Всемогущие волшебные вредилки

      Боши Киëко была реальной проблемой. О ней ничего не было известно: ни возраста, ни родственников, ни адреса, ни места работы, ни причуды. Даже еë настоящая внешность была неизвестна. И то, действительно ли она — это «она». Дело с белыми дырами: линчеватель даже не представился. Тогда, в подворотне, она сказала, что является мальчиком двенадцати лет. В полицейском участке она была тридцатилетней женщиной.       И у Сотриголовы реально развивалась паранойя. Теперь в каждом человеке он пытался увидеть Боши Киëко. Она явно могла вживаться в чужие образы, менять их, как перчатки; а потому еë предполагаемую причуду записали как «Метаморфозы».       Но теперь Боши стала не просто мерещиться Сотриголове в жизни, но и писать ему каждый день. Каждый. Чёртов. День.       Его утро — без шуток (и на том спасибо, рядом с ним пока достаточно эксцентричных личностей!) — начиналось с тихого звука пришедшего уведомления. Ровно в девять тридцать четыре. Почему нельзя выбрать круглое время? Сотриголова и детектив Цукаучи даже пытались понять, не содержится ли в этом числе скрытое послание, но их изыскания ни к чему не привели.       А Боши продолжала писать Сотриголове. И её сообщения были слишком обыденными, слишком... неправильными. Простые «Доброе утро!» и «Удачи на работе» сбивали с толку. При этом она отвечала на любые вопросы, которые не могли помочь установить её личность. И казалась до омерзения довольной сложившейся ситуацией.       Теперь, находясь в патрулях, Сотриголова иногда мог заметить мелькающую то тут, то там соломенную треугольную шляпу.       Но сегодня эта шляпа не просто промелькнула на границе его поля зрения, но и подошла к нему.       — Ты читал книги Эдогавы Рампо?       Сотриголова резко развернулся на пятках, сталкиваясь лицом к лицу (технически, лицом к маске) с Боши.       — Предположим, — красные глаза подозрительно сощурились, осматривая нежеланного собеседника. Спрашивать что-то о самом линчевателе нельзя: тот считает это неэтичным, обижается и уходит. Смешно: линчеватель, который каждый день написывает герою, доставая его, считает что-то неэтичным!       — Знаешь Двадцатиликого? — Боши слегка склонила голову вбок. — Как думаешь, мне подходит его псевдоним?       Сотриголова вздохнул.       — Нет.       Глаза маски вспыхнули зеленью.       — Тогда придумай мне имя! А то тут спрашивают, как меня звать, а мне так неловко не отвечать! Я даже чувствую вину! — Боши надулась. — Хотя мне казалось, что это чувство у меня атрофировалось...       — Ты сама назвалась Боши, — Сотриголова закатил глаза. — Терпи теперь.       Послышался возмущённый вздох.       — Злодей! Уйду я от тебя! К Цуки-сану! — и Боши действительно ушла. Буквально за пару секунд испарилась.       Покачав головой, герой перебрался на другую крышу, собираясь продолжить патруль. И только тогда его как током ударило: он использовал причуду на Боши, и её внешний вид не изменился. Получается, что она была, как минимум, в своём настоящем теле. Свободная одежда не давала много представлений о внешности Боши, но, возможно, стоит называть «еë» «им».

***

      В школу Изуку не ходил до сих пор. Его мама всё ещё была не в курсе. Казалось, учителям было вообще всё равно, есть Изуку на уроках или нет. После исчезновения из школы Изуку заглянул туда лишь раз и убедился в том, что в классных журналах он не отмечен как отсутствующий. А потому, узнав даты проведения выпускных экзаменов, Изуку забыл о школе. Пока Изуку не был уверен, куда пойдëт после окончания средней школы. Людей без причуды действительно не везде принимали. Но главное, что теперь его свободное от учёбы время посвящалось изучению сайтов и поиску информации.       Изуку готовился создать свой собственный сайт. Не без помощи Фреда и Джорджа. Те хоть и не были знатоками технологий, но могли сбивать сигналы с помощью своих причуд, из-за чего отследить создателя сайта становилось невозможно.       На сайт Изуку возлагал небольшие надежды. Он думал, именно это поможет ему определиться в жизни. Интернет — место действительно уникальное, словно собрание анонимных алкоголиков, где никто не знает твою личность. Как в тех самых старых мемах: «В Интернете никто не знает, что ты — кот». И именно на это незнание Изуку ставил, когда продумывал, что будет делать в сети. Скорее всего, его увлечение анализом займëт важное место на сайте.       Правда, была всего одна проблема: они не могли определиться с названием. Конечно, Фред и Джордж могли бы подкинуть десятки интересных вариантов, но тактично молчали, предоставляя Изуку возможность самому решить, как назвать их сайт. К слову, именно из-за этого Изуку всё чаще интересовался у Сотриголовы и детектива Цукаучи, как бы его могли называть в мире линчевателей.       — Что тебе говорит наш местный...       — ...Дайсукэ Камбэ с дырой в кармане?       Изуку посмеялся в кулак, смотря на близнецов. Кажется, первым заговорил Джордж, а вторым — Фред.       — Не будьте такими критичными, я думаю, что Цукаучи не особо беден, — мальчик с улыбкой переложил блокнот из стола в сумку. — И откуда вы знаете Дайсукэ Камбэ?       Близнецы пожали плечами:       — Мы просто искали известных детективов! Уж больно лихо ты меняешь тому полицейскому прозвища!       — Того полицейского зовут Цукаучи, — Изуку перевёл взгляд на часы, чтобы посмотреть время. — И мне уже пора. Всем удачи!       Дружно покивав, близнецы хлопнули по плечу Изуку, который уже перемещал бусины-костяшки на вязаном браслете. Не так давно шутники смогли «упаковать» весь линчевательский образ Изуку в один браслет с расширением пространства, что теперь позволяло мальчику быстро переходить от одной своей личности к другой.       Выйдя из магазинчика, Изуку тут же двинулся в сторону привычного маршрута Сотриголовы. Тот менялся в довольно хаотичном, но предугадываемом порядке. Кажется, Сотриголова выбирал другой путь патруля в зависимости от чётности дня недели и числа. Получается, что у Сотриголовы было четыре комбинации путей, которые почти не пересекались с маршрутами других героев, но охватывали довольно большую территорию. Изуку решил воспользоваться похожим способом, чтобы шифровать некоторые свои особо важные записи. Только к чëтности числа и дня недели добавились однозначность или двузначность числа и чëтность месяца, а сам шифр состоял из случайных символов, которые придумали близнецы. Количество символов соответствовало количеству букв в английском языке, на котором Изуку и решил вести важные заметки. Таким образом, количество комбинаций шифра достигало шестнадцати, что жутко сбивало с толку первое время. Потом Изуку свыкся. Символы легко запомнились.       Тряхнув головой, мальчик стëр с лица улыбку. Воспоминания о создании шифра были очень тëплыми. Как и всë, что Изуку делал совместно с близнецами. Но сейчас он должен найти Сотриголову. Тот, наверное, уже заскучал.       Знакомая фигура в чëрной одежде и с шарфом вокруг шеи узнавалась быстро. Сотриголова только что закончил обезвреживать очередного грабителя. Изуку усмехнулся, тихо подходя к герою.       — Так что скажешь о Двадцатиликом? — Сотриголова дëрнулся. Боши невероятным образом всегда оказывался рядом незаметно и бесшумно. — А как пафосно звучит!.. — мечтательный голос линчевателя заставил героя закатить глаза.       — Билли Миллиган ты, — скривился Сотриголова. — Местного разлива.       И что-то щёлкнуло в голове у Изуку. Он мысленно пообещал себе, что купит Сотриголове кофе, а сам помахал ему рукой и срочно удалился к близнецам.       Теперь на пока ещё пустом сайте со странным названием «Сыр захватит мир» в строке «Создатели» появились две иконки: «Дредифорджи в розовом костюме жабы» и «Билли Миллиган местного разлива». На аватарах профилей были причудливая розовая жаба с кошачьими ушами в праздничном колпаке и банка пива с надписью «На вечеринки не езжу — я уже поехал».       — Так почему же «Сыр захватит мир»? — Изуку задумчиво посмотрел на близнецов.       — Нам просто понравился Сальвадор Дали! — с усмешкой сказал, кажется, Фред.       — Не знал, что вы увлекаетесь живописью, — лицо Изуку выражало небольшое смятение.       — Живопись? Нет, дело не в этом, — Фред оскалился.       — Ты вообще знаешь, насколько он был великолепным? Надо же, подарить своей жене замок, выходить на светские вечера в леопардовых и розовых одеждах и вдохновляться сыром! — Джордж взмахнул руками. — Это же буквально мечта, а не жизнь!       — Ах, я чертовски влюблён, держите даму! — рассмеялся Фред, падая прямо на своего близнеца. Изуку не мог сдержать улыбку.

***

      В один из свободных дней, которых теперь было много, так как в основном заняты были вечера и ночи, Изуку проходил мимо старенького магазина с книгами, пока направлялся к Фреду и Джорджу. По этому маршруту мальчик шёл впервые, а потому до этого ему не доводилось видеть этой пыльной витрины. Но что-то потянуло туда, и Изуку зашёл.       К Фреду и Джорджу Изуку шагал уже со стопкой из семи книг в руках. Семь книг о мальчике со шрамом в виде молнии.       А близнецы долго смотрели на обложки книг. Потом читали. И было что-то неправильное в их взглядах. Но в то же время, казалось, братья чувствовали облегчение.       Изуку позже читал эти книги и сам, в некоторые моменты сбиваясь с уже просмотренных строк. Ему чудилась какая-то пустота, что-то не стыковалось. Будто был в книге ещё кто-то, кого Изуку не мог заметить в упор. И этого «кого-то» не хватало очень сильно.       Когда в день прочтения всех книг об избранном мальчике Изуку ушёл гулять в образе безумного Шляпника, Фред и Джордж, без всякой мысли быть понятыми их названным братом, перекинулись парой фраз. В истории о Гарри Поттере, мальчике, который выжил, в этом мире не было места двум рыжим близнецам.       Изуку заметил тщательно скрываемую близнецами задумчивость, но не хотел лезть в их души. Хотя, если говорить честно, Изуку не был так уверен в том, что у близнецов две разные души. Они были одинаковыми буквально во всём. Их отличительные черты не раскрывались даже при близком общении. Но это казалось правильным.       Сейчас же близнецы выглядели так, будто хотели остаться без посторонних глаз. В книгах явно было что-то такое, что значило для них многое. И Изуку изменил своему обычному расписанию, выходя из магазинчика пораньше.       Слегка встряхнув головой, линчеватель направил носки своих ног в случайном направлении. Отчего-то думалось, что сегодня он встретит Сотриголову. А если так кажется, то так и будет.

***

      Сотриголова и правда попался. Но уже под утро и в компании мутных типов. Мутные типы тут же получили ногами по лицу, потому что мутный — от слова «мутация», а не «муть», и в одиночку Сотриголове с ними не справиться. После этого Изуку хотел скрыться, но остался и немного понаблюдал за происходящим до того момента, как прибыла полиция.       — Снова похитители, Сотриголова-сан, мяу? — Тамакава Санса — один из сотрудников полиции — обратился к герою.       — Да, — Сотриголова нахмурился. — Кажется, это та же организация, что орудовала и в прошлые недели.       — Разберёмся в участке, мяу, — Тамакава кивнул сам себе, и похитителей посадили в машины.       — Разберëмся в участке, — Изуку улыбнулся, повторяя фразу Тамакавы после того, как полицейские уехали. — Мяу.

***

      День у детектива Цукаучи начинался паршиво. С самого утра позвонил Сотриголова и сообщил, что встретил похитителей, которые работали на пока неизвестную, но довольно серьëзную организацию. Честно, Цукаучи хотел бы, чтобы на этом всё закончилось. Но не прошло и двадцати минут, как в участок заявилась молоденькая девушка лет двадцати с беличьими карими глазами, длинными веерами-ресницами, ярким макияжем и покрашенными в пепельный блонд волосами. Цукаучи даже не был в своëм кабинете — его бесцеремонно поймали за руку в коридоре. А девушка тут же начала рассказывать о том, как прошло её утро, и всë никак не подбиралась к главной причине своего прихода.       — ...Я почувствовала запах газа, пошла на кухню, включила свет...       До этого момента Цукаучи лишь кивал, а теперь поднял голову, смотря на девушку взглядом, полным скепсиса:       — Вы сделали что?       — Свет включила, — девушка даже не смутилась. — Мне же нужно было всё рассмотреть, что здесь странного? Так вот, я утечки не обнаружила, что удивительно...       — Было бы удивительнее, если бы она была, и вы бы мне рассказывали эту историю здесь же, а не в отделении больницы или в морге, — натянуто улыбнулся Цукаучи. Он уже хотел попасть себе в кабинет, но девушка продолжала говорить.       Именно в этот момент в участок зашли Сотриголова и Тамакава. Преступников вели за ними в камеру временного содержания.       — Цукаучи-сан, мяу, — Тамакава подошëл к детективу. — Кажется, неизвестные нацелились на причуды ментального характера в этот раз, мяу.       — Ой, у вас важное дело? — крашеная блондинка переводила взгляд с Цукаучи на Тамакаву. — Я тогда пойду! Спасибо, что выслушали, пока-пока! — поправив сумочку, девушка тут же покинула участок, цокая каблуками.       — Цукаучи-сан, кто это была, мяу? — немного растерянно заморгав, Тамакава посмотрел на Цукаучи. Тот глубоко вздохнул.       — Она так и не объяснила, зачем пришла. Просто начала рассказывать про то, как прошло еë утро.       Тамакава задумчиво постучал лапой по своему бедру.       — Это немного странно, но происходит не впервые, мяу. Может, она хотела просто поговорить с кем-то, мяу?       Цукаучи вновь вздохнул:       — Возможно. Иногда я не понимаю людей. Так что там про похитителей?