Важный повод

- Это что, юбка? Крис размахивал перед лицом Тома клетчатой тканью, и от этого мельтешения все цвета смешивались в неразборчивый коктейль. - Ты где это взял? Хэмсворт посмотрел на него, как на ребенка, и ответил так просто, будто время сообщал: - У тебя в чемодане, а что? То, что Хэмсворт рылся в его вещах, Тома уже не удивляло. Он третий день таскал там костюм Криса, потому что в его чемодане он был скомкан так, что его пришлось отпаривать перед тем, как надеть. И еще у Тома был один Крисов ботинок, потому что к нему он не убирался. Том подозревал, что к концу тура их вещи будут перепутаны так, что, разбирая чемодан по приезду, Эльза могла обнаружить там не только мужнины, скатанные в рулончики, вещи, но и скомканные футболки Тома и даже его трусы. Он до сих пор был уверен, что его любимые – синие – были среди вещей Криса. Иначе их пропажу никак было не объяснить. - И что ты искал? – тяжело вздохнул Том, вырвал у Криса заинтересовавший его кусок ткани и с силой встряхнул, расправляя. - Я уже не помню, - признался Хэмсворт, - увидел это и решил узнать, зачем тебе юбка. - Это килт, - снова вздохнул Том. – Килт. Такая одежда у шотландцев. - Женская? - Мужская! - О. Крис снова забрал себе килт, рассмотрел его со всех сторон, приложил к себе и посмотрел на Тома с таким удивлением, словно только что увидел его щеголявшим в женском нижнем белье на потеху публике. - Это типа такой, как носил тот чувак из «Звездных войн»? - Юэн Макгрегор, - подсказал Том, который и с Макгрегором успел в свое время поработать, и уже почти обиделся на то, что имя его знаменитого коллеги из головы Хэмсворта вылетело сразу, как влетело. Крис вообще просто к этому относился. Ему словно наплевать было, что с ним работали Хопкинс, Портман и Брана, а сейчас – Дауни-младший. Простота Хэмсворта была одной из составляющих его обаяния, но иногда она пугала даже Тома. – А еще – Шон Коннери. Шона Коннери Крис знал хорошо, поэтому уважительно кивнул, но килт все равно из рук не выпустил. - И что, ты это носишь? - По праздникам, - уклончиво ответил Том, снова забрал килт и аккуратно свернул его. - Ты носишь юбку? – захохотал Крис. – А мне можно посмотреть? - Когда приглашу тебя на свадьбу, - рявкнул уже основательно разозленный Хиддлстон. Он, хоть и был шотландцем наполовину, но к традициям семьи относился с почтением, а от неотесанного Хэмсворта того же было не дождаться. - Не понял? Какую свадьбу? - Крис, - устало посмотрел на него Том. – Это, если тебе не понятно, ритуальная одежда. Она просто есть, и носят ее по праздникам. Про ритуальную одежду Крис не понял, стало понятно по лицу, зато про праздники уловил и расслабился. - То есть, ты не собираешься жениться? Ситуация была тупиковой. Из них двоих Хэмсворт был женат, но и ревновал, почему-то, только он. Том, еще со вчерашнего вечера хорошо наученный, что диких австралийцев лучше не дразнить, почесал саднящую задницу и ответил: - Нет. - Хорошо, - заулыбался Крис. – А ты можешь померить? Жутко интересно, как ты будешь в юбочке смотреться. - Это килт! - Все равно, - отмахнулся Хэмсворт. – А ноги надо брить, чтобы ее надеть? - Нет! И трусы надевать тоже не надо. - Классно, - по довольной, расплывшейся в гадкой улыбке, роже, Том понял, что попал. Так и оказалось. Днем, сидя рядом с Томом на интервью, Хэмсворт наклонился к нему, прикрыл ладонью микрофон и прошептал: - А если бы ты был в юбке, то все сейчас увидели бы твое хозяйство. Том сдвинул колени так быстро, что готов был поклясться – он услышал щелчок. Хэмсворт заржал. - Когда мы вернемся, ты за это ответишь, - шуршащим шепотом пообещал Том, тоже прикрыв микрофон. - Когда мы вернемся, - тем же тоном ответил Крис, - ты даже договорить не успеешь, как я тебя распялю. И сразу, скорчив самую невинную и милую мордаху, он обернулся к ведущему и без разгона понес какую-то ерунду, отвечая на вопрос. Том сидел тихо и молился, чтобы камера подольше снимала Хэмсворта, а не его запунцовевшее лицо. - Ну что, мистер «Румяные щечки», в гостиницу, мерить юбочку? Том развернулся, чтобы приструнить Криса, но замер в полуобороте. По Хэмсворту никогда было не понять, каким он станет через секунду. Только что рядом с Томом был здоровяк-очаровашка, от которого визжали девушки и растекался медовой патокой ведущий, а вот уже он превращался в зверюгу, которой нельзя сопротивляться. Том и не смог бы. От вида такого Криса у него отключалось человеческое сознание, оставались только инстинкты. Поэтому он без возражений развернулся, дошел до выхода, сел в машину и отключился до отеля. На плаву удерживал только серьезный и жадный взгляд Хэмсворта. К моменту, когда они с Крисом ввались в номер, у Тома стояло, как после упаковки виагры. И самым глупым и жалким было то, что Крис к нему даже не притронулся за все время их поездки. Он только сидел рядом и смотрел, а Том под его взглядом елозил по сиденью, вытирал потные ладони о новехонькие брюки и тек в трусы, как все хэмсвортовские фанатки. Черт, да он и был таким, причем, Том мог бы поклясться, что фанател по Крису гораздо больше, чем другие. - Юбка, - отвесил Крис легкий шлепок и направил Тома в сторону спальни. Пока Хэмсворт, только скинув ботинки, располагался на кровати, Том достал из чемодана любовно уложенный килт. Решив в последний раз испытать судьбу, Том обернулся на Криса, но тот уже расстегнул ширинку на брюках и, пока еще невесомо, гладил пах. Увидев, как Хиддлстон смотрит на него и что хочет попросить, Крис снова кивнул на чемодан и заметил: - Мне сейчас тоже нелегко. Том понурился, но вместе с этим порадовался, что Крису не видно его снова покрасневшего лица. Хэмсворт был чертовски справедливым парнем. Доведя Тома до состояния, когда из ушей валит пар, Крис и сам оказывался не в лучшем виде. Хиддлстон достал из маленького кармашка свернутые гольфы, взял чистую рубашку. Показав Крису язык напоследок, Том вышел из спальни, разложил вещи на диване в гостиной и задумчиво изучал их, будто в первый раз видел. Он и так нечасто надевал килт, и только по достойным поводам, а напялить его сейчас только для того, чтобы Хэмсворт через три секунды это все содрал - если не разорвал в клочки, потому что он мог бы - казалось странным. Вздохнув и вознеся молитву мадонне, Том переоделся. Было... непривычно. Точнее, все было привычно, кроме повода. Том одернул манжеты рубашки и вошел в спальню. Это был триумф, покруче, чем выход на вручение Оскара. Крис, не теряя даром времени, уже разделся и валялся на кровати, закинув ногу на ногу. Том отвлекся было на пальцы его ног, которыми Хэмсворт шевелил в ожидании, и отмер только когда они остановились. - Ух ты! - причмокнул Крис. - А разве ее с рубашкой носят? - А с чем? - разозлился Том. - С блузкой? По виду Криса было понятно, что он точно ожидал надетого на Тома топика. Его даже расстраивать не хотелось, но Хиддлстон был слишком взведен тем, как запросто поддавался на хэмсвортовские игры. - Гольфы, - продолжал комментировать увиденное Крис. - Гольфы! Том промолчал, только поджал губы и бросил на него взгляд исподлобья. - А трусов точно нет? Том сжал в кулаках ткань килта, безжалостно ее сминая, и стоял теперь перед Крисом как засмущавшаяся школьница на сцене. - Это... горячо, - вмиг посерьезнел Крис. - Иди сюда. Том сделал несколько шагов к кровати, а Хэмсворт, потянувшись, дернул его на себя. Килт задрался, открывая взгляду Криса все, а Том почувствовал себя как на продажу выставленным: ноги врозь, задравшийся килт, чуть сползший гольф, и полы рубашки выпростались из-под пояса. А над всем этим навис оценивающий покупатель, и, судя по слишком серьезному лицу, он был доволен увиденным. - Хиддлстон, я тебя сейчас трахну. Едва Крис становился таким, как и Тома вело следом. Он размяк под ним, ноги разъехались шире, а колени почти касались покрывала. Хэмсворт, между тем, расстегнул и бросил на пол булавку, а потом начал сражаться с застежками, которые никак не поддавались под его пальцами. Том оттолкнул их, расстегнул все сам, и Крис вытащил ткань из-под него. Вот и все труды - стоило надевать килт, чтобы его так неуважительно сняли через пару секунд. Том потянулся было к рубашке, но Крис, тяжело сглотнув, сказал: - Оставь. У Тома теперь получалось дышать только через рот, чтобы хоть как-то заставить легкие работать. Из него словно вышибли дух, и в этом вакууме каждое прикосновение Криса отдавалось в теле сильнее. Хэмсворт встал на колени между его ног, подхватил их за щиколотки и поднял вверх, положил себе на плечи. Том даже думать не хотел, как все это предстало бы постороннему взгляду: огромный, мощный, голый Крис - и полураздетый, выглядящий как пассив из ролевого порно, Том, в белых гольфах и задравшейся рубашке. - Смазку дай, - прохрипел Крис, разминая двумя пальцами его анус. Том дотянулся до подушки, стараясь нащупать закинутый туда тюбик, но он провалился в щель между матрасом и спинкой, и пришлось повозиться. За это время Крис уже успел сунуть в него палец и водил им по кругу, открывая дырку шире. Смазку Хэмсворт перехватил на лету левой рукой, а Том мимоходом позавидовал такой ловкости - сам он был способен только на то, чтобы громко стонать и водить задницей в отчаянном желании надеться на член Криса. Тот не стал томить, смазал наскоро, хоть и щедро, и сразу натянул на себя. Он удивительно просто обращался с телом Тома, с видимой легкостью крутил им как хотел, насаживал, держа под зад, и тут же снимал. Хиддлстону иногда казалось, что Крис им дрочит, но он не забывал и Тому сделать чертовски хорошо. Крис наклонился вперед, упираясь в кровать кулаками, и Тома сложило вслед за ним, а задница, в которую так ненасытно рвался член Хэмсворта, оказалась высоко задранной и открытой. Теперь каждый толчок щедро бил в простату, а Тома выкручивало на кровати от бешеного удовольствия. У него не получалось подрочить, до члена было не дотянуться - его зажало между животом Тома и его бедрами. Но оказался уже не нужен, тело и без того сводило в предвкушении оргазма, только от толстого члена внутри. - Гольфы, твою мать, гольфы, - прохрипел Крис, толкнулся так сильно, что свез Тома к спинке кровати. - Что ты делаешь со мной, Хиддлстон? Ответа Том не знал, зато прекрасно понимал, что делает Крис с ним. Уже за считанные секунды до оргазма Том обнял его за шею, потянул на себя, не замечая того, что сгибается пополам. Крис поймал его губы и поцеловал - неловко и скомкано, но и это было прекрасно. Замычав в поцелуе, чуть не прикусив Крису губу, Том кончил, чувствуя, как капли спермы заляпывают все тело до подбородка, который почти касался коленей. Крис отпустил его, быстро вышел, стараясь не причинить боли притихшему в оргазменной неге Тому, встал над ним и кончил вслед, добавляя к его сперме свою. Рубашка была испорчена напрочь. Крис навалился на Тома, вжав в матрас, удержал его лицо за подбородок и снова заставил целоваться, слушая ртом тихие, изнеженные стоны. - Круто было, - признался Хэмсворт, отпуская его. - Охрененно круто. Это все гольфы. Том молчал, пытаясь отдышаться, но не получалось, да еще навалившийся Хэмсворт мешал сосредоточиться. Он даже не слышал его болтовни, и пропустил, когда Крис спросил: "А ты сможешь надеть свою юбку завтра?", пропустил так позорно, что пообещал, не думая. Вот только Хэмсворт не забыл.