ты пахнешь сладким океаном

ты пахнешь долгим поцелуем, размажешь дождь и кровь в асфальт однако, помню, как ревнуешь и как опасна твоя страсть. ты кратко стонешь мне на ушко, и шепчешь тихо: "ты моя". а что же я? хоть ной в подушку, что душит горести змея.

17 января 2020

Ночь бьёт по горлу спёртым воздухом и тяжёлым дыханием. Она стояла на балконе, прикуривая одну за одной, дурманя потерянный и затуманенный разум. Хотелось просто курить, выдыхая с дымом все экзистенциальные переживания и размышления, оставить глубокие вопросы правильно неотвеченными и забыть о любой крадущейся заблудшей тоске. Тёплая дымка высвобождалась из лёгких и растворялась из приоткрытого, как в народе говорят "на микро", окна. Через стекло было видно город. Он пах недавним Рождеством и холодом. Странно, что кожа до сих пор его не чувствовала. Одна... Снова одна, снова разбила чьё-то горячо и отчаянно влюблённое сердце, чтобы просто не терпеть насилие и так же бесцельно существовать, но уже в долгом мятежном одиночестве. Боли она не чувствовала, не чувствовала ничего. Лишь пустота была ей, лишь пустотой она была и лишь с ней ассоциировалась у всех. Лишь этим состоянием могли её описать, смотря в стеклянные глаза от постоянных пьянок и срывов. Она была словно мелодией похоронной пустоты, как в мёртвом теле червь разливалась медленным скольжением по стене, падая в обморок всякий раз после литров выпитого алкоголя или очередной недели голодовки. Она могла быть только пустотой, все свои шестнадцать лет паршивой жизни она была ничем. Словно и есть, и нет. С дымом сигарет в лёгкие въелась острая потребность в тягости, острая мысль убивать себя медленно, чтобы страдать пришлось долго. Чтобы не насладиться этим триумфом удавшейся смерти и вечно страдать, до самой последней капли крови, до последней песчинки отмёренных дней, до последнего шага стрелок сердечных часов. Эти часы жизни... Они как будто насмехались, вышагивая поразительно медленно и ломанно болезненный вальс. Каждое лёгкое парение стрелок по нескончаемо длинному циферблату разрасталось очередным потрясением, очередной ещё более тёмной полосой. Танцы судьбы, словно танцы на стёклах... Не для слабых. Без правил, без разрешения исправить или починить. Голова закружилась, унося в мир грёз и сожалений, в мир самокапания и поиска доводов собственной греховности.

***

Сообщение пришло неожиданно, к удивлению не оставшись незамеченным. -Хей, слышала, ты в городе) у нас просто тут вписка намечается, может, придёшь? Подруга детства, можно сказать. Недолго думая, Элоиза согласилась, отписавшись, что будет спустя несколько минут на их месте. Тонкие пальцы сильнее сжали сигарету, от чего костяшки побледнели сильнее. Видимо, эти руки очень давно не видели солнца и этой райской тишины беззаботного лета. Ей было всего ничего от роду, однако приходилось смиряться с жестокостью этого мира, с проказами лисицы судьбы. Видимо, её захотели испытать на прочность и способность выживать, даже если хочется обратного. Руки потянулись за сумкой со всем необходимым: там находились мятные конфеты, кошелёк с наличкой и банковскими картами, косметичка с миниатюрной грелкой, очень острыми лезвиями на случай неудачи и запасной зажигалкой, а также несколько упаковок печенья, аптечка со всеми возможными таблетками в больших количествах, влажные салфетки и дезодорант с зубной щеткой, так как часто приходилось ночевать в разных местах. Девушка встряхнула головой, позволяя неестественно гладким волосам раскинуться на хрупких плечах, чтобы аккуратным и тихим движением открыть окно больничной палаты. Ноги сковала резкая судорога, а живот заболел и адски долго задержал любое изменение в положении спазмом. Элоиза Блэквайфорд потеряла сознание, способность стоять и делать что угодно. Однако, быстро очнулась и услышала сквозь размытую реальность голос соседки. -Эл, ты опять собралась уходить? Если хочешь ещё покурить, мы потерпим, необязательно уходить к крематорию. -Спасибо, всё хорошо, я прогуляюсь. Она выпрыгнула из окна, а спина решила отомстить резкой болью, отдаваясь в сердце покалыванием. Оглянувшись по сторонам, чтобы удостовериться в отсутствии санитарок или скорой помощи, потряхивающейся рукой Блэквайфорд прикурила очередные две сигареты. Сразу вспомнились слова песни "если она курит Bond". М-да, было холодновато, особенности учитывая, что тело закрывалось лишь чёрными легинтсами и лёгкой водолазкой с ужасно глубоким декольте. Свет фонарей... Редкие снежинки кружились в нём, как будто старались приблизиться и сгореть. Зато сгореть красиво, с криком и надрывом, дерзко и оригинально. Равная походка, взгляд в пол и быстрая скорость передвижения - всё говорило за себя само, позволяя идти без тени сомнения. В наушниках гудела музыка, чисто для фона, как одна из зависимостей и позволение не глушить, но и так же как и обычно не осознавать мыслей. Прошло буквально две минуты, как она подошла к остановке у трамвая. Странно, но в голове чётко послышалась мысль "интересно, а как много людей тут думали броситься под первый же проезжающий и оказаться разрезанными поперёк тела?". Ожидание... Растянулось на пятнадцать минут, пролетевших незаметно. Время вообще очень странная штука. Вроде бы вполне однородная, ощущаемая. Но... Так быстро летит, что оглянуться иногда страшно и очевидно не для слабонервных. Оно тает быстро, как сахарная каёмочка инея вокруг остывшей лужи на бетонном полу. А ты растворяешься в этом времени, как безжизненные ткани тела в формалине. -О, какие люди в Голливуде. Приветик, чёрный пояс по крысиным сплетням о Канте. - И Вам не хворать, любитель гедонизма и праздного времяпрепровождения. Формальные объятия в несколько секунд. -Так, сейчас мы будем слёзно умолять вахту пустить нас вдвоём в общагу, так что, mon cheri, помним методы? -Очевидно, madame avec un délice - Элоиза протянула руку и начала шагать, хватая подругу за локоть. -Ох, Вы мне льстите. -Отнюдь, la conquérante des ceurs. -Оставьте этот французский, мы не на паре по литературе, и не на филологическом факультете. Пока что. -Как прикажете, шеф. Хохоча, девочки плелись по дороге вдоль рельс, постепенно, медленно очерчивая землю своей дорогой, оставляя в свидетелях лишь луну и землю. Как только путь был окончен, было несложно пройти в общежитие при помощи короткого диалога с вахтёршей. -Алла Геннадьевна, простите, что так поздно возвращаемся, просто, Алисе стало плохо, а таблетки от тахикардии остались у неё в комнате, а так как препараты дорогостоящие, в больнице их нет. Элоиза, чьё имя по иронии украла сцена и музыка, стояла в припадке искусственно вызванной панической атаки с характерной дрожью, чтобы вызвать доверие к словам Софьи. -Конеяно, девочки, только если что, все знаем, куда прятаться от проверки, я звякну если что. - женщина с насмешкой смотрела в глаза блондинки, а когда взгляд пал на дрожащюю девушку, черты лица приняли беспокойное выражение. -Мы помним, благодарю. Заставив тело опереться о своё плечо, девушка с зелёными глазами потащила Элоизу в комнату, попутно успокаивая, чтобы купировать атаку и спокойно дойти до места вписки.

***

ты ходишь медленно, тяжко, ты медленно куришь за школой, ты хвасталась в детстве растяжкой, а сейчас корчишься болью.

Стандартная, самая обычная комната с собравшимися выпить студентами. Примечательно, что абсолютно все находившиеся в 211 были с историко-философского направления, а кто-то и вовсе приходил исключительно на кафедру философии, забив на остальные дисциплины, поскольку диплом выбрали по этой дисциплине. Странно, почему у философов есть склонность выпивать и тратить так много денег на хороший алкоголь, чтобы расслабиться? Однако, создавшаяся атмосфера располагала и грезила предвкушением веселья, с последующими долгими разговорами по душам. -О, какие люди в Голливуде. Доброго времени суток, барышни из почтенного общества ассоциации юных и не очень любителей покрепче. -Некит, не наговаривай на девочек. -А что? Я более чем уверен, что даже целуются они только по-французски. Ты видел, сколько они на прошлой ribote выпили? -Не беспокойтесь, maitres, нынче на повестке дня у нас Lomonoff Gallery и немного бюджетного белого сухого, а Сия дама взяла с собой. Стой, позволь, а что ты захватила? -У Вашей покорной слуги демократического общества помимо лестных речей столь же лестная самогонная живительная жидкость, как райская влага в объёме трёх литров, а также немного шампанского для разогрева и конечно же, джин тоник из анекдота про парикмахера дядю Толика и абсент с текилой. -Mon cheri, а Вы умеете удивить и порадовать истерзанную душу. -Свобода художнику знакома. Впрочем, как и голод. -Редко, однако ж, метко, госпожа. Вмешавшийся в полилог брюнет констатировал факт, по коиму сие общество и собралось. -А теперь, предоставим слово гвоздю сегодняшнего вечера, Алиса, фамилия которой окутана тайной! Элоиза встала по середине комнаты и плавно, с грацией кошки прошлась, раскачивая бёдрами, и забралась по старой традиции на стол. -Многопочтенные господа и обаятельные дамы, благодарю за оказанную честь открывать наше скромное светское мероприятие. - она, как и полагается, продемонстрировала свою опытность в попойках и руками открыла бутылку белого сухого, а затем выпустила в воздух пробку от шампанского. Затем, по традиции, раскрутила крышку на бутылке с самогоном и в заранее поставленную пивную кружку налила полный литр. И стала быстрыми глотками, под авации и выкрики, как на представлении, пить гольный спирт, до самого дна. -Поблагодарим сию сударыню за очередное открытие сегодняшней ночи и нашей встречи. Также грациозно, она стала садиться на стол и спускать ноги в обуви на толстом высоком каблуке, прям как тот парень на одной из кроватей, просящий разлить ему виски. Спустясь с небес на землю, Элоиза, коию здесь звали Алисой, стала разливать всем по очереди в изящные бокалы алкоголь, самых разных видов. Так, на веселе, и прошло несколько часов.

***

-Хэй, мы с девочками собираемся посидеть в комнате у Дашки и пообсуждать её мужика, она ж рассталась. Ты с нами? -Я в деле, jeune fille. -Чарующе. Так, пошатываясь от алкоголя, Софья стала идти, вынуждая Элоизу нести ответственность за свою жизнь и здоровье по пути к женскому коллективу в комнате на другом этаже. -Девочки, мы тут, с винишком и у меня есть пластинка с русской версией "Les parapluies de Cherbourg". -Превосходно и изумительно. - вспылила Дарья, сжимая в руках края обплаканной подушки. -Ну Дашуль, он скотина, каких мало, тебя не достоин, да и зачем тебе эта мразь, если есть мы? - подкашивающиеся ноги сами говорили о состоянии зеленоглазой блондинки. -Mon cheri, не обращай внимания, за неё говорит текила, ибо нельзя пить её без лимона в качестве закуски. Ты как? Стоит беспокоиться, или лучше поболит - пройдёт? - Элоиза, хоть и выпила много и покрепче, обладала неплохой стойкостью и координацией, невзирая на состояние организма. -Поймите, он просто растоптал мои чувства, я ведь хотела простого человеческого... А он так со мной. -И ты пойми, что он может просто не понимать, или не хотеть нести ответственность и анализировать свои действия в полной мере. Это простая инфантильность и не способность быть честным. -А мне-то что делать? - девушка подняла заплаканные ресницы и пронзающим взором впилась в стоявшую на пороге Элоизу. Было видно, что это почти истерика. На этот взгляд, Эл просто посадила подругу на стул, стоящий у двери, и подошла к страдалице. Она нежно, по-матерински обняла её и просто стала поглаживать волосы, говоря всякое успокаивающее "ты не должна терпеть это, отношения так не строятся, ты должна быть в них любима и счастлива". А потом медленно отстранилась. -И предлагаю выпить, у нас осталась ещё бутылочка красного после этого бурного веселья. - улыбка заглушила неловкость после долгих объятий в акте поддержки. -Соглашусь с Алиской, не зря же она из Страны Чудес. -Что за стереотипы. - Даша уже смеялась, откинув свежеиспечённого бывшего на второй план. А это всегда значит, что бывший теперь будет козлом отпущения в любой беседе и тем самым аргументом, почему в России не осталось нормальных мужиков.

***

так спокоен прокуренный взгляд, так милы опущеные ресницы с россой, в бокале переливается притягательный яд, а все вокруг твердят, что он косой, и нужно бы его смачно нахуй послать, а не как обычно страдать.

В скромной по количеству кампании, девушки сидели и распивали вино, раскуривали кальян и на свой страх и риск выпускали дым самыми разными способами. Всё проходило без происшествий, мирно и спокойно. Уже половина девочек уснула, и остались только две - Элоиза и Даша, которая лежала на плече у второй и жаловалась на все перенесённые страдания в отношениях, а собеседница в ответ твердила про их абьюзивность и ненормальность. -Дорогая, тебе не нужны такие отношения. Хах. Однако, эту "идиллию" разрушил резкий грохот за окном. В области сердца Элоизы что-то сжалось, заставляя тело окутаться странной защитной пленкой. -Я же знаю, что ты тут, выходи, поговорим. - мужской голос моментально сделал всё происходящее восполённой гнойной точкой. Резко, окружающий мир показался фантасмагорией и лишь дымкой действительности. -Выходи блять, я что, должен тебя ждать? Дрожащими ногами, Элоиза Блэквайфорд резко забралась в открытый шкаф, свернувшись между вещей. Однако, стук о стекло становился всё резче, давя на столь свежий триггер, вынуждая сжаться и сдаться. Звуки пробудили почти всех находящихся в комнате и девушка быстро подбежала к окну, которое оказалось разбитым в сию же секунду, а осколки с дребезгом упали на пол, вонзаясь в ступни, защищённые одними носками. -Что, сука, думала, я тебя не найду. Ты мне по гроб жизни должна и не убежишь от этого, тем более, ты моя. - безумие в зрачках, металл в словах и тембре жёсткого тенора... Всё болело. -Пожалуйста, не надо сейчас этого делать. -А ты посмотри, какая непокорная, разве этому я тебя учил? Хочешь поговорить с моим главным объяснением? -О чём он говорит? - проснувшаяся блондинка взяла мягко за плечи девушку. -У него с собой топор, и он зол и опасен. - слегка повернув голову, едва слышно шепнула она.

***

Спустя какое-то время, возле общежития, в одной из комнат которого оказался мужчина, яростно искавший Элоизу, появились полицейские и скорая помощь. -Вы утверждаете, что он забрался и стал искать какую-то девушку, которй тут нет, и угрожал что расправится с любым, кто ему помешает её найти и вернуть? -Всё верно. -Что ж, спасибо за показания, в таком случае, абсолютно все находившиеся тут в момент происшествия сказали одну и ту же версию, что является весомой причиной для принудительной госпитализации гражданина. -Ох, спасибо, это облегчение.

***

-Алиса, или, правильно, Элоиза? Сейчас выходи, его забрали, а потом объяснишь, что всё это значит.