20 минут…. — намекнул Лёша, все ещё мечтая о креветках в манговом соусе. — В таком случае, у тебя 5 минут на то, чтобы сходить в душ. Успеешь? — поинтересовался Кирилл, в глубине души не желая разрывать объятий. — Ради креветок, я готов на все, — заявил Лёша, медленно целуя Кирилла. Макаров нехотя отстранился, пошлёпав босыми ногами по паркету обратно в душ.

๑ ๑ ๑

В ресторане Кирилл оставил чаевые равные по сумме цифре наступающего года. Парень любил подобные красивые жесты, да и в глубине души сочувствовал всем, кто работал в праздники. Всё бы ничего, да только милая официантка решила, что это был подкат. — Я заканчиваю в 22, — подмигнула Киру девушка, оставив свой номер на чеке. Лёша, не теряя ни секунды, притянул Гречкина через стол и, откровенно говоря, засосал его. На лице девушки отразилось полнейшее недоумение. Она ужасно покраснела, желая оказаться где угодно, только не здесь и не сейчас. — Ой, а я подумала, что вы братья. Извините, пожалуйста, просто вы так похожи… — на одном дыхании проговорила девушка, сгорая от стыда. — Инцест — дело семейное, — подмигнул Кирилл, оставив быстрый поцелуй на губах безумного довольного собой парня. Официантка, и так красная как рак, казалось, залилась краской ещё сильнее. Ещё раз извинившись, девушка торопливо удалилась в другой конец зала, мечтая как можно скорее забыть об этой ситуации. Однако она была не единственной, кто, мягко говоря, ахуел. Лицо Лёши стоило видеть: это был идеальный микс из шока, смущения, и желания, то ли никогда больше не выходить в свет с этим шутником, то ли вместе с ним от души поржать над бедной девушкой. — Гречкин… Я… У меня иногда даже слов нет. Отращивай назад свои блондинистые локоны, Рапунцель хренова, — сказал Макаров, пряча лицо в ладонях. — Да ладно, смешно же. К тому же, ты первый начал… — произнёс Кирилл, будучи полностью довольным собой. — А не надо к клиентам подкатывать, это как минимум не профессионально, а как максимум, она ахуела, — категорично заявил Лёша. — Мне приятно, что ты меня ревнуешь, — подметил Кир, расплываясь в улыбке. — Иди в жопу! Ничего я не ревную, — скрестил руки на груди Макаров. — Сладкий, я тоже тебя люблю.

๑ ๑ ๑

      Вечеринка мало чем отличалась от своей осенней версии: та же локация, та же серьёзная подготовка, разве что люди не были в маскарадных костюмах, а среди гостей было больше друзей, чем селебрити. Кстати, детдомовские приятели Лёши тоже получили приглашения, так что Макаров точно смог бы найти, с кем поговорить в моменты отсутствия Кирилла. Конечно, парень был знаком с близкими друзьями Гречкина, многие из которых были замечательными. Однако куда комфортней и приятней провести время с людьми, которых считаешь семьей. Тем более, если бы не эта компания, Лёша и Кир никогда бы не встретились.       Хозяева вечеринки спустились в зал только в десять вечера. Их сразу же захватили соскучившиеся по парням гости, растащив парочку по разным углам. Лёша с радостью узнавал последние новости из жизни ребят, не забытая рассказывать и свои. Переезд к Гречкину, универ и работа отняли большую часть свободного времени, поэтому с друзьями Макаров виделся нечасто. Ребятам тоже было чем поделиться: например, Маша и Дима сошлись, Паша попал на стажировку во «Vmeste», а Лиза подрабатывает бариста и готовиться в следующем семестре лететь в Англию по обмену. Компания была безумно рада наконец встретиться и отметить новый год. Кирилл, в свою очередь, пропал куда-то на полтора часа, видимо тоже наверстывая упущенное со своими друзьями.       За пятнадцать минут до боя курантов диджей попросил минуточку внимания, объявив сюрприз. Все гости, включая Лёшу, были в предвкушении. Реки шампанского давно превратились в океаны, поэтому публика была бы рада всему, чему угодно. Под оглушительные аплодисменты и мощные биты включившейся песни на сцене появились уже «хороший» Гречкин с тремя солистками группы «Серебро». Публика была в шоке, бурно приветствуя артистов. Уже с первых секунд было понятно, что счастливчикам представилась уникальная возможность увидеть не только выступление давно распавшейся группы, но и по достоинству оценить вокальные данные давно нетрезвого Гречкина.       Спрыгнув со сцены перед припевом, Кирилл модельной походкой прошёл сквозь охотно расступающуюся толпу навстречу Лёше. Макаров ожидал чего угодно, но не этого. Времени прийти в себя и как-то осознать происходящее не было. Через несколько секунд Гречкин уже был перед парнем, во весь голос крича: «Я схожу с ума! Мне мало-мало-мало… Мне мало-мало-мало тебя!». Каждую строчку Кирилл пел ни на секунду не разрывая зрительного контакта с Лёшей. Все вокруг снимали происходящее со всех ракурсов, ведь такой перформанс хотелось сохранить в памяти (так как 90% гостей были близкими и друзьями парней, телефоны и прочая техника не изымались, да и в эту ночь не происходило ничего противозаконного). Макарову было плевать и на вновь собранную группу и на вспышки камер, все его внимание было приковано к брюнету, умудряющемуся не только петь, но и исполнять то, что Лёша не смог бы назвать никак иначе, как приватным танцем.       «Не могу без тебя, и не могу ждать!» — пропел Кирилл, проводя пальцем по губам парня. Лёша понимал, что весь этот дикий перформанс был для него и для него одного. Ещё он был в шоке, что Кирилл реально умеет петь, хотя что можно не уметь с таким-то языком… На строчке «Я схожу с ума…» Гречкин бросил на пол микрофон, предварительно выключив его. Когда солистки допевали последний куплет, Кир притянул Лёшу за талию, заглядывая в бесконечно голубые глаза. Прошептав «Мне мало-мало-мало тебя!» прямо в губы, Гречкин поцеловал парня отчаянно, жарко, мокро, так, будто этим хотел передать весь смысл песни. Лёше ничего не оставалось, как немного повернуть голову вправо, отвечая, и по-свойски обхватить упругие ягодицы, чтобы ни у кого в зале, включая Кира, не возникла мысль о том, что он не разделяет это всепоглощающее чувство на букву «Л». Большинство гостей были в шоке, ведь официально про отношения парней знали только их близких друзья, хотя слухи ходили. Некоторые лица заметно расстроились, ведь рассчитывали встретить новый год в постели мажора. Но ни Макаров, ни Гречкин, увлеченные друг другом этого не заметили. — Лёш, ты невероятный, ты буквально лучшее, что со мной произошло. Я безмерно благодарен судьбе, что в этот день могу целовать тебя, любить, называть «своим». Блять, ты не представляешь, как я тебя люблю, — отстранившись, произнёс на ухо Лёше Кирилл. — Кир, ты знаешь, что ты — моя семья, моя любовь. Я… Я не могу без тебя, и в объятьях твоих так хочу дышать. Гречкин, мне мало тебя… — произнёс Лёша, сильнее обнимая парня. — Ты сейчас процитировал песню, что я только что тебе пел?! — Ага, — смеясь, ответил Макаров. — Я и не знал, что мой парень — такой романтик… — улыбаясь, сказал Гречкин.       Подняв микрофон, Кирилл вновь включил его. В комнате стоял гул от разговаривающих людей и вспышек камер. — Дорогие мои, через несколько минут новый год, и если кто не понял, мне безумно мало вот этого парня, — сказал в микрофон Гречкин, указывая на Лёшу. Гости рассмеялись, продолжая слушать хозяина сегодняшней пати. — Хотя большинством из вас я безумно дорожу, каждый день предстоящего года мне в первую очередь важно провести именно с Лёшкой. Да, может быть, я немного помешался. Ладно, айм факин обсессд, но вы его видели?! — Макаров попытался закрыть лицо руками, смущаясь. — Для тех, кто не в курсе, это чудо — мой парень, моя любовь, поэтому можете прекратить мне приписывать отношения с каждой пи… звездой этого города. Да и вообще, кому нужны миллиарды звёзд, когда у тебя есть целая Луна. — Гости зааплодировали, поражаясь речи Гречкина, видимо на пьяную голову не всегда один только бред может прийти.       Идея объявить об их отношения была общей. Хотя, лёжа в обнимку в тёплой постели, иногда было забавно читать статьи новостных изданий об очередной горячей ночи Гречкина младшего с какой-нибудь моделью, приятного в этом было мало. Обсудив ситуацию друг с другом и с публицистом Гречкина, ребята пришли к выводу, что об их отношениях лучше всего будет сообщить в кругу близких людей на новогодней вечеринке. Лёша не был против появиться на радарах в качестве парня Кира, а тот обещал по максимуму сократить внимание пронырливых журналюг. Конечно, ребята были готовы к тому, что общественность всполошиться, но они хотя бы смогли бы перестать скрываться от каждого человека с камерой. А это — большой плюс.       Диджей объявил обратный отсчёт до наступления нового года. Гости охотно считали мгновения вслух. Под бой курантов многие загадывали желания про себя, другие пытались не подавиться смесью из шампанского и палёной бумаги, парочки же выпивали на брудершафт. Уже в новом году Кирилл вновь поцеловал Лёшу, нежно обнимая. Праздничная традиция была соблюдена. По обычаю человек, который целует возлюбленную или любимого ровно в полночь, будет окружён любовью в течение следующих 12 месяцев. Гречкин не был фанатом стереотипов, но решил перестраховаться, ибо хуй знает, что может произойти за следующие 365 дней. — У меня для тебя кое-что есть… — заговорчески улыбаясь, произнёс Лёша. Парень достал аккуратно упакованный свёрток. Внутри была фотография в рамке. На снимке были запечатлены Лёша с Кириллом в день их первого свидания. Иронично, но Гречкин тогда повёл парня на стендап. На фото было видно, что Макарову не было до конца комфортно, и что каждый из ребят безумно нервничал, стараясь произвести впечатление друг на друга. Тревожное состояние обоих, кстати, не осталось без внимания комика. Весёлый тогда был вечер. — Чёрт, это безумно мило, Лёш… — Всматриваясь в фотографию, Кир заметил в углу автограф того самого стендапера и аккуратную подпись: «лучшему шутнику». — Так значит тебе всё-таки нравятся мои шутки! — подметил Гречкин. Лёша еле заметно кивнул, закусив губу.       Целуя своего любимого человека, Кирилл чувствовал, знал, что они — бесконечны. Звёзды могли бы погаснуть, океаны — исчезнуть, но их любовь — вечна. Наивно? Возможно, но сердцу не прикажешь, оно знает лучше.