Ночь (не) в мастерской

       Основная работа агентов VALORANT – вылазка куда-нибудь, где будут перестрелки, бомбы, ранения и информация, которую им нужно заполучить. Во вторых — и на базе у них есть довольно много забот. Например: Бримстоун собирает информацию о следующих заданиях, по возможности ищет новых агентов. Вайпер — профессиональный химик, что проводит еще кучу времени в своей лаборатории, изучая химикаты. У каждого понемногу, но разные агенты уделяют разное время своему «второстепенному» ремеслу, коим занимаются помимо Валоранта. Так же и Винсент Фаброн, что любил засиживаться в мастерской долгое время, паяя то одно, то другое. Конечно, ему нет равных здесь во многих его умениях, но все же иногда он сам просил какой-то совет у Киллджой, с которой по совместительству там работал.        Их интерес к изобретениям горел всегда ярко и одинаково. Они могли вместе часами напролёт сидеть за столом и разрабатывать один план, который потом еще долго пытались воплотить в жизнь.        Порой эти посиделки заканчивались тем, что кто-то из них просто напросто засыпал за столом. И если в случае Киллджой ее могли спокойно доставить в кровать, то Винсент же потом мучился с тем, что после такого сна его будили еще позже и отправляли в постель. Для общего удобства вскоре в мастерскую просто заказали еще одну кровать, но поменьше. В такие моменты она спасала, чтобы не приходилось ходить далеко, а сразу с рабочего стола можно было упасть на мягкую подушку.

***

       – Пойдешь ужинать? Или тебе что-нибудь прихватить на перекус? - мягкий голос звучит за спиной, а вслед за этим слышится, как Клара накидывает на плечи рубашку, явно не по своему размеру и стилю.        Ее талия оголена, на груди спортивный топ и на плечах рубашка, с воротника которого свисает золотая цепь. Почему рабочая рубашка Фаброна вообще оказалась под ее рукой?        – Доверяю твоему вкусу… Я слежу за схемой, не хочу сбиться, но я дико голодный. - Винсент не отрывает глаза от монитора, пока возится с паяльником в какой-то очередной «микросхеме».        Он получает невесомый поцелуй в макушку, а боковым зрением наблюдает как Клара надевает кеды и покидает мастерскую на неопределенный срок.        К ее возвращению он перешёл на другой этап, соединяя уже другие электроприборы, и тихо что-то бурча себе под нос. Не все всегда идет идеально, но он старался, и вскоре получалась нужная деталь.        – Приятного аппетита. - снова любимый голосок, с которым врывается Клара и опускает на стол рядом с мужчиной несколько сэндвичей на тарелке.        И первое что видит Винсент, все таки отводя взгляд на еду — слегка, но подгоревший тостовый хлеб.        – Что-то с тостером? И я не про твою машину-убийцу. - Винсент смеется, смотря уже на Клару, что застенчиво отвела взгляд.        – Ам… Да, тостер немного… Kaputt… Надо будет потом починить. - Клара задорно усмехается и садится на другой стул — рядом с Винсентом.        На ее объяснение причины, почему хлеб получился слегка подгорелым, Фаброн смеется и двигает тарелку ближе, и верхние куски хлеба убирает вовсе. Хорошо, что на них не было соуса и чего то еще, что смогло бы склеить всю эту конструкцию. Все остальные ингредиенты остались на месте.        – Ты не подумай, это не из-за тостера. Просто так будет менее калорийно. Не люблю столько много хлеба за раз съедать.        – Не знала… Но запомню.        Удивительно, что только сейчас Клара решила удивить его сэндвичами. Да, обычно она приносила что-то из того, что осталось с общего ужина. То по кусочку мяса, то бутерброды, что были просто простейшие, состоящие из куска хлеба и сыра. Сейчас было довольно позднее время, поэтому даже не съеденное раннее — уже кто-то припрятал себе на завтрак.        И пусть нижние куски хлеба тоже были чересчур хрустящие в силу своей «прожарки», сами сэндвичи Винсенту понравились, и повар не остался без своего благодарственного поцелуя.

***

       – Ma chère, ты засыпаешь… - Винсент осторожно откладывает в сторону паяльник и оборачивается на Клару, что сидела на своем стуле сзади него, но подбородком опиралась на плечо Фаброна. – Переползай в кровать, я скоро закончу и тоже лягу. Твоя помощь мне сегодня уже не нужна. - осторожный поцелуй в уголок губ, после которых мужчина полностью оборачивается и ловит Клару в свои объятия. – Спать, детка.        – Тогда тебе будет скучно… - ее голос был совсем сонный, вот-вот уснет прям на нем.        – Не будет, тем более я уже почти все доделал. Да и ты здесь в зоне видимости.        Клара оказывается в постели благодаря Винсенту, и лениво раздевается с его помощью, оставаясь в нижнем белье, хотя и топ вскоре она с себя скинула, оставив на тумбочке рядом с собой.        – Не сиди долго…        В ответ на свои слова — тихое «хорошо», поцелуй в лоб, уже после которого Фаброну предстоит доделать сегодняшнюю работу и тоже отправиться бы спать, но закончив всё и выключив аппаратуру, он не спешит идти в объятия девушки, а надевает туфли, выходя тихо из мастерской, подумав, что Клара видит уже десятый сон, все таки с момента как она легла прошло больше часа.        На улице француза встречает звёздная ночь, на небе ни единого облачка. И если быть честным с собой, то лучше бы на улице шёл ливень, чем было такое ясное небо. Почему? Да потому что тогда он в действительности предпочел бы вернуться обратно в комнату, в теплую кровать, чем стоять промокшим в шуме дождя и… курить. Правда последнего бы и не вышло, если добавить фактор сильного ливня, и все таки, опять же, сейчас на небе не было никакой надежды на дождь.        Из кармана брюк показывается помятая от времени пачка сигарет. Откуда? У Вайпер в запасе лежит всегда ещё блока эдак три, поэтому переживать по этому поводу — не переживал. И если у Сабины пачка не успевала даже где-то протереться, – настолько быстро ее скуривали, – то у Винсента она выглядела прошедшей огонь и воду, ведь хоть он и курил, но делал это крайне редко. Попытки снять стресс, и в основном неудачные. Сначала он скажет о том, что сэндвич слишком калорийный, и почти сразу после пойдет выкурить табачную палочку, потому что даже у такого успешного человека бывает паранойя на счёт всего хорошего.        Клара не оценит этого, он знает, но сигарета в губах уже дымилась от очередной затяжки. Очередная затяжка уже даже не первой сигареты, и не второй. Третьей. Он делал перерывы, но понимал — прошлой было мало.        Возможно это продолжалось бы и дальше, но помятая временем пачка была уже в мусорном ведре рядом с лавочкой. Абсолютно пустая.

***

       Клара смотрела на электронные часы рядом с собой, пыталась уснуть, но лишь считала минуты с момента как Винсент закрыл дверь мастерской с другой стороны. Может, решил ещё что-нибудь съесть? Но для этого прошло уже слишком много времени. Она знала о том, что иногда он может позволить себе сигарету, но делает это обычно после тяжелого рабочего дня, когда приезжает с задания и потом еще долго сидит в мастерской, но тогда она еще может понять эти намерения. А может, он решил сходить в душ? Для этого тоже прошло много времени. Он не был испачкан смазкой для запчастей или каким-нибудь машинным маслом, чтобы долго отмывать это с себя. И все мысли вызывали волнение, в один момент давая сигнал, что лучше может его поискать?        Бёрингер быстро находит длинный свитер, берет с собой телефон, чтобы подсвечивать себе дорогу и выходит в коридор, как из-за угла к ней выходит причина ее волнения и заставляет Клару вздрогнуть. Он и сам замер, не ожидая, что она не спит:        – Mon Deiu… Чего не спишь? Я думал, десятый сон уже видишь… Извини, что напугал.        Он пытается и взглядом попросить прощение, и кажется не только за испуг, а уже сразу и за то, какой спектр табачных запахов она от него почувствует, если сделает еще пару шагов навстречу.        – Я пыталась уснуть, потом ты хлопнул дверью… Я думала, ты скоро вернешься, но времени много прошло…        Немка волновалась, по ней было видно, и вместе с этим явно дико хотела спать. Она резво подходит к мужчине, берет его за руку и ведет за собой, и лишь закрывая дверь за ними уже в «спальне» мастерской, она приближается ближе к его груди, шее. Тошнило от этого запаха, когда он легкий после одной сигареты, но сейчас Винсент будто грелся у горящего табачного куста, и от этого Клара сразу отстранилась, ужаснувшись таким насыщенным запахом.        – Винсент… Mein Gott… Где ты… Винсент…        Она поднимает на него глаза в полумраке, пока в голове пытаются сложиться пазлы происходящего. Он перенервничал, она заметила еще легкий тремор рук, но сначала не предала этому значения, пока не поняла в чем причина.        – Хорошо… Хорошо, я не злюсь. Я не смею. Но… Сходи в душ… Пожалуйста. И потом я буду готова обсудить любую проблему. Прошу.        Фаброн бы закрыл ей рот ладонью, чтобы не слышать этих мольб, ведь она не должна просить его об этом, да только руки его хлеще всего пропахли табачным дымом. Ее тошнит от этого запаха, но сейчас он ничего не может с собой поделать.        – Я схожу, да… Только т-ш-ш… Ты не должна меня умолять. Я скоро. Извини.

***

       По возвращению из душа Клара ждала его всё так же в постели, как и когда ложилась в первый раз — одно лишь нижнее белье.        Винсент всеми силами старался убрать запах. Помыл голову, почистил зубы чуть ли не несколько раз, и решив, что большинство неприятной табачной вони он убрал — вернулся обратно в постель, сразу же прижимаясь к девушке и тяжело выдыхая ей в шею, прикрыв глаза.        – Если тебе правда хочется завести об этом разговор… Оставим его на завтра… Сейчас… Сейчас я слишком устал.        В его волосы лишь нежно запускаются женские тонкие пальцы, прижимая Фаброна за макушку сильнее к себе и целуют невесомо в лоб, вместе с этим произнося напоминание на известном для обоих языке, чтобы точно не осталось никаких сомнений:       – Я всё равно люблю тебя.

Завтра так завтра. Но ему этого разговора не избежать.