Персиковый чай с мятой

Никогда прежде Юнги не просыпался утром с таким удовольствием и хорошим настроением. Ощущая рядом с собой тепло тела младшего и его прекрасный природный запах, который на секунду показался чуть слаще обычного, и имея возможность наблюдать за его умиротворённым выражением лица, обнимать и любовно поцеловать аккуратный носик. Это воскресенье определённо достойно войти в весьма короткий список лучших дней жизни альфы, причём занять на данный момент почётное первое место, потеснив даже день долгожданного поступления на мызыкальный факультет и день первого выступления на сцене с Намджуном и Хосоком. Ощутив осторожные поглаживания и лёгкие поцелуи на своём лице, Чимин начал потихоньку просыпаться, губы сами растянулись в улыбке, когда, едва приоткрыв глаза, он увидел такое же счастливое лицо напротив. — Доброе утро, — первым делом он подаётся ближе к Мину, обнимает и пытается ответно поцеловать, но дотягивается лишь до щеки. Решив, что для утреннего поцелуя сойдёт и так, он удовлетворённо утыкается в изгиб шеи вдыхая аромат альфы, что стал притягивать сильнее обычного, хотя ничего на первый взгляд, а точнее нюх, не изменилось. Почему же сейчас всё ощущается настолько ярче? Он, набравшись сил, отстраняется, заваливаясь обратно на подушку. — Доброе утро, котёнок. Как спалось? — лёжа рядом, Юнги вплетает пальцы в взлохмаченные волосы омеги, осторожно почёсывая голову и расправляя запутанные пряди. — Очень хорошо, хён. Ты самый лучший в мире будильник, хотел бы я просыпаться так каждый день. — Всё возможно, Минни. Всё только в наших руках, — ухмыльнувшись такому искреннему желанию, старший поцеловал сладкие губы. Кто сказал что нельзя начинать день с десерта?

***

Закончив с утренними процедурами сам, Юнги отправил омегу в душ и умываться, не забыв достать ему купленную накануне зубную щётку и свежее пушистое полотенце. А сам занялся завтраком. Когда Чимин пришёл на кухню всё уже было на столе. — Солнце, давай съездим ко мне в студию, я дам тебе послушать то чем занимался последние несколько дней. Мелодия в принципе готова, но если нужно будет что-то изменить — это не проблема. Тебе же нужно поставить под неё танец. Я помню ты говорил остальные части уже готовы и их осталось только отрепетировать. Я переживаю, чтобы тебе хватило на всё это времени. — Я успею, Юнги. Мне, на самом деле, нужно не так много времени для того чтобы придумать и отработать движения, если я чувствую и понимаю музыку, если у меня получается жить в ней. А, зная что ты специально для меня её написал, по-другому быть просто не может. Кто если не ты понимает меня и представляет меня в этой музыке? Давай после завтрака немного погуляем? Я хотел сходить на каток, ты же умеешь кататься, хён? — Нууу… В принципе, я неплохо катаюсь, не падаю на каждом шагу и для меня это уже огромное достижение… Хорошо, поехали на каток, а потом заедем в мою студию и я отвезу тебя домой. И с твоей загруженностью боюсь мы ещё несколько дней не увидимся, — произнёс с грустью в голосе старший. — Я буду усерднее трудиться, чтобы оставалось время на встречи с тобой, — Чимин притягивает к себе руку альфы, крепко сжимая. — Не переусердствуй, Чимин~а. Мне куда важнее, чтобы ты хорошо себя чувствовал. Я сам попробую вырваться к тебе, чтобы забирать с тренировок и совместных репетиций, чтобы ты не добирался один поздно ночью до дома. — Спасибо, хён.

***

Они пришли на крытый каток в одном из развлекательных центров, он был не большой, как арены в спортивных комплексах, но вполне вмещал всех желающих. Взяв напрокат коньки, они вышли на лёд, Юнги моментально пришлось вспоминать все свои навыки, ибо давненько он не бывал в подобных местах, в то время как Чимин скользил легко и непринуждённо, выполняя сложные элементы такие как: вращения, скольжение задним ходом и крюки-выкрюки на дорожках шагов, вызывая у альфы лишь немое восхищение. — Минни, где ты научился так кататься? Это очень красиво, солнце, — восторгается старший, сумев таки выразить свои эмоции членораздельной человеческой речью. — В детстве, лет до десяти, папа водил меня в секцию фигурного катания. Я даже участвовал в паре соревнований, но мне к сожалению прыжки давались очень сложно, я не ощущал что контролирую всё, не ощущал конёк как продолжение своей ноги, поэтому много падал, несколько раз получая лёгкие травмы. Тогда папа предложил мне оставить фигурку и заняться больше танцами, ведь я их и так посещал, в том числе и для хореографической подготовки. Я не жалею об этом решении, так как в танце я полностью ощущаю и контролирую своё тело, каждую мышцу и движение, могу сделать такие элементы, которые невозможны или опасны на льду. К тому же я уже долгое время мечтаю стать хореографом. — Ты восхитительно талантлив, малыш. Это действительно круто, то что ты быстро осознал чем хочешь заниматься и кем хочешь стать, ты нашёл своё призвание и делишься своим талантом с остальными. Я тебя в этом прекрасно понимаю, ведь сам ещё будучи подростком начал писать песни и тайком выкладывать каверы на ютубе. Родители и друзья всегда меня поддерживали, но когда совершенно незнакомые люди стали писать мне восторженные комментарии и слова поддержки, это вдохновило меня и придало уверенности попробовать превратить любимое занятие в любимую работу. — У тебя это уже получилось, хён. Ты ещё не закончил универ, а уже нашёл работу по душе. — Всё правильно, Минни. Я уверен у тебя тоже всё получится. — Я буду стараться. Ладно, ты не обидишься если я оставлю тебя ненадолго и быстренько прокачусь по кругу? Хочется почувствовать скорость. — Езжай, я подожду тебя здесь у бортика. — Я быстро. Чимин, стремительно разогнавшись, огибает ледовую площадку, но в какой-то момент ощущает лёгкое головокружение и чтобы не упасть, и не врезаться в кого-нибудь резко сбрасывает скорость, отъезжая в сторону борта, цепляясь за него руками. Альфа, что пристально следил за его передвижением, сразу направился к нему, причём так уверенно, хоть давно и не стоял на коньках. — Минни, что случилось? Ты так резко остановился. — Не знаю почему, но что-то голова начала кружиться. Я испугался за себя и что могу навредить кому-то, а тут ещё так много деток, поэтому пришлось остановиться. — Всё правильно, ты молодец. Сейчас всё ещё кружится? Может сахар упал? Или давление? Давай пойдём покушаем, а то мы уже тут достаточно долго, уже время обеда. — Сейчас нормально, но ты прав, пожалуй, на сегодня хватит. Я хочу пиццу и молочный коктейль. — Значит будет тебе пицца и коктейль. Пойдём переобуваться. Дальше состояние младшего не вызывало опасений, он чувствовал себя хорошо и постоянно веселился сам и веселил Юнги. Восполнив запас энергии, они вернулись к машине и отправились в студию старшего.

***

Оказавшись в студии, Юнги, даже не раздеваясь, садится за оборудование, включает компьютер и ждёт пока запустится программа. Настроив всё, он встаёт со своего рабочего места и приглашает омегу занять его, даёт ему наушники и включает запись. Чим откидывается на спинку кресла и закрывает глаза, мысленно уже подбирая в своей голове элементы для хореографии. Эта мелодия невероятно лёгкая и воздушная как и он сам, очень приятная и движения должны на неё лечь идеально, останется посмотреть как это будет выглядеть перед зеркалом, узнать мнение Хосока с Чонгуком, и отрепетировать выступление до рождественского фестиваля. Музыка заканчивается и, снимая наушники, младший открывает глаза, радостный блеск которых, не скрывается от альфы. — Юнги, это потрясающе, она идеально нам подходит, у меня уже есть идеи для танца, ты волшебник! — Чимин набрасывается на него с объятиями, невольно подталкивая в сторону дивана. Находиться в тёплых и уютных объятиях альфы для Чимина стало самым приятным времяпровождением. Мятный феромон окутывает теплом и заботой, также как и большие тёплые ладони, такое проявление привязанности важно для них обоих, поэтому оторваться друг от друга очень тяжело. Юнги нежно целует то в висок, то в макушку, особенно сладко в губы, не углубляя поцелуй, переплетая маленькие пальчики со своими музыкальными руками. Но даже так, в животе омеги скручивается тянущий клубок удовольствия, что вызывает волну непривычно сильного возбуждения. — Я не волшебник, я только учусь, — усмехается старший, касаясь манящих губ, их сладость с каждой секундой манит всё сильнее и он наконец углубляет поцелуй, исследуя уже изведанные территории, но ощущая себя словно первооткрыватель. Их языки сплетаются в страстном танце и омега протяжно стонет от удовольствия. Голова идёт кругом от запаха мяты, внизу живота всё горит огнём, смазка выделяется слишком обильно… Вот тут сознание проясняется, причём у альфы видимо тоже, он тяжело и глубоко вдыхает аромат персиков, что стал ярче, гуще и слаще. — Минни, у тебя течка, что будем делать? — отрываясь от губ, прислонившись ко лбу младшего, произносит Мин. Он прикрывает глаза и задерживает дыхание на несколько секунд. — Не знаю, хён, она не должна была начаться так рано. Мне так жарко. Пожалуйста, помоги мне, сделай что-нибудь, Юнги, — начинает скулить омега, ощущая нарастающую боль внизу живота. Юнги старается удерживать свой разум, не поддаваться инстинктам, что очень не просто, когда рядом с тобой возбужденный течный омега, судя по всему твой истинный, ведь именно близость с истинным альфой способна вызвать течку раньше времени. Природа чтоб её! Это всё разумеется чудесно, но что делать-то в такой внезапной ситуации?! Не так он представлял их первый секс. Тем временем руки Чимина сильнее хватаются за отвороты пальто старшего, скулеж усиливается он льнет всё ближе к груди, не оставляя и миллиметра пространства между ними. Юнги нужна ещё минута, чтобы придумать план действий, поэтому он касается правой рукой шеи Пака и прислоняет его к своей, где феромон вырабатывается сильнее, омега носиком находит запаховую железу и глубоко дышит, немного успокаиваясь от облегчающего жар и боль запаха своей пары. Альфа принимает решение помочь и удовлетворить любимого без проникновения, так как хочет разделить их первый раз без поволоки сознания, которая застилает разум во время течки/гона. Старший мягко усаживается на небольшой диванчик в углу, позволяя Чимину забраться на колени, снимая с себя и с омеги верхнюю одежду, он снова затягивает его в страстный поцелуй, левой рукой поглаживая шею и загривок, а правой пробирается под толстовку, снимает её, бережно проводя по разгорячённому телу. Чимин сладко стонет, обвивая шею альфы руками, когда он кружит и осторожно сжимает сосок зубами. Юнги же старается уделить внимание всем чувствительным зонам, что запомнил в те разы пока изучал тело младшего. Правая рука спускается всё ниже, расстегивая джинсы и, проникая под ткань белья, поглаживает член, омега подаётся ближе к ладони, поскуливая в губы. Мин разрывает поцелуй переходя на шею, целует за ушком и прихватывает зубами мочку. Снимает штаны младшего вместе с бельём и спускается к дырочке, что судорожно сжимается, пытаясь удержать новую порцию смазки. — Расслабься, котёнок. Я обещаю наш первый раз будет не сегодня, сейчас я просто сделаю тебе приятно. Хорошо? — произносит альфа, отстраняясь от сладкой шеи младшего. — Да, я постааа… — несдерживается омега, когда Юнги собрав смазку размазывает её по его же члену и осторожно, но уверенно сжимает его и начинает водить по нему ладонью. Сейчас любая, даже самая незначительная и простая стимуляция заставляет его тело плавится, причём весьма буквально, похоже подскочила температура из-за течки. — Вот так, малыш, не сдерживайся, — мурлычит альфа. Он укладывает Чимина так, чтобы тот лёг удобно, а сам пристраивает голову между его бёдер, целуя их чувствительную внутреннюю сторону, и отводит согнутые ноги по разные стороны живота омеги, приподнимая тем самым таз. Дотрагивается языком до сжимающейся дырочки и кружит вокруг собирая сладкую смазку, Минни от этой ласки не знает куда себя деть, если бы не внезапная течка он краснел бы от смущения, а не от жара возбуждения. Тем временем язык альфы проникает внутрь, лаская тугие стеночки, что поддаются его напору и растягиваются. Юнги добавляет один палец, получая в ответ стон удовольствия, он всё готов отдать чтобы слушать их вечно. Постепенно растягивая он добавляет второй палец и третий, ища заветный чувствительный комочек, при этом лаская свободной рукой всё, до чего может дотянуться. — ААА! — вскрикивает младший, дергаясь всем телом. — Нашёл, — давольным котом скалиться альфа. Он не собирается долго мучить своего изнывающего малыша, поэтому толкаясь пальцами правой руки уверенно стимулирует простату, а языком обводит головку члена толкаясь в дырочку уретры, теребит уздечку и опускается практически на всю длину, сглатывая несколько раз. Всё это становится последней каплей для неопытного омежки, хотя тут и опытный бы не сдержался. — Юнги, я… Я, — всё тело Чимина содрогается в оргазме, дыхание задерживается, ноги трясутся в сладкой судороге, а старший глотает сперму, не смея отстраниться, хочет продлить удовольствие любимого, слизывая всё до последней капли. Он руками оглаживает расслабляющиеся бёдра, приподнимается к лицу младшего и сладко целует. Разомлевший омега постепенно возвращает себе ясность сознания, отвечая с не меньшим усердием. — Вот так, мой хороший. Стало полегче? — Мин не может сдержать нежных чувств, испытывая такую приятную близость с истинным омегой, что смотрит своими бездонными глазами прямо в душу, выражая огромную любовь. — Да, Юнги, только, — Чимин целует альфу, облизывая его нижнюю губу, ощущая вкус собственной смазки и спермы, а рукой спускается к его стоящему члену, что до сих пор заключён в плен брюк, и легонько сжимает его ладошкой. — Что будем делать с этим, м? Старший вздрагивает от этого прикосновения, он так был увлечён целью удовлетворить омегу, облегчить его состояние, что о собственном, практически забыл. Так привык игнорировать своё возбуждение. — Ничего, малыш… Давай, просто полежим. Само пройдёт, — надеется на понимание Мин. — Ну нет, я тоже хочу сделать тебе приятно. — Но мне и так хор… — противится Юнги. — Шш, хён, ты можешь воспользоваться моими бёдрами, — вырывается предложение из уст Пака, чьи щёки предательски покрывает румянец, такими выражениями он ранее никогда не пользовался. — Ты уверен? — Просто сделай это, Юнги~я. Я хочу чтобы тебе тоже было хорошо со мной. Альфа позволяет маленьким пальчиками расстегнуть свои джинсы и стащить их с себя вместе с бельём, пока сам расстаётся с толстовкой. Он нежно гладит щёчку Чимина и притягивает к себе, осыпая поцелуями всё лицо. Младший изучает крупный член и осторожно берёт его рукой, снова заводясь сам, от того как пульсирует эрегированный орган. — Малыш, встань на колени, пожалуйста. Развернись и держись за бортик дивана, — возбуждающий голос альфы заставляет слушаться. Пак выполняет просьбу и ждёт дальнейших действий. Старший пристраивается сзади и рукой проходится между манящих половинок собирая смазку и размазывая по собственной плоти. — Сожми бёдра, Минни, — он членом проходиться под яичками омеги, толкаясь между его ног. — Вот так, малыш, очень хорошо. Так как Чимин занимается танцами мышцы у него крепкие и натренированные, он старается доставить максимум удовольствия любимому альфе, своему истинному, сильнее сжимая их и напрягая, от этого Мин начинает тихонько постанывать. Юнги огибает рукой талию опускаясь на вновь стоящий член омеги и начинает ласкать его в такт своим толчкам. Чимин никогда не думал что можно так сильно возбудиться лишь от ощущения крепкого горячего члена между ног, это оказалось на удивление приятно, то как он скользит, задевая мошонку и недавно излившийся член, заставляет мычать от удовольствия. Осознавая что разрядка уже близко, старший второй рукой поднимает его, прижимает к своему торсу, начинает гладить грудь и сжимать соски, зацеловывая и вылизывая шею, осторожно покусывает, снова доводя его до грани, омега вновь обмякает в сильных руках, но бёдра не расслабляет, держась из последних сил. А после альфе хватает пары толчков и он обильно кончает, наконец-то полностью расслабляясь в приятной неге. Он укладывается на диван и притягивает в объятия своё персональное солнце, которое всё ещё отходит от второго оргазма, периодически подрагивая и восстанавливая сбившееся дыхание. — Сейчас отдохнём, приведём себя в порядок и я отвезу тебя домой. Позвоню Джин-хёну или Тэ, пусть побудут с тобой, согласен малыш? — Да, но как же мы? — Ещё рано, котёнок, мы всё успеем. Сейчас тебе нужно отдохнуть и восстановить силы. Альфа помогает ему очистить нежную кожу от их совместных выделений салфетками что нашлись в одном из ящиков с запасами, ведь доступа к водопроводу здесь нет, только на этаже. А оставлять омегу одного сейчас очень не хотелось. Прибрашись и собравшись на скорую руку, они покидают студию и направляются к автомобилю. Чимин расслабленно заснул и Юнги, чтобы его не будить аккуратно вытащил из машины, донеся на руках до квартиры, и уложил в кровать, сняв уличную одежду и обувь, накрыл одеялом. Он вынул из кармана телефон, ища в контактах необходимый номер. — Привет, Юнги, ты поздно, что-то случилось? — в трубке раздался встревоженный голос Сокджина. — Привет, Джин-хён, ничего плохого, просто… — Так, не молчи, у вас что-то произошло с Чимин~и? Вы поссорились? — на том конце провода старший всё больше себя накручивал. — Стоп! Успокойся, пожалуйста, у нас с Минни всё в порядке, просто… У него внезапно началась течка… И… Короче, можешь ты или Тэ присмотреть за ним? —Как? Внезапно? Подожди… Вы что же? Омо, вы истинные, я так рад за вас, поздравляю! Как он сейчас? — Спасибо, он сейчас спит. Я отвёз его домой, уложил и сразу звоню тебе. — И? Ты хочешь, чтобы мы о нём позаботились, а почему сам не останешься с ним? — Я и так «слегка» помог ему с течкой, если ты понимаешь о чём я, мне не хотелось бы так форсировать события, ведь у нас и так всё развивается достаточно быстро. Мне кажется, что он ещё недостаточно готов, а под действием течки я не могу быть уверен в осознанности его поступков, собственно как и своих… В общем, как ты, наверное, уже понял я окончательно запутался. Помоги мне, что делать, хён? — Ха! А вот сейчас, друг мой, успокоиться надо тебе. Я понимаю, что для тебя это тоже непростой период, но прислушайся к себе и пойми чего хочет твой внутренний альфа, тогда ты сможешь помочь и внутреннему омеге Чимина. Если примешь решение дистанцироваться, не переживай, мы обязательно о нём позаботимся. А пока побудь с ним до утра, я уверен вам обоим это нужно. Истинным всегда легче вместе. — Ладно, убедил, пока останусь с ним, но если что, я могу писать тебе? — Разумеется. Можешь даже звонить.

***

Альфа решает сделать себе успокаивающий чай, потом решает что Чимину тоже не помешает. Заглядывает в холодильник, решая что можно приготовить из имеющихся запасов, ведь когда омега проснётся ему нужно будет поесть, чтобы восстановить силы и поддержать организм вымотанный течкой. Юнги решает приготовить рис в рисоварке и потушить мясо с овощами. Приготовив всё, он пошёл проверить своего истинного, но зайдя услышал тихие всхлипы и лёгкий скулёж, сердце болезненно сжалось и он подбежал ближе к кровати. — Чимин~и, котёнок, как ты? Сильно болит? — обеспокоенно спрашивает альфа, но ответа не получает, омега, поднимаясь с кровати, заключает его в крепкие объятия и жадно вдыхает родной аромат мяты, немного успокаиваясь под приятными поглаживаниями по спинке. — Пожалуйста, не уходи, мне без тебя плохо, — очередной жалобный всхлип тонет в шее старшего. — Тшш, не бойся, маленький. Я здесь. Я останусь с тобой. Хочешь я наберу тебе тёплую ванну с пеной? — предлагает Мин. — Да, но можем ли мы… Принять её вместе? Я хочу обниматься с тобой, — смущение слышно в голосе младшего, но настрой решительный. — Как пожелаешь, солнце. Только давай пока дальше ласк не заходить, оставим наш первый раз на более подходящее время, без течки и гона, когда оба будем готовы и хотеть этого? — предлагает альфа пока ещё возбуждение не накрыло омегу с головой. — Да, хорошо. Меня устраивает такой вариант. — Замечательно, тогда подожди пока я наполню ванну, — Юнги целует лоб и носик омеги, вызывая у младшего улыбку. Спустя несколько минут альфа находит Чимина на кухне с чашкой чая в руках, он подходит к нему, мягко касается поясницы, целуя в щёчку. — Всё готово, только нужно взять чистую одежду и полотенца. Они идут к шкафу в спальне, подбирают футболку и спортивки для старшего, а омега берёт себе халат и два пушистых полотенца. Зайдя в ванную комнату, розоволосый отворачивается к стене, собираясь с духом. — Давай, ты первый залезешь, а я после тебя? — щёки младшего стремительно алеют, без туманещего разум возбуждения он не может без смущения смотреть на обнажённое тело альфы, особенно после всех тех откровенных ласк в студии. — Хорошо, но ты уверен, что потом не будешь стесняться ещё больше? — умиляется Мин. — Вот и-и у-увидим. Чимин осторожно разворачивается, зажмурив глаза. Юнги наспех раздевается и залезает под слой пены. — Можешь открывать, — говорит старший с ухмылкой. — Закрой, пожалуйста, глаза, — просит Пак, осторожно открывая сначала один глаз, а затем второй, и наблюдая как без вопросов выполняют его просьбу, когда дело касается комфорта омеги, Мин становится серьёзным. Он быстро стягивает с себя одежду, закидывая её в стиральную машину, чтобы запустить позднее. Тихонько подходит к бортику и перешагивает через него, погружая в воду нижнюю часть тела, садясь между ног альфы к нему спиной, благо размер ванны позволяет им двоим удобно разместиться. Юнги открывает глаза и видит перед собой изящную спину и манящую шею, его истинный красив со всех сторон. Он зачерпывает в ладошку воды с пеной и омывает скованные мышцы, разминая их. Нежно целует за ушком, плавно спускаясь к шее и вдыхая аромат сочного сладкого персика, с нотками карамели. Омега поддаётся, наклоняя голову вбок освобождая больше пространства для поцелуев. — Всё ещё хочешь обниматься? — Да. Старший осторожно ложится на скат ванны и притягивает к своей груди податливое тело. Чимин елозит немного, устраиваясь удобнее, оказывается в окружении больших ладоней альфы, что нежно гладят плечи, бока, бёдра, животик и поднимаются к груди. Они лежат какое-то время, в остывающей воде, пока Юнги не замечает, что температура тела омеги повышается и он начинает капризно елозить, опять течка вступает в свои права. — Я позабочусь о тебе. Расслабься и получай удовольствие, — тихо шепчет альфа на ушко младшего, получая в ответ выдох облегчения. Мин перемещает правую руку на омежий член, захватывает его в кулак и начинает стимулировать в среднем темпе, пуская волны наслаждения в любимом теле. — Юни, я хочу лучше чувствовать твой член, — скулит младший. — Котёнок, мы же договорились… — начинает было Мин. — Я не в этом смысле. — А в каком? — Подожди, — отвечает омега и приподнимается, держась за бортики ванны. — Сведи ноги. Альфа выполняет просьбу и Чимин укладывается обратно, только сейчас полувозбужденный член Юнги не упирается ему в поясницу, а ложится ровно между ягодиц младшего, и проходится по отверстию со смазкой, даря обоим приятное скольжение. Мин мощно выдыхает от накрывающих ощущений, но возвращает всё своё внимание омеге, доводя до исступления уверенными движениями ладони. Находясь на грани, Чимин поджимает ягодицы двигаясь по члену альфы, желая довести до грани и его. Чувствуя подступающие спазмы удовольствия, Юнги ускоряет движение кисти и хватку, левой рукой ласкает грудь и покрывает поцелуями сладкую шею. Омега столько приятных ощущений долго не выдерживает и с протяжным стоном кончает в руку старшего, что не отрываясь от поцелуев делает ещё несколько резких толчков, тоже получая приятную разрядку и изливаясь. Отдышавшись и придя в себя Юнги, смывает с руки сперму и поворачивается к губам разнеженного очередным оргазмом Чимина. — Котёнок, давай потихоньку вставать и ополаскиваться. А потом покушаем и пойдём в кроватку, согласен? — Мгм, — кивает омега. — Ты же останешься со мной? — Конечно останусь, если ты этого хочешь и я хоть немного могу облегчить тебе этот период, то я просто не могу уйти. Не переживай и не думай ни о чём, я буду рядом. Помывшись, уже без смущения, они вылезли на мягкий коврик и Юнги, дотянувшись до полотенца, набрасывает его на голову омеги, взлохмачивая в попытке просушить волосы, увидев результат своих трудов он не может сдержать улыбку. Чимин сейчас похож на пушистого цыплёночка или же на комок сахарной ваты, причём цвет волос идеально подходит к данному сравнению. Младший обернувшись в зеркало сам начинает улыбаться, но эта улыбка не простая, а с хитринкой и в отместку тоже хватается за полотенце накидывая на волосы альфы, взъерошивая их не меньше, посмеиваясь со своей шалости в крепких руках Мина, что не сопротивляется, принимая свою участь. Лишь перед выходом, когда тела были полностью вытерты, а волосы почти сухие он закутал любимого в мягкий белоснежный халат, а сам надел выданную одежду, и поцеловав отправил на кухню, где оперативно разложил по тарелкам еду, которая ещё не успела окончательно остыть. — Юни, ой… Можно я буду тебя так называть? Ты не против? — Конечно можно, малыш. Продолжай, ты же изначально не это хотел сказать. — Да. Просто… Это очень вкусно, как и всё, что ты готовил для меня раньше, где ты научился этому? — Я упоминал что жил в общежитии на первом курсе? — альфа дожидается кивка. — Там был один парень, который готовил так, что у всего этажа урчал живот. Он раньше был поваром в ресторане своей семьи, но захотел поменять сферу деятельности, хотя ему было уже тридцать пять. Но это не так важно. Однажды мы познакомились и он угостил меня едой, а я попросил поучиться у него. В итоге я наблюдал за его готовкой и начал помогать, в какой-то момент он уехал на праздники к семье, а я решил приготовить что-то сам, и результат мне понравился. Теперь бывает смотрю рецепты интересных блюд и стараюсь повторить. — Это очень круто, хён! Мне достался самый лучший альфа! — Чимин искренне радуется своей удаче и видит редкое явление, оголяющую дёсны улыбку Юнги и краснеющие кончики ушей. Если бы он не залип на это зрелище, побежал бы за телефоном, дабы запечатлеть этот милый момент на камеру, но видимо, не в этот раз, Мин быстро справляется с неловкостью, возвращая коже нормальный оттенок, а омега всё ещё любуется его улыбкой.

***

Загрузив посудомойку, и убрав остатки еды в холодильник они идут спать, альфа целует перед сном и заключает в объятия, что согревают лучше одеяла. Пять дней течки они проводят вместе, привыкая быть рядом постоянно, доверять, не стесняться и заботиться друг о друге. Юнги написал Хосоку, чтобы пока он взял на себя подготовку выступления, объяснив состояние омеги, на что друг сердечно поздравил и попросил не волноваться. За это время Сокджин получил лишь одно сообщение от Юнги, и то с просьбой доставки еды на дом, так как запасы младшего закончились на третий день. Старший омега прислал курьера с двумя пакетами, в одном была готовая еда, а во втором немного продуктов и записка. «Дорогие мои, я рад за вас) Юнги, обними за меня мою сладкую булочку! Жду вас в кафе. P. S. В картонной коробочке лежат корзиночки, надеюсь Минни обрадуется, а в непрозрачном пакетике подарок для вас обоих, чтобы не пришлось никуда бежать». Поставив коробочку с десертами в холодильник, Мин уже представлял, как будет сиять от счастья лицо Чимина, который накануне вечером умял последнюю конфету с таким грустным лицом, что можно было подумать случилось нечто ужасное. И когда альфа, разбирая продукты, нашёл всё-таки маленький непрозрачный пакетик чёрного цвета, то любопытство взяло верх и он решил узнать что это за подарок для них двоих. Развязав его он обнаружил большую упаковку презервативов. Юнги лишь ухмыльнулся с заботливого хёна и убрал контрацептивы подальше в свой рюкзак. Сейчас они им не понадобятся. За эти три дня он окончательно убедился в верности своего решения и научился себя сдерживать, полностью контролируя ситуацию и не давая им пересечь черту.