Stepfather

Любовь, как землетрясение, — непредсказуемая, немного пугающая, но, когда самое страшное позади, ты понимаешь, как тебе на самом деле повезло.

*Неизвестный источник

— Твою мать!       Самойлова садится на край ванны и закусывает губу от досады. В руках, что трясутся от страха, тест на беременность, который показывает две яркие красные полоски. Лиза закрывает глаза и пытается привести дыхание в норму, чтобы успокоиться.       Все идёт совсем не по плану, ведь в 20 лет девушка не хотела становиться матерью. Но в последние две недели все кричало о том, что с ее организмом происходит что-то не то: увеличилась и немного болит грудь, головокружения, странные вкусовые предпочтения и разыгравшиеся гормоны, из-за которых Миранчуку не было покоя — ей постоянно хотелось его. И если сначала девушка списывала все на какой-то сбой из-за трудностей в учёбе, то, когда началась задержка, она уже понимала, что все далеко не просто.       Слезы невольно хлынули из глаз. Елизавета даже предположить не может, как Лёша отреагирует на это. Буквально месяц назад, когда молодые люди лежали в постели после близости, у них зашёл разговор про детей, но они вместе пришли к тому, что не время. Парень сейчас практически с головой погрузился в футбол, ведь команда находилась не в самом лучшем положении, а она так и придерживалась своей позиции — сначала встать на ноги, а после семья.       Но все рухнуло именно в ту минуту, когда Самойлова взяла тест с результатом. Делать аборт — не простит сама себя потом. Оставить малыша — положить крест на своем будущем, ведь теперь ближайшие годы она будет занята только ребёнком. И какое решение принять, пока Елизавета не понимала.       Пока Алексея не было дома, Лиза первым делом позвонила своему врачу, чтобы назначить приём и узнать все достоверно. Бывает же такое, что тесты врут, и именно сейчас девушка надеялась, что ей попался какой-то бракованный.

***

— Есть какие планы на завтра? — спросил Миранчук, поедая ужин, который приготовила Елизавета. — Кстати да. Нас мама звала к себе в гости вечером, думаю, странно будет, если откажемся, потому что планов и так нет. А у тебя что с тренировкой? — ответила девушка, мешая плов ложкой, но так и не съев ни грамма. — Завтра выходной дали, видимо, в себя поверили, — замотал головой футболист, тяжело вздыхая. — Не нравится, что у тебя будет выходной? — нахмурилась она. — Я думала, что тебе нужен отдых, ты прям поник в последнее время. — Давно я не чувствовал себя настолько херово, — он кинул ложку в тарелку. — Команда вообще не играет, а эти долбоебы направо и налево выходные раздают! Я вообще не понимаю, че у них в башке! Я уже заебался… У меня блять сил уже нет никаких… — Лёш, — Самойлова взяла его за руку. — Все наладится обязательно. Главное, что у тебя есть желание все наладить, ведь… — А толку, что оно у меня есть?! Я не один в команде играю, нас как минимум 11 человек на поле. Но ощущение, что всем похуй, что будет, — прикрикнул парень и, вырвав свою руку, ударил по столу ладонью. — Малыш, прости за мои эмоции, но я правда уже не могу. Спасибо, все было вкусно.       Миранчук оставил лёгкий поцелуй на ее щеке и вышел из кухни, оставляя Лизу чуть ли не на грани слез. Теперь она чувствует себя в разы хуже — сейчас ребёнок точно никому не нужен.

***

      Всю ночь молодые люди провели на разных краях постели. Алексей думал о том, что впервые у него за это время вырвалось. Елизавета же закусывала край одеяла, чтобы ненароком не выпустить всхлип, потому что желание заплакать оказалось сильнее.       Рано утром Лиза уехала в больницу, пока парень ещё спал. Она даже не успела вчера рассказать футболисту, что планирует уехать, не было даже возможности. Но, видимо, оно к лучшему, сначала узнает все самостоятельно. — Ну что я могу тебе сказать, — сказала врач, водя аппаратом узи по животу девушки. — Отправляю тебя на анализ крови, чтобы посмотреть уровень хгч. Тогда уже скажу тебе точный срок беременности. — Значит, все уже прям точно? — спросила Самойлова, заглядывая на монитор. — Да, смотри, — женщина повернула экран, чтобы Лизе было удобнее смотреть. — Пока ещё малыш маленький, недель 5, наверное, всего. Вот он. Сейчас сердцебиение включу.       Внутри буквально все задрожало, стоило Елизавете услышать такое быстрое биение маленького сердечка. Именно в этот момент девушка поняла, что была такой глупой, когда вообще позволила себе думать об аборте. В ней уже развивается жизнь, убить которую она просто не имеет права. — Замужем? — спросила врач, когда заполняла карточку Лизы. — Нет, — замотала головой она, поджав губы. — Но живу с молодым человеком. Не знаю, какая будет реакция. — Если любит, то все будет хорошо, — сказала вполне логичную вещь женщина. — Иди в 126 кабинет, сдавай кровь. Можешь подождать часа полтора, если нет никаких планов, скажу сразу результат. — Если беременность уже точно подтвердилась, то срок уже можно узнать попозже. Завтра можно прийти? — Самойлова села на стул напротив. — Да, я во вторую смену. Есть свободное время на 15:30. Пойдёт? — Да, конечно, — закивала Лиза.

***

— Все равно не понимаю, почему ты мне не сказала, что поедешь в больницу на плановую сдачу крови, — недовольно произнёс Миранчук, следя за дорогой. — Потому что кто-то слишком вчера был на эмоциях и даже не дал мне сказать, — ответила Елизавета и поправила капюшон своей худи. — Сейчас хоть успокоился? — Вет, я же извинился перед тобой. Ну я реально на нервах, не понимаю, что нас будет дальше ждать, поэтому впервые не сдержался. Я не хотел этим тебя как-то обидеть. — Я понимаю, — тяжело вздохнула девушка. — Давай только при моих родителях не будем об этом разговаривать? Не хочу, чтобы мама переживала. — Конечно.       Наверное, ни разу за все эти два года между молодыми людьми не было настолько напряжённых отношений. Ссорились, ругались, кричали друг на друга, но быстро мирились. И, наверное, все бы решилось намного быстрее, если бы не закрытость самой Лизы. Весь день она пыталась набраться смелости, чтобы суметь сообщить эту новость.       Уже сидя дома у родителей, пара прекрасно делала вид, что будто ничего и не было. Мама наготовила целый стол, что Самойлова даже удивилась — будто ужин готовился на целую толпу людей, а не на четверых. — Что с тобой? — нахмурилась Елизавета, смотря на мать и пережевывая салат. — Ну мы вообще-то собрались здесь не просто так, нам есть, что сказать, — улыбнулась Елена и взяла под столом руку мужа. — Я беременна.       Услышав эти слова, девушка застыла на месте. Как интересно все получается в её жизни, даже не знаешь, какой поворот неожиданнее. — Поздравляю, — заулыбался Лёша. — А какой срок? — 7 недель, — счастливо ответил Андрей Владимирович. — Лиз, ты чего? — Ничего, — замотала головой Елизавета и после наконец искренне улыбнулась. — Поздравляю вас. Получается, у меня будет младший брат или сестра. Всегда хотелось, если честно. — Будет, — сказала мама и поцеловала дочь в щеку. — Точно все хорошо? — Да. Леш, пойдём поговорим? Это серьезно, — наконец набралась она смелости, посмотрев на парня.       Первая из комнаты вышла Самойлова, а молодой человек за ней. Прислонившись к стене кухни, Лиза смотрела на него и молчала, но в какой-то момент у футболиста уже начали сдавать нервы от этого напряжения. — Ты, по-моему, сказала, что это серьезно, а сама молчишь? — он внимательно смотрел на неё. — Хорошо. Я ездила сегодня в больницу, чтобы свое здоровье проверить. Ты ведь сам видел, что со мной какие-то перепады начали происходить, — Елизавета тяжело сглотнула. — И задержка уже была. Я вчера сделала тест, он оказался положительным. Сегодня съездила в больницу — все подтвердилось. Я беременна, Лёш, — девушка внимательно следила за его эмоциями. — Срок пока не знаю, только завтра станет известно.       Вновь повисла тишина, потому как каждый обдумывал сложившуюся ситуацию. Миранчук не ожидал, даже подумать не мог. А Самойлова боялась его реакции, не хотела, чтобы это стало ядром разлада между ними. — Может скажешь что-нибудь? Мы как бы вместе участие принимали. Это наш общий ребёнок. — Я просто боюсь, что потом ты скажешь, что планируешь делать аборт, потому что тебе ещё рано, надо учиться, ну и дальше по списку… — тяжело вздохнул Лёша. — Если честно, ещё вчера я разрывалась между тем, чтобы оставить малыша, и тем, чтобы сделать аборт. Возможно, я даже сделала бы это втихую. Но сегодня на узи, — девушка начала широко улыбаться, — я услышала, как быстро бьётся сердце ребёнка, и подумала о том, что такой дурой была, когда вообще могла допустить эту мысль.       Алексей замер, а внутри творился целый ураган. Сейчас парень чувствовал себя самым счастливым человеком, ведь где-то в глубине своей души он уже мечтал о полноценной семье. Ему уже 28 лет, поэтому уже задумывался об этом, несмотря на то, что говорил обратное. Просто видел, что Лиза не готова. И сейчас парень видит неподдельный страх в ее глазах. — Малыш, — Лёша заулыбался и подошёл к ней. — Забудь вообще обо всем. Я с тобой. Это наш ребёнок, наше чудо. И я хочу детей с тобой.       Миранчук положил ладони на щеки Самойловой и, прислонившись своим лбом к её, посмотрел в глаза. Лиза бегала взглядом по его лицу, но парень резко впился в ее губы, давая понять всё. — Ты рад? — истерично засмеялась девушка, обнимая молодого человека за шею. — Конечно, — счастливо заулыбался Алексей. — Я даже доучиться не успела… Ближайшие годы я точно буду сидеть у тебя на шее, да ещё и с ребёнком, это… — Замолчи. Че я за мужик, если не смогу обеспечить свою семью? Поэтому… — Лёша оглянулся по кухне и нашёл нужное на столе. — Елизавета Андреевна, — он взял со стола из упаковки сушку, — предлагаю Вам стать моей женой.       Взяв в пальцы сушку, как кольцо, Миранчук встал на колено и смотрел на девушку. Елизавета засмеялась, закрывая глаза рукой. Самое сумасшедшее предложение, которое она когда-либо могла себе представить. — Что происходит? То тишина, то смех, — на кухню заглянула Елена, которая опешила от увиденной картины. — Ну раз предлагаешь, то я согласна, — улыбалась Лиза и почувствовала, как футболист надевает сушку ей на безымянный палец правой руки. — Мам, ты сама все видишь. — Вы пожениться решили? А чего, сейчас модно предложение сушками делать? — саркатично улыбнулась мама. — Просто это получилось очень спонтанно, потому что мы будем родителями. Лиза беременна, — Миранчук встал на ноги. — Да вы чего, — с радостью протянула Елена. — Ну все, будем вместе ходить по детским магазинам, выбирать вещи, коляски. Ну ребята, удивляете, — она обняла их обоих.       Удивляют. Только это жизнь их каждый раз заносит в такие повороты, что уже даже удивляться нет смысла. Сначала отчим, а сейчас отец ее ребёнка. Самый лучший отец ее ребёнка. И они смогут построить лучшую жизнь. Не имеют права оступиться. Все будет.

Любовь не стоит на месте, как камень, она должна твориться, как хлеб, все время возделываться, создаваться заново.

*Урсула К. Ле Гуин