друг на ночь, возлюбленный на утро.

***

У Серёжи никогда не было друзей, даже в детстве, или, в школе. Все считали парня очень странным, ведь, родители мальчика долгое время пили, не обращали внимание на своего ребёнка, не помогали с уроками, от чего в четверти по большей степени выходили тройки. Травля - которая происходила в школе, никак не волновала никого. Родственников Серёжа и в глаза не видел, даже, сомневался в их существовании. За долгое время проживания в селе, где раньше проживала его мать, Акуме запрещали выходить на улицу, пытаться искать каких-либо знакомых родителей, которые возможно знали хотя бы о рождении ребёнка у двух несчастных алкашей. Зачем? Почему? – часто задавался Серёжа, просиживая свое лето в маленькой пыльной коморке, когда родители вновь под воздействием сильного алкоголя ломились в комнату мальчика. Конечно, отца парень боялся больше смерти, больше дикого хищника или отрубленной конечности. Если бы не отец - мать Серёжи бы не напивалась, а сидела вместе со своим ребёнком, приобняв, шептала успокаивающие слова, напевала колыбельные, читала сказку, и просто воспитывала как обычного "здорового" ребёнка. Только.. мать тоже боялась этого мужчину, потянувший её на самое дно. На руках часто оставались красные следы от ремня, синяки окутывали ноги, а немногие "развлечения" отца, слегка пугали. к примеру, ножи. Хватая своего десятилетнего ребёнка, отец доставал кухонный нож, подставляя его к горлу зарёванного и горем убитого Серёжу. На тот момент Акума понимал, насколько уёбищным был его отец, к сожалению, тогда из матов Серёжа лишь знал "сука, блять, пидор", поэтому в отсутствии отца парень боязливо шептал под себя огромную кучу матов в сторону этого мужика, даже не беспокоясь о том, что в кромешной тишине его никто не будет подсушивать. Наверное, поэтому, уже без всякого страха перед батей, в первую возможность Акума наконец убежал из села, ночью, зимой, без денег. В свои шестнадцать было трудно решиться, где оставаться и куда идти. Но, Серёжа был взрослее, учёл все планы побега и наконец, освободился от ада. Недалеко от дома находилась дорога, где чаще всего проезжали в хлам разбитые отцовские жигули, на которых весело и пьяно разгуливали подростки, с громкой музыкой и танцами. Конечно, со стороны было страшно подходить, ибо, в любой момент такая машина могла сбить Серёжу. Никто не обращал внимание на ограды, некоторые даже отсутствовали. В эту холодную ночь пробравшись к дороге, Серёжа не спеша оглядывался назад, шёл медленно и тихо. Холод морозил руки, от чего те болезненно краснели. Было страшно, холодно. В тёмную ночь прогуливаясь возле дороги, Серёжа шёл и надеялся, что в ближайшее время его заметит хоть какая-нибудь машина. Акума готов душу продать, чтобы отблагодарить первого попавшегося водителя, будь это пьяный подросток или взрослый мужик. Не прошло и десяти минут, как впереди показалась машина, не похожая на те раздробленные жигули, было всё так же тихо, музыка не отдавалась громкостью, было лишь слышно звуки приближающейся машины и хруст снега под босыми ногами. Машина медленно остановилась возле бледного как труп Серёжи, дверь приоткрылась и за ней вышел парень, ростом выше Серёжи на голову. Одет весь в чёрный, красные пряди торчали с одной стороны, а чёрные с другой, конечно же, лицо закрывала чёрная маска, сам парень выглядел слегка странно, но даже так, Серёжу устраивал этот "вариант" смерти или спасения. Долгие секунды Серёжа глядел в карие глаза, почти не моргая. Изначально в голову пришла мысль, что его спаситель немой, или глухой, поэтому скоро начнет активно жестикулировать, но, незнакомец лишь спустил маску, всё также глядя в бездонные зелёные глаза Акумы. – Эм. – В первую очередь вылезло из уст нового знакомого, когда рука в чёрной перчатке протянулась в сторону Серёжи. – Давай.. довезу? Так сразу? Акума бы подумал подольше, только, мороз уже бил по замерзшим конечностям. Пришлось протянуть руку и добровольно сесть на переднее сиденье, сразу ощущая теплоту и спокойствие на душе. Спустя пару минут машина двинулась, и оба парней молча ехали в... никуда? Просто, куча сёл быстро переваливались от одного к другой. Акума даже не вглядывался в какую- сторону ехала машина, просто, он сейчас в тепле, и, рядом вроде как, находился довольно обычный парень. Просто, рост выше, и, выглядел он точно старше восемнадцати лет. – А как тебя зовут? – Хрипло развеяло тишину в машине. – Кир. – Спокойно ответил парень, оборачиваясь на миг к Серёже. – А тебя? – Сергей. – Окей, Серёж. Будем знакомы. – Мягко улыбнулся Кир, продолжая вглядываться в дорогу. После небольшого разговора парни продолжали тупо молчать. Кир не спрашивал о том, как Серёжа оказался на улице, в одних лишь штанах и футболке. А Серёжа не спрашивал о том, как и зачем Кир согласился впустить до нитки замерзшего Серёжу к себе в машину. Дорога казалась долгой, Акума разбирал в голове кучу мыслей, оглядывал всё, что попадалось под глаз. В особенности, поглядывал на Кира, крепко держащий руками руль. Машина была огромной, тёплой и выглядела богато. За окном вновь изменился вид, кажется, это был ближайший город, до него бы Серёжа точно не добрался. – Хочешь кушать? Просто я проголодался. – Устало выдохнул Кир, останавливаясь возле заправки. – Кир. Но, мы толком даже не знакомы. Мне нелов- – Я понял. Жди меня тут. – Мягко улыбнулся парень, исчезая где-то в глубине заправки, среди кучи машин, светящихся фонарей и баннеров. Акума лишь шмыгая носом смотрел в запотевшее окно, ожидая Кира в салоне машины. Ждать пришлось недолго, раздался хлопающий звук, и как водитель плюхается на свое место, протягивая Серёже яблочный пирожок, на вид аппетитный и горячий. Также, поставил рядом горячий кофе. Усаживаясь поудобнее на свое место, Кир начал кусать свой пирожок, с такой же начинкой как и у Акумы. Казалось, такой обед, будет сопровождаться молчанием, но, неожиданно для Серёжи, Кир начал разговор первым. – Извини, что не спросил. Можешь, пожалуйста рассказать, как ты очутился в таком состоянии на дороге? В зиму, ночью. Пил? – Чуть ли не обеспокоенно спрашивал Кир, рассматривая Серёжу. – Сбежал. – Коротко и ясно. Сухие губы наконец коснулись горячего пирожка, слегка откусывая его. – Родители пьют много, и избивают меня. Поэтому.. я и сбежал. – И у тебя нету никого из родственников? – Возможно. – С тоской ответил Акума, заедая свою грусть яблочным пирожком. – Оу. У меня тоже, почти такая же проблема. Только я машину спиздил и уехал кататься. Отец пьет, матери нет, вот и остался двадцатилетний я и мустанг. – Усмехнулся Курсед, приобнимая Серёжу. – Пиздец. – Прошептал Акума, укладывая свою голову на плечо Кира. – Ну что, будем кататься всю ночь? – Будем. – Устало улыбается Серёжа, прижимаясь ближе. В эту зимнюю ночь, Кир будет рядом. Уже на утро, друг исчезнет, а появится возлюбленный с таким же именем, который будет катать не всю ночь, а весь день? Забавно.