Игра.

— Подожди, ты правда боишься? — чуть ли не задыхался от смеха Петя.  — Мишка, не ссы. Мама покупала новые подгузники сестре вчера, я занесу, — мальчишки заливаются смехом.  — Придурки, ну какая кровь!  То, что сейчас собирались сделать эти чокнутые, наталкивало меня на трусливые мысли. Вовка заскочил сегодня на спортплощадку с идеями для посиделок у меня. Скажу честно, его выделки вечно приводили нас к крайне неприятным ситуациям. Позавчера так совсем рамки перешли. Высмотрел он где-то в интернете, что можно с помощью огнетушителя устроить шоу неземное, сказал: «Ребята, девчонки все наши». И что по итогу. Мы с Петькой на шухер, этот пошел срывать со стенки агрегат многообещающий, так наше представление случилось раньше времени. Сторож Василий-петух, прическа у него, как у этих самых, увидел, как Вовыч огнетушитель снял. Казалось бы, увидел опасность бросай и беги, так нет, мы же выделистые. Он прям с огнетушителем побежал. Я ему показываю бежать влево, влево баран, там черный выход после покраски дверей открыт, сушат. А он не понял, при этом сам того не заметив, как в действие красного друга запустил. С таким смехом и дымом я давно не бегал. Картина маслом красный огнетушитель — белый дым, это мы на следующий день с родителями в кабинете директора. Пацанам влетело знатно, я же не жалуюсь особо. Мама потом пол дня смеялась с отцом по поводу нашей поимки. Предложила через два года в цирковое документы подавать и друзей своих прихватить, мол аншлаг гарантируем. Я думал его безбашенные идеи на этом точно закончатся, что дальше то, а оказывается можно и дальше. К Вовке приезжал брат двоюродный с иноземными игрушками, вот и продал нашему другу призывальную игру, правда, как расстроено заявил Вова с одной картой. По ней можно было связаться с мученицей Нинке проведя перед этим специальный ритуал. Пацаны, четырнадцать лет, паспорт получили, какая мученица Нинки, почему нельзя пойти погонять на скейте или банально зарубиться в комп. В моей компании мое мнение совершенно ни во что не ставят. Петя и Вовка пришли ко мне в пол восьмого с той самой игрой, правда захватив с собой крекеры и колу, за что очень благодарен. Я-то думал, родителей нет, то есть все эти ритуалы с поджиганием свечей и нашептыванием перед зеркалом никто видеть не будет, поэтому был спокоен, посидим посмеемся с пацанами и дело в шляпе, но не после того, как узнал, что им нужна моя кровь. — Я повторяю никакой крови я не дам, — с возмущением заявил своим гостям, — Вы хоть понимаете, что просите.  — Вов, ну давай я уколюсь, какая разница.  — Здесь написано, что хозяин дома должен пролить кровь на заговоренное зеркало, мы же хотим по-серьезному.  — По какому серьезному? Я закрыл глаза на то, что ты притащил все свои атрибуты ко мне домой, устроил в моей комнате какую-то молитвенницу с этим то количеством свечей, что уже странно, но кровь, извини это чересчур.  — Мы же хотим, что бы она пришла, так почему ты рушишь все из-за какой-то кровки, тут пару капель то нужно. Если бы я знал, что ты такое ссыкло, то нашел бы у кого провести, — гордо заявил Вова.  Молчание затянулось, и Петя произнес:  — Ребят, раз уж так вышло, может включить свет? Мама на следующей неделе уезжает к бабушке Любе на дачу, так у меня соберёмся. Я не боюсь уколов.  — Да не в уколах дело, — буркнул я, — Вы серьезно думаете, что сможете что-то вызвать? Это сказки для малолеток, ну или чудиков.  — Если не в уколах, тогда помажь стекло слегка, чего сказок бояться?  — Ты шут. Я не знал зачем иду на поводу у них и беру канцелярский нож. Разрезал сильнее чем, ожидал, размазал по стеклу в траектории указанной Вовкой и пошел на первый этаж за салфеткой, при этом размышляя, как человек может верить во что-то такое не земное, и если правда верит, то, где его страх. Людям свойственно бояться жуткого и угрожающего жизни, этот же лезет на рожон, зная, что пытается вызвать. На самой карточке пояснения кого вызываем не нашлось, поэтому интернет в помощь, как говорится. Нашел я на каком-то сайте с ответами, про то, что мученица Нинке это девушка, которую очень-очень давно убили за каннибализм. Информация явно не самая позитивная, что еще больше взбодрило друзей. Этот пользователь оставил под своим ответом ссылку, где, по его словам, можно узнать больше. Перешли на этот сайт, а там все в непонятных символах, к тому же выглядел он совершенно не привлекательно. Мне стало интересно, скопировал текст с мыслью позже перевести и узнать побольше.  — Ну что там дальше? — вернулся в комнату прикрывая дверь, дабы не пускать ненужный свет в их атмосферу.  — Садись, мы тебя ждали.  — Действительно, как я такое пропущу. — Не юли, это все совершенно серьезно! — возмущается Вова, — я столько всего искал для этого ритуала.  — Ты про эту смесь в пепельнице? — спросил Петя, получив кивок в ответ.  — Спер пепельницу моего отца? Когда ты успел?  — Заходя взял у кресла, я все верну обратно, он не заметит. —Чувак она хрустальная, смотри сам, но я тебя спалю, если что, — постучав по плечу Вове сел рядом с ними.  Я, конечно, ничего бы не рассказал отцу, но для пущей аккуратности решил Вовке сказать именно так. Родители приедут завтра после обеда, поэтому я обязательно бы что-то придумал в случае чего.  — Я правильно понимаю, что ты собираешься это сжечь? — указывает на пепельницу Петька.  — Ага, прямо над зеркалом с кровью.  — И чего ты вообще от этого ждешь? — спросил я.  — Мученица Нинке может удвоить какую-либо вещь, поэтому я, — Вовка достает из сумки телефон, — попрошу себе этот ништяк.  — Только не говори, что ты украл его у Оли из класса?  —Кто крал?! Ты меня за вора сейчас хочешь выставить? — практически кричал на меня друг.  — А как мне это развидеть? — возмущенно проговорил я, — Хочешь сказать, что она тебе его просто так одолжила? Вова молчит. Слова подбирает, наверное.  — Друг, не молчи? — сказал Петя, — Не поздно его сейчас подкинуть обратно.  — Все нормально, она сейчас с моей сестрой собирается у меня дома. Они в кино пойдут, а как она обратно воротиться, так я его и верну. Давайте начнем.  — Так не делают.  — Ну извини, мама. Я больше так не буду.  — Дай я хоть вместо твоей матери тебе мозгов в голову вложу, если она еще не успела. За такое руки отбивают.  — Что ты сказал про мою мать? — очень грубо произносит Вовка.  — Без петушиных боев, ребята! — сел, между нами, Петя, — давайте дело сделаем и вернем телефон. Потом уже разбираться будете.  — Да это же все развод, почему хоть ты это не понимаешь.  — Развод, не развод, а давай уважим и сделаем, что он просит.  Замолчал я. Пусть делают, что хотят. Телефон у них какой-то удвоиться, конечно, как бы ни так. Лишь бы дом этими догорающими свечами не подожгли, а так пусть делает, что хочет.  —Начнем ребята. Возьмитесь за руки.  — Идиотизм, — цепляю Петькину руку.  — Нет не так, возьмитесь как парочки, перекреститесь пальцами.  — Это так в карточке написано? — спросил Петя.  — Да и закройте глаза.  Ничего я закрывать не стал, буду смотреть за его действиями.  — Миха, ну закрой, — вижу волнуется, закрыл.  Слышу, как шерудит в пепельнице, подвывает. Скорее всего так нужно, буду сидеть без вопросов — быстрее закончит. Тем временем чувствую, как Петька сжимает мою руку все сильнее и сильнее, не пойму, чего хоть он боится, неужто верит. По звукам происходящим Вовка высыпал все на зеркало и пытается ножом что-то выводить, звуки не самые приятные, но то, что он начал проговаривать в следующее мгновения я запомню на всю свою жизнь. «Прости нас святая мученица, Тревожим мы тебя. Прости нас святая мученица, Зовем мы тебя. Явись к нам святая мученица. О, Нинке, Нинке! Проданные тебе души просят, Возьми, что причитается».  Непонятные шуршания, видно высыпает из пепельницы, но через несколько секунд продолжает.  «Прости нас святая мученица, Приставленные к тебе Владимир, Петр и Михаил. Возьми нашу кровь, да услугу окажи. Возьми у нас этот телефон и раздвои». — Ты че несешь, — прерываю весь тот ужас, который он проговорил, — какие души?  — Он, он не раздвоился, — уставился на меня Вова, — ты весь ритуал испортил, я две строчки не договорил, — сует мне карту в лицо.  — Ты совсем идиот? — откинул карту в сторону кровати, — у тебя же семья верующая! Да вы перед каждым приемом пищи молитесь, а ты такое произносишь. Мамка узнает, отправит к деду с бабкой исправляться.  — Да ни черта она не узнает, ты слишком надумываешь.  — Ребят, давайте уже включим свет и пойдем на улицу, мне плохо становится.  — Подожди Петь — сказал Вовка, — я сейчас еще раз произнесу, как я верну телефон, если у меня нет второго такого же.  — Да ни как, верни телефон Оле и не ведись на всякий бред!  — Ага, конечно, верну, только вот ты не видел, что я с ее телефоном сделал, — берет свечку и показывает мне разбитый телефон, окровавленное зеркало и какую-то смесь сверху всего этого.  —Вот черт, — с ужасом и прерыванием произношу я, — ты как, да я тебя, а как мы.  Все молчат, что делать непонятно. Обратил внимание на количество крови на зеркале. Пока я спускался, они резали и себя. Хотел повернуться к Петьке, посмотреть на его руку, как подскочил от испуга. Друг свалился без сознания. Мы кинулись с Вовкой к нему, я все пытался включить этот гребаный свет, в какой-то момент мне показалось, что стены дома дрожат. Дрожат как при высоченной температуре люди. Я не понимал, что происходит. Свет включить не получается, как будто электричество отключили, но в окно был виден свет в других домах. Дверь заперли с другой стороны, потому что с моей замок не был повернут. Не могу нормально обсмотреть друга, он лежал на боку, Вовка начинает его переворачивать на спину. — Аккуратно, его может быть вообще нельзя трогать. Я не могу найти свой телефон, — начинаю метаться по всей комнате, — вроде же на кровать кинул, да где же он.  — Миш.  — Подожди я не могу его найти.  — Миш.  — Да что?!  — Я положил их в коридоре на софе. Телефоны наши.  — Зачем?  — Чтобы ничего не помешало, я же не знал, что ты и без телефона в ритуал влезешь.  — Какой нахер ритуал? — у меня совершенно нет слов, руки отнимаются, — из-за твоей тупой шутки, мы сейчас ему помочь не можем. У него скорей всего приступ какой-то.  — Да с чего бы? Он надышался скорее всего, — Вовка начинает ощупывать его лицо.  — Цветочным ароматом от свеч?  Молчит. А что ту сказать? Дверь открыть невозможно, свет включить тоже, телефоны за стенкой, выход тут один.  — Я полез в окно, попробую позвать на помощь, забегу в дом и возьму телефоны.  — Подожди давай лучше я, у меня больше вероятность не подвихнуть или сломать ногу.  Даже несмотря на то, что это всего лишь второй этаж я немедля с ним согласился. Петька без сознания, а тут еще спорить. Придержал Вовку при спуске с помощью руки. Спрыгнул довольно мягко, сам вернулся к другу и начал его обсматривать. Его лицо привело меня в ужас. До этого он лежал, будто спит, теперь же я вижу, что ему больно. Лицо исказилось, глаза сильно жмурит и губу прикусил. Посмотрел на его руку, она вся истекает кровью. Маленький порез выдает столько крови, что это совершенно не кажется мне возможным. Подбежал к шкафу и вытащил оттуда самую чистую футболку. Белая. Сейчас не жалко. Сел рядом с ним и начал обматывать ладонь, не знаю правильно ли так ее заматывать, других вариантов не вижу. Совершенно не понимаю, что творится, кровь бьет как родник. Мне кажется таким темпом здесь образуется лужа. В панике начинаю вспоминать уроки биологии и кружок в школе, где учили оказывать первую помощь. В данную секунду корю себя за невнимательность и попустительство такой важной информации. Как не кстати сломался этот чертов компьютер, информацию взять негде. Смотреть на это и ничего не делать просто невозможно. Достал из стола учебник по биологии. Остальные учебники остались внизу на первом этаже, как пришел скинул и все. Что пытаюсь найти не понятно, листаю так быстро по итогу порвал несколько страниц. Времени уже прошло достаточно, где этот чертов Вова, неужели со страху смылся. Не может такое быть. Он кто угодно, но не трус. Пытаюсь успокоится, от волнения зуб на зуб на становится, как хоть за пол часа можно было ко всему этому прийти. Отбросил учебники и решил пойти убрать куда-нибудь все Вовкины предметы для обряда, если же он кого-то сюда приведет, чтоб без вопросов лишних. Потому что только по виду этой крови ненужные мысли могут пойти. Подходя, не понял от чего хоть зеркало отражает этот свет, пока не разглядел, что он от него самого и исходит. Нашей кровью он заключил первую букву ее имени в круг с непонятными отметинами, осыпал это все каким-то пеплом и в добавок помазал телефон. Выглядело не вкусно. Беру в руки это зеркало чтобы сложить все в ящик с хламом, на который мама вечно жалуется разбери, разбери. Вот после этого точно разберу. Только попытался ухватиться рукой за зеркало, а оно скользит. Не, ну не дурак же я совсем, но оно совершенно не поддается. Как песок сквозь пальцы, мне уже совсем плохо стало, раз такое чудится. Зеркало поблескивает, все что мне пришло в голову, это взять кубок со школьных соревнований и разбить им стекло. Разбилось.