Орхидея с шипами

      Ран было, откровенно говоря — превосходно. Никто на мозги не капает, дела банды её сейчас совсем не касаются, парни сами со всем идеально справляются. А самое главное — спи сколько хочешь! Для Старшей это попадание в больницу, оказало больше эффект короткого отпуска, нежели больничного.       Такое поначалу удивило Ран, ведь к ней не пускали почти никого. Но потом Локи, совсем не раскаиваясь, сказала что это по её приказу к ней никого не пускали, только с её разрешения и по одному. Что ж, Ран была благодарна.       Рана на ноге затягивалась, хоть и ужасно медленно, становится на неё было возможно. Но стоять, а уж ходить было больно. Но Маленькую Ханму это не остановило от слов «Костыль? Ты что, старуха с палкой ходить? По стенке дойдёшь». Да, было грубо. От врача, что прекрасно понимал как сейчас ей ходить с не затянутой раной, слышать такое было непривычно. Но Локи только глаза закатила, оправдывая это фактом, что Хайтани постоянно спит... И это было правдой.       Более мелкие повреждения, как царапины уже почти зажили. Синяки приобрели зеленоватый цвет, показывая что они тоже заживают. Гиматомы по телу, которых было немного исчезали также как и остальное — нехотя и потихоньку, принося боль. Следы от ладоней на шее, что остались от того парня что её душил, сходить не собирались, казалось они оставались одинаково яркими, каждый раз, как на них смотришь... И это удручало.       Посетителей у неё было не много за всё время. Риндо был первый, кого она позволила к себе пропустить. Он очень переживал, и честно, по нему было видно. Яркие синяки под глазами бросались в глаза сразу как он вошёл, покрасневшие глаза только подтверждали теорию о плохом самочувствии. Менее всего его сейчас беспокоили внешность и самочувствие.       Ран не смогла сдержать улыбки от тёплых чувств что накрыли её словно крылья, когда Риндо бросился к ней чтобы заключить в крепкие объятия. Он даже не сразу понял что доставил лёгкую боль, сдавливая в тисках раны на теле сестры. Но это её совсем не побеспокоило тогда. Наоборот, такая искренность её сильно радовала.       В тот же день, к Ран по одному приходили и командиры отрядов. Каждый не на шутку перепугался, когда Ран увозили на скорой помощи. Сразу после них, к главе пожаловал не абы кто, мать вашу, Косяк! Как её Локи пропустила, осталось загадкой даже для патрульных, что постоянно стерегли вход в палату. Но она пришла не только с глубоким сочувствием, но и с вестями о "Тартаре", которые слегка удивили Ран.       Когда все люди "Пепелища" убрались с територии отеля, туда мигом подоспели и Красные, полностью блокируя и ограждая территорию. Поговаривали, что Нацукуса лично прибыл на место.       Ран только хмыкнула, не понимая что творится у голове у этого маразматика. Хотя, он должен быть не старше её отца... Должен быть... Сколько вообще Яхико лет?       Ближе к вечеру того же дня, к ней пришёл Шиничиро. По его словам, что случилось, он узнал только от Риндо сегодня утром. Но слух о случившемся, уже дошёл не только до него, но и до большинства тех, кто знаком с "Пепелищем". Ну и Майки с дедушкой Мансаку тоже в курсе, ведь подслушали его разговор с братом. Ран это даже показалось милым.       Неожиданным гостем стал последний человек, которого Ран хотела видеть. Он пришёл самым последним, когда солнце уже село. Его хмурое лицо, с поджатыми губами и пронзительно злым взглядом, давали то детское чувство страха. Он стоял у закрытой двери, с прямой осанкой и сложенными в замок руками на груди. Он источал уверенность, власть, и ужас. Ран смогла только несколько секунд посмотреть на него, но медленно отвела взгляд от молчащего мужчины. Сразу под таким натиском вспоминаются грехи. — Ну. И? — от этих слов, что звучали так холодно и пронзительно, хотелось как в детстве спрятаться под одеяло. Собственно. В этой ситуации так сделать позорно не будет. По этому вскоре к отведённому взгляду в придачу добавляется и медленное сползание под одеяло. — Вылезай. — У-у... — рот даже сил открыть нету. Сразу вспоминается как в детстве "случайно" разрисовала курсовую работу этого человека. И как потом отхватывала по самое не хочу. — Я просто хочу поговорить. — слышится злость и сталь в голосе. И Ран только качает головой, не собирая ни говорит, ни вылезать из укрытия. — Ран, не доводи... Просто поговорим. — Ты меня будешь ругать... — Буду. Ещё как буду. Но сначала поговорим.       Ран молчит. Дыхание перехватывает, когда по палате раздаются шаги, неторопливые, тяжёлые. Когда они совсем близко, Ран чувствует как кровать прогибается под его весом...       Он молчит. Минуту. Две. И Ран, боясь даже слишком громко выдохнуть воздух — молчит.       Она почти трясётся, но выглядывает с укрытия. Хайтани сразу сталкивается с взглядом карих глаз, в которых сейчас так много эмоций. Он просто смотрит в ответ. Но после подзывает её к себе рукой.       И Ран поддаётся, полностью садясь, приближается ближе. Он выставляет руки в стороны выжидая. Ран ныряет в родные объятья, не давая ему и шанса уйти. Но он и не собирается, только сильнее сжимает, обнимает в ответ, старательно сдерживается, стараясь не навредить и причинить боли. — Ты сильно злишься? — уточняет Ран, чувствуя как крепкие плечи трясутся, хотя это и не видно. — Я в ярости. — честно говорит он. — Ты.. самая безрассудна и.. глупая девушка в мире... — его голос дрожит с каждым предложением, и он сжимает сильнее. — Скажи.. Ран.. ты меня в могилу раньше времени свести хочешь? — Нет.. — она стыдливо прячет лицо в складках его одежды, пока он, перемещая одну руку на голову, начинает поглаживать по голове, запуская руку в её волосы. — Точно? От этой выходки, у меня появились несколько седых прядей. — Ран не смешно. Совсем не смешно. Глаза уже щиплет от подступающих слёз, что сдерживать не получается. Он гладит и обнимает, как в детстве, пусть она уже и выросла. — За что мне такая племянница? — Ран пожимает плечами, стараясь так скрыть то как они подрагивают. — Не знаю... Расса, ты хоть.. хоть.. не кричи... — Не буду... Но отругаю по полной программе. Чтобы больше и мыслей таких безрассудных не было.       Расса был взбешённый, когда услышал о случившемся. А узнал он это, даже не от Риндо, или от кого-то с командиров. Хотя один с командиров должен был доложить ему что случилось. А от дочери подруги, Хоэру Хадо, или как её за пристарстия к веществам, прозвали Косяк. Она не стала скрывать ничего, и рассказала как есть.       Риндо же, когда Каяно явился на порог квартиры сильно перепугался, ведь говорить что-то про.. этот.. инцидент не хотел. Знает что хуже злого Рассы, что вполне может через связи прибить человека, хуже только... А знаете.. Расса хуже любого самого страшного существа на планете.       Хайтани выдал всё под лёдяным взглядом дяди, и был предельно честен в редких вопросах. Но это от зловещего «Я потом с тобой разберусь» Риндо не спасло. Только кошка, что удобно устроилась на спинке дивана и, казалось наслаждалась, что её хозяина так морально унижают.

***

      Сегодня Ран выписывают. Хайтани, собирая не многие пожитки за пятидневное пребывание тут, шестого дня, ей разрешили езжать домой. Ран была этому поводу рада. Надоели уже эти вылизанные до блеска комнаты и коридоры, в которых хлоркой и спиртой воняло казалось на добрые километры. Ран думала что она до костей пропиталась этим запахом, про вещи и говорить не стоило.       Поковыляв к тумбочке, в которой Локи услужливо оставила мази и обезболивающие таблетки на случай если нога слишком сильно разболится. Ран только сильно удивилась когда медсестра, что заменяла Локи, сказала что Ханма сегодня отсутствует. Забрав все баночки что оставила Локи, Ран направилась к сумке.       Дышать полной грудью было уже тяжеловато. Бинты всё также услужливо скрывали её грудь, но в обмен забирали возможность глубоко дышать. К слову, Локи грозилась что-то с этим сделать. Ран покачала головой отмахивая эти мысли, в надежде что эта услуга останется в далёких планах. Складывая препараты по карманам, в дверь постучали.       Хайтани удивилась, ведь обычно никто к ней не стучал. Значит это кто-то посторонний. — Войдите. — крикнула она не громко. Вошедший, был парень лет девятнадцать-двадцать на вид. Чёрные короткие волосы и бледноватого цвета кожа. Одетый в форму медбрата. Закрыв дверь, он повернулся лицом. Ран на секунду прищурилась, когда пыталась вспомнить его. — Ты кажешься мне знакомым.. — Хайтани Сама, рад видеть что с вами всё в порядке. — он поклонился. А Ран всё также вспоминала кто он. Но когда он поднимал голову, и тень закрыла его лицо, образ сразу вспыхнул перед глазами. — Это ты... — прошипела она сквозь зубы. — Ты передал мне ту записку в театре. — парень выпрямился, но подходить не собирался. — Так безрассудно прийти, ты на что рассчитывал? — Хайтани Сама, меня зовут Киба Намико, я с второго подразделения чётвёртого отряда. — начал он говорить, пока Ран спокойно слушала. — Наша группа была отправлена в Йокогаму, ещё в ноябре этого года, на слежку "Тартара" но нас захватили в плен. — И почему же, ты, сейчас стоишь передо мной? — надменно и властно прозвучал голос главы "Пепелища". — Я... Мы все перешли на сторону "Тартара", когда кое что выяснили. — Это должна быть очень везкая причина. Иначе тебя ждёт ссожение на костре. И уж поверь, я лично проверю чтобы тебя предварительно не застрелили. — Конечно Глава! — уверено заявил парень, на что Ран была бы рада усмехнуться, но не может. — Как выяснилось, нас захватили ещё с несколькими группами, только они не были наблюдательными как мы. — Вздор. Я не отправлял в Йокогаму бойцов. — Но это и оказалось причиной, нас спутали с ними. Эти группы нападали на Красных даже на улицах города. Мы хотели их остановить, но нас приняли за их союзников...       Рассказ был долгим. И к его концу Ран сидела с обескураженым лицом. Это звучало крайне дико, но так хорошо закрывало пробелы в их борьбе.. — И вы присоединились к "Тартару" чтобы отсеивать предателей... — Киба кивнул, уже сидя на стуле недалеко от главы. — Это многое объясняет... — Нацукуса Сама меня отправил не только за этим. — Хайтани глянул на него с под лба. — Он хочет с вами встретиться в ближайшем времени. — И когда он готов встретиться? — Я не знаю. — сказал он протягивая конверт, что достал с формы. — В большую информацию меня не посветили. — М.. — Ран приняла конверт, начиная его осматривать на предмет вскрытий. — Тебе эта форма не идёт. — вдруг сказал он. Сказанное эхом прокотилось в голове несколько раз, прежде чем смысл дошёл до Намико. — Кто дал тебе её? И вообще, как тебя сюда пустили? — Ну я... — Встань! — резко скомандовал глава, и Киба не смел не повиноваться.       Дверь открылась и на пороге оказался... Твою мать... Сагишимо... Он пристально оглядел "медбрата" с ног до головы. А после посмотрел на Ран с непониманием. Сагишимо— Кто это? — вопрос предназначенный Ран, был быстро изменён. — Нет, не так. — он закрыл дверь, проходя во внутрь. — Почему ты тут? Намико Киба. — всё. Приплыли. Сушим вёсла. Киба— Добрый день, Сагишимо Сама. — по палате разнёсся громкий удар. Киба мельком взглянул на главу, что ударил себя по лбу. Ран— Поздравляю. Ты только что провалил свою миссию. — бросив конверт в сумку, Ран закрыла её, и поднявшись, начала ковылять к двери. — Ну пошли, расскажешь всё на парковке. Сагишимо— Так ты теперь в "Тартаре"? — спросил Ичикава, смотря на Намико. — Печально... Ран— Помочь не хочешь? — отозвался голос у уже открытой двери. Сагишимо— Хочу. — сухо сказал голубоглазый, забирая сумку и подзывая идти за собой Кибу. — Ну не спеши ты шлёп-нога, бинты разойдутся.       Ран только выдохнула клуб пара на это замечание. Ей осталось только гадать, о каких бинтах он говорил.       Как и просила Ран у Намико, тот всё рассказал и Сагишимо. Конечно он не хотел по началу говорить, но глава настояла. Ран показала записку Ичикаве, и рассказала причину такого поведения у отеля. Сагишимо слушал и кивал, не перебивая или уточняя.       Они стояли на парковке у больницы, Ран стоять могла без проблем, что радовало. Саги устроился у машины, упираясь в неё спиной, на сколько позволял его рост. Намико стоял напротив.       Киба закончил, а Сагишимо всё также молчал. Зажав губами дымящую сигарету и смотря в никуда. Киба посмотрел на главу, Ран же, наклонив голову только без понятия пожал плечами. Сагишимо— Именно по этому, ты не решил контролировать наши действия, не позволяя своевольничать? — он больше утвердил. Теперь многое в поведении Ран, и в некоторых поступках объяснялось.       Сагишимо не чувствовал предательства, и что ему не доверяют. Напротив, он бы сделал точно также, в независимости от того, друзья это или просто подчинённые. Он прекрасно её понимает. Ран— Да, но не смей меня за это попрекать. Сагишимо— И не собираюсь. — он перевёл взгляд на Кибу, что продолжал слушать. — Намико, передай Нацукусе что встреча с Ран прошла успешно. Про меня не говори. Если вдруг будет нужно попасть на базу, я тебя прикрою. Киба— Буду очень признателен!       Намико сделав низкий поклон, ушёл восвояси. Ран с Сагишимо только проводили его взглядом.       Закинув вещи Хайтани на заднее сидение, Сагишимо сел за руль. — Так что там с бомбами? — спросила Ран, удобнее устраиваясь. — Я так и не поняла, что имел ввиду Рурако, говоря что бомбы закачанели. — С ними нечто странное...

Пару дней назад:

      На прилавок падает увесистое изделие, с грохотом снося всё вещи с стола на пол. Хозяин магазина вскрикивает падая со стула и закрывая голову руками.       Над ним возвышается командир первой отряда "Пепелища" — Хакаме Киримори. Он смотрит на него с угрозой и немым вопросом. Который практически сразу озвучивает командир чётвёртого отряда. Сагишимо— Признайся, кому ты сделал эту бомбу? — он стоит над душой у Джина, что раньше делал такое на заказ.       В магазине собрались все командиры отрядов, оставив их временного главу за главного в театре, все решили поехать за информацией.       Джин Дайго, сейчас сороколетний мужчина работающий в магазине бытовой техники на среднюю зарплату, в восьмидесятие и девяностые промышлял не совсем добрыми делами. Сделать для него нечто взрывоопасное с подручных материалов, было на уровне как решить простенькую задачку. Но брал он много за изготовление подобных механизмов. И буквально на заре двухтысячных, он резко ушёл на дно, переставая делать бомбы. Джин— Клянусь, не моих рук! Не моих! Не моя работа! — кричал он, когда Хакаме пальцем подталкивал бомбу к краю прилавка. Тецучи— Не ври. — спокойно произносит чёрноволосый, когда за шкирку поднимает мужчину на ноги. — Только ты используешь разноцветные провода в бомбах. Джин— У меня шесть дочерей! Конечно у меня всё разноцветное! Я и косичку заплести могу с проводов, но она не моя! — тыкая на бомбу, он старался уйти от неё подальше. — Я... Отошёл от дел ещё лет восемь назад. Большая не делаю! Сагишимо— Но кто-то же сделал её такой как у тебя. Джин— Нет, на мою она не похожа! У неё дистанционное включение! — заявление удивило командиров. Рурако— ... Это как? Рен— Это.. ты стоишь.. тут... А бомба.. начинает работать.. в другом.. месте... — ответила женщина в оранжево-фиолетовом кимоно. — Но... Как вы это.. поняли? Джин— Блять по антенне! — тыкая пальцем на длинный металлический провод, что был будто с радио вырван, он уходил от неё ещё дальше. — На ней установлено время, и она уже запущенна! Хакаме— Эти бомбы, провалялись у нас пару дней, так и не сработав. — стуча по мегаючему экрану, он снова придвинул взрывчатку в сторону подрывника. — Так, что скажешь? Джим— Не может такого быть! У неё же идёт время! Тецучи— Оно обновляется каждые десять минут. Джин— Невозможно!... Хотя... Такое могло только произойти, если этот таймер, претерпел сильно низкой температуры... Замёрз то есть... Погодите, вы сказали она не одна?! Хакаме— Их у нас десять. И каждая вот так тикает.       Джин подошёл к столу и забрав взрывчатку от цепких рук Белой Черепаши, начал её крутить в руках, осматривая провода, мигающих экран, взрывчатое вещество и их места соединения. Достав с ящика несколько плоскогубцев, ножниц и отвёрток, Дайго принялся разбирать её по частям.       Отделив таймер, что продолжал тикать и отсойденив от него провода, он принялся разбирать сам ящик таймера.       Удивлению командиров и подрывника небыло предела, когда на стол посыпались кусочки льда. Вся внутренняя часть таймера, была покрыта слоем снега, что стал таять на глазах.

Наше время:

Ран— Что, серьёзно? — Ичикава закивал, отвечая на вопрос — Охренеть... — сказать было больше нечего.       В голове только снова вспомнилось то холодное касание, и слова «Точно не сегодня». Что-то Ран подсказывало, что не просто так именно лёд был внутри. — Почему Риндо не с вами? — в конце концов спрашивает Ран. — Он сейчас вместо тебя упивается статусом временного главы "Пепелища". — Вы так легко этому позволили случиться? — укоризненно говорит Ран, смотря на Ичикаву сквозь зеркало заднего вида. Но при этом она улыбается. — Это объясняется почему он перестал меня навещать. Вы его загоняли. — Мы тебе не изверги... Мы его заебали. — в голосе даже какая-то гордость. Но Ран только хочется пожалеть Риндо, и ещё сильнее заставить его побегать в шкуре главы.       Как много бы время не прошло, и Риндо осознавал свои поступки, всё равно он время от времени забывается. Ран хотела уже предоставить ему такую возможность, чтобы он на себе ощутил, каково это сидеть за отчётами с утра до утра, давать задания, утверждать патрули, продумывать им маршруты и паралельно стараться спать и есть. И самое главное, с ума не сойти. Хотя Ран была к этому уже катастрофически близко, и если бы не тот выходной, сдурела бы как минимум.       Сагишимо по приезду, молча взял сумку Ран и понес в сторону их с братом квартиры. Хайтани не сказать что была уж сильно этим довольна, и до самого лифта пыталась если не отобрать свою поклажу, то хоть выпросить её отдать. Выглядело с одной стороны довольно мило, мол молодой человек помогает донести вещи д.. д.. другу... А с другой стороны, выглядело так, будто высокий парень забрал у раненного человека сумку и не хочет отдавать. Сагишимо повиновался только когда он были у самых лифтов.       Так уж случилось, что Сагишимо, совсем чуточку, но в стандартный лифт не помещался из-за роста. Ему приходилось если не приседать, то сильно наклонять голову. И при возможности он предпочитал их избегать, но карабкаться на более чем двадцатый этаж, тоже желания было ах и ох как мало. По этой причине уговорить его отдать вещи и возвращать, было не трудно.       Ран вошла в дом с грохотом. Закинув сумку как можно дальше от порога, она с большой радость вдохнула родной запах дома. Путь как хорошо не было на больничном, но дом есть дом.       Дома у Хайтани, было не совсем тепло, многие даже говорили что прохладно. Раньше, хоть раз в неделю но стабильно воняло алкоголем и сигаретами, из-за тусовок что устраивал Риндо, и Ран могла сутками после такого держать окна в доме открытиями. Сейчас такого не было. Тихо и относительно спокойно. Часто на фоне могли гудеть новости, или какой-то фильм, звуки улиц слышны только на балконе. И не смотря на то, что книг в их доме почти не было, всегда пахло старыми книгами. Такими, в которых страницы стали почти коричневыми от времени. А ещё откуда-то, но вечно тянет лавандой и крепким чёрным чаем. Никаких цветов у них не было, лаванды и подано, свечами или благовониями они не пользовались, так что откуда вечный аромат лаванды, загадка с момента приобретения квартиры. С чаем аналогично.       Ран придерживаясь за стену, оставляя сумку в своей комнате и направляясь к залу. На встречу ей вышла только кошка. Куроюки казалось радостно замяукала, подбегая к девушке. Она стала тереться головой о ноги.. только о здоровую ногу, удивительно умное создание.       Но где же Риндо?       Ран пройдя в зал, сама ответила на этот вопрос. — Ну заразы... — качая головой, Ран с долей смеха смотрела на несколько стопок бумаги, разложенных на кофейном столике у дивана.       Эти скотины свалили на Риндо даже ту работу что Ран не успела сделать до попадания в больницу, услужливо перенеся все документы с театра к ним домой. Ну не мило же?       Риндо тупо уснул сидя за столиком на полу. Вредная привычка однако, сидеть и работать на полу, но Ран сама этим грешит.       Ран садиться рядом с ним на диване, тормоша брата за волосы. Риндо только что-то бурчит, и поворачивает голову в другую сторону, не желая просыпаться. — Риндо, давай вставай. — Ран продолжала трепать его волосы, напрочь портя прическу. — Давай глаза открывай, пока я не перешла к тяжёлой артиллерии... — но Рин только отмахнулся во сне, удобнее устраиваясь на бумагах. Ран выпрямилась, и убрав руку, начала громко считать. — Десять!.. Девять!.. Восемь!...       Распахнув глаза и испугано подорвался с места. Он был готов и вылезти из-за столика, но услышав знакомый смех, успокоился и повернулся к сестре. — Ран, почему ты не позвонила? — протирая глаза поинтересовался Хайтани Младший.       Риндо предлагал забрать её с больницы, но парни сами предложили это сделать. Чтобы услужливо не отвлекать его от бумажной волокиты. Теперь он на много лучше понимал, вечные упрёки Ран при оформлении отчётов. Их собралось после происшествия в отеле, больше чем обычно. Каждый был подобен и точен до мелочей. Но... Какой имбицыл, скажите на милость, смог откопать отчёт с нескольких пожарных частей, по причине возгорания здания, а также его план эвакуации тысяча девятьсот-мать вашу- девяносто первого года!       Риндо даже гордо продемонстрировал его Ран, с жалобами и матами. На что только девушка присвиснула, и почесав затылок произнесла: — Ну вообще... Я попросила этого парня узнать что произошло с отелем, за долго до того, как войти в "Орион"... — А я то уже думал у тебя связи и в пожарных есть...       Ну, они могли бы быть, если бы только "Пепелище" не прославились своими поджогами складов "Тартара". Та и впрочем, они часто подкидывают роботу пожарным. То бар подожгут, то в ночном клубе отжигают, могут только ради веселья поджечь какую-то заброшку. В общем. У них с пожарными чуточку натянутые отношения... Совсем малость... Ладно. Пожарные часто при виде кого-то в форме "Пепла" обливали их водой, прогоняя куда подальше. А Чёрно-белые, поджигают что-то в их районах. У них всё взаимно.       Ран посмеялась, когда Риндо всё жаловался и жаловался на статус временного главы "Пепелища". Он за несколько дней прочувствовал все прелести быть главой такой чудно́й группировки. Он был настолько преисполнен должностью, что поклялся распустить банду, если вдруг он станет главой на постоянной основе! Зам глава он что? Ну там постоит, тех успокоит, тут проконтролирует, тем посоветует и всё, день закончен. Старшая Хайтани только почувствовала его проблемам.       Риндо ещё некоторое время рассказывал о произошедшем за время больничного. Но в прочим, нечего нового Ран не узнала. Всё что ей могли рассказать — рассказали сразу.       Ран направилась в комнату, нужно было разложить вещи. Подобрав по дороге сумку и положив ту на кровать, осмотрела комнату. Она не сильно сменила с последнего её тут появление, только пыли больше стало. Хмыкнув, Ран сделала мысленную пометку или дождаться когда нога заживёт и сидеть генеральную уборку, или вызвать клининг. Повернувшись к сумке и открыв её, Ран сначала удивилась увидев конверт внутри, и нахмурилась, вспомнив от кого он.       Она повернулась к закрытой двери, прислушиваясь. Ран не сказала Риндо за встречу. И командирам отрядов тоже. Хайтани снова повернулась и сев на кровать, достала конверт, начиная его крутить в руках.       Он был чистым, без единой надписи на бумаге. Только чуточку помятый из-за перевозки с вещами. Он не был порван, его не открывали, и предметов вскрытия не было. Он был лёгкий, и ничего внутри казалось кроме листа бумаги не находилось. Это радовало. Ран аккуратно открыла конверт, доставая сложенный лист.       Она смотрела него ещё несколько минут, будто не решаясь открыть. Внутри её ничего не останавливало, чувства что это ошибка не было. Никакого подвоха она не ждала. Просто, перестраховка что-ли?       Помотав головой не отрывая взгляда от листа, она развернула его тут же замечая любопытную деталь. У листа оторван уголок бумаги. Он не задевал текст, но почему Нацукуса...       Идея пронзила её сознание. Она достала с кармана клочок бумажки, который ей передал Киба в театре. Она ещё удивилась, почему надпись не на аккуратном листочке, а на огрызке.       Приложив клочёк к месту разрыва, формы совпали. Значит ли это то, что Нацукуса хотел так доказать свои намерения? Чёрт знает что у него на уме. Может он хотел убедиться, что письмо дойдёт в нужные руки?       Ран пробежалась глазами по тексту. Внимательно вникая в каждое слово. Перечитав послание несколько раз, Ран усмехнулась. Мотая головой она опустила лист. Несколько смешков сорвались с губ, не то насмешливые, не то нервные. — Он в своём репертуаре...

***

      Как и было сказано, Ран строго следовала инструкции, чтобы добраться до места, где должна быть встреча. Ещё совсем ранее утро. Стрелки часов едва перевалили пол восьмого, а Ран уже находилась на месте встречи.       Было довольно холодно, как не крути, а морозное зимнее утро. Солнце пробивалось сквозь небоскребы, освещая и чуточку согревая. Улицы города уже украшены гирляндами и рождественскими поздравлениями. Множество снующих в разные стороны людей, у кого-то было уже слишком праздничное настроение.       Ран ещё пару секунд посмотрела на уходящий автобус, на котором сюда приехала. Стоять на холоде не хотелось. Она медленно поковыляла дальше, буквально в паре метров от остановки. Хайтани ожидала чего угодно от места встречи с главой "Тартара". Но какая-то кофейня на окраине Роппонги, и в менее чем в сотне метров от офиса Красных, было последнее чего она ожидала.       Войдя, противный колокольчик на двери оповестил о новом посетителе. На Ран обратил внимание только бариста за стойкой, остальные посетители даже ухом не повели. Осматривая небольшой зал, Хайтани заприметила знакомый затылок с черными волосами зализанными назад. Он чё, специально сел спиной к входу, серьёзно? Закатив глаза, Ран пошла к нему.       Подходя ближе, она только больше убеждалась что это он. Как минимум, ярко красное пальто, лежащие рядом, тоже это подтверждало.       Он сидел и выжидал, уверенно зная что Хайтани явиться. Сюрпризом было другое. Ощутимый пинок в плечо вывел его из мыслей. Ран, как будто ничего не сделав, села на против него на диван, смотря холодно в его глаза. — И зачем ты это сделал? — спрашивает басистым голосом Нацукуса, осматривая главу "Пепла" и потирая плечо. Пусть что говорят, а у Хайтани рука тяжёлая. — Я думал вы уснули. — ответила Ран как можно более беззаботно. — Сидите и не двигаетесь, что я ещё должен был подумать? — Ври больше. — он не огрызается, хоть так и хотелось. Что-то у Рана есть такое противное. Явно от отца передалось. — Рад что ты пришёл. Как нога? — Заживает. — вот Ран огрызается. — Страно только ваше волнение. — Прости? — Вы так печётесь что меня кто-то мог отследить? « Использовать только общественный транспорт. Расплачиваться только наличкой. Никому не говорить о месте встречи и что она произойдет вообще. Не одевать форму. » это даже не половина просьб с послания. — Нацукуса хмыкает, но не отвечает сразу. Смотрит и оценивает собеседника. — Тем не менее, ты выполнил мои просьбы, Ран. — кивает он, но не понятно кому. — Так, что мне сразу перейти к делу, или сначала мило побеседуем? Всё же давно не виделись... Как Риндо поживает? Видимо ему не очень понравилось быть временным главой. — Не ваше дело, уважаемый Нацукуса. Давайте выкладывайте как есть. — чего она ждала от этого мужчины? Что он так просто начнёт говорить? — Хорошо. — о, неужели чудо? — Почему "Пепелище" напало на моих людей в Йокогаме, в начале ноября? — ... Чё? — Ран откровенно не понимает, он на полном серьёзе щас базарит? — Вы что-то путаете. Это ваши люди напали на моих, в начале ноября. И отмечу, что некоторые даже были убиты. — Ран злиться, видя как спокоен Красный на против. — Мои люди тоже понесли потери, и не маленькие. — говорит, глядя в глаза Хайтани. — Но при всём уважении к тебе. Последнее что мне сейчас нужно, это спорить с тобой. Поэтому выслушай меня, пожалуйста, а после делай выводы. — Ну удиви меня. — Как ты знаешь, но в конце октября, я выкупил несколько складов в Токио...       Нацукуса поведал что произошло.       Он знал, что если они захотят вернуться в Токио, "Пепелище" как минимум отправит разведчиков, чтобы узнать их мотивы. И были к ним готовы. Нацукуса знал что они без причины не нападут, а если и так, без приказа главы, то бойцы будут наказаны. Секретом возвращение не было, им нужно было хранить товар в Токио для поставок по фирмам, но никакого преступного мотива в этом не было. Но то что произошло дальше, повергло в шок многих.       "Пепелище" действительно пришло узнать причину возвращения, но напало на несколько груп. Приказ чтобы переловить всех Чёрно-белых вышел незамедлительно. Пришлось попотеть несколько дней, но удалось поймать почти всех. Были и пострадавшие, их сразу направили в больницу Йокогамы. Там то и начались первые странности.       Много кто с пойманных, с пулевыми и ножевыми ранениями хотели уйти и убежать, много кто вёл себя как последняя сволочь. Но единицы были спокойными, и с недоверием смотрели на союзников. Опросив каждого с тех, кто вёл себя адекватно, стало понятно что никто с буйными не знаком, и они не знали о том, что "Пепелище" будет нападать. Киба, был один с них. Он сказал что знает все отличия подразделений в банде, и ему не составит труда отсеять самозванцев.       Так и случилось. Все кто нападали на "Тартар" были нанятыми за большие деньги подростками. Им специально выдавали форму "Пепла" чтобы сильнее распилить вражду. И только недавно, когда они стали находить точки вербовки по всей Йокогаме, а также ловить организаторов, нападения сократились почти в половину.       Сейчас они переловили почти всех, и удивительно, но никто на них больше не нападал. Это все наталкивало на одинаковый мысли у "Тартара" и у их союзников с "Пепелища".       Зачем кому-то, обманом натравлять "Тартар" на "Пепелище"? — Удивительно, насколько у нас похожие ситуации... — подытожила Ран, прокручивая слова главы "Тартара" в голове. — Я бы сказал — аналогичные. — кивнул он на сказанное, оглядывая Хайтани перед собой, насколько ему позволял стол. — И какие выводы ты можешь вынести? — Что кому-то выгодно, чтобы одна банда задавила другую. — она смотрит на стол, выискивая с пустой чашке чая ответ. — Но почему тогда... — Хотели убить именно тебя? — Нацукуса знает как Ран не любит когда его перебивают, но тут, он просто кивнул. — У меня мнение, что кому-то выгодно забрать твою группировку себе...       Ран на миг посетила странная мысль, и она её незамедлительно озвучила. — Что если, этот кто-то.. убив меня хотел вызвать гнев банды, и напасть на вас? Кому-то выгодна моя смерть, из-за многих аспектов. Но странно что тогда не идёт упор на "Тартар". — Возможно ты и прав. — соглашается Ёрубото, продолжая осматривать Ран. У Хайтани было отвратительно чувство, что Нацукуса что-то не договаривает. — Но мотивы этой третьей стороны не известны. — И очень жаль. — цокая языком, она отворачивается к окну, смотря на снежную улицу. — И что же предлагаете, объединиться против общего врага? Мы слишком давно грызёмся, чтобы так просто объявить перемирие. Ну и случай с бомбами ещё никто не забыл. — Прям ножом по сердцу! — он хватается за одежду, театрально демонстрируя приступ. Только вот видимо на Хайтани это не произвело впечитлениях. Она только смотрела на него подняв одну бровь. — Старость в задницу ужалила? — Имей совесть, я не старше твоего отца. — по тону было понятно что слова его задели. Интересно, обиделся сильно? — Как хорошо что я не знаю возраст отца. — пожав плечами, она снова отвернулась.       Нацукуса сильно удивился таким заявлением. Он выпучив глаза уставился на Ран, будто не веря своим ушам. — Ты не знаешь сколько отцу лет? — Ран помотала головой, но нахмурившись, повернулась. — Вам то какое от этого дело? Знаю или нет. Я пришёл сюда не за отношения с Папочкой говорить. А за судьбы своих людей. Чувствуется разница? — Понял. — ответив, он сменил тему разговора в начальное русло. — Перемирие, я могу только предложить между нами. — Не втягивая в это банды? — Рад что ты всё понимаешь. — он улыбнулся, наклоняясь и складывая руки на столе. — Как тебе идея, заставить третью сторону не знать о нашем союзе? — Заставить продолжать её действовать? И как же мы это сделаем, если Вы вероятно всем своим верхушкам рассказали свой план? — О том что я с тобой встретится, знает только Киба. Я даже своего заместителя в известность не ставил.       Такое откровение на секунду ошеломило Хайтани. Она знает что Нацукуса всегда обговаривает подобные моменты с командирами своих отрядов, подразделений а также Заместителем. Чтобы он вот так пришёл... — Это же как нужно переживать что... Вы подозреваете кого-то с верхушек? — Нацукуса кивнул. — И довольно давно. Кто-то постоянно сливает данные о месте положения патрулей по всему городу и не только. Тебе я думаю это знакомо. — Мы находили крыс, и от многих уже избавились. По этому вы думали что кто-то из моих командиров тоже предатель? — Я уверен. Если не командир отряда, то подразделения уж точно.       Ран закинула голову на спинку дивана. Не совсем красивый жест, но честно, столько информации надо обдумать. Столько вопросов, подозрений, теорий. Над всем этим нужно хорошенько поразмыслить. Но сейчас голова буквально закипает от количества мыслей. Спасибо хоть что Ёрубото молчит, и не торопит с ответом. — Голова пухнет... — Понимаю. — он всё смотрит, будто изучая.       Вдруг, из гула мыслей Ран вырвал звонок. Чёрт, Риндо что-ли решил проснуться раньше десяти? Она достала телефон, и увидев кто звонит тут же сменилась в лице. Она мельком взглянула на главу "Тартара", что кивнул. Выхода нет, это сучара не успокоится.       Она подняла трубку, и не успев даже заговорить, отдёрнула руку от уха. Нацукуса только подавлял смешки, когда слышал как кто-то, видимо только узнав о том что произошло, вымещает всё своё волнения на Ран. Голос паренька был очень громкий, с кучей матерных слов, и довольно знакомый для Нацукусы.       Ран успела только сказать что-то вроде «Потом перезвоню!» и сбросив звонок включила на телефоне беззвучный режим. Она даже смотреть на гаджет не хотела. — И кто это был? Не парень же... — Ран молча уставилась на Нацукусу, с немым вопросом во взгляде. — Про твои похождения знает уже весь Токио. А узнать что у тебя есть отношения с неким Сано Шиничиро, было довольно легко. — Я прибью Майки... — и Кумо тоже... Если бы не его звонок, она бы тешила себя надеждой что всем всё равно где и с кем она встречается...

***

      Они пришли к соглашению, и придумали довольно действенный план. Ран и Нацукуса говорили ещё не больше получаса. Но этого Ран хватило с головой, чтобы понять, что Нацукуса, довольно сильно печётся о своих людях. Она знала что он ответственный и умный, но до этого ей оставалось только гадать и о других его качествах... А ещё он странный, он рассматривал Ран постоянно. Только молчал, и будто делал выводы в голове. Это сбивало с толку.       Ран вышла с кафе, и направлялась к остановке. Благо, этот маршрут ходит кругами по Роппонги. Её окликнули. — Погоди, ты собрался с раненой ногой, добраться домой на автобусе? — Ран повернулась к Нацукусе, что держа своё пальто в руках, сверлил её оранжевыми глазами. — Когда я ехал сюда, тебя это не волновало. — Есть отличие в «сюда» и «назад». — он кивнул куда-то в сторону, начиная идти к парковке. — Подвезу тебя. — Здрасьте, с какого это перепугу? — И что тебя не устраивает? — спрашивает, останавливаясь в двух шагах от красного авто. Вот и попробуйте теперь доказать что красный цвет только для девочек. Ран уверена будь у него желание, он бы и башку в красный цвет перекрасил как раньше... Раньше?! — Как минимум то, что это предлагаете вы. — Нацукуса закатывает глаза на ответ Ран, и произносит то, от чего у Хайтани лезут глаза на лоб. — Упрямая как Яхико, видно что его дочь... — он смотрит на Ран, а после, видя её лицо, понимает — Я сказал это слишком громко... — Та-ак... — она как можно быстрее направилась к нему, насколько позволила нога. — С этого места подробнее... — она останавливается меньше чем в метре от мужчины, злобно смотря в его глаза. — Маленькая Орхидея хочет узнать правду? Милости прошу. — он открывает двери машины, и Ран уже не раздумывая садиться. Он захлопывает дверь, обходя машину к водительскому сиденью.       Маленькая Орхидея? Такое знакомое прозвище. Оно будто рвётся откуда-то с глубины сознания. С самого детства будто... Чёрт, она его почти не помнит... Маленькая Орхидея... Маленькая Орхи... Маленькая?       Нацукуса садится, но машину пока заводить не спешит. Он видит как Ран напряжённо думала, и это заставило его уже поникнуть. Но Ран произносит: — Не-ет... — тянет она, поворачиваясь к мужчине. Она осматривает его, смотрит в его оранжевые глаза. — Дать подсказку? — Какого чёрта?! — кричит она на него. Вспомнила. — Дядя Нацу?! — Аллилуйя! — говорит он улыбаясь. — С самого дня знакомства ничего не всколыхнулось? Ты бы знала, сколько я раз хотел тебе это сказать наедине. Но ты же каждый раз тащила с собой кого-то с командиров. — Ты старый пень, ни разу даже не намекал! — Сегодня минимум раз семь... Имей совесть! — Сам её имей! Ты пропал, также как и отец! Ни слова ни духа! Растворился в воздухе! После похорон мамы, я тебя видела раза... Ни разу! — столько вопросов крутились в голове. Вот как так можно?! — Ты... Куда ты делся?! — Случилось нечто серьёзное, и пришлось срочно разбираться. Собственно, именно по этой причине, Яхико оставил вас с Рассой. У него не было выбора. — он завёл машину, выезжая на проезжую часть. — Как бы тебе сказать... — Как есть так и говори. — Мы с Яхико, и ещё двое друзей, тоже с подросткового возраста были в бандах. А чем старше становились, тем крупнее становился и бизнес. В основном мы промышляли нелегальной транспортировкой всякого товара по городу... С нами была парочка, с младшей школы встречались. И они решили уйти с криминала, и податься в нормальную жизнь. Ты их не знаешь, по этому имена тебе ничего не скажут. У них через время родился сын. А потом Яхико женился, но с криминала не ушёл. Но после твоего рождения стал всё больше и больше думать о том, чтобы тоже уйти. Потом женился я, родилась дочка, ну как и большинство, почти, бросил это дело. — Именно по этому, ты сейчас глава "Тартара"... Господи, мой дядя был моим врагом... — Слушай... Однажды мы решили собраться компанией, ну взрослые. Угадай где.. — Удиви меня... — ран потирает лоб, не переставая пялиться на Нацукусу. Как только она раньше не заметила? — В "Орионе". — Ран уже который раз за утро удивляется. — Чего? В отеле где меня хотели взорвать?! — Именно. В тот день, в пожаре погиб один с нашей четвёрки. Данзо, он, можно сказать спас Яхико, но его завалило обломками и он сгорел. — он остановился на светофоре. — Потом, произошло нечто, что заставило нас думать, что мы кому-то перешли дорогу, и что пожар был далеко не случайностью... Юре застрелили.       Ран выпучив глаза не поверила сказанному. — Нет.. она... Она же покончила жизнь самоубийством... — Ран не понимала, Расса ей всегда говорил что мама наложила на себя руки. — Как думаешь, за простого самоубийства, Яхико бы оставил вас Рассе, а сам бы скрылся на несколько лет. М? — Это... Имеет смысл... У меня голова болит... — и не врёт. Столько открытий за день, мозг просто плавится. А вопросов становится только боль и больше с каждым мгновением. — Было бы странно, если бы не болела.       Они продолжали движения по городу, проезжая давно изученные улицы. Ран смотрела и думала как за столько времени, не узнала в главе "Тартара" настолько родного человека. Пусть кровного родства у них не было, но он всегда был желанным гостем в их доме. Он был, знаете, самым самым весёлый и добрым дядей и разряда «Тебя мама с папой слушаются? Деньги есть? Нет? Бери пока папа не видит. Хочешь на лошадке покататься? Дай пять минут я тебе её куплю, какого цвета лошадку хочешь? Вино прибывала? Нет?!... На попробуй, только немного!». Возможно, именно из-за этого человека Ран не любит алкоголь... — Ты знаешь, что подло поступил? — спросила Ран в затянутой тишине, ещё размышляя над услышанным. Нацукуса фыркнул. — Ну не обижайся. — Я имею на это полное право! — Что мне сделать, чтобы ты на меня не дулась? — Ран посмотрела на него казалось с яростью. А возможно и не казалось... — Помогать как минимум!... О, ты отца давно видел? — вот чисто теоретически, он про Кумо и Хеби знает? — Месяца два назад... — Ты ещё сука с ним и контактируешь!? — А не должен? — Ты обязан покраситься обратно в красный цвет! Считай это моральной компенсацией!

***

      Ран была взвинчена и раздражена, когда они подъехали к многоэтажному зданию. Хотя, Нацукуса пусть и не жалел о том что проболтался, но стоило зацепить тему с Яхико и Ран пошла в разнос. Высказала всё. И как понял Ёрубото, прощать его никто не собирается. Хайтани даже удивила его, сказав что избила того при первой встречи на кладбище. Нацукуса прям загорелся желанием, поехать к нему и поиздеваться. Поковырять раны, так сказать.       Ран открыла дверь и вышла с машины. На секунду задумавшись, она нагнулась, смотря на дядю. — Что мне делать с Риндо? Сказать ему кто ты, или держать в секрете? — Нацукуса серьёзно задумался, почёсывая затылок. — Хмм... Делай как посчитаешь нужным. — кивнув, он устремил взгляд на Хайтани. — Не пойми неправильно. Но он меня скорее всего не помнит. — Я попробую у Рассы найти фотографии с тобой. Думаю, так будет ему легче поверить. — Хорошая идея. — Ран отошла и хлопнув дверью, направилась к зданию. — Погоди! — она обернулась, смотря на приоткрытое окно. — Разблокируй мой номер. — Ага щас, шнурки поглажу и разблокирую! — ухмылка расплылась на её лице. Как же приятно, что теперь всех этих формальностей можно избегать. — Мне что, тебе письма писать?! — Ран посмотрела на него пару секунд с задумчивым выражением, даже провела рукой по шее, обдумывая. Хмыкнув и кивнув, она пошла дальше. — Пришлёшь Кибу после Рождества на базу, я назначу встречу. — бросила она на последок не оборачиваясь. — Разблокирую, не переживай старый хрен...       Нацукуса готов был ей высказать, но воздержался. На неё столько навалилось, что не каждый взрослый выдержит, а она на себе ещё такой груз несёт.       Ран вышла с лифта и направилась к двери. Нога стала ныть, видимо так много времени в движении ещё не самая лучшая идея. Она мельком взглянула на соседнюю дверь. Ёхиши Сан уехал с города в деревню, чтобы провести праздники с семьёй, от того он давно и не появляется. Ран честно, даже скучает по этому старенькому доктору.       Она хотела по тихому войти в дом, чтобы не разбудить Риндо, но план провалился ещё в начале.       Ран не успела даже закрыть дверь, как Хайтани Младший вылетел с коридора и почти набросился с тихим шипением. — Ты куда пропала?! Я до тебя уже пол часа дозвониться не могу! Хоть для приличия бы ответила! — Не гони на меня. — тихо ответила Ран, прерывая его злобно-волнительную тираду. — Кросовки выгуливала. — Хорошо что ты в бинтах... Тут кое-кто пришёл. — Ран проводила брата взглядом, пока тот говорил гостю что Старший Брат сейчас подойдёт.       Хайтани сняв обувь и верхнюю одежду, направилась к залу. Она ожидала кого угодно, но точно не его.       Белые как снег короткие волосы. Смуглая кожа, что ярко контрастировала с волосами. Какая-то красная форма, но не эмблемы или названия не видно. Парень сидит к ней спиной на диване, вальяжно устроившись в их квартире. — Какие люди... Курокава Изана собственной персоной! — говорила Ран громко, ни чуть не наигрывая удивление. — И что такая особа, забыла в нашей скромной обители?       Изана обернулся, закидывая руку на спинку дивана с интересом смотря на Старшего Хайтани. Он ухмыляется, наклоняя голову. Его серьги, что Ран ранее у него не наблюдала, покачиваются почти ритмично. — Вот так видок. Тебя будто убить пытались. — ну собственно, что ожидать от человека, который о "Пепелище" даже не подозревает, про их войну с "Тартаром" и говорить нечего. — Ты недалёк от истины. — она проходит вглубь комнаты, и присаживается на кресло почти напротив Курокавы. — Ты подстригся? При последней встрече, волосы были ниже плеч. — Если нравится, могу и тебе длину укоротить. — Я уже имею стилиста, но я подумаю над предложением. — говорит смело, а в голове только одна мысль «Что я творю?! Он же меня сейчас по стенке размажет» — Подумай, а то такие патлы и на кулак наматывать очень удобно. — он ожидал злости, или как минимум удивление. Но не страдальчески взгляд и закатанные глаза. — Ты сюда из-за слухов пришёл? Если так расстрою тебя, но я актив. — Риндо ели сдержал смех, кашляя в кулак и отворачиваясь скрывая улыбку. — Было бы лучше, если это были действительно слухи. Мне в банде шлюха не нужна. — Где? — пропустив его оскорбление мимо ушей, Ран искренне заинтересовалась его предложением.       Риндо слуша это стоя сбоку, наклонив голову помалкивал. Кошка устроилась рядом на столе, смотря на Изану с недоверием, насколько это возможно у животного. Куроюки виляла хвостом демонстрируя свою злость и призрение к этому человеку. Слишком у неё проницательный взгляд. — Я собираю всех вас, с поколения S62 в "Поднебесье" — М... Зачем? — Захватить власть на Токио. — Ран поднимает бровь. Громкие слова. — И для этого ты собираешь "Королей"? Для захвата Токио? Я тебя умоляю.. — Ран почти смешно, только ради этого? У неё этого добиться шансов больше чем у Изаны. Но она знает реальность этой лестницы, по которой он хочет взойти. И свою ступеньку, она не уступит. — У меня есть план, но мне нужны вы, и ваша сила... И отказать ты мне не можешь, ведь клялся в верности в колонии.       Пиздёшь! Хайтани тогда услужливо промолчали! Это Мадараме за троих как послушная псина лаял! Ой-ой... — Хм. — Ран откинулась в кресле, смотря на форму Изаны. Симпатичная. — Нам форму чёрно-белую. Ты же знаешь что мы с Риндо дерёмся только в дуэте? — Рад что ты понял. — он поднялся, и направился к выходу. Ран и Риндо направились за ним. — Завтра вам доставят форму. О мерах можете не переживать.       Он бросил это на последок, скрывшись за дверью. Риндо был в шоке. Его сестра согласилась?! — Ты совсем ринулась?!... Эм... Всё нормально?       У Ран было такое выражение, что словами не передать. Будто она за это утро поняла не только смысл жизни, а ещё куда он же вечно продает. Интерес, тревога, неловкость, волнение. Это пока всё что смог различить Риндо. Но возможно там где-то ещё затерялась усталость. — Я вот о чём думаю... — оторвавшись от двери, она повернулась к Риндо не меняясь в лице. — Зря мы наверное Мадараме полиции отдали. — О-оу... — понял её ход мыслей.       Последующий день, у Ран прошёл в постоянных раздумьях на многие темы. А Риндо с парнями, доходчиво поясняли Шиону чтобы держал язык за зубами, и если Изана что-то узнает, плохо будет не только физически а и морально и духовно.