Старый роман из библиотеки

За большим окном библиотеки лил дождь. Замечали ли вы серость дождя? Да? Тогда смею вас разуверить, что дождь далеко не серый. Нет, вовсе нет. Посмотрите сами, понаблюдайте... Тучи? Да, они тёмные, но всё остальное... Всё остальное приобретает свой естественный цвет без засвета слепящего солнца, без мрака ночи. Всё становится тем, чем оно является. Безо лжи. Краски природы возвращаются в изначальный облик, а капли воды смывают остатки грязи. Всё начинает пестреть красками, контрастируя с серо-сине-фиолетовым небом. И не надо говорить, что нет такого цвета. Уверяю вас, как художник, такой цвет есть. И это цвет дождливого неба, из которого капают дождинки, даря чистоту этому миру. Несмотря на сырость и пасмурность, дождь прекрасен... Что делать в такую хмурую погоду, за которой следует переменчивый облик этого дня? Что может быть лучше, чем находится в библиотеке и читать любимую литературу под шум спокойного дождя, да еще и с чашечкой горячего какао, что так вкусно готовят за углом? Наша героиня любит это какао, оно всегда согревает холодными вечерами, которые Гвен Эванс проводит, находясь в библиотеке. Надо сказать, что Гвен прочитала большое количество книг, что относились к литературе 18 века, которая находилась в старой библиотеке. Её любимыми авторами были: Иоганн Вольфганг Гёте, Даниель Дефо, Жан-Жак Руссо и еще множество других замечательных, выдающихся писателей и философов того времени. Но, признаться честно, девушка не всегда отдавала предпочтения более ветхому. Она питала слабость и к современной литературе. Гвен всегда говорила, что самой сильной любовью является любовь к книжным героям. В книгах были ответы на те вопросы, что часто у нее возникают. Девушка открывала случайно выбранную страницу и таким же образом выбранную строку — так она отвечала на тот вопрос, который не оставлял её душу в покое. Эта хрупкая девушка, несмотря на свой столь юный возраст, отличалась от своих сверстников сильной тягой к знаниям. И любая новокупленная книга, — к слову, в том числе и любой канцелярский товар — на свои честно заработанные деньги, была подобна большому кладу, что с трудом она смогла откопать. Работала Гвен в кондитерской, где выдавала креативные идеи для разнообразной выпечки. Рисование и любовь творчеству она унаследовала от родной матери. Девушка была счастлива. Радовалась жизни и... любила героев из своих книг. В библиотеке было тихо. Впрочем, что, собственно, и не странно для таких заведений. Народ уже собирался домой и не спеша покидал старомодный громадный читальный зал. Гвен Эванс сидела за большим округлым столом, уже практически в одиночестве, дочитывая книгу и наслаждаясь шумом дождя за окном, попивая уже немного остывший, но все еще ароматный какао. «Когда они всё-таки решились сделать это, сначала тайком, а потом совершенно открыто, они не смогли сдержать ухмылки. Они были чрезвычайно горды. Они совершили нечто из любви», — девушка дочитала последний абзац на одном вдохе. — Да уж, надо надеяться на лучшее, — подумала она вслух и отпила немного напитка. Устало потянувшись, темноволосая закрыла книгу и начала осмысливать сие произведение... Спустя некоторое время она решила взять что-нибудь домой из поступивших недавно новых книг. Гвен встала с места и направилась к громадным полкам, что были заполнены книгами. Самыми разными... Никто, разумеется, и не мог предположить, что по счастливой случайности — возможно, судьбе, в которую в наши дни довольно редко верят — девушка была не в полнейшем одиночестве в старой, библиотеке. Уже несколько часов подряд шумящий дождь заглушил тихие шаги тяжелых на вид, потертых кожаных туфель, принадлежащих таинственному темному силуэту, мягко шуршащему обувью по скрипучему полу, стараясь не наступать на особо возмущающиеся половицы и вообще издавать минимум шума. Силуэт проскользнул от входа к многочисленным полкам, на долю секунды выходя на холодный, блеклый свет, льющийся из высокого окна, показывая свое истинное лицо — это оказался всего лишь молодой мужчина, похоже, студент, выглядящий совсем не грозно, как предполагалось — скорее устало, изнеможенно. На бледное, вытянутое лицо падали резко контрастирующие, темные тени, мягко очерчивая контур и придавая острым скулам чарующую красоту. Впрочем, странный человек быстро скрылся из виду, исчезая в тенях и невесомо, будто призрак, бесшумно проскальзывая между бесконечных полок, ласково, влюблено касаясь кончиками пальцев выцветших, но все же разноцветных переплетов, стирая с некоторых осевшую пыль и осторожно вытаскивая. Незнакомец бегло пролистывал страницы и возвращал книгу обратно. Потребовалось достаточно много времени, чтобы найти нужную, и юноша, чуть отойдя от полок, нашел взглядом невзрачный пустующий столик, мигом дойдя до того и укладывая книгу – ей оказался сборник сонетов Уильяма Шекспира. Легко скинув и аккуратно повесив бежевый твидовый пиджак на спинку стула, молодой человек с энтузиазмом приземлился за стол, открывая книгу и замирая, потягивая носом неповторимый библиотечный аромат, смешанный с запахом дождя из совсем немного приоткрытого окна. Одно-единственное «чудесно» проскользнуло в ворохе мыслей, унесенное их бесконечным, суетливым потоком.. Гвен, вернулась на свое место, взяв в руки первую попавшуюся книжку, даже не взглянув на нее. Все внимание шатенки привлек этот парень. Девушка смотрела на незнакомца, стараясь разглядеть его. Он был загадочным, как темная ночь, что скрывает в себе много тайн; он был спокойным, будто легкий и теплый летний ветерок. Девушка сумела разглядеть его аккуратные черты лица, его длинные пальцы, костяшки которых чуть выступали. Парень был русоволосым, высоким и широкоплечим. Девушка не сводила глаз с него. Он будто сошел с одного из прочитанных ею романа. Гвен просто вылупила на него свои карие глаза и разглядывала с приоткрытым ртом. Тот ощущал взгляд девушки на себе и медленно поднял голову, взглянул в её глаза. Девушка продолжала смотреть на него, но уже с испугом. — Мисс? — парень спокойным тоном, почти шепотом, обратился к девушке, приподняв вопросительно бровь. Гвен, словно в полудреме, часто заморгала и кое-как вырвалась из оцепенения его лучистых серых глаз. Парень сидел напротив девушки. — А...Простите... — лишь вымолвила шатенка, поспешив открыть свою книгу, убрала за ушко выпавшую прядь шелковистых волос и принялась быстро листать странички, нервно сглотнув. Парень, не скрывая своей ухмылки, наблюдал за действиями девушки, после чего сам опустил голову и принялся дальше читать... То, что молодой человек был не один, было для того приятной неожиданностью. Сразу захотелось скоротать время и провести дождливый вечер в компании, но знакомиться — крайне деликатное занятие, поэтому сначала юноша не решался заговорить — больше, чем на тихое "Мисс?" его не хватило. Он опустил взгляд обратно на потертые страницы, улавливая плавные строчки шекспировских сонетов и раздумывая: так ли интересны книги, как эта милая особа? Будто специально остановившись на части, где поэт описывает любимую женщину — сто тридцатый сонет, таинственный незнакомец невольно сравнил описание с сидящей поодаль девушкой, чуть приподнимая голову и едва заметно хмурясь, поправляя сбившуюся на лоб челку, дабы та не закрывала обзор. Стараясь выглядеть как можно дружелюбнее и милее, юноша мягко улыбнулся, мужаясь и произнося неловко: — Что читаете? — голос его был мягким и грубым одновременно. Он старался хоть как-то начать разговор, давая себе мысленную оплеуху — «"Что читаете?"? Серьезно? У тебя нет шансов». Но, все же, не сдаваясь раньше времени и трепетно ожидая ответа, с едва слышным шорохом листая страницы. В голове родилось множество возможных вариантов исхода событий, на фоне которых ярко-красной неоновой вывеской горело нервное, взволнованное «НЕ ОБЛАЖАЙСЯ», побуждая действовать как можно более осторожно и продуманно. Девушка вздрогнула от вопроса неожиданно заговорившего с ней парня. Она, подняв голову, поняла, что не знает, что это за книга и поспешила посмотреть её обложку. — Э...Кинг? — девушка удивленно вскинула брови вверх. — Читаете Стивена Кинга? Любите ужасы? — парень смотрел на девушку, пытаясь поймать её взгляд. Ему с трудом верилось, что такая хрупкая девушка любитель чего-то подобного. Лицо её выглядело нежным, ухоженным, а глаза...они сверкали зелеными искорками... — Э...да, — вставила девушка и невольно выпрямила спину, подчеркивая твердость своего выбора. Надо сказать, что она читала несколько его произведений, даже любимые есть. Но именно эту книжку она взяла в руки в первый раз. Гвен убрала вновь выпавший локон за ушко, а затем, взглянув на парня, заметила его улыбку, от которой была не в состоянии оторваться. Она долго смотрела, казалось, что она готова любоваться ею вечность. Девушка сама невольно улыбнулась. — Ну, как? Слишком страшно и пугающе? — парень кивнул, указывая на книжку, что покоилась перед девушкой. — Слишком красиво и пленительно... — шатенка говорила уж точно не о книге, продолжая изучать его добрые и на редкость необычные черты лица... Юноша продолжал самозабвенно улыбаться, рассматривая прелестное личико молодой особы и задавая вопросы лишь для поддержания разговора. Девушка была прелестна и необычайно привлекательна некоторой неловкостью — парень заулыбался все шире именно по той причине, что понял — леди совершенно не знает, даже не задумывается о том, что взяла с полки. На секунду в русоволосой голове проскочила мысль о том, что это сам юноша сбил девушку с толку и она делает вид, что читает, лишь для того, чтобы задержаться подольше. «Наивный. Помолчи». — парень посоветовал самому себе, собственным мыслям, не давая тем испортить момент. Только не сейчас, когда все постепенно начало налаживаться – во всяком случае, не было заметно, что чудесное создание собирается уходить. Все еще тепло, мягко улыбаясь, новоиспеченный кавалер чуть приподнялся, нависая над столом и протягивая руку для, казалось бы, рукопожатия, ожидая, пока дама вложит аккуратную ладонь в чужую и галантно, неожиданно целует тыльную сторону ее руки, представляясь: — Стив Скаво, — поднимая взгляд на девушку, произнес парень шепотом. Было так тихо, что его было отчетливо слышно. — А Вы, мисс..? «Да ты герой, Капитан!» — в очередной раз съехидничало сознание, стыдя бедного юношу и заставляя неловко краснеть, но не терять лицо при даме.