Желанное тело.

Фэн Синь упал на кровать без сил. Трудный выдался день: очень активный. Сил хватало только на то что бы дышать. Интересно, как сейчас Му Цин? Он тоже устал? Да. Именно это волновало его в данный момент. И только это. Ничто более. Именно этот язвительный «старикашка» засел в голове у Фэн Синя. Что ему там надо? Это началось недавно. Все мысли временами занимал только он. Очень странно. Они ведь даже не ладят. Что за вздор! Погрузившись в мысли о Му Цине, глаза парня сомкнулись и он погрузился в долгий сон. . . . Два тела сплетающиеся вместе в долгом непрерывном поцелуе, что голова начинает кружиться от нехватки кислорода. Прикосновения, такие аккуратные, такие приятные, что хочется забыться. Приятное ощущение в области паха, пошлые звуки, кровать, бжик, бжик, бжик… Фэн Синь подорвался. Проснувшись в холодном поту, он выкинул телефон нахуй, ибо кто-то там написывал. Мерзость. Придя в себя, Фэн Синь только осознал что ему приснилось. Что… Что? Что это такое? Может это был вовсе не он? Бред. . Оголяя широкие плечи, Фэн Синь не переставал думать. Что. Это. Было? Мать твою, что? Он зашëл было в душ что бы расслабиться, но мысли о нëм нахлынули новой волной. Почему он всегда такой язвительный? Я же ничего ему не сделал. Но он бывает и добрым, иногда даже милым. Правда, крайне редко. Хотя, когда он закатывает глаза, порой мне кажется это милым. Интересно, а он думает обо мне? Как относится ко мне на самом деле? Чем дольше он стоял — тем больше вопросов у него возникало. он вышел из душа, слегка прикрывшись полотенцем. Ему это было незачем, ведь, он живëт один. Вновь упав на кровать, он согнул одну ногу в колене, облокотиа еë на стену, вторая же прямо лежала на кровати. он был озадачен: почему столько много мыслей о Му Цине? Треск. Он вспомнил сон. В мельчайших подробностях. Всë что там было от начала до самого пробуждения. Всë. Щëки Фэн Синя загорелись, мысли перемешались, пошлые картинки бегали перед его глазами. Он положил запястье на глаза ладонью кверху. Когда свет перестал проникать через руку, картинки стали только отчëтливей. Парень начал тяжело и часто дышать, ноги его начали ëрзать по постели, как будто у него начался приступ. Фэн Синь не понимал что происходит. Он сглотнул слюну, когда почувствовал странность в области ниже пояса. Его рука в миг слетела с лица и глаза распахнулись. Посмотрев прямо вниз он понял что ему не показалось. Он возбудился. Да так сильно, что голова слегка кружилась. Юноша не мог нормально воспринимать реальность. Вдруг в его голову всплыл образ до боли желаемого тела. Кхм, точнее… Что точнее? Точнее некуда. Вспомнив этот образ, это голос, эти действия, рука сама невольно опустилась к паху. Вверх, вниз. Вверх, вниз… Это лицо… Эти глубокие чëрные глаза, в которых хочется утонуть, эти щëки которые хочется трогать и целовать. Эти губы в которые хочется впиться и проникнуть в чужое пространство. Одной руки ему не хватило. Фэн Синь был слишком взбудоражен. Он вспомнил что однажды он давал Му Цину поносить верхние одежды. Быстро найдя их, он принялся вдыхать, и вдыхать, и вдыхать этот запах. Этот сладковатый, горьковатый аромат. Это любимое лицо. Ах, они прекрасно сочетались. Фэн Синь взял пару подушек и подложил их под себя. Он начал тереться об них, представляя его. Вперëд, назад… Вперëд, назад… Всë быстрее и быстрее. Эти плечи: широкие, сладкие плечи. А эти руки. Жлинные пальцы, худые кисти. Это тело, эта талия, эти бëдра, эти ноги. Быстрее и быстрее. Представлять Му Цина под собой, представлять как ты контролируешь его, как держишь его за шею, как вдалбываешься бëдрами в чужие, как это тело принадлежит тебе. Полностью тебе и только тебе. Оно твоë. Моë, моë, моë, моë, моë, моë, моë, моë, моë. . . . Фэн Синь не мог сдержать стонов, которые вырывались из него от этого наслаждения. Он так быстро и грубо двигался, что казалось, кровать скоро рухнет. Перед самым пиком юноша сменил позу. Он сел, взял те самые одеяния, то место что ближе находилось к лицу, обхватил член тканью и продолжил двигаться. Громкий стон вырвался из его уст. Он запачкал все одежды, но ему всë рано. Он принялся вдыхать аромат снова.