Какой-то жалкий выбор

Почему? Почему я должна выбирать между ними... Почему я... задумалась? Почему я остановилась? Неужели я правда готова предать всех? Всё, через что мы прошли, свои обещания, надежды, я... правда могу это всё разрушить? Почему в момент, когда избранный всеми лидер (я), который должен подавлять свои эмоции, которые могут помешать и подавать остальным пример, вдохновляя и говоря своим видом: "надежда есть, не сдавайтесь", в момент, когда все ждут, что этот самый лидер (я), пойдёт вперёд ни смотря ни на что и принесёт обещанную им же (мной) такую сладкую победу, я колеблюсь? Меня охватила паника. Все голоса вокруг утихли, люди будто расплылись в густом тумане, который заполнил маленькую серую комнатку, которая продолжает сдавливать меня. Где...все? Все исчезли? Оставили на меня такой сложный выбор? Или... это я отвернулась от всех? Я правда выбираю между невинным ребёнком и парнем, который помог мне выжить; выбираю, кто умрёт, а кто останется жив? Выбор ли это? Почему... Я... Я... Мои ноги не слушаются. Руки не поднимаются. Я должна указать своей рукой на гроб ребёнка или паршивого мерзавца, которого хочу убить собственными руками, задушить, душить, пока его наглое противное лицо не лопнет. Легко...правда? Очевидный выбор, кажется. Но если я выберу его, Кейджи умрёт. Кейджи. Сначала он казался мне подозрительным человеком, я не рассчитывала на помощь незнакомца, тем более вроде него. Но он был рядом со мной всё это время. Особенно я осознала это, когда его жизнь подверглась опасности, когда его не стало рядом, моё сердце... Моё сердце содрогалось в ужасе. Бешено колотилось в страхе, что этого изрядно спокойного, расчетливого парня, который иногда выглядел так, будто знает всё наперед, не будет рядом. Именно он верил в меня с самого начала по непонятной мне причине, доверял, хотя рисковал жизнью как и все остальные, поддерживал, когда я, казалось, утону в сожалении и презрении к собственной слабости; и мы ведь даже не были знакомы до начала этой игры... Нет, я не хочу терять его не из-за того, что он очень полезный игрок на моей стороне. — Сара, – мужественная рука мягко легла на моё плечо. ...Да. Я хочу чувствовать его тёплые руки, когда он утешает меня, говорит: "Всё будет в порядке", при этом жертвует своей жизнью. Я хочу видеть его странную расслабленную улыбку, наблюдать, как он отводит взгляд в сторону, когда смущается, как рассказывает свои успокаивающие истории, вставляя порой безобидные шутки, чтобы оставаться весёлым, несмотря на чудовищные события, в которых нам приходится принимать участие. — Не беспокойся, Сара. Ты должна убить этого паршивца и закончить наконец игру, – продолжил как всегда уверенно Кейджи. – С дружелюбным полицейским всё будет хорошо. Вот опять. Он пытается утешить меня, чтобы я быстрее приняла решение. Только вот, почему его утешение... не работает? Почему страх всё ещё пронзает всё моё тело, я не чувствую ничего, но в то же время вижу, как дико трясутся мои руки, не в состоянии что-либо сделать. Тёплая рука Кейджи не сравнится с холодным потом, который заставляет меня чувствовать себя ещё хуже. Мне страшно, мне так страшно. Я не могу убить Кейджи, я ведь всё это время хотела, чтобы мы выбрались из этой помойки и смогли жить нормальной жизнью, как раньше, быть может у нас бы что-то и получилось. Но что теперь? — Сара, не молчи! Кто-то говорит. Не могу разобрать кто. Но... Мне так жаль. (И это тот лидер, которого вы выбрали?) Мне кажется, я... сделала выбор. (Вы будете все меня ненавидеть.) Но я выберу... (Быть может, Мидори был прав? Прав на мой счёт, что я эгоистичная сука, которая лишь прикидывается доброй.) Моя рука противится, не поднимается. Как трудно пытаться заставить её подняться через дрожь. Я всё ещё ужасно паникую. Я ужасный лидер, простите, все. На глаза накотились слёзы. Мой рот не в состоянии открыться, чтобы я смогла произнести последние слова. Лучше не смотреть по сторонам. Я уверена, все взгляды устремлены на меня. Я не могу посмотреть в глаза тем, кто верил в меня, кто следовал за мной. — П... – мои губы с большим трудом зашевелились, чаще издавая пустые звуки. Кажется, все прислушались. – Прости, Гин... Мне так жаль... — Сестрёнка Сара?! – донеслось из гроба Гина, что ещё больше заставило вздрогнуть. Я выбрала номер гроба. — Нет, сестрёнка Сара, прошу! Я не хочу умирать! Нет! — детский пронзающий крик разнёсся в банкетном зале. Слёзы неистово начали литься с глаз. Громкий, к сожалению до ужаса знакомый и настолько же отвратительный смех заполнил комнату: — Так вот, каков твой выбор, Сара Чидоин! Как ПРЕКРАСНО, – смеялся зелёноволосый молодой человек, заточенный в гробу, которому только что посчастливилось избежать ужасной смерти: быть распиленным заживо. – Союзники твоя слабость, как я и говорил! — Постой, Сара! (Слишком поздно) ...Выбор был сделан. Мои ноги отказались более держаться и я упала на холодный пол. Все чувства смешались и я не понимаю, что происходит. Я убила ребёнка. Милого, доброго ребёнка, который хотел выжить так же, как и я, как и все. Зато я спасла Кейджи. Я не заметила, как перестала чувствовать прикосновение полицейского, который настойчиво утешал меня. Я обернулась, чтобы увидеть лицо того, ради кого сделала это: — Кейдж– Что? Он выглядит так... он шокирован? Он смотрит мне прямо в глаза так обомлело, не в состоянии произнести ни слова. (Что же я наделала?) Ко мне пришло осознание. Что я натворила. Я начала задыхаться. Всё стало расплываться, громкие звуки вокруг, стало так тяжело дышать, невозможно заглотнуть воздуха, будто его не осталось в помещении, будто кто-то держит меня прямо за горло. (Ты счастлива, что сделала такой выбор?) Счастлива? Нет... Я... Нет... Боже... Гин! Что я наделала?! — Гин! – я закричала так, будто это что-то изменит, будто бы не выбрала пол минуты назад для него худшую смерть, что только можно пожелать. Я бросилась ползти в направлении к гробам. Вокруг так много шума, сверлящего уши, заставляющего кричать изнутри. Как только — всё остановилось? Тишина. За мгновение возле меня оказался блондинистый парень, который закрыл мои уши своими крепкими руками и упёр лицо в свою жилетку. Он склонил ко мне свою голову. Даже после всего, что я наделала, он сделал так, чтобы я не услышала посмертных криков Гина. — Кейджи... – всхлипывая, прошептала я, боясь, что мой выбор ещё больше отдалит парня. – Я... Похоже, "казнь" закончилась. Гина больше нет. Где-то за моей спиной труп. Я даже не попрощалась с ним должным образом, даже не смотрела на него. Полицейский опустил свои руки, больше нечего было пытаться заглушить. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Не ожидал, что ты сделаешь такой выбор, – Кейджи стал более спокойным, как прежде, но всё же то растерянное выражение лица мне не забыть. — Я не могла потерять тебя, – снова склонила голову вниз, ощущая давление взглядов повергнувшихся в шок товарищей (должно быть, бывших товарищей). Горячие слёзы не переставали течь. — Теперь меня все ненавидят, но я не могла позволить Ему забрать твою жизнь, не могла, – дрожащие руки прижались ко рту. – Потому что я– — Всё хорошо, – убедительно произнёс Кейджи, не дав мне договорить. Он крепко, но аккуратно обнял меня, повторяя те же слова, только уже действиями. Его объятия оказались спасительными. Дышать становится легче, будто зал снова наполнил свежий воздух. Я опустила немного успокоившиеся руки и робко обняла его за спину в ответ. Что теперь будет? Он всё понял? Что думают остальные? — Так значит, ты сделала выбор в мою пользу? – довольно, но ещё неуверенно улыбнулся парень. – Не знаешь, как продолжать игру без дружелюбного полицейского? Даже сейчас он находит время для шуток. – Выходит, что так, – слегка улыбнулась я, отпуская последнюю горячую слезу. Мы немного разошлись. Пусть это было приятно, стоять вот так в объятиях, но сейчас не лучшее время. Не лучшее время для убийцы, вроде меня. Теперь ход Мидори. Значит ли это, что мы никогда не выберемся отсюда? На фоне раздался злорадный смех, за ним крики и возражения оставшихся участников. — Что теперь будет? – спросила я. — Не думаю, что Мидори просто оставит нас в покое, как никак, он победил. – неторопливо ответил полицейский. Я сжала свою руку и отвела взгляд. Победил этот ужасный человек только благодаря мне (Почему ему всё сходит с рук?). Своим жалким выбором, обременившим ни в чем не повинных людей, я только продолжаю развязывать руки такому отвратительному человеку вроде него, который находит веселье в убийствах и лжи. Кейджи заметил, что я отстранилась, и неловким движением хлопнул меня по руке. — Неужели ты хочешь сдаться, Сара? Дружелюбный полицейский все ещё верит в тебя. ...Верит в меня? Я не знаю. Можно ли мне пытаться сопротивляться после всего, что я сделала? О какой победе может идти речь, если я за шаг до неё обратила всё в поражение? Я сыграла на руку этому злодею, потому что он задел мои чувства. Я так боялась потерять ещё одного настолько важного мне человека, что согласилась на условия Мидори. Есть ли мне вообще прощение? Противно от самой себя. Плюнула в лица людей, которые доверились мне, разделяли надежду вместе со мной. Всё так мрачно и запутанно... ...но одно я знаю точно. Я нежно взяла Кейджи за руку, не сталкиваясь с ним взглядом. — Я не позволю им забрать тебя, никогда. Парень смущённо ответ взгляд, но затем сжал мою руку. — Не позволь им.